Глава 16

Кирилл.

Поздний вечер назвать спокойным никак было нельзя. В пятый раз за последние два часа телефон завибрировал от назойливого звонка Ольшанской. Сегодня утром Артур сообщил Дине о её скором отстранении от должности, и она с одержимой настойчивостью названивала мне в надежде услышать опровержение. Естественно и ожидаемо. Когда мосты под ногами горят* ещё не так запляшешь.

— Тебе нужно ответить? — Лера посмотрела на тумбочку, где «подпрыгивал» гаджет.

— Полагаю, что да, — поцеловал её в лоб, крепче прижав к себе.

— Тогда ответь. Я могу пока принять ванну.

Сладко проведённое время омрачилось необходимостью заняться «неотложным» разговором с Ольшанской, и Лерина тактичность, как бальзам пролилась на душу. Дина на её месте вряд ли бы предоставила мне возможность переговорить тет-а-тет со звонящим в поздний час.

Валерия, встав с постели, накинула на себя мою рубашку, и я невольно залюбовался девочкой, пока она шла в ванную комнату. Длинные распущенные волосы, чуть загорелая кожа, оттенённая светлой тканью, длинные стройные ноги. Сейчас она как никогда напоминала прекрасную греческую воительницу.

— Я присоединюсь к тебе, — сказал ей, прежде чем снял трубку. — Слушаю тебя, Дина!

— Наконец-то ты ответил, — шумный облегчённый выдох вместо привычного стандартного: «Кирилл, привет!». — Боялась, что не дозвонюсь. Я не совсем понимаю, что происходит. Сегодня, меня вызывал к себе Артур Викторович и попросил написать заявление на увольнение по собственному желанию, — быстро пожаловалась Дина на сложившиеся обстоятельства.

— Поэтому ты беспрерывно звонишь? — равнодушно осведомился. — Хочешь в моём лице найти поддержку?

— Как это понимать? — требовательно спросила Ольшанская, но, не услышав немедленного объяснения, она добавила: — Кирилл Константинович.

— А что не понятного Дина? Компания больше не нуждается в твоих услугах и, как само самой разумеющееся, Артур предложил тебе добровольно написать заявление. Он выполняет моё распоряжение.

— Значит, меня увольняешь ты?! — донёсся испуганный возглас.

— Да.

— Не ожидала, что решение исходит от тебя. Думала, что чем-то не угодила душке-директору*, а получается… — она запнулась, раздумывая, что лучше сказать. — Но как же так? 

— Я ведь предупреждал тебя при нашей последней встрече, — напомнил Ольшанской о непозволительном выпаде и о том, что она перегнула палку, подвергнув сомнению моё решение. — Неразумные действия всегда приводят к последствиям, Дина. Тебе ли этого не знать?

— Из-за того, что я просила за Николаева? 

— Нет. 

— Когда-то ты прислушивался к мнению руководящих сотрудников, так что изменилось теперь? Неужели просьба услышать меня настолько задела твоё самолюбие? — в её голосе послышались истерические нотки. Расчётливую Дину потеря регалий и тёплого директорского кресла настолько волновала, что она начала терять над собой контроль.

— К объективному мнению, — внёс поправку в её тираду. — Дина, этот разговор бессмысленный. У меня не так много времени, и другой звонок ожидает на проводе.

Вклинившееся в разговор оповещение из коротких «пик» извещало о звонке Баженова.

— Ну да… теперь всё свободное можно уделять ей, — с многозначительным намёком Дину явно не в ту степь понесло*. — Объясни мне, ну почему именно вчерашняя студентка смогла повлиять на тебя? П-ф-ф! — походило на презрительное «фи».

Раз Дина Ольшанская просила пояснений относительно предстоящего увольнения, счёл нужным предоставить ей подробный развёрнутый ответ. Видимо, пришла пора обломать её гонор.

— Работая под моим началом, ты так и не научилась разделять личное и служебное, о чём я не раз просил тебя. Причина твоего увольнения не в чьём-либо приёме на работу, а в непомерной заносчивости, надменности и презрении, с каким ты часто отзываешься о сотрудниках. Уясни это раз и навсегда, и не смей искать виноватых. Если за месяц на твоё место не найдётся подходящая кандидатура, передашь дела Артуру. Желаю тебе хорошего дня!

— Вы могли бы сделать мне выговор, Кирилл Константинович. Зачем же сразу рубить с плеча? — поникшим голосом заблеяла Дина, когда я собирался переключиться на вторую линию. — Или перевести в другой филиал.

Искать альтернативу Ольшанская хорошо умела, но случай сыграл против неё, и пересматривать решение я считал нецелесообразным.

— Нет, Дина. Если ты уйдёшь тихо, то получишь от Артура хорошие рекомендации. — Хоть характер у Ольшанской был не сахар, в работе она славилась безупречностью. — Подумай над этим.

Раздосадованный вздох, что-то ещё, больше я её не слушал, переключился на Баженова.

— Да, Слава.

— Извини за очень поздний звонок, Кирилл Константинович. Появилась дополнительная информация по парням, что ограбили Юдину, — Баженов говорил тихо и вкрадчиво, значит, наконец накопал что-то стоящее внимания.

— Можешь без предисловий переходить к самому главному.

— Эти, как ты их назвал, отморозки-дилетанты бывшие студенты МГТУ.

— Подрабатывающие разбойными нападениями, — язвительно подметил. — Когда у них был выпуск?

— Пять лет назад.

— А чем занимаются сейчас?

— Один временно не работает, второй занимается фрилансом.

— Хорошая работа, Слав. Было бы не лишним незаметно понаблюдать за вольными птицами, курсирующими у клубов по ночам. Хочу понять, почему именно Валерию ограбили. Можешь заняться этим?

— Да не вопрос.

— Тогда звони в любое время, если найдёшь ещё что-то интересное. А со вторым заданием как обстоят дела? Что говорят твои связи?

— Ни одной зацепки.

— Это плохо, Слава.

— Знаю. Позавчера завезли новое оборудование в наш отдел, приобрели, как ты и распорядился. Если попытки взлома повторятся, мы без труда их вычислим.

— Держи руку на пульсе и не расслабляйся.

Я отбросил телефон на кровать и призадумался. В целом всё шло пока неплохо, по крайней мере, был обеспечен полный контроль за ситуацией. 

Валерия меня заждалась. Прихватив с собой из мини-бара прохладительные напитки, отправился к ней в ванную комнату.

Валерия.

Тёплая вода наполнила ванну, бархатистая пена с восхитительным благоухающим ароматом лаванды окутала мою кожу и возвышалась белоснежной шапкой практически до краёв. Красота и ни с чем несравненное блаженство. Водная процедура после активного занятия любовью приятно расслабляла каждую ноющую мышцу моего тела.

От всепоглощающего кайфа и умиротворения меня снова потянуло в сон. Веки отяжелели, руки стали словно плети и, кажется, до самого кончика носа, голова погрузилась в воду. Я нечётко слышала звук, исходящий откуда-то сверху.

— Лера, Лер…

Слабый всплеск воды, в ванной поубавилось места. Будоражащая мужская энергия заполнила пространство. Пришёл Кир.

— Переговоры закончились? — открыла глаза и обомлела. Он возвышался надо мной во всей красе, абсолютно голый.

— Да. Расслабилась?

Кир погрузился в воду, раскинул руки вдоль бортов ванной, а я перевела взгляд на его лицо с проступившей жёсткой щетиной. Как бы хорошо он себя не контролировал, скрытый гнев — вот что отражалось на нём после неотложного разговора.

— Немного.

Его губы расплылись в улыбке, а в глазах сохранялся неизменный холодный серебряный металл. Черты его лица заострились, и сейчас он напоминал безжалостного хищника. Я увидела истинную суть босса, как на ладони.

«Кир — далеко не простой человек», — моментально осенило.

Он мог одаривать заботой, страстно любить, мог предоставить любую возможность женщине, которая ему безумно нравилась и мог взрастить в ней уверенность в себе, но также мог стереть в порошок любого, кто осмелится посягнуть на что-то его или встанет на пути к достижению цели.

— Ты получил неприятные известия?

— Нет, я бы так не сказал. Иди ко мне.

Он протянул руку — сильный и приятный жар прошёл по моей, разлился по всему телу, заставил сомкнуть на несколько секунд веки и застыть в сладостной неге. Дьявольский огонь загорелся в красивых металлических глазах Кира, когда его руки обвились вокруг моей талии. Он усадил на себя сверху, и я почувствовала его твёрдую эрекцию между бёдер. Час назад мы предавались взаимным ласкам, но стоило оказаться в объятиях друг друга, как острое желание родилось опять.

— Хочешь пить? — хрипловатый голос вызвал тягучий спазм внизу живота, и я заёрзала, сжав ногами его бёдра.

— Да.

Кир потянулся за борт ванной, бутылка с напитком красного цвета оказалась у него в руках. Он поднёс горлышко к моим губам, но прохладная жидкость полилась мимо по подбородку, стекла вдоль шеи на грудь. Его влажный язык коснулся моей кожи и стал неторопливо слизывать сок, поднимаясь выше к губам, он дразнил, разжигая до невозможности желание.

— Очень сладкая, — сильные руки крепче стиснули талию, длинный рваный вздох.

Горячая ладонь Кира тут же легла на мой затылок и притянула ближе. Я упёрлась руками в его твёрдую грудь, наклонила голову ниже, приоткрыла губы и отстранилась, не позволив ему поцеловать себя.

— Играешь со мной? — прозвучал почти грозный рык. Кир стянул пальцами мои волосы на затылке, порочным взглядом всмотрелся в глаза.

— Как и ты, — еле сказала на выдохе, с упоением разглядывая каждую чёрточку любимого лица.

Он притянул за голову снова, приник к губам, и его язык настойчиво вторгся в мой рот. Кир впивался полноценным, жадным, практически грубым, доминирующим поцелуем хозяина, и несмотря на то, что я сидела сверху, он старался контролировать процесс прелюдии. Вторая рука, удерживающая за талию, с лёгкостью приподняла меня, и он резко вошёл. Обхватила его за плечи и позволила наполнять себя снова и снова, до полного предела.

Глубоко, страстно, необузданно, дико… Кир вгонялся не щадя, до боли сжимал бёдра, оставляя на них синяки. Наша дикая страсть и его сила мне безумно нравились, так не хотелось останавливаться. Мощная энергия, исходящая от него, пропитала каждый сантиметр ванной комнаты, смешалась с моей, обжигала изнутри и постепенно приближала к звёздам. Сколько ещё надо? Совсем немного и я взорвусь…

Ускорившийся темп, все мышцы спазмом сводило, вот-вот чуть-чуть и всепоглощающее торнадо оргазма смело каждую тревожную мысль, оставив лишь острое наслаждение друг другом.

Радужные круги ещё мелькали перед глазами, когда Кир вытирал меня махровым полотенцем, и когда я заходила в комнату. Нырнув в уютную мягкую кровать, повернулась на бок, лицом к боссу (он остался на всю ночь в моём номере) и долго смотрела на него. Так приятно было чувствовать его горячее дыхание на своей коже, запах и исходящее тепло. Он выглядел довольным, сытым хищным зверем. Завоеватель сполна получил то, что хотел.

— Тебе не стоит оставаться здесь на следующие выходные, Лера, — сердце ёкнуло, оказывается он не спал.

К горлу подкатил огромный комок, пульс гулким шумом отдавал в ушах, потому что я не совсем понимала, в какую сторону он клонил.

— Мне придётся уехать? — неуверенно спросила.

— Да.

— А куда? Назад в Санкт-Петербург?

Выжидающая молчаливая пауза в духе Верочки, как будто Крицкий был её родственником, специализирующимся на подогреве интереса окружающих к сенсационной теме, удручала. Мой новоиспечённый любовник-босс «слегка» ошеломил, когда озвучил пожелание:

— Ты приедешь ко мне в Лондон.