Глава 35

Начало весны в Нью-Йорке оказалось как никогда теплым. Я и заметить не успела, как за неделю все вокруг переменило цвет, украсив город серых бетонных блоков, словно цветущий сад. Погода радовала нас солнцем на протяжении уже пятого дня, а зимние куртки были с удовольствием закинуты по глубже в шкаф. В один из таких дней, мы со Стеллой решили устроить ланч во дворе кампуса. Правда об этом подумали еще сотню учащихся, поэтому мы еле нашли свободный квадрат зелёной травки.

— А правда, что весна — худшее время года? — говорит Стелла, раздражено фыркая на очередной цветок, выпавший с яблони над нами.

— Ты так считаешь, потому что не любишь весну, или потому что вы с Джейком поссорились?

Стелла бросает на меня тот же взгляд, каким она окинула цветок яблони, и продолжает дальше листать книгу. Молчание я воспринимаю за согласие и, улыбнувшись, поправляю очки на носу.

На душе у меня так легко и непринужденно, что я снова глубоко вздыхаю аромат свежей покошенной травы и расслабляюсь. Нас ждет еще один час лекций, а когда я освобожусь, то наконец встречусь с Адамом дома. Сегодня у нас намечается свидание, поэтому мое тело трепещет в ожидании вечера.

Через двадцать минут, разделавшись с сэндвичем с тунцом, мы со Стеллой встаем, чтобы вернуться на лекцию.

— Ого! — громко бросает она и кивает в сторону скамейки. — Глянь кто там, и что важнее — с кем…

К скамейке приближается парень в темной одежде за руку с девушкой. Приглядываюсь по-четче и понимаю — это Дастин. Он смеется в голос и притягивает к себе рыжеволосую девушку, которой оказывается никто иная как Кетти. Мои брови сами двигаются вверх, когда он ее целует.

— Все же, я не понимаю, когда они сошлись? — слышу Стеллу, но не отвечаю. — Дастин никогда не любил рыжих, да и Кетти не намекала на симпатию. Странно это…

Дастин разглядывает ребят на лужайке и замечает нас. Его глаза мгновенно заостряют внимание на мне, словно увидев что-то из раздела фантастики. Он отлипает от Кетти и, что-то ей сказав, двигается в нашу сторону.

— Приятно тебя здесь видеть, — говорит Дастин, приблизившись. — Точнее, вас… Привет, Стелла.

— Аналогично, — кивает она и уходит, намекнув, что бы я догнала ее после.

— Да, я отсутствовала немного.

Дастин кивает и смущенно засовывает руки в карманы бомбера. Между нами проскальзывает неловкость, в которой я смущено улыбаюсь, а Дастин пытается подобрать слова. Он изменился и довольно коротко постригся. Это ему к лицу, как и лёгкая бородка.

— Тебе идёт, — поясняю я и указываю на голову. — Ты так выглядишь более мужественно.

— Сочту это комплиментом, — усмехается Дастин. — Я хотел сказать тебе кое-что, но все никак не решался.

— И что же?

— На счет того, что все узнали о тебе… Это была Сьюзен. Она рассказала своим знакомым и сарафанное радио сделало свое дело.

Дастин морщится, словно ему от воспоминаний становится неприятно.

— Я знала это, да и мне без разницы. Кое-кто научил меня не думать о мнении чужих людей…

Он улыбается и молчит. Мне кажется в эту самую секунду мы думаем об одном и том же.

— Кстати о нем… — первый нарушает он молчание.

— Можешь не говорить…

— Нет, я должен… Затуманенный чувствами к тебе, я не видел истину и не хотел слушать правду, но Адам все мне рассказал.

— Ты виделся с Адамом? — удивлено вытягиваю я брови, на что Дастин кивает. И почему я узнаю обо всем последняя, и то между делом?

— Было легче ненавидеть Адама и думать, что он во всем виноват. Но это ведь просто оправдание. Я искал повод, чтобы считать его плохим. Он лишь пытался защитить тебя, исправить свои ошибки. А я… Я был слеп.

— Все в порядке, Дастин. Тебе не за что извиняться.

— Нет, есть. Я слепо верил не тем и не думал какого было тебе, когда тыкал в больные точки.

— Если будет от этого легче, то я тебя простила.

Дастин начинает смеяться и на его щеках, под щетиной, появляются ямочки. Меня это умиляет и я, заразившись, тоже улыбаюсь.

— Вы очень милая пара, — говорю я разглядывая Кетти, которая не отрывает с нас недоверчивого взгляда. Как только она понимает, что мы заметили это, отводит глаза.

— Все нам так говорят. Правда Кетти немного ревнует, — чешет он смущённо затылок. — И я её понимаю. Есть ведь из-за чего… Все видели как я…

— …это в прошлом, и я рада за вас, — монотонно киваю в ответ. — Мне уже пора, не то, могу опоздать на лекцию. Было приятно тебя видеть, Дастин.

— И мне… — смотрят на меня два томных глаза.

Я отхожу от него и начинаю суетливо искать Стеллу в толпе ребят.

— Луиза! — окликает меня Дастин. — Передавай от меня привет Адаму. Скажи, что я все понял.

Пока я задумчиво смотрю ему в след, Дастин возвращается на место и снова обнимает Кетти.

Что он имел в виду, похоже, навсегда останется для меня тайной.

Спустя несколько часов я, наконец, возвращаюсь домой. Последняя лекция была на мерзость скучной и невыносимой. К этому выводу пришла не только я, но и весь поток, во главе со Стеллой. Поэтому мы были безумно рады выбежать из душной аудитории и вдохнуть капельку свободы.

— Кайл, я тебя плохо слышу… — говорю я в трубку, когда двери лифта ритмично раскрываются, выпуская меня наружу на восемьдесят восьмой этаж. — И прекрати отмахиваться! Мама права, нельзя все время возвращаться с побитым лицом. Подожди, я открою дверь. И не смей отключаться!

Я прикладываю карту к двери и захожу внутрь дома.

— У-у какая ты строгая! Расслабься, Лузи. Раз я выстоял перед кулаками Тома, то выдержу и твои скучные нотации.

— Том тебе покажется слабым хлюпиком, когда мы увидимся.

Слышу как он смеется в динамике и закатываю глаза. Я спускаюсь по ступенькам в гостиную, планируя идти в душ, когда замечаю движение справа от себя.

— Элис? — удивлено, даже шокировано бросаю я, стоящей у камина девушке. — Как ты здесь оказалась?

Она стоит неуверенно, словно еще сомневается в том, стоило ли вообще приходить.

— У вас дома воры? — разлается в телефоне голос Кайла. — Кто там, Луиза?

— У меня был ключ, — подозрительно тихо говорит Элис, пока я разглядываю ее потерянный и замученный вид. На ней серый обвисший лонгслив и темные джинсы. Под глазами небольшие впадины, похожие на синяки. Она поправляет растрепанные волосы, собранные в хвост и начинает рыться в сумке. А когда Элис высовывает руку обратно, то я уже не слышу ни что говорит мне Кайл, ни что бубнят губы Элис.

Я просто застываю в ужасе.