Глава 40-44

Глава 40. Размышления

Ивар 1 возлежал на своем огромном ложе и думал, уставившись в потолок. После того как Алиса сбежала и каким-то непостижимом образом помогла бежать принцу Вассу, все пошло не так. Он просто кожей ощущал недоверие, которое разливалось среди людей, словно какая-то пакостная отрава. Он всеми силами старался положить этому конец, однако прекрасно осознавал, что все это не принесет своих плодов, пока существует ядро “Сопротивления”. Он жаждал их уничтожить, однако совершенно не представлял, как их найти. Ему даже не удалось внедрить к ним ни одного лазутчика!

Оставалось надеяться на прибор, который разрабатывают его ученые для определения структуры земной коры. Он был почти уверен, что эти черви закопались глубоко под землю и только поэтому он не может их найти. Однако, и тут эти поганцы умудрились узнать о его планах: они напали на военную базу и выкрали самые секретные сведения и людей, на опыт над которыми он возлагал свои личные надежды! И надежды эти устремлялись только к одной цели: узнать, как действует механизм стирания памяти у различных людей. В частности, данные сведения были ему необходимы, чтобы проделать это с Алисой без каких-либо вредных последствий для ее личности, когда она вновь окажется у него в руках. А уж в том, что это произойдет, он совершенно не сомневался. Он свято верил, что как только вырвет из ее памяти все воспоминания о Гриффиновском отродье, она будет принадлежать душой и телом только ему. Потому что он сделает для этого все возможное!

Ивар старался не думать о том безумии, которое его охватывает при одной лишь мысли о ней и о том, что сейчас она находится в объятиях другого. Каждый раз это стоило ему огромных усилий! Он урезонивал себя тем, что он Император и должен быть выше всего этого! Однако, вопреки всему, не мог стряхнуть с себя это наваждение, эту непростительную слабость.

Поэтому при долгом размышлении, он решил, что должен сделать слабость своей силой, и одной из причин почему он затеял этот опыт, было сделать ее своей и таким образом сделать сильнее самого себя. Другого выхода он не видел и ради достижения своей цели готов был пойти на все, тем более на создание еще одной подопытной группы. Однако, его верная собачонка, над которой он потрудился в свое время сам, и не без помощи которого взошел на престол, ученый Денис из рода Лони, сообщил, что полученных сведений пока вполне достаточно. Так же, он сказал, что ему нужно лишь немного времени, чтобы вывести закономерности, которые позволят стирать память без ущерба для личности человека и что еще интереснее, даже моделировать его поведение, хотя с Алисой он подобного проделывать не собирался. Именно поэтому Ивар считал, что ему все-таки повезло, ведь эти олухи во время нападения не увели с собой Дениса, а выбрали его помощника. Иначе им могло бы стать известно то, чего не должен знать никто, ведь к своему сожалению, он готов был признать, что Денис знает гораздо больше, чем ему бы того хотелось.

Внезапно, скомканное рядом одеяло зашевелилось, и из него показалась взъерошенная каштановая головка девушки. Она зевнула и увидела, что Ивар не спит. Девушка тут же разлепила глаза, перекатилась на бок и улыбнулась томной зазывной улыбкой. Убедившись, что Император и не думает на это как-то реагировать, она перешла в наступление и положила свою руку ему на грудь и начала чертить на ней своими пальчиками замысловатые узоры.

Она потратила слишком много сил на то, чтобы, наконец, попасть в постель к этому человеку, даже старалась походить на ту людовскую выскочку, которая умудрилась разбить ему сердце и бежать! И поэтому не собиралась позволять, чтобы сейчас он вот так ее не замечал. Она всегда считала, что власть придает мужчинам особое очарование, однако в случае с Иваром готова была признать, что он и без того был очень интересным мужчиной, а заниматься с ним сексом было одно удовольствие.

Ивар, наконец, опустил на нее взгляд. Эта женщина уже начинала его раздражать. Он и выбрал то ее в толпе окружавших его смазливых дамочек лишь потому, что ему показалось, будто она чем-то похожа на Алису. Но нет, присмотревшись, он понял, что она слишком далека от сравнения с той женщиной, которую он действительно желал. Однако, стоит признать, что секс с ней был не так уж и плох, а если закрыть глаза и представить на ее месте другую… После этих мыслей он взял ее руку и притянул к себе.

Принц Георгий сидел в окружении друзей, которых гордо именовал своими советниками, и пытался разработать план того, как вернуть власть в кругах Сопротивления. Однако, на ум не приходило ничего лучше, как убить собственного брата. Но он сразу отмел эту идею, по многим причинам. Одной из которых было то, что убийцей он себя все-таки не считал. Наедине с собой, он, пожалуй, мог бы признать, что подчас может проявить некоторую трусость (а кто не может?), и возможно именно поэтому не решается на этот шаг, но все-таки твердо постановил, что нужно искать другой выход.

— Остается только одно, нужно, чтобы люди Запретного города сами считали меня лучшим и достойнейшим из братьев. А для этого, нужно совершить что-то такое, чтобы обо мне заговорили!

— Но что?

— Кажется, я знаю. Только в бункере, кроме нас троих, об этом никто не должен знать…

Глава 41. Предательство

Император как всегда в это время суток сидел за свои рабочим столом и просматривал кипу документов, требовавших его незамедлительного внимания. Он настолько погрузился в то, что делал, что даже не сразу понял, что находится в комнате не один. Однако, нервный смешок, прозвучавший всего в нескольких шагах от него, заставил Ивара 1 вздрогнуть и все же осознать, что кто-то бесцеремонно нарушил его уединение. Император поднял голову и увидел прямо перед своим столом принца Георгия. Его удивлению не было предела, однако, он тут же взял себя в руки и надел маску невозмутимости.

— Никогда не думал, что все окажется так легко. — Издал Георгий еще один нервный смешок и направил на Императора огнестрельное оружие.

— Как ты здесь оказался? — Тон Ивара был ровным и лишь слегка заинтересованным, казалось, будто он даже расслабился и его совершенно не волнует то, что на него направлено дуло пистолета.

— Тарий 13 в свое время подвел к соседнему кабинету пространственный тоннель, о его существовании знал только он и… я.

— Что ж ты не воспользовался им раньше?

— Я обещал, что воспользуюсь им только в крайнем случае.

— И, как я понимаю, этот случай настал. — Лицо Императора стало заинтересованным.

— Да. — С вызовом ответил Георгий.

— И что же случилось, и где твои друзья из Сопротивления?

На лице принце промелькнула неуверенность, и он не ответил на этот вопрос. Бровь Ивара в удивлении изогнулась.

— Ты пришел один? Очень интересно… Так что же произошло? Неужели Васс вышвырнул тебя из Сопротивления?

— Никто меня ни откуда не вышвыривал! — Взорвался Георгий. Пистолет в его руках задрожал и поднялся на уровень груди Ивара 1. — Но я хочу всем им доказать, что только я один достоин стать следующий Императором!

Невольно Ивар покосился на оружие и продолжил.

— Так значит, они больше не видят тебя преемником престола. Как не справедливо! Ведь это ты их всех собрал и первое время только ты был их идейным вдохновителем! — Вполне искренне возмутился тот.

Брови Георгия сошлись на переносице. Он явно не понимал логики Ивара 1.

— Это уже не имеет значения. Сейчас я вас убью, и все встанет на свои места. — Он постарался вернуть своему голосу жесткость и невозмутимость.

— Георгий, ты же никогда раньше не убивал, а сейчас собираешься стать убийцей Императора? Неужели ты думаешь, что это добавит тебе очков в борьбе с Вассом?

Лицо Георгия дрогнуло, но ответил он все также твердо.

— Еще как добавит. Я стану освободителем народа, и они предпочтут меня ему!

— Эх, Георгий, я всегда считал, что мы зря не интересуемся историей людов. А ведь там можно узнать очень много интересного. — Император наклонился вперед и, положив локти на стол, сложил пальцы домиком. — Например, в Российской истории можно почерпнуть очень много информации о переворотах и цареубийцах. И знаешь что? Ни один будущий царь или Император ни разу не убил своего предшественника лично, ну или по крайней мере так, чтобы об этом знал народ. Обычно эту честь доверяли своим приближенным, которых потом очень быстро списывали со счетов. Видишь ли, народ может простить своему монарху что угодно, но только не убийство своего предшественника. Это как самое грязное и уродливое пятно ляжет на твою честь, и ты уже до конца своих дней не сумеешь отмыться, как бы ни старался.

После этих слов лицо Георгия стало выражать растерянность, а рука дрогнула и немного опустилась. В это мгновение Ивар резким движением ухватился за край стола и перевернул его прямо на Георгия. От неожиданности он не успел отскочить на достаточное расстояние, и тяжелый стол задел его правое колено. Он скривился от боли и на мгновение потерял Ивара из вида. Тот тут же вырос около него и ударил по руке, выбивая оружие, и в челюсть. Принц упал на бок, однако следующий удар Ивара пришелся в пустоту, потому что Георгий успел откатиться и запустить в Императора чем-то тяжелым, что попалось ему в руки. Тот быстро отбил предмет, однако этого времени Георгию хватило, чтобы подняться на ноги. Оба непроизвольно покосились на пистолет, который отлетел прямо к окну. Еще несколько секунд они смотрели друг на друга, а потом Георгий кинулся к оружию. Однако, не успел сделать и пары шагов, как Ивар сбил его с ног. Они принялись кататься по полу и методично наносить друг другу удары. Нос Георгия был сломан, из него хлестала кровь, глаз заплыл. Бровь и губы Ивара были разбиты, а в ушах шумело, после очередного удара, но они все равно тянули руки и старались заполучить оружие. Их кулаки были сбиты в кровь, однако ни один не желал уступать, потому что они знали, что для одного из них этот бой будет последним в жизни. Внезапно Георгий зарычал и с невероятной силой ударил Ивара в челюсть, выбив при этом зуб. Император взвыл и принц, воспользовавшись вспышкой боли врага, перекатился наверх, подмяв его под себя, и начал того душить. Руки Императора уперлись ему в подбородок, стараясь ослабить давление рук Георгия, однако, это мало помогало, казалось, Георгий черпает силу из своего отчаяния. Кровь заливала их лица и пузырилась на губах, и, не смотря на свое сопротивление, Ивар впервые с начала схватки подумал, что может ее проиграть. Воздух перестал поступать в его легкие, мир сузился до одного единственного желания глотнуть хоть каплю воздуха, глаза Императора начали закатываться, и он понял, что жить ему осталось считанные секунды.

Внезапно, хватка Георгия ослабла, и он завалился на бок. Все еще задыхающийся, судорожно хватающий воздух и болезненно кашляющий, Ивар не сразу понял, что над ним теперь стоит Ротт и протягивает ему руку. Однако, он лишь зарычал отрицательно махнул головой и, покачиваясь, встал сам. После чего подошел к поверженному противнику и тяжело дыша со всей силы пнул его ногой.

— Этого в камеру во дворце. — Прохрипел он. — И пришлите к нему целителя: он мне скоро понадобится. — Он сплюнул кровь и выбитый зуб прямо на пол и, взглянув на Ротта еще раз, прикрикнул. — Ну, что стоишь! Выполняй. — Прочитав на дисплее передатчика своего немого телохранителя вопрос, добавил. — Да, от целителя я тоже не откажусь, и направился в ближайшее кресло.

Однако Ротт не торопился уходить.

— Что еще? — Устало спросил он и увидел очередную надпись на дисплее. — Еще один обнаружен в соседней комнате? Ох, и какие же они идиоты! — После чего откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза. — Это ж надо, наш принц не хотел делить привилегию стать цареубийцей даже со своими приближенными. Однако, одного все же захватил для храбрости. Глупец! — После недолгого молчания его глаза приоткрылись и в них блеснули мстительные огоньки. — И еще, я не слышал того, что ты мне только что сказал. Этого второго здесь не было… И не должно быть больше нигде. Это понятно?

Ротт кивнул головой.

— Кстати, пространственный тоннель, по которому они сюда попали обнаружен? Нет?! Тогда ищите!

Ротт еще раз кивнул головой и удалился.

Ровно через три часа Император стоял перед камерой, в которой сгорбившись сидел принц Георгий, и пристально изучал его взглядом. К этому времени целители успели хорошо потрудиться над ними обоими и о схватке напоминали лишь небольшой шрам на брови Императора и компресс на носу принца. Синяки были не в счет.

— Ну что ж, думаю, теперь мы сможем по-настоящему поговорить. — Наконец нарушил тишину Ивар1, еще раз оглядывая белоснежную камеру и человека, который был отделен от него лишь прозрачной поверхностью суперпрочного материала, напоминающего стекло.

Тот сидел на стуле и лишь угрюмо поднял на него глаза, а потом перевел их на стену перед собой.

— Где мой друг? — С непроницаемым лицом задал вопрос принц.

— Какой? — Брови Императора в наигранном удивлении взметнулись вверх.

На миг черты лица Георгия утратили невозмутимость, и он уставился на Ивара.

— Ах, этот… — Усмехнулся тот. — Боюсь, что ты его больше никогда не увидишь.

— Он в тюрьме?

— Что? В тюрьме? — В голове Императора слышала одновременно, и издевка, и мстительное удовлетворение. — Боюсь, что человек, совершивший покушение на Императора вряд ли может рассчитывать на столь легкое наказание.

— Но это же я совершил покушение! Он ни при чем! — Воскликнул обескураженный принц.

— Знаешь, у людов есть писатель, произведения которого они очень любят цитировать… — Медленно проговорил Ивар. — Так вот в произведении “Маленький принц” Антуана де Сент Экзюпери есть такие строки: “Мы в ответе за тех, кого приручили.” Если хотел все сделать сам — не нужно было тащить его с собой. Теперь он расплачивается за твои ошибки, принц.

Губы Георгия побелели, и он шумно сглотнул. Перед его внутренним взором предстал один из его самых верных друзей, который еще несколько часов назад так смело шагнул за ним навстречу смерти.

— Какой же ты…

Император тут же поднял вверх указательный палец, останавливая его словоизлияние.

— Я бы не советовал тебе сердить меня сейчас.

— Я все равно ничего не скажу вам о Сопротивлении.

Император усмехнулся.

— Знаешь, а мне ведь даже не обязательно спрашивать тебя. Я подключу тебя к устройству, и мои ребята сами достанут нужную мне информацию из твоей головы. Я выверну тебя наизнанку, но узнаю все, что мне нужно.

Однако, вместо испуга, который Ивар ожидал вызвать своими словами, он увидел в глазах Георгия злобную удовлетворенность.

— Не выйдет. Думаешь, мы ничего не предприняли после того, как узнали, что ты не гнушаешься копаться в чужих мозгах? Каждому из членов сопротивления поставили мощный блок, и если кто-то попробует через него пробиться, то не добьется ничего, кроме, конечно, того, что сведет испытуемого с ума или выбьет память вообще. — Увидев недоверчивое выражение на лице Императора, он добавил. — Можешь сказать спасибо Сержу. Ну и попробовать, конечно. Только тогда ты уже точно ничего не сможешь узнать.

Некоторое время Император просто испытующе на него смотрел, наконец, через несколько минут, он произнес.

— Хорошо, можешь считать, что я тебе поверил. Только ведь это ничего не меняет. Ты мне все расскажешь и так. Поверь, мои ребята знают свое дело. — И начал прохаживаться вдоль стекла.

— В этом я не сомневаюсь. Только о Сопротивлении я все равно ничего не расскажу.

— Это прозвучало так, будто ты готов рассказать о чем-то другом. — Медленно растягивая слова и пристально глядя в глаза принца, проговорил Ивар.

— Может и так. — Также медленно ответил тот. — Только просто так я этого не сделаю.

— Ты мой пленник!

— И тем не менее, Ивар, ты как никто должен знать каким я могу быть упрямым.

Ивар и правда это знал. А еще то, что из принца можно при желании вытрясти что угодно, однако, если он упрется рогом, то на это понадобится много времени. А время, как знал Ивар, ресурс не возобновляемый, и если его упустить, то можно поплатиться очень многим.

— Хорошо, и что же ты можешь мне предложить такого, что я могу пойти на твои условия? Кстати, я хотел бы их услышать.

Некоторое время Георгий просто сидел и кусал губы.

— Я хочу, чтобы меня отпустили, а взамен я помогу тебе заполучить обратно Алису, при чем так, что она придет к тебе сама и, умоляя, будет валяться у тебя в ногах.

Глаза Императора недобро сощурились.

— Почему ты решил, что эта женщина меня все еще интересует?

— Ну, если она уже не интересует тебя как женщина, то очень скоро заинтересует тем, какие приобрела способности.

— Способности?

— Да, после общения с Душой мира, она может… — Он выдержал эффектную паузу. — Видеть вторую половину человека и сказать, где он приблизительно находится.

— Что? — В голосе Императора было столько недоверия, что Георгий даже испугался, что он ему не поверит.

— Да, и это чистая правда. И еще, теперь она знает, кто твоя половина… и Максим тоже знает и потому жутко бесится.

— И кто же? — Казалось, Ивар даже затаил дыхание.

— Знаешь, кого она видит рядом с Максимом? — Тоном завзятой сплетницы начал он. — Лишь тень, и как недавно выяснилось, эта тень принадлежит ей. Себя она просто не может видеть. Всех остальных она видит без каких-либо проблем, а вот себя… Смешно правда?

— Обхохочешься. Только при чем здесь я.

Губы принца дрогнули в недоброй усмешке.

— А при том, что рядом с тобой она тоже видит лишь тень… Свою тень. — Георгий видел, как смысл сказанного потихоньку проникает в мозг Ивара и даже получил от этого удовольствие. — И знаешь, что самое смешное во всей этой ситуации? — Не получив ответа он продолжил. — Если бы она встретила первым тебя, то скорее всего, и любила бы только тебя, и детей бы родила от тебя. Ивар, как это действительно не прискорбно звучит, но тебе просто на просто не повезло… — А вот теперь он откровенно наслаждался эффектом, которые произвели его слова на Императора. Тот же побелел и ухватился одной рукой за стену, около которой стоял.

— Ты понимаешь, что если то, что ты сейчас сказал ложь, то я тебя убью, при чем буду это делать очень и очень медленно?

— Понимаю. — Ответил принц, глядя ему прямо в глаза. И улыбка сползла с его лица.

— Тогда ты должен понимать, что при всем своем желании, я не могу отпустить тебя на волю. Это все равно, что подложить самому себе мину замедленного действия.

— Понимаю… И не прошу отпустить меня в Запретный город. Я готов уйти в Старый мир и навсегда в нем раствориться.

Теперь глаза Императора округлились от удивления. Несколько безумно долгих мгновений он молчал, что-то обдумывая. Васс не выдержал и, нервно сживая и разжима пальцы, добавил.

— Кстати, на ее сознание блок никто не ставил. Посчитали, что это может быть опасно для ее способностей. Однако, думаю, тебя этот факт не особенно смутит, если ты решишь сделать так, чтобы она забыла о существовании Максима.

— И откуда только такая откровенность? — Подозрительно сощурил глаза Император. Однако, догадка, мелькнувшая у него в голове, расставила все по местам. — Ты так их ненавидишь? Нет? Неужели завидуешь? — По выражению лица принца он понял, что попал в точку. — Н-да, ненависть рожденная завистью — это страшная штука… Что ж, хорошо. Я согласен на твои условия. Даю слово Ивара 1 из рода Такишей Императора Запретного города, что отпущу тебя на Старую землю и забуду о твоем существовании, если все, что ты мне до этого говорил, и еще скажешь, правда, и ты действительно поможешь мне заполучить Алису.

Георгию стоило огромного труда не показать своего облегчения, но, несмотря на то, что он получил то, ради чего и затеял этот торг, изнутри его начали снедать сомнения, а во рту появился горький привкус предательства. Однако, одним кивком головы, он отмел эти назойливые ощущения и перешел к главному.

— Тогда слушайте…

Глава 42. Тайное совещание

Принц Васс стоял в тени колонны небольшого зала и ожидал, когда здесь соберутся все члены Императорского совета пяти островов Запретного города, на помощь которых он возлагал очень большие надежды. Собрание проводилось в строжайшей тайне, но все же было видно, что прибывшие немного нервничают, ведь измена хотя бы одного из них значит смерть если уж не для них самих, то для членов их семей точно. Ведь Император предусмотрительно держит их под личным присмотром в неизвестном никому месте.

Между бровями Васса залегла глубокая морщинка. В последнее время он много думал о том, как повести себя сегодня: выглядеть уже свершившимся правителем, требующим от своих подданных повиновения и восстания. Или выглядеть немного дерзким принцем, смеющим, но все же трепещущим перед своей смелостью, и требовать у членов совета помощи в свержении Императора, который по воле народа, но обманом взошел на престол, или говорить на равных и просись их о помощи.

Вглядываясь в лица прибывающих сановников, он решил просто быть самим собой. Имеющие большой опыт за плечами и порядком поднаторевшие в дворцовых интригах хранители сразу распознают любую ложь и лицемерие, и тогда уж договориться с ними будет гораздо сложнее.

Итак, в зале уже почти все собрались: лорд хранитель Олимпийских островов Гаррон из рода Галлинов и леди хранительница Итилионовых островов Элейн из рода Ближних прибыли одними из первых. Васс этому не удивился, по сути, они уже давно были союзниками Сопротивления, ведь именно они в свое время помогли при его освобождении. Далее по очереди прибыли леди хранительница Весенних островов Юлиана из рода Канканов, леди хранительница Орлиного острова Маргарита из рода Хансенов, лорд хранитель Лунных островов Хоу из рода Пинов, лорд казначей Марион из рода Гравари. Оставалась лишь леди Хранительница знаний Анна из рода Ортисов, но она что-то запаздывала, что порядком нервировало окружающих, однако, этого никто не показывал. Наконец, в зале появилась и она.

— О, добрый вечер леди Анна, а мы уже вас заждались. — Проговорил лорд Гаррон.

— Добрый вечер, прошу прощение за мое опоздание, но все вы должны прекрасно знать, что Хранители знаний никогда не участвуют в переворотах и заговорах. Наша миссия состоит лишь в том, чтобы хранить и передавать уникальные знания потомкам. И я в последний момент все же решила прийти сюда, но только, для того, чтобы присутствовать в момент, который может стать историческим.

Васс хотел было удивиться тому, что леди Анна не принесла с собой ничего для того чтобы, так сказать, задокументировать этот самый исторический момент, раз уж она пришла только ради этого. Однако, он во время вспомнил, что Хранители знаний потому и стали хранителями, что отличительной чертой их рода является уникальная память, позволяющая сохранять в ней информацию не хуже, чем в самом современном компьютере.

Постояв в тени еще пару секунд, принц Васс расправил плечи и вышел к членам совета.

— Я рад приветствовать всех вас здесь сегодня. — Сказал он с легким поклоном.

Собравшиеся тоже ответили ему приличествующими поклонами и реверансами. После чего лорд Гаррон как всегда взял слово.

— Мы тоже рады вас видеть, принц Васс, свободным и в полном здравии.

— Благодарю. То, что вы сегодня пришли сюда говорит о многом. А именно о том, что вы уже выдали мне огромный кредит доверия. И вне зависимости от того, чем закончится наш сегодняшний разговор, я попробую его оправдать. — Выдержав убедительную паузу, он продолжил. — Что ж, все вы прекрасно знаете, для чего я позвал вас сегодня, поэтому не будем ходить вокруг да около…

По окончании совещания принц чувствовал себя выжатым как лимон, однако этот лимон был крайне удовлетворен тем, до чего им удалось договориться, если только не учитывать одну очень важную вещь: ничего из вышесказанного не будет иметь никакого веса до тех пор, пока не будут освобождены близкие членов совета. Однако, это его отнюдь не удручало, потому что он уже знал, где все они находятся.

Глава 43. Откровения

Как правило, мы с детьми старались, как можно чаще выбираться на поверхность и гулять. Последние деньки лета дарили мягкое тепло, и сидеть на полянке или прогуливаться под сенью деревьев было сплошным удовольствием. Конечно, нас как всегда сопровождали солдаты, однако реальная угроза как таковая здесь отсутствовала вовсе, и они, как и мы, тоже расслаблялись и нежились на солнышке, соблюдая при этом, конечно, видимость того, что нас все же охраняют. Периодически я беззастенчиво использовала их в роли нянь, и в конечном итоге они так привязались к малышам, что выводить нас на прогулку было для каждого из них большим праздником. И, не смотря на внешнюю суровость, которая очень быстро осыпалась перед улыбками Анечки и Ванечки, они с удовольствием брали их на руки, самозабвенно агукали, и строили смешные рожицы в надежде заполучить еще одну улыбку малышей.

Радовало еще и то, что с нами каждый раз выбирался кто-нибудь из женской половины бункера, и мы с удовольствием болтали обо все на свете. Очень часто нас сопровождал и Максим, и тогда прогулка становилась по истине манной небесной. Ведь находясь в бункере, ты волей неволей ощущаешь себя несвободным, зажатым в тиски партизанской войны, которую мы вынуждены были вести. А здесь, наверху, отгородиться от грустных мыслей гораздо проще, особенно, когда с тобой находятся близкие люди.

Однако, сегодня Максим с нами не пошел: Он с подразделением солдат отправился освобождать и переправлять в безопасное место представителей семей членов Совета, которых Император до сих пор держал в плену, так сказать, в золотой клетке, сдерживая, таким образом, любые бунтарские порывы членов своего Совета. Я страшно волновалась за Максима, но ничего поделать не могла, поэтому, чтобы хоть немного отвлечься от выматывающих беспокойных мыслей, снова собралась с малышами на улицу.

Сегодня составить мне компанию вызвалась Марго, сестра Максима, что одновременно несказанно меня удивило, обрадовало и ввело в растерянность. Наши отношения с Марго были, мягко говоря, не понятными. Когда я только появилась в Запретном городе, именно она стала для меня, и гидом по этому прекрасному миру, и лучшей подругой. Однако с тех пор как я еще в первый раз вернулась из Императорского плена, она стала меня избегать. Сначала это не так сильно бросалось в глаза из-за постоянной занятости всех членов Сопротивления по обустройству бункера, но постепенно я поняла, что она испытывает ко мне какую-то необъяснимую неприязнь! Я не могла этого понять или как-то самой себе объяснить. Несколько моих попыток поговорить и объясниться не привели ни к каким результатам, и постепенно я приняла тот простой факт, что она не хочет со мной общаться и с грустью и тоской вспоминала время, когда мы были по-настоящему близки.

Откровенно говоря, я даже не знала, как сейчас начать с ней беседу и о чем собственно говорить, ведь я совершенно не представляла, чем вызвано подобное потепление в отношениях, да и надолго ли оно? Поэтому некоторое время после подъема наверх мы просто молчали и делали вид, что полностью поглощены прогулкой и игрой с детьми. Наконец, Марго не выдержала и все же заговорила, пряча глаза.

— Алиса, я знаю, что виновата перед тобой…

— Что ты! В чем мне тебя винить? — Я искренне полагала, что если человек не хочет с тобой общаться, то не нужно его заставлять, ведь неприкрытое лицемерие гораздо хуже.

— Еще как есть в чем… — Кусая губы, проговорила она. — Видишь ли, было время, когда я тебя почти что ненавидела, даже считала предательницей.

От изумления я даже ничего не могла вымолвить. А она украдкой взглянула на меня и грустно усмехнулась.

— Да, вот такая я сволочь. — Констатировала она.

— Но почему? — Я наконец обрела дар речи.

— Видишь ли, незадолго до твоего появления в Запретном городе, я некоторое время встречалась с Иваром, нынешним Императором. Он очень красиво ухаживал, добивался меня … Да и что тут скрывать, мужчина он интересный. Мое сердце дрогнуло и между нами… — тут она запнулась и стала теребить подол своего платья, — вернее у меня зародилась к нему сильная симпатия. В общем, мы начали встречаться, провели вместе незабываемые выходные, потом была неделя разлуки, когда мы беспрестанно связывались друг с другом. Я чувствовала, что мне его не хватает, что я хочу, чтобы он был рядом, а подобного чувства, поверь мне, я не испытывала очень давно. Мне тогда казалось, что так и должна выглядеть любовь… А потом… потом мы договорились снова встретиться на выходных после обеда. У меня и у него утро было занято, и мне хотелось, чтобы оно пробежало как можно быстрее.

В тот день начальство направило меня в Юпитерианский квартал, где обитают менее обеспеченные слои населения, и где сосредоточены все злачные места Олимпии, для проверки пространственной материи на предмет незаконного открытия тоннеля. Однако, задание выполнить я так и не смогла, потому что увидела Ивара. — Тут она замолчала, остановилась и посмотрела мне в глаза. — Он выходил из Публичного дома… Представляешь?! Прямо перед нашей встречей он ходил в публичный дом! — Тут ее голос сел, и продолжала она уже не глядя на меня. — Такого унижения я не испытывала никогда в жизни. Как, впрочем, и историю эту тоже никому не рассказывала.

— Марго, я даже не знаю, что на это сказать… Мне искренне жаль, что тебе пришлось пережить подобное. — Мне хотелось обнять ее за плечи, но я не решилась. — Теперь понятно, почему ты транслировала по отношению к нему такую неприязнь, когда все остальные так безгранично ему доверяли.

— Н-да… Так вот, когда я узнала, что он к тебе неравнодушен, даже почти что помешан на тебе… В общем, вопреки здравому смыслу, я переключила всю свою неприязнь на тебя. Вот… Только позже я поняла, что завидую тебе, тому, что ты все же смогла вызвать в нем те чувства, которые я вызвать была не в состоянии.

— Понятно… И что же изменилось теперь?

— Теперь я знаю, что ты, как оказалась, предназначена ему судьбой, а против этого в Запретном городе не попрешь. И меня как-то отпустило. Я поняла тот простой факт, что я не хуже, а просто не та.

Я вздохнула.

— Не бывает людей хуже или лучше. Все это бред собачий. Мы все такие разные и часто лишь наш выбор определяет какими мы будем для тех или иных людей и для себя лично… Для тех же, кто тебя действительно любит, даже это не будет иметь значение, как впрочем и то, что ты совершаешь. Раньше я не понимала, тех слов, что мне говорила моя мама, наверное, до тех пор, пока сама не стала мамой. А она говорила, что чтобы ни случилось, для них, родителей, я всегда останусь самой лучшей и самой любимой. И знаешь, отпечатавшись на подкорке сознания, это здорово помогало мне в жизни. Не знаю, говорили ли это тебе твои родители, но я уверена, что спроси ты их, они ответили бы тебе тоже самое. Мы можем, конечно, их разочаровать, обидеть, но любить от этого меньше они нас не станут. Так же и с тем, кого по-настоящему любишь, и кто любит тебя. Я рада, что ты наконец поняла, что Ивар просто оказался не тем мужчиной и мне жаль, что ты столько времени носила в себе эти разрушительные чувства и именно я стала их причиной.

Марго сейчас смотрела на меня широкими от удивления глазами и, наконец, выдала:

— С каких это пор ты стала философом?

— Да ну тебя! — Страшно смутилась я. — Тоже мне, нашла философа. Эту истину давным-давно озвучил наш писатель Антон Павлович Чехов: “Не существует добрых, плохих, хороших. Не существует: милый, прекрасный, злой. Есть только два типа людей, не больше: Твой человек и человек не твой.” Не поверишь, но я много думала над этим с тех пор как узнала, что могу быть предназначена двоим. И когда я ставила на место Ивара Максима, то вдруг понимала, что он бы такого не совершил, а если бы и совершил, я все равно любила бы его не меньше. Может быть, я бы его даже возненавидела за все это, может даже ушла от него — да, но любить меньше не стала бы. Странно… Правда? — Марго посмотрела на меня немигающим взглядом, но ничего не отвечала. Я немного помолчала и, наконец, сказала то, в чем еще никому до этого не признавалась. — И … Я много думала об Иваре в последнее время. И готова согласиться с тобой, что ни смотря ни на что, он очень интересный мужчина. Есть в нем что-то такое, что привлекает наше женское племя и заставляет сердца биться быстрее. Но… Чтобы там ни было предназначено мне судьбой, я очень хорошо поняла, что его я не люблю. А единственный, кого я хочу видеть с собой рядом всю свою жизнь — это Максим.

— Блин, какая же ты романтичная особа, Алиса Строганова! — Стараясь сдержать слезы, заявила Марго. — В любом случае, прости меня, дуру! И еще, мне искренне, как в детстве, хочется добавить: честное слово, я так больше не буду!

После этого мы наконец обнялись, и я ощутила настоящее тепло в груди от того, что все эти недопонимания ушли, и моя подруга, наконец, вернулась.

Внезапно, прямо позади нас раздался неприятный ироничный голос.

— Ох уж эти женщины, ни дня без драмы! Хотя, боюсь, что этот день вы все же запомните навсегда.

После чего нас на несколько метров отбросило ударом силового поля. Из моей груди один махом вышибло весь дух, и я почти потеряла сознание. Несколько томительно долгих секунд я ожидала, что будет дальше, но услышала лишь удаляющийся детский плач. "Что они делают с моими детьми?!" И в следующее мгновение поняла, что кто-то просто на просто уносит их прочь, крадет их! Ужас сжал все мои внутренности, сердце подпрыгнуло и застряло где-то в горле, и неконтролируемая паника поднялась где-то из глубин моего естества и заставила волосы на коже и голове встать дыбом. Неимоверным усилием воли я села и посмотрела туда, откуда доносился детский плач. В глазах все двоилось, и я смогла лишь различить спину похитителя и то, что он растворяется в пространстве тоннеля, унося моих детей прочь в неизвестность.

Глава 44. Куда приводят мечты

Алекс из рода Галлинов всегда гордился своей дружбой с будущим Императором Запретного города принцем Георгием. Эта дружба в прошлом давала ему много привилегий, а в будущем, если принц все же достигнет своей цели, обещала ему дать место в совете. А это ни много ни мало дать ему в руки управление одним из пяти островов Запретного города или на худой конец сделать его лордом Казначеем, что, в принципе, дало бы ему возможность влиять на хранителей всех пяти островов. В общем, перспективы для себя он видел очень радужные. Однако, после того, как бункере появился принц Васс, эти мечты начало заволакивать туманом. И они с Федором, как два верных пса и советника Георгия, начали искать выход из сложившейся ситуации. Поэтому, когда принц решил активировать тайный и только ему известный пространственный тоннель, подведенный к комнате, соседствующей с кабинетом, где обычно работал Император, и лично совершить убийство Ивара1, они, не смотря на весь риск и опасность, тут же согласились ему помочь.

Сложность состояла лишь в том, что активировать и деактивировать тоннель можно было только с одной стороны — со стороны входа. Поэтому, если принц не вернется к указанному сроку, его обязательно кто-то должен был деактивировать. Этим кем-то, после длительных размышлений, он и был назначен, хотя, скорее предпочел бы отправиться с Георгием, чем ждать и томиться неизвестностью. Однако, с принцем пошел Федор.

Но даже после того, как назначенное время истекло, а потом еще и добавленное лично Алексом на случай “А вдруг у них там непредвиденная ситуация и они просто задерживаются” тоже, он вынужден был деактивировать тоннель, чтобы не подвергать опасности все Сопротивление.

Впервые за длительное время он ощутил себя беспомощным мальчишкой, который вот-вот расплачется. Только сейчас он с ужасом понял, что именно ему предстоит отчитываться за необдуманные действия принца. Ведь этот тоннель можно было использовать гораздо эффективнее, да что там, с его помощью можно было совершить государственный переворот! А они с принцем скрыли эти сведения и воспользовались ими совершенно бездарно. Вследствие чего бесценный шанс был упущен, а сам принц если не убит, то взят в плен, как и один из его советников. И это еще большой вопрос удастся ли им сохранить в тайне те сведения, которыми они обладают!

Когда весь смысл происходящего до конца дошел до Алекса, волосы на его голове зашевелились, и он глухо застонал. Теперь перед его внутренним взором уже не маячил вожделенный пост хранителя, а скорее горела каленым железом одна единственная мысль: Что будет дальше?!

Кое-как он доковылял до своей комнаты и закрылся. Выходить из состояния самобичевания в ближайшие несколько часов он не собирался, поэтому откупорил бутылку припасенного виски и сделал большой глоток. Одолев ее подобным нехитрым образом почти одним махом, он всхлипнул и провалился в забытье.

Когда через несколько часов его разбудила трель его личного телефона, которым они договорились пользоваться только для связи с принцем, он ничего не понял. Однако, все же кое-как протер глаза и включил его. Прямо перед ним голограммой засветился принц Георгий и недовольно его оглядел.

— Ну привет, Алекс. — Криво улыбаясь, проговорил тот. — Надеюсь, ты еще не успел растрезвонить о нашем исчезновении?

— Принц?! — Удивлению и радости Алиска не было предела, а уж учитывая похмелье, то его состояние скорее можно было охарактеризовать как блаженный ступор.

— Именно. Так кто-нибудь уже в курсе нашей неудавшейся операции?

— А?

— Да очнись же ты! Ты что пьян? — Голос принца сорвался на крик.

Алекс с усилием потер свое лицо и волосы и, наконец, собрался с мыслями.

— Нет. То есть я хотел сказать, что никому ничего еще не рассказывал.

— Что ж, тогда у нас еще есть шанс все вернуть. — С облегчением выдохнул Георгий.

— Что вернуть? — Проговорил окончательно сбитый с толку Алекс. — И где вы с Федором находитесь?

На этот вопрос Георгий почему-то ответил особенно зло.

— Где мы находимся в данный момент не имеет никакого значения! Сейчас меня волнует вопрос как отсюда выбраться! И только ты можешь мне в этом прочь.

Голова Алекса соображала все еще очень туго, но резкий тон принца все же пробился через ватный панцирь похмелья, который его окружал.

— Что мне нужно сделать?

— Ты помнишь, то о чем ты мне рассказал, когда подслушал разговор Максима с Сержем и Габи о троекровках?

— Эээ, д-да. — Нерешительно ответил тот в замешательстве. — Но как это может нам помочь?

— Ты должен доставить его детей в то место, которое я тебе укажу.

— Но как доставить, зачем? — Алексу казалось, что принц разговаривает с ним на другом языке. При этом он отчетливо услышал, как принц в бешенстве втягивает воздух в легкие.

— Затем, что они станут гарантом моего освобождения!

— Но это же дети!

— Да, дети, но эти дети, когда немного подрастут, согласно пророчеству, станут причиной гибели обоих миров! Так что мы с тобой еще и сделаем всем великое одолжение, если отдадим их на людской суд сейчас! — Затем в трубке повисло молчание, и через некоторое время принц заговорил снова, но на этот раз его голос был совсем другим. — Алекс, пойми, только от тебя сейчас зависит как моя, так и твоя дальнейшая судьба. Я получил гарантии от Ивара, что если ты сделаешь все, как я тебе скажу, тебе обещана полная амнистия и пост помощника лорда Казначея Запретного города.

От услышанного у Алекса закружилась голова. На него столько всего обрушилось разом, что некоторое время он просто тупо смотрел в стену и переваривал услышанное. До него наконец дошло, что принц в плену у самого Императора, что тот его по какой-то причине еще не убил и что совсем уж не правдоподобно, но еще и готов отпустить. А самого Алекса поднять до таких высот о которых он, будучи отпрыском довольно бедной, хоть и благородной, родовой ветви, не мог и мечтать, но всю свою сознательную жизнь так стремился. И все, что нужно для осуществления этой вожделенно мечты — это выкрасть двух младенцев. Когда он это, наконец, осознал, в его голове повис только один вопрос:

— Но как я смогу это сделать?

На что полный облегчения голос Георгия ему ответил:

— Все не так уж и сложно. Я тебе объясню.

Все и правда оказалось гораздо проще, чем он думал. Даже обстоятельства играли ему на руку, ведь вследствие проведения масштабной операции по освобождению из заложников родственников членов совета, бункер был наполовину пуст. А уговорить симпатизирующую ему девушку-охранника, которая по счастливой случайности именно в этот день дежурила на посту, выпустить его ненадолго подышать свежим воздухом и, как он ей намекнул с соблазнительным блеском в глазах, нарвать некоей привлекательно даме букет осенних цветов, не составило особого труда. Больше всего его удивило, что принц Георгий предвидел то, что в бункере почти никого не будет, однако, он старался как можно меньше об этом задумываться.

Когда он вышел, то первым делом установил передатчики для пространственного перехода. Охрана, прогуливавшаяся сегодня вместе с женщинами и детьми, особого внимания на него не обратила, ведь он же свой, да к тому же еще и не последний человек в рядах Сопротивления. Они не насторожились, даже когда он подошел к ним почти вплотную. Улыбнувшись, он достал оружие и расстрелял им в спину снотворными зарядами.

Насчет Алисы были даны довольно точные указания: Вреда не причинять, снотворным не пользоваться, максимум — силовой заряд на малой мощности. Но она была не одна, да к тому же, по какой-то не известной причине, ему страшно хотелось ее хорошенько приложить чем-нибудь тяжелым. Возможно потому, что чувствовал себя перед ней виноватым или от того, что она родила этих детей, и он сейчас вынужден наступать на собственную человечность, чтобы достигнуть того о чем мечтал? Звучит, конечно иррационально, но примерно так он и думал, или скорее не думал, а чувствовал, ведь если взять всю ответственность за происходящее на себя, то получается как-то очень уж очень хреново, к тому же так хочется переложить вину за предательство и смерть этих детей на кого-то другого. Конечно! Вот оно: виновата во всем она! Поэтому он выставил на оружии максимальный заряд и хорошенько приложил обеих девушек. В данную минуту он так ее ненавидел, что готов был убить, но вовремя сдержался, взял детей на руки и пошел в активированное марево тоннеля.