Глава 21

Адам.

Я слышу её смех. Такой звонкий, заразительный. Притягиваю её к себе, провожу кончиками пальцев по рёбрам, животу и тянусь к бедрам. Луиза выгибается и визжит, пытаясь выскользнуть из-под моих рук. Но я, громко смеясь над реакцией, снова и снова щекочу её, касаясь гладкой кожи.

— Адам, прекрати! — смеётся она, раскрывая при этом на щеках милые ямочки.

Внезапно комнату оглушает отчаянный крик, и я, так же неожиданно, оказываюсь в своей гостиной. На мне чёрная рубашка и я впопыхах бегу в строну спальни.

— Луиза! — ору я во все горло, до боли разрывая связки.

Открываю глаза и рывком сажусь в постели, тревожно, растерянно оглядываясь вокруг себя. Дыхание сперло, сердце двое сильней стучит, создавая в теле вибрации.

Меня окружает моя старая спальня. Вокруг темно и тихо, не слышно ничего кроме моего учащенного дыхания.

Я поднимаюсь с кровати и разглядываю свою старую спальню и помятую постель в поисках темноволосой головки, что вчера свалилась на голову и встряхнула с меня пыль. Ни Луизы, ни её одежды нигде не оказывается. Это значит, что звонкий смех и милые ямочки мне приснились. Но не приятнее не от того что это был сон, а от того что за долю секунды он превратился в кошмар.

Я бросаю довольную ухмылку себе под нос, смакуя все что вчера произошло.

Она использовала меня. Снова. И я не рассержен. И не расстроен. Внутри меня странное чувство спокойствия.

Думаю я готов к тому что бы стать для её некой игрушкой. Пускай пользуется на здоровье. Кто я, что бы противиться.

Разглядываю то место, где вчера Луиза соблазняла меня. Черт возьми. Мы поменялись местами?

То, как она вчера себя вела меня поразило. Это не была та сдержанная, стеснительная девочка с кучей запретов, какой я видел в нашу первую встречу. Передо мной стояла властная, уверенная в себе женщина, что возбуждала одним взглядом. Ее действия, то что она вытворяла сбивают меня с толку и сводят с ума, распаляя воображение. А тело… тело полностью отдалось мне. Требовало ласки. Да практически умоляло об этом.

Я смакую представления в голове и смотрю на постель. На соседней подушке лежит небольшой бумажный лит сложенный вдвое. Я быстро его раскрываю и с любопытством читаю содержимое: «Когда я говорила о том, что не могу держаться, я имела в виду вовсе не секс. Я не могу держаться без тебя, Адам.»

*****

Просовываю палец под черную ленту на своей шее, стараясь расслабить туго завязанный узел. Это не особо помогает. Гребанная бабочка просто «присосалась» к воротнику рубашки.

— А это обязательно? — морщусь я, смотря на себя через зеркало.

Пит — младший брат Чарли, замечает мою недовольную гримасу в отражении и усмехается.

— Брось, Бейтман. Все не так плачевно, как тебе кажется. Неужели ты так не любишь это!

— А по мне не видно?

— Видно по твоему лицу, но сидит потрясно.

Я разглядываю себя в отражении высокого зеркала и поправляю манжеты рукавов.

— Серьезно. Тебе идет! — говорит Пит, стоя позади.

Возможно этому джентельмену — запасной копии Чарли, не ясна причина моего ворчания. Он не позволяет себе даже подумать о том, что можно стянуть треклятую бабочку и распустить пару пуговиц на рубашке. Галантность — его второе имя.

В конечном итоге я отдаюсь во власть маленькой чёрной засранке и опускаю руки. Остаюсь стоять на месте, просто рассматривая себя. Безупречный чёрный смокинг, натертые до блеска оксфорды и белоснежная рубашка. Из меня получился не плохой шафер и, если бы моя мама сегодня присутствовала на свадьбе, то еще долго напоминала бы как мне идет.

Чарли выходит из ванной со взволнованной и слегка напуганной физиономией. Он подходит к зеркалу и хватается за свою бабочку, ловит мой насмешливый взгляд и обречённо выдыхает.

Нет я не подшучиваю, но мне кажется, что Чарли пытается затмить свою невесту. Хотя да, я подшучиваю.

— Эта чертова бабочка мне не поддаётся! — раздраженно бубнит он себе под нос.

— Расслабься, тебе не обязательно её надевать.

Он бросает на меня хмурый взгляд и снова пытается её поправить, но, как и в моем случае, эта чертовка не собирается подгибаться.

— Ты это говоришь потому что переживаешь за меня, или потому что тебе самому не терпится снять свой?

— Это всего лишь бабочка! Вы и без неё поженитесь, — пожимаю я плечами.

А ведь это так. Какая разница что на тебе надето, в какой цветовой гамме оформление, и что за блюда на столе? Главнее та, что стоит напротив.

Я поднимаю глаза на Чарли и снова задумчиво опускаю их, продолжая разглядывать серый ковер в белый рубчик.

На самом деле мне сейчас не до свадьбы. И, как бы не стало обидно Чарли, я и в правду не хочу быть тут. Была бы моя воля, я бы уже ринулся на другой конец этого гребанного города. У меня там есть одно не доконченное дело…

— Конечно поженимся, — привлекает он мое внимание, пытаясь сделать невозмутимый вид, — но Вивьен все давно продумала. И я не хочу видеть её лицо, когда она заметит, что мы стоим у алтаря без этих придурошных бабочек.

Я широко улыбаюсь и не сдерживаю усмешку. Это создаёт двоякое впечатление. Было просто классно стянуть их с шеи и рискнуть, что бы увидеть её недовольную гримасу под фатой. Да, мне нравится злить её. Но мне нужен друг живым, поэтому, думаю, не стоит рисковать его жизнью. Я молча подхожу к нему и начинаю поправлять черную ленту на его шее.

— Тебе повезло с Вивиан, — говорю я после небольшого молчания.

Чарли выдерживает мой взгляд пару секунд и уголок его губ сгибается в улыбке.

— Не могу не согласиться. Настанет день, когда мы поменяемся местами и я буду завязывать его тебе.

Я замираю на месте, все еще возясь с лентой. Не знаю как реагировать на его слова. Никогда об этом не задумывался раньше. В последнее же время, все чаще вляпываясь в предсвадебные хлопоты, я начал представлять свою свадьбу.

— Как у тебя продвигаются дела?

— Пока никак. Все стоит на одном месте. Она оставила многозадачную записку с миллионом вопросов. И почему с ней так сложно? — отхожу я к окну, наконец, закончив с бабочкой.

Во дворе потихоньку начинают собираться люди. Начало февраля выдалось на удивление теплым, потому Чарли с Вивьен, а точнее последняя, решила устроить церемонию под открытым небом.

— Потому что с ней так хорошо, — слышу друга за спиной и снова подворачиваюсь. — Я верю в тебя, Адам. У тебя… у вас все получится. Ты только не сдавайся.

— Никогда!

— Вот и отлично, дружище, — подходит он ближе ко мне и хлопает по плечу. — А теперь, пора меня женить.

Поднимаюсь на большое сооружение и становлюсь с боку от священника, ожидая начала церемонии. Чарли нервно суетится рядом со мной и снова пытается расслабить ушел шелковой бабочки, что будто бы душит заживо. Я хлопаю его по плечу, пытаясь успокоить, и он застывает. Теперь начинаю сильнее волноваться. Как бы не заплакал.

Гости уже давно расположились напротив нас. Они, так же как мы, в ожидании начала церемонии и самой невесты. Через минуту оркестр, расположенный с боку от нас, добавляет громкости своей скучной мелодии. Признаюсь честно, вкус у его невесты никчемный.

По дорожке к нам приближаются две маленькие цветочницы с корзинами в руках. За ними две подруги невесты в лиловых платьях и дальше появляется сама Вивьен, покрытая в полупрозрачную фату, с небольшим белым букетом в руках. Она поднимается по ступенькам и приближается к побледневшему и полумертвому Чарли, все ещё стоящему передо мной. Мне становится жаль своего друга. Это только свадьба, а он уже измучен. Что же она сделает с ним дальше? Надо будет добавить пару слов про это в речь шафера. Вивьен оценит.

Церемония начинается, и я бы запомнил все в ярких красках, описал бы весь процесс, но я ничего не могу с собой сделать. В голове снова мелькают мысли того, что сказал Чарли. Настанет день, когда я буду стоять на его месте и говорить как сильно хочу жениться на ней. А пока мне остаётся надеется, что Луиза даст нам этот шанс. Последняя наша встреча закончилась как никогда прекрасно, но это было не то чего я ожидал.

Роль шафера предполагает активное участие в свадебной церемонии и всех её примочках поэтому в последние дни мы с Чарли были неразлучной парой. Я не мог от него никуда увильнуть. Сутки назад отгремел мальчишник, после которого нам понадобилось столько же времени на восстановление. И вот прошла неделя после визита Луизы в мой дом и её многозадачный записки.

Единственным ответом на мое смс и кучу пропущенных за это время, было пожелание для Чарли и Вивьен.

Я в недоумении.

— Адам… Адам… — шепчет Чарли, немного поворачивая голову ко мне. Слышу как священник заканчивает свою длинную речь и переходит к самому основному.

— Да? — наклоняюсь я к нему, вспомнив где нахожусь

— Кольца..

— Да, черт! Сейчас. Извините, святой отец, — растерянно говорю я, когда священник хмурится на ругательство и начинаю суетиться. Достаю из внутреннего кармана бархатную белую коробку, что его сестра отдала ко мне ещё утром и строго на строго потребовала не терять.

Открываю её и протягиваю к стоящим передо мной почти мужем и женой. Чарли с Вивьен надевают друг другу кольца и нетерпеливо целуются.

Сидящие на скамьях начинают торжественно хлопать и свистеть. Сам не замечаю как улыбаюсь.

Я мельком поглядываю на возбужденно ликующую толпу и ловлю знакомый взгляд. Улыбка с моего лица сходит на нет, когда среди людей, рядом с тетушкой Чарли, замечаю Луизу. Она смеется вместе с остальными и смотрит прямо на меня. Мое дыхание перехватывает. В то же мгновение народ выходит к нам на встречу, и под их гул новобрачные движутся к большому шатру. Ищу в толпе её взгляд. Один миг и я теряю Луизу из виду. Ко мне подбегает моя напарница — подружка невесты и тянет за остальной свитой, возмущаясь, что мы отстаем.

Мой взор остается там, где я только что видел её.