Глава 47

Крис – А я… – выдохнул мои волосы. – Мудак. Так и скажи. Я только сейчас понял, на что злился. Злился от… Я замерла, слушая. Не знаю, возможно его слова ничего не изменят! Но я просто хочу услышать, что он скажет. Вчера он говорил много, а я была на нервах, на стрессе, я ничего не запомнила, не хотела запоминать, отталкивала его усердно… Теперь хочу знать. Слышать. Хочу! – От чего? Я поерзала, устраиваясь в его объятиях поудобнее, немного оттопырила попку, прижавшись теснее. Он вбился бедрами мгновенно, поглаживая меня по бедру одной рукой. Пальцы задумчиво гуляли возле резинки моих трусиков. – Ты и представить не можешь, как мне сложно, – замычал в мои волосы. – Сложно говорить. Я никогда раньше таким не страдал. Все было просто и понятно. Даже с женой… Она быстро мне сдалась, я ее принимал иначе, чем других, и считал, что люблю. – Теперь ты изменяешь своей жене. – Нет. Напротив. Мне кажется, я только тебя ждал, все остальные – подделки. Ладонь погладила меня по бедру требовательнее. – Дай договорить. Мои мысли перескакивают, я в глубоком ахуе от того, как много всего внутри. И все это сказать… – рассмеялся хрипло. – Нереальным кажется. Еще я думаю, надо ли тебе это? – Что это? Услышать, наконец, о твоих чувствах? Да просто… – я задохнулась. – Просто, боже, узнать, что у тебя вообще существуют чувства?! Ко мне?! К той, которая только твой член обслуживать должна?! – Говорю же, в ахуе. Сколько всякой хуйни тебе наговорил, как в океане грязи, а теперь отмыться. Я стараюсь, но она липнет. Липнет, как нефть… Я грязный… – рыкнул в мои волосы. – Взрослый, грязный для тебя, но я все равно хочу, что ты была моей. Только моей, девочка Лава, и… – И? Булат прочистил горло, отвлекся на миг, отошел. Без его загребущих рук стало холодно, хотя в доме было тепло. Я смотрела, как он включил воду и пил ее прямо из-под крана. Хлестал жадно, набирая в ладонь и поднося ко рту. Вода стекала по его лицу и шее, по груди. Меня взбудоражило это зрелище. Какая я слабая… Мелкая перед ним в своих чувствах! Он только пальчиком меня поманил, и в груди снова проклюнулись ростки любви. Разве они не были растоптанными?! – В горле пересохло, говорить сложно, – вытер тыльной стороной ладони свой рот. – Я как будто пьяный. Теперь мы просто стояли лицом к лицу, смотрели друг на друга. Наши ладони покоились на столешнице, на небольшом расстоянии. Булат немного качнулся в мою сторону, я отрицательно покачала головой. – Говори! – Бля… Я как будто костюм не по размеру надеваю. Неудобно. Или вообще как будто голым оказался посреди толпы… – нахмурился, метнул в сторону сердитый взгляд, потом снова посмотрел на меня. – Я не злюсь, пойми. Только на себя. Не приучен говорить о чем-то, типа любви. Или как там… Я задержала дыхание, наблюдая, как его ломало. Всегда спокойный, сдержанный, уверенный в себе, не позволяющий себе лишних жестов, сейчас Булат нервничал, это выражалось в том, как он беспокойно двигал головой, мимика стала оживленной, движения рук, ног, тела. – Я психанул тогда. От фоток. Загнался. И только сейчас понял причины, – все же заглянул мне в глаза. – Психанул, потому что помнил твои слова. О том, что я тебе не нравлюсь. О том, как ты хотела брака с Тамиром… Понимаешь? Я тоже мотаю, в памяти откладывается. И когда увидел, все… Все переклинило от страха, что ты его любить можешь или даже тайно любишь, а меня – нет – и никогда… Поэтому все так и пошло. По одному месту. И я до сих пор не уверен, нужно ли тебе это все – такой, как я. Но даже если не нужно, я отпустить не в силах, и буду в этом вариться, сгорать в тебе, Лава. О, я даже не знала, что сказать, застыла, пытаясь поверить в услышанное, уложить в себя. – Вот ты и молчишь. Знаю же, разговоры о чувствах не мое. Не приучен. Наверное, опять херни намолотил, – усмехнулся недоверчиво. Я медленно двинула руку к его руке и погладила пальцы, опустила ладонь. Мы задержали дыхание. Боясь сдвинуться с места, я не хотела разбить неосторожным движением хрупкое единение, боялась забыть что-то из сказанного им. На секунду застыли, потом Булат сгреб мои пальцы, целуя, прикасаясь к коже горячими руками. Возможно, я слишком наивная, и снова окажусь с разбитым сердцем, но… – Булат. Он замер, тяжело дыша. – Я хочу… – Завтрак? Да, конечно. Из еды нет ничего. Поедем, здесь кафе неподалеку, домашняя, вкусная еда. – Да, я хочу есть… И тебя, – добавила совсем тихо. Сказав это, я задержала дыхание, наблюдая за выражением лица Булата и за тем, как вспыхнули, а потом потемнели его глаза и снова вспыхнули, обжигая меня обожанием. – Меня. Хочешь. Это то, что я слышу? Или то, что хочу слышать, придумав? Я сделала шаг ближе к нему, задышала в шею. – Хочу, но… Булат впился пальцами в мою талию. – Повтори! – потребовал. – Хочу… – Нет. Вот так говори! Властно обхватив подбородок длинными пальцами, он задрал мое лицо к себе, вглядываясь. Большой палец поглаживал нижнюю губу. – Говори. Глаза жгло, им было больно оттого, как колюче и требовательно впивался в них своим взглядом Булат. – Хочу… Хочу тебя, – слезинки скользнули по щекам. Он наклонился, жадно впившись в мой рот. – Еще! – крепко сжал, вдавливая в свое тело. – Еще… – Хочу… Булат, ай… Больно. – Я тебя… зверски хочу. Только ты… Блять, – толкнулся бедрами. – Ты нежно ждешь? Он словил мою ладонь, хаотично двигавшуюся по его груди и прессу, опустил на свой каменный член. – Как думаешь, получится нежно и сладко с таким охуевшим в камень болтом?