Глава 4

Бух! Во мне как будто взорвалась ракета и осколками разнесло все, что только можно. Терять девственность оказалось… чертовски больно. К тому же мужчина не останавливался, продолжал меня трахать. Я стояла на четвереньках и поскуливала – стоило дернуться в сторону, сильные пальцы натягивали волосы, а зад огревал болезненный шлепок тяжелой ладони. Правда, следом эта же ладонь по-хозяйски сгребала грудь, алчно сжимала плоть между ног. Наверное, это… Тамир… отомстил… подослал… кого-то… Чтобы меня изнасиловали! По лицу потекли горячие слезы, жесткие рывки стали совсем частыми. Думала, сдохну от боли, но после серии мощных толчков, от которых даже кровать затряслась, все кончилось. К моей спине припало здоровенное тело. Мужчина хрипел и стонал, продолжая медленнее всаживать в меня здоровенный член, продирая снова и снова. – Блять. Блять… Улет… Ты как? Живая там? – хохотнул, упал на кровать, сгреб меня. Впечатал лицом в грудь, не выпуская из лапищ. – Ревешь, что ли? Бля, ну извиняйте… Дай на мордашку посмотрю хоть… – грубовато задрал лицо и щелкнул по выключателю. Я зажмурилась от света. – Распахивай глазенки, красавица. ЧТО?! – игривый тон пропал, голос мужчины стал совсем ледяным. – Тебе лет сколько, а? – встряхнул. – Сколько тебе лет, спрашиваю? – Девятнадцать! Отпустите! – отползла, между ног горело. – Документы! – рявкнул мужчина. Я икала, размазывая слезы и сопли. – Последний раз спрашиваю. Где твои документы? Или в борделе забрали? Ну, говори же. Мне не нужна несовершеннолетняя целка и такие подставы! – Мне девятнадцать… Я кое-как сползла с кровати, на мужика смотреть боялась. Просто видела – он здоровый и мускулистый, коротко стриженный. Глаза темные, немного раскосые, злые. Взгляд зверски настороженный, колючий. Лицо как камень. Зазвонил телефон. Не мой. Мужчина поднес телефон к уху, второй рукой подтянул трусы с брюками на мускулистый зад. Рядом с кроватью валялась упаковка от презерватива и сам использованный гондон с красными разводами. Между ног горячо и мокро. От крови… и от возбуждения – тоже. Вначале было прям хорошо, я сама раскачивалась смело, когда эти ладони и пальцы меня лапали, пощипывали, похлопывали одобрительно. Во сне я была ох какой смелой и раскованной. Ничуть не хуже той Эли, которая смело могла уйти даже без трусиков, вызвав восхищение у любимого. Икая и продолжая плакать, я поправляла одежду. Вернее, пыталась понять, как надеть разорванные трусы. – Расул. Ты кого мне, блять, подкинул? Что за пупс такой? В смысле двоих? Какие, блять, две пушки? На моей хате один зареванный пупс с подранной целкой. И на вид ей едва ли дашь лет семнадцать. Если ты это замутил ради подставы, завтра же с этим пупсом окажешься на дне строительного котлована… Не ори, блять. Стой. Кто-то позвонил в дверь. – Ты! – обернулся в мою сторону. – Стой здесь и не шевелись. Мужчина протопал в сторону двери. «А что, если это Тамир?» – пронеслось в голове. Вечер хуже быть не может… Я потеряла надежду надеть разорванные трусы, кое-как ими подтерлась, надела юбку и натянула блузку, осторожно пошла. Между ног ой как ныло… Осторожно выглянула из-за угла. Мужчина отпер замок, и в квартиру вошли две девушки – блондинка и брюнетка. Выглядели они элитно и сексапильно – длинные загорелые ноги, идеальные фигуры, красивые, словно под заказ слепленные, лица. Одинаково широкие брови вразлет, очень пухлые, влажные губы. Откровенные мини платья подчеркивали и круглую грудь, и отменные задницы. – Кто-то здесь скучал по женской ласке? – мурлыкнула брюнетка, кошечкой скользнув к мужчине. – А мы скучали по такому, как ты… Она плавно и эротично опустилась на колени, скользнув по мужчине грудью. Буквально стекла к его ногам, нацелившись на ширинку. – Мне поиграть? – уточнила вторая. – С собой? – запустила руку под платье, в трусики. – Или пошалить с моей подругой, пока она сосет твой большой и толстый член. Мы любим большие члены, правда, Ань? – Мы от них без ума… – Так, харе! – мужчина оборвал девушек, взмахнул ладонью и отошел. – Стойте здесь. Мужчина развернулся и направился обратно. В мою сторону. Я хотела уйти незамеченной, но, кажется, он меня уже увидел. Более того, успел заметить и мою сумочку, схватил ее. – Ты! Сядь… – громыхнул приказ. Мужчина поднес телефон к уху. – Расул? Две бляди. Блонди и брюнетка. Одна из них – Аня. От тебя? Ясно. Нет, все норм. Какой пупс? – рассмеялся колюче. – Просто пошутил. А ты обоссался? Ладно, давай, у меня дела. Увидимся завтра… – швырнул телефон на кресло и нагло выпотрошил мою сумочку на столик. – О, паспорт. Так-с… Посмотрим… Открыл, сравнил, покачал головой. – Блять, тут ты еще мельче выглядишь, Степанова Кристина, две тысячи четвертого года рождения, – прокомментировал. – А вы… какого года рождения? Он не ответил, пролистал еще и швырнул паспорт на стол, снова бросил приказ: – Стой, – и вышел. – Свободны, девочки! – раздался его голос. – Без обид, но у меня уже есть компания. В другой раз, мои хорошие. Вот на выпивку. Давайте-давайте, считайте, что у вас сегодня выходной… Что значит, у него уже есть компания? Я собирала мелочи в сумочку – паспорт, кошелек, телефон, зарядка. Никак не могла найти брелок в виде пушистого комочка. Увидела. Он лежал у ног мужчины, остановившегося в проходе. Поднять не успела. Он был первым. Сжал в кулаке. – Как у тебя оказались ключи от моей квартиры? – спросил, сверля темным взглядом. – Украла? – Я не крала. Эти ключи мне дал муж. Почти бывший муж, – добавила. – И как зовут… твоего… почти бывшего мужа, – передразнил мой голос пискляво. – Что за муж такой, жену не трахал? Да и какая из тебя… жена, пупс? Ты себя в зеркале видела? – Не ваше дело какая. – Не дерзи, – оборвал. Просто сказал одно слово, но окатил таким жутким взглядом, что я затряслась. – Жду, – кивнул. – Объяснений. И пусть они звучат правдоподобно.