Глава 32

Кристина – Ты как? – раздался рядом голос, полный теплого участия. – Да-да. Я помню. На работу. Сейчас пойду. Уже встаю, – ответила я. В комнате полумрак, свет лампы бра невероятно тусклый, едва видны очертания предметов. – Куда собралась? В три часа ночи! – плеча коснулась рука. Я протерла глаза. – Что? – Три часа ночи, – повторил голос подруги. – Ты во сне что-то говорила, плакала громко. Я тебя разбудила просто. На, выпей. Я автоматически сжала пальцы вокруг кружки, предложенной Сашей. Теплая. Начала греть об нее свои пальцы, внутри было так холодно, будто лед разросся вглубь, вширь. – И, наверное, тебе сегодня на работу тоже не стоит выходить. – Тоже? Что ты имеешь в виду? – Лишь то, что ты вторые сутки как не в себе, – ответила Саша и присела рядом, обняв. – Я предупредила, что ты сильно простыла, но сохранится ли за тобой место, увы, сказать не могу. Но ты не переживай, другое место найдем, на крайний случай. Меня эта крыса администратор тоже достала, токсикоз дурно на ней сказывается. Такая стерва стала, невыносимая. Уже жаль ее малыша, мамаша-токсик из нее выйдет! И всех окружающих мне тоже жаль… Так что можешь не париться и сразу уволиться. От нее сейчас даже наш бариста, спокойный, как удав, прячется, тебя она точно заклюет. Ты сейчас, мягко говоря, не в форме. Неужели что-то плохое случилось? – Да, кое-что произошло. – Я бы решила, что у тебя кто-то из родных умер, но я-то новости о наших местных знаю, ничего такого. Напротив, вроде дела пошли на лад. – Никто не умер, Саш, – ответила я едва слышно. Никто, кроме меня, наверное. Все живы. Я тоже вроде бы живая, но словно пустая. Пустая. Потерянная. Все как в кошмарном сне. Я помню только как услышала слова Булата, увидела, как он обсуждал вполголоса со своим другом, вероятно, свои дальнейшие грязные развлечения, где мне тоже уготована роль. Потом я вернулась в соседнюю комнату, за курткой и сумкой, в которой было немного вещей и документы. Вещи, самые необходимые… Я едва помнила, как послала Булату свои трусики и записку через официантку и сбежала. Боялась, что меня остановят. Но меня не схватили. Вероятно, Булат был уверен в своей власти надо мной и моем полном согласии на все, что он скажет. Может быть, роль шлюхи, на которую он меня взял, это и предполагала. Он же говорил, мол, ты со мной, пока интересуешь мой член. Видно, простой секс со мной стал пресным для искушенного Булата. Надо добавить пошлости, грязи… Это не для меня. Дерьмовая из меня шлюха. На двоечку. – Тогда что случилось? Только не говори, что ты из-за развода так убиваешься! – закатила глаза Сашка. – Было бы по кому страдать! – Нет-нет, не из-за развода. Тамир ни при чем… Вернее, косвенно виноват. Таскаться за мной начал, поцеловал. Мужчина, с которым я встречалась, узнал. Мы расстались. – А-а-а… Папик твой. Ты так его ни разу и не показала. Слишком стремный и старый, что ли? – Старше, да. Не стремный. Как раз наоборот. На таких, как он, девушки вешаются пачками. – Попользовался и бросил? А ты влюбилась. М-да-а-а… Видно, он в постели виртуоз, что ты так горько плачешь во сне. Сашка будто нарочно говорила с иронией, немного грубовато, желая меня встряхнуть. Я и сама хотела встряхнуться, сбросить оцепенение, прийти в себя. Ведь это ненормально – я из клуба сбежала, как дурная, деньги все Булату перечислила на карту по номеру телефона, и все… Все, дальше мои мысли-чувства были обрублены, вырваны с корнем. Я и сама, будто поваленное ураганом деревце. Все вокруг кричит «Живи дальше!», но я до сих пор засыхаю, сердце ноет. Обугленное, черное, не позволяющее вздохнуть полной грудью. – Я скоро приду в норму. Прости, что свалилась тебе на голову и добавила проблем. – Оставайся, – махнула Саша. – Проблем пока нет. Хата до конца месяца оплачена. Только одно меня беспокоит. Мои свалили жить отдельно, а я в одиночку аренду не потяну. Так что… Если планируешь остаться дольше, то вливайся. Если получится, то будет супер. Меня, в принципе, здесь все устраивает. Но если не выйдет, ты мне сразу скажи, пожалуйста. Не затягивай. Я тогда поищу другие варианты, типа съема отдельной комнаты. Вариант тухляковый, конечно, не люблю я эти коммунальные квартиры. У меня даже от соседства с родственниками иногда пригорало от их небрежности и нежелания прибрать за собой. То устали, то опоздали, то тупо уехали, а мне выгребать за ними. В этом плане с тобой проблем нет, ты чистюля, не шумная, скромная, мужиков водить не будешь. Эй, не будешь же? – Нет-нет! – замотала головой отчаянно и даже немного качнулась всем телом, расплескав теплый чай. – Какие мужчины? Ты что?! Нет, мне хватило… Наверное, на всю жизнь. – Не зарекайся. К тому же, если бы твой красавчик… снова к себе позвал, то что? – НЕТ! – выпалила громко. Я предпочла переключиться на чай, старательно придерживая кружку обеими руками. Лишь бы зубы не клацали по краю, лишь бы не клацали… Но стук все равно был – мелкий и частый. – Что за урод тебе попался? – задумчиво поинтересовалась подруга и понизила голос. – Он тебя бил, издевался? Что-то нехорошее заставлял делать? – Нет-нет. Не бил. Не издевался. Просто взял без спроса и трахнул. Это считается за дурное? Потом предложил заняться сексом на глазах у его друга или похуже, я не знаю, я точно не знаю… Знаю лишь, что для меня это слишком. Плохая из меня шлюха вышла. Неспособная… Не потянула я. Не насосала ни на «и жили они долго и счастливо», ни на «она жила одиноко, но сыто и больше ни дня не работала». – Все деньги я вернула ему. Глупо? – спросила. Ой, вслух спросила. Саша подперла подбородком руку. – Деньги вернула? Много? – Очень. Вещи не забрала. Подарки. Все оставила. – Недальновидно, мягко говоря. Но зная тебя, я вообще в шоке, что ты на такие отношения пошла, ты же у нас из другого теста. – А ты бы пошла? – В содержанки, что ли? – поинтересовалась Саша. – Меня никто не зовет. И потом, вдруг мужик мне бы попался красивый, молодой, ммм… Я бы подумала, конечно! Но не влюблялась, как ты. А с другой стороны… молодому и красивому и так любая даст, не нужно соску покупать… Так что… – пожала плечами. – Улыбаемся и пашем, Крис. – Да, ты права. Улыбаемся и пашем. – Вот ты сосала и что? Насосала себе только нервный срыв. Тебе этот урод еще цистерну молока должен подогнать. За вредность! – пошутила подруга. Я рассмеялась сквозь слезы. Хорошая эта Саша. Если бы не она… Не знаю, где бы я оказалась и что делала. – Ладно, давай спать. Мне завтра на смену двойную, а ты без глупостей, ок? Не отсвечивай перед этим хахалем. Уборкой займись, у меня руки никак не дойдут почистить духовку после того, как родственнички в ней курицу чуть ли не до угля запекли. Хозяйка увидит, устроит мне трах головного мозга, так поимеет, все мужики будут нервно курить в стороне. И если что, ты моя двоюродная сестра! – Думаешь, заявится нежданчиком? – Да черт ее знает. Мало ли… Было пару раз, она приходила без предупреждения. * * *Надо встать. Встать необходимо. Подъем! С этой мантрой я соскребла себя с кровати только к полудню следующего дня. Позавтракала кое-как, включила музыку, втянулась в уборку незаметно для себя. С удивлением обнаружила, что можно функционировать дальше. Иногда пальцы сбивались на трясучку и сердце билось с перебоями, сотрясая грудную клетку гулкими ударами. Но в целом, я не разучилась двигаться, делала все автоматически. Квартиру подруги покинула, только чтобы выкинуть мусор и купить хлеб в магазинчике на углу. Когда вернулась, мне кто-то звонил. Номер не подписан. Я ответила. – Бросила мой контакт в черный список? Поговорим?! – произнес мужской голос напористо. Булат… Булат. Булат! Мое бедное сердце затрещало и закровоточило. Пол под ногами зашатался, как будто я сунулась в открытое море на лодке во время сильнейшего шторма.