Глава 7

Территория коричневых орлов

Олия бинтовала руку маленькому мальчику, неудачно упавшему с дерева в человеческой ипостаси.

— Давай ты в следующий раз будешь осторожнее? — с улыбкой произнесла врач восьмилетнему мальчугану.

— Ага, а вы от нас не уйдете? — невинно спросил мальчик, скромно улыбаясь.

— Нет, зачем мне куда-то уходить? Нам с Норой здесь очень нравится, — довольно ответила Олия, понимая, что сообщила правду.

— Здорово! А когда малышка вырастет, мы с ней будем играть, а то детей тут мало, — огорченно поделился Майкл.

— Не переживай, обязательно вырастет, и будете играть, — подбодрила его Олия.

— А где она сейчас? — восторженно спросил Майки.

— Спит! Она ведь маленькая, поэтому покушает, а потом спит.

— Ох, эти девчонки… — выдал он с видом взрослого.

Олия улыбнулась и только собралась рассказать Майклу о режиме дня грудных детей, как в докторскую избу кто-то зашел. Женщина подняла глаза и увидела Олафа. Светловолосый крупный мужчина смотрел на нее голодными глазами, от его взгляда ей стало тошно.

— Ну что, орел, подлечили? — спросил он у мальчика.

— Да. Олия — супердоктор, — объявил тот.

— Согласен. Тогда беги к другу, а то он тебя заждался. А мне нужно поговорить с нашим любимым доктором.

От этих слов Олия напряглась и, ласково потрепав малыша, шепнула ему, чтобы бежал. Оставшись наедине с женщиной, Олаф ухмыльнулся и подошел к ней вплотную.

— Ну что⁈ Ты, надеюсь, подумала над моим предложением? — бросил он, прикасаясь пальцем к ее шее, из-за чего ее стало трясти от отвращения.

— Да, и решила, что оно меня не устраивает, — уверенно заявила она.

— Идиотка, — рявкнул он, превращаясь из «милого» мужчины в скотину, и мгновенно схватил Олию за горло. — Я будущий альфа и выкину тебя отсюда вместе с твоим отродьем, так как ты не член стаи. Но если ты будешь добра к своему будущему вожаку, то и я буду помнить о твоей отзывчивости. Ты поняла?

Женщина кивнула, и Олаф тут же отпустил ее, отчего она упала на пол.

— Дерек — это ненадолго. И… советую… вести себя хорошо. Поэтому раздевайся, чтобы… порадовать меня.

Олия триста раз пожалела о том, что не сказала Дереку о домогательствах орла, хотя вожак заявил, что если кто-то посмеет ее обидеть, то он разберется. Но… она попробует сама разобраться… и если это не поможет, то тогда надежда лишь на альфу.

— Я… только ребенка проверю, — хрипло пробормотала женщина.

— Проверь, — разрешил мужчина, снимая через голову тунику.

Женщина подошла к переходу, соединявшему помещения для приёма больных и комнаты, где она жила с дочерью, и остановилась у их дверей. Схватила шприц, приготовленный для этой сволочи, и пошла назад, стараясь дышать… почти нормально.

Олия подошла к оборотню, и он, видя, как она расстегивает кофту, предвкушающе оскалился. Мужчина притянул ее к себе и впился в сухие губы грубым поцелуем. Но поцелуй через некоторое время прекратился, так как Олаф резко упал на пол, дрожа всем телом. Он непонимающе смотрел на женщину, пытаясь сказать хоть слово, но у него ничего не получалось.

Олия спокойно застегнулась и, подойдя к окну, четко и уверенно произнесла:

— Я тебе вколола сильный препарат с ядом, а противоядие дам только в том случае, если решу, что ты достоин жизни.

Мужчина хрипел на полу, скуля, но никак не мог произнести ни слова. Олия закрыла глаза и, постояв несколько секунд, решила продолжить урок.

Подойдя к Олафу, она присела и громко выпалила:

— Если ты еще раз посмеешь подойти ко мне с любым вопросом, кроме врачебного, но и это я тебе не советую, так как соблазн велик тебе сделать больно, то я тебя… убью. Понял? Никогда не смей ко мне прикасаться. Никогда. У меня это вызывает не только омерзение, но и желание прибить тебя. Ты понял? И… моя дочь… чтобы за два метра обходил ее. За нее я тебя растерзаю. Уяснил?

Олаф в ответ только хрипел, открывая рот и ничего не говоря.

— Кстати, ты скоро задохнешься, а ответа я так не услышала, — процедила женщина.

Мужчина сузил глаза и через силу смог проговорить:

— Клянусь. Никогда не подойду.

— Какой молодец! — отметила Олия и, посмотрев на часы, быстро направилась к рабочему столу, где из контейнера достала новый шприц с противоядием.

Взяла его и, подойдя к мерзкому оборотню, присела, прошипев:

— И будь уверен, о твоих словах и сегодняшнем инциденте Дерек узнает в обязательном порядке. Сегодня вечером.

Вколов раствор, она сморщилась и пробормотала:

— Я пойду, а ты тут… полежи. Не волнуйся, не умрешь. Но часик не будешь чувствовать своего тела, и возможны страх, подавленность, галлюцинации. Страшно? Но ничего, зато прочувствуешь, какие последствия у шантажа и принуждения.

— Сука, — выдавил из себя мужчина.

Олия резко схватила его за горло и громко крикнула:

— А знаешь, почему я такая? Да потому что таких скотов, как ты, очень много. И я тебе клянусь, больше не позволю над собой издеваться в угоду избалованному и деспотичному ублюдку! Так что запомни это, как правило! Его нарушение повлечет последствия, которые я тебе подробно поведала.

Злобно посмотрев на него, женщина закрыла глаза, пытаясь успокоиться и, сжав руки в кулаки, направилась к дочери, чтобы посмотреть, как она спит.

Тем же вечером врач пришла к вождю орлов и все рассказала. Ей было легко с Дереком, хотя на данный момент она ненавидела всех мужчин. Но в альфе чувствовались огромная сила, мужество, честность и порядочность. Он всегда по делу задавал вопросы, а она отвечала. То, что произошло до их встречи, что случилось раньше, Олия не желала рассказывать. Это ее ужас, и она постарается его переломить… со временем.

* * *

Леса Тора

Диана готовила еду из продуктов, принесенных Гертом. Оборотень почти не разговаривал с ней, но обеспечивал провизией и всем необходимым, даже одеждой нужного размера, просто кладя ее на постель в доме и не говоря не слова.

Они держались холодно и отчужденно после памятной ночи, стараясь делать равнодушный вид. Но каждый из них сходил с ума от потребности прикоснуться к другому, почувствовать его и поставить метку.

Герт старался занять себя чем-то, лишь бы не думать о девушке, образ и аромат которой сводили с ума. Его тянуло к ней с такой неимоверной силой, что хотелось рычать. Он постоянно наблюдал за Дианой, когда она бродила по лесам, но знал, что она это ощущала. Они убирали запахи, когда охотились, но чувствовали друг друга даже на большом расстоянии.

Сильная страстная женщина не давала ему спокойно жить, спать и проклинать себя за совершенное. В нем стала расти нелепая для него, но здравая для хищника надежда, что можно жить дальше… со своей женщиной. Каждый день он желал нарушить их молчаливое противостояние и взять, подчинить, сделать ее своей.

Но что он мог ей дать? У него ничего нет… А если вернуться? Домой… к ястребам, ведь он сам себя изгнал, отдав свою стаю двоюродному брату Ригарту. Но после того, что произошло два года назад, он не мог поступить иначе.

Он вспомнил тот злополучный день, когда его родители и сестра были живы и собирались лететь в соседнюю стаю. Он и Ригарт сопровождали их, и тут на них напали грифы.

Кто бы мог подумать, что эти падальщики посмеют на них напасть? И хотя грифы больше по размерам в ипостаси птицы, они были не так сильны, быстры и умны, как ястребы. Бой был коротким, но с ужасными последствиями. Его родители и маленькая сестра были убиты, почти растерзаны, а он… беспомощно смотрел на их трупы, так как был в безвольном состоянии.

В последний месяц до этого события с ним стали происходить неприятные изменения. Герт перестал понимать и помнить, что делал. Его тело периодами не слушалось. Врач их стаи Валентина заявила, что это результат усталости и генной мутации, иногда проскальзывавшей у оборотней-птиц через разное время… Девушка давала ему какие-то травы, но ничего не помогало. Его как будто подменяли в определенные моменты, и он выпадал из действительности. Смотрел на все со стороны, как наблюдатель, ничего не понимая и не имея сил.

В тот день его не стало, он проклял себя за убийство родных, которых не смог защитить. А Ригарт до последнего сражался, пытаясь спасти его семью. Как ни больно было об этом вспоминать, но и сейчас Герт уверен, что сделал правильный выбор. И хотя он раньше считал брата настоящим подонком, в страшной ситуации тот показал себя настоящим защитником, вождем.

Герт ушел туда, где мог только существовать, наказывая себя за смерть родных. Но что было странно, больше отклонения в здоровье не проявлялись. Никогда, ни при каких обстоятельствах. Ястреб много размышлял, думая всякое, но, в любом случае, смерть его родителей на его совести, и он никогда себе этого не простит.

Услышав шорох, Герт понял, что Диана куда-то направилась. Он двинулся за ней, чувствуя, что она находится в ярости, бешенстве, и в отчаянной надежде… сделать легче. Мужчина пошел по ее следам, слабому запаху, понимая: то, что она решила, ему точно не понравится.

Конечно, он винил себя и считал недостойным ее, но когда появился вариант, что Дианы не будет в его жизни, это окончательно взбесило Герта. Он сжал руки в кулаки, пробивая кожу когтями, и стал двигаться за девушкой.

Но не тут-то было! Девчонка перекинулась в волчицу, что он сразу учуял по запаху зверя, и помчалась к реке, откуда он ее принес.

Громкий клекот вырвался из груди мужчины. Оборотень, не теряя ни минуты, перекинулся в ястреба и полетел за своей парой.

Опасный хищник летел в воздухе, зорко смотря по сторонам, так как между деревьев с его размерами он не проходил, да и места для полета не было. Он видел, что волчица бежит вперед, почти не оглядываясь, и это его еще больше разозлило. Вот так наплевать на все и не дать им шанса⁈ Он бы этого сразу и не понял, если бы она не сбежала. Но теперь… не отпустит. Ни за что!

Через некоторое время ястреб услышал рычание, скуление… а потом и смех… гиен. Огромная птица тут же полетела вниз, не понимая, почему эти твари забрались так далеко от своих территорий? Ведь гиены не переносили холод, и поэтому жили в начале материка, подальше от высоких скал и необъятных снежных гор.

Страх за его пару рвал сердце, а в голове стучало молотом, только звериные инстинкты управляли Гертом. Сейчас он был согласен со своим зверем в том, что подлых мерзких существ ждет смерть.

* * *

Диана в ужасе смотрела на пять огроменных гиен явно необычной формы. Они противно пускали слюни и смеялись. Это было до ужаса мерзко. Не зная, чего от нее хотят, волчица оскалилась и зарычала. Но в ответ на ее рык один из оборотней перекинулся. Перед ней стоял высокий худой мужчина с длинными рыжими волосами. Взгляд его лихорадочно ощупывал тело Дианы. Довольно оскалившись, оборотень произнес:

— Какая у нас аппетитная самка. Перед заданием сможем и удовлетворить себя.

Хищница молчала, все так же скалясь и рыча, приняв удобную позицию для нападения. Главарь гиен громко рассмеялся и заявил:

— Нас больше, идиотка. И какой бы ты сильной альфа-самкой ни была, с нами тебе не справиться! — потом он посмотрел на остальных и довольно рыкнул: — Приступайте. Перебейте девочке лапы и потрепите шкуру, чтобы больше не огрызалась с сильными самцами и знала свое место.

Тут же на волчицу пошли мутировавшие оборотни, скалясь и пуская слюни. Мгновение… и они одновременно стали нападать со всех сторон, стараясь укусить или задеть ее своими не совсем уж и маленькими когтями.

«Мутанты чертовы!» — рявкнула про себя Диана, защищаясь со всех сторон.

Скуление непроизвольно вырвалось из ее горла, когда говоривший с ней оборотень, перекинувшись, зашел ей за спину, прыгнул, а потом стал рвать и кусать ей лапы. Диана до последнего надеялась спастись, но это было невозможно с пятью хищниками. Отчаянно решив драться до конца, волчица рвала и кусала с бешеной яростью.

Когда сил совсем не осталось, она почувствовала облегчение и завалилась набок. Краем глаза Диана видела огромного мощного ястреба, со зверской злобой заклевывавшего скулящих гиен. Одна из них попыталась убежать, но птица настигла ее и начала безжалостно раздирать клювом.

Девушка на секунду задохнулась, четко осознавая, кто этот ястреб. Герт. Ее истинная пара. У ястреба присутствовал запах Герта, но в слабой форме. Как, впрочем, у мужчины… запах ястреба. А сейчас аромат стал таким сильным, что вдыхать его было одно удовольствие. Диана перекинулась в человека и, прошептав: «Спасибо», — потеряла сознание.

Герт мгновенно повернулся к своей женщине, услышав ее слова. Добив последнюю гиену, он обернулся человеком и направился к Диане. Но как только стал подходить, она отключилась, оставшись в женском облике. Ястреб подошел к ее обнаженному телу и, ласково проведя по щеке, произнес, пытаясь не зарычать:

— Не отпущу! Теперь не отпущу тебя. Какая бы любовь у тебя ни была, и на что бы ты ни надеялась. Я тебя не отдам. Моя!

Встав, он перекинулся в ястреба и, схватив девушку когтями, понес ее домой.

Поздней ночью Диана проснулась на кровати в их домике. Она посмотрела на свое тело и удовлетворенно отметила, что следов ран и разрывов нет. Кожа была чистой, значит Герт протер ее.

Вспоминая сегодняшний день, она с уверенностью могла сказать, что совершила глупость. Да, она самонадеянно решила уйти, чтобы не сойти с ума от желания к мужчине и чуть не умерла. Так зачем такие жертвы, если можно быть счастливой? Ее пара — не Пайдер, а Герт. Он заботился, защищал, чего белый волк никогда не делал. Она привыкла всегда полагаться только на себя. В их цивилизованной звериной касте у нее это получалось, а здесь… сплошная погибель.

И ради чего ее порывы? Чтобы убежать от защиты, тепла и страсти? Зачем? Пайдер… Почему она считала, что любила его? Принимала его безжалостность за норму, считая, что жестокий мир не может без сильных вождей. Но это бред… ведь ей на пути встретился… хищник, в десятки, а может, и больше раз превышающий мощью любого силовика или оборотня животной общины. И что она видит? Поразительно, но только то, что достойно уважения. И пусть он нелюдим, скрывает свои секреты, но в сто раз лучше любого, кого она знала.

Девушка хмыкнула, поражаясь своим выводам. И с удивлением заметила, что за это время она ни разу не вспомнила о бывшем любовнике. Ни разу. Все мысли только о Герте. Она должна быть противна себе? Но нет, даже угрызения совести не проскальзывали в душе. Значит, она никогда не любила его. Привычка, хороший секс и стабильность… не пойми какая.

Но теперь все изменилось и нужно идти смело навстречу своей судьбе… которая подарила ей истинную пару. И пусть сейчас Диана не испытывает обжигающей или нежной любви к ястребу, но присутствует необходимость в этом мужчине, безумное желание, сводящее до боли, вдыхать его запах, чувствовать руки. С каждым днем зависимость от Герта растет в геометрической прогрессии. Хищник нужен ей, даже больше… жизненно необходим. И сейчас Диана не хотела понимать, к чему это приведет, она примет то, что хочет, а потом… разберется.

Женщина встала с кровати и направилась к выходу. Но, не успев дойти до своей цели, увидела, как дверь распахнулась, и в комнату вошел оборотень. Он молча направился к ней и, подойдя вплотную, прорычал:

— Ты никуда не пойдешь.

Диана уверенно посмотрела ему в глаза и рыкнула в ответ:

— Будешь переживать, ястреб⁈

— Ты моя! — выпалил Герт и, обхватив огромной рукой девушку за талию, прохрипел: — Все, что было раньше, больше не имеет значения. Я… я… сейчас… поставлю тебе метку.

Диана почувствовала, как от этих слов внутри тела пошла волна, прожигающая вены горячим желанием.

— И я, ястреб, — прошептала она, притягивая его лицо к себе. — Даже не надейся, что сможешь от меня избавиться. Плевать мне на твое «не могу» и «не хочу».

Герт ухмыльнулся и гортанным голосом произнес:

— А мне на твою прошлую любовь. Никого. Только я.

Диана не успела ответить, как мужчина накинулся на ее губы. Его язык вошел в ее ротик, соблазняя и призывая к ответным действиям. Диана зарычала и страстно поцеловала в ответ. Как оказались у стены, они и сами не поняли, только чувствовали и шли навстречу своим необузданным желаниям.

Одежда была содрана, сорвана, и никто не заботился, что у них она в ограниченном количестве. Все неважно. Только сильные руки, сжимающие до боли крутые бедра девушки. Изящные пальцы, разрывающие спину до крови. Рычания и стоны.

Диана громко вскрикнула, когда Герт ворвался в нее одним резким толчком, входя во всю длину. Ее лоно было влажным и тугим, что его неимоверно возбуждало, доводило до безумия. Он врывался в желанное тело, чувствуя, что они оба находятся на пике удовольствия. Когда Диана, вцепившись в его плечи, громко застонала и стала дрожать, Герт сделал последний глубокий рывок и, наклонив голову, врезался зубами в ее шею, ощущая кровь во рту, отдаленно понимая, что его шея тоже кровоточит от клыков девушки. Восхитительный непередаваемый оргазм на грани боли и удовольствия затмил разумы истинной пары, перенося их в безумный вихрь наслаждения.

Когда сознание прояснилось, Герт, так и держа Диану на себе, направился к кровати. Опустив любимую, он устроился между ее ног и хрипло прошептал:

— Не рассчитывай спать, девочка.

Диана счастливо улыбнулась и томно произнесла:

— Меньше слов, больше усилий, ястреб. А то я усну… от ожидания.

Оборотень зарычал и страстно поцеловал свою… теперь уже жену.