ГЛАВА 8

Прошло минут десять, и Клим наконец решил обозначить свое присутствие:

— Нет, ну вы прям неугомонные… не, ну я понимаю, поваляться на травке да в бассейне помацкаться… но это уже вообще. — Бурчащий серый мохнатый злюк кое-как взобрался на кровать, а затем и мне на грудь. — Зорь, ну ты в кого такая тупая, а? Вот какого гхырта ты упрямишься? Ну дала бы этому светлому прихвостню… че, жалко? Даже мне видно, что он тебе нравится.

— Кто?

— Вурдес твой обожаемый.

— Повтори.

— Че?

— Кому я должна дать? — Никогда не страдала слуховыми галлюцинациями, но, кажется, сейчас это случилось.

— Демону.

— Клим!

— А?

Отчетливо различив на его мордочке зловредное выражение, я глухо рыкнула:

— А ведь я не всегда связанная буду…

— Да лан, шучу. — Хмыкнув в очередной раз, шушь несколько раз пробежался по моему телу туда-сюда, и путы исчезли. — Во, цени.

— Ценю. — Не торопясь вставать, я лежа разминала руки и внимательно осматривала не такую уж и простую нечисть. — Рассказывай.

— Че?

— Все!

— Ну все так все. Но, вообще-то, если бы ты смотрела не только на его задницу и брцуху, то давно бы уже увидела и татуху.

— Где?

— На левой лопатке. Знак жреца Светлой.

— Но… — Я концентрировалась, как могла, но действительно не припоминала, чтобы видела на нем хоть одну татуировку, кроме клановой. Увы, на его левую лопатку я вообще не смотрела. — Дхар! Ну и что получается?

— Задница.

— Задница… — согласилась я и уныло кивнула. По-другому и не скажешь.

Проблема была в том, что если Темному в основном служили такие, как я, — выдернутые из-за грани и получившие второй шанс на жизнь, то Светлой… Светлой служили добровольно и пожизненно.

Следователи особого назначения, давшие клятву.

Несколько раз мне приходилось с ними сотрудничать, но каждый раз Плетельщик предупреждал об этом заранее. Но тут…

Плетельщик, за что?! Я же делала все, как ты хотел! Зачем ты меня так подставил??!

Бездействие и отсутствие ответов сильно бесило, так что я соскочила с кровати и несколько раз прошлась по пещере туда-сюда. Значит, он жрец. Следователь. И уже четыре года здесь? Странно, очень странно. У меня на каждое дело уходило от недели до трех месяцев. Не больше. Но четыре года?!!

Нет, я не могу представить.

Нам действительно придется поговорить, а затем и посотрудничать. Но на моих условиях.

Усмехнувшись своим мыслям, я торопливо подошла к сумке и почти сразу радостно оскалилась. Вот она, родимая. Ну держись, Вурд! Будем разговаривать!

Предчувствие чего-то глобального и неотвратимого не позволяло сосредоточиться на текущих делах. Казалось бы, он предусмотрел все — запасся едой, терпением, пообещал себе, что, как бы ни хотелось, больше не будет настаивать на близости и даже мыслей подобных не допустит. Пусть она ведет себя глупо и по-ребячески, но она наверняка направлена сюда Плетельщиком именно по их делу. По слишком затянувшемуся и гиблому делу — за семь лет расследований сменилось более двадцати Следователей, но все, что они выяснили, — в стенах древнего учреждения происходит нечто странное и необъяснимое. Просто необъяснимое.

На сегодняшний день их здесь трое, не считая Зарину. Зарина… глупая ты девчонка! Куда ж ты на этот раз влезла?

Зайдя к себе и заблокировав все, что можно, демон вставил ключ-артефакт в дальнюю стену спальни, открыл дверь и…

— Дхар!

— Дхар!

— Сюрприз. — Крепко прижимая ткань, пропитанную зельем подчинения, к лицу Вурда, я держала его так крепко, как могла.

А он силен, очень. Мне приходилось предпринимать немало усилий, чтобы его удерживать, и это несмотря на то, что зелье уже начало действовать. У меня был час, но этого хватит. И допросить, и заставить дать клятву.

— Ну, слава Темному!

Когда сопротивление прекратилось, я уже вся взмокла, так что с радостью позволила одурманенному Вурдесу осесть на пол, едва не свалившись рядом. Но нет! У меня не так много времени, так что… заходи дорогой, будь как дома!

— Встань! Спускайся! Ложись на кровать!

Отдавая громкие и четкие команды, я не поленилась и, прежде чем запереться изнутри, осмотрелась и определила, что мы наверняка в его спальне — комната была обставлена не в пример богаче той, что числилась за мной в административном корпусе, а защита так и вовсе переливалась всеми цветами радуги. Так, а что у нас в сумке? О, еда. Отлично.

— Клим, угощайся. — Сумку я бросила на каменный стол, куда посадила и голодного шуша.

— Смета-а-ана-а… угр-р-р!

Закопавшись в сумку целиком, нечисть напоминала о себе лишь приглушенным чавканьем, что устраивало меня целиком и полностью. Так, а теперь к главному.

— Рассказывай! — Сев рядом с демоном на кровать, я кивнула самой себе и приступила к допросу: — Какова твоя должность, как давно ты служишь Светлой богине и каково твое задание здесь в академии?

— Следователь пятого ранга. Шесть лет. Расследование паранормальных происшествий на территории академии… — Отвечая глухими, но четкими фразами, демон пустым взглядом смотрел в потолок.

— Подробнее о происшествиях.

— Это происходит на протяжении уже более пятидесяти лет, но лишь последние семь происшествия начали заканчиваться летальным исходом. Максимальному риску подвержены женщины, работающие здесь и остающиеся на территории на ночь, учащихся это не касается. Иногда достается младшему учебному персоналу. Сначала винили студентов и их традицию пакостить уборщицам, что подтвердилось в восьмидесяти процентах из ста, но не так давно выяснилось, что в двадцати остальных — в том числе смертельных — их к этому принуждали. Кто, мы пока не выяснили. Ни один из допрошенных этого не помнит.

— Смертельные случаи были? Сколько смертей было?

— Три.

— Давно?

— Последний в прошлом году по осени.

— Точная дата?

— Девятого октября.

Сегодня десятое. Вчера была годовщина. Совпадение? Может быть… но я уже давно поняла, что именно такие совпадения таковыми не являются.

— Предпоследняя смерть?

— Два года назад. Девятое октября. — Отвечая без запинок, Вурд добавил: — Предыдущая, первая смерть — десятое октября, три года назад. Жертва умерла от потери крови после покушения, случившегося девятого октября.

— Дхар!

Зло сморщив нос, мысленно я сказала еще много чего. Они знали, что вчера могло случиться смертельное покушение! Знали! И были так спокойны? Ублюдки!

— Почему не прекратить нанимать на работу уборщиц?

— Тогда начинаются покушения на младший учебный персонал. Уборщица одна, ее отследить проще.

Прошипев несколько нецензурных слов, я снова затихла и задумалась. Вообще-то он прав. Ловля на живца — оптимальный вариант. Но пятьдесят лет? Три трупа? Я понимаю, если бы мстили кому-то определенному, но это… это действительно какая-то чушь.

— Кто, кроме тебя, внедрен в академию?

— Ты и еще двое.

— Кто, кроме меня?

— Я и… еще двое.

— Кто? Имена, Вурд! — рыкнув, наклонилась, чтобы отдать усиленный приказ и…

— Это секрет, Зорька.

Снова уронив меня лицом в пол, он победителем устроился сверху.

— Тебе никогда не говорили, что, прежде чем допрашивать, необходимо убедиться, что объект рано или поздно не окажет сопротивления?

— С-с-с…

— А я тебе поесть принес. Думал, порадую девочку сладким… Цыц! — От души отвесив мне шлепок, когда я брыкнулась особенно удачно, демон недовольно прошипел: — А она меня запрещенными препаратами травит… засранка маленькая!

— Не маленькая!

— Насчет засранки не отрицаешь?

— Слезь!

Дхар! Давно меня так не унижали.

— Обязательно, если пообещаешь, что больше не будет подобных глупых выходок. Я ей душу раскрываю, а она…

— А я тебе с удовольствием переломаю ребра, если ты не слезешь с меня сейчас же!

— Эх, Заринка… ты же девушка. Ну что за… Дхар! Прекрати!

Сумев сбросить с себя не самую легкую тушу, я рывком откатилась в сторону и угрожающе оскалилась, переходя в боевой режим. По-хорошему он понимать не хочет, значит, будем вбивать в него тот факт, что со мной надо считаться.

— Зарина?!

Отвечать я не собиралась. Время разговоров прошло — настало время силы.

Глухо рыкнув, присела и сконцентрировалась, выбирая момент для нападения. Я успела оценить его мастерство, когда мы уничтожали духов, — он силен. Очень силен. К тому же полноценный высший демон. Но и я уже не та, что была пять лет назад.

— Зарина, я не буду с тобой драться. — Отскочив в сторону, Вурд расставил руки в стороны, показывая свою мнимую безоружность.

Позер!

— Зато я буду.

— Зарина! — Отшатнувшись, когда я рванула вперед и почти вмазала ему по лицу, предпочитая скинуть обиду и агрессию, попортив его идеальный фасад, демон снова отпрыгнул, отказываясь защищаться и предпочитая сбежать. — Прекрати!

— Не-э-эт… — Это было уже дело принципа.

— Зари… Дхар! — Не успев отпрянуть, Вурд наконец отхватил неслабый удар в челюсть, больше похожий на оплеуху, но и это было неплохо. — Сдурела?

— Да-а-а… ай! — А это уже он, воспользовавшись моим замешательством, сбил с ног, и мы снова оказались на полу. Я под ним, а он сверху, причем еще и руки умудрился заблокировать. И ноги. — Вур-р-рд!

— Да? — По скуле расплывался синяк, но его это, судя по злорадной ухмылке, не волновало.

— Слезь!

— Сначала компенсация.

Поцелуй получился неожиданным и неприятно злым. Как в наказание. Жестким. Коротким. Наглым.

— Все. Теперь закончили.

С пола он вставал неторопливо и словно знал, что мы действительно закончили. А я… а я поняла, что действительно веду себя как дура. Малолетка. Как та, кто бесится из-за ерунды, когда надо работать и сотрудничать. Выполнять общее дело, а затем разойтись каждый своей дорогой.

Да, довольно дури! Еще месяц назад я поставила перед собой цель — закончить последнее дело и купить домик. Свой. С грядочками. С морковкой. И я не сверну!

— Да, ты прав… — пробормотала я минут пять спустя и наконец встала.

— Рад, что ты это признала. Поедим? — Демон уже устроился за столом и вынул из сумки объевшегося и спящего шуша, постепенно вынимая надкусанные продукты и недовольно морщась. Казалось, Клим надкусил все, без исключения. И хлеб, и сыр, и колбасу, и даже каждое пирожное… три. — Зачем ты его оставила? Это же нечисть. Пакостник.

— Полезный пакостник. — Подойдя, я переложила спящего крысеныша на кровать и села на табурет, но не слишком близко. — Я прошу прощения за свою вспышку. Подобного больше не повторится.

— Ладно, проехали. — Снова поморщившись, словно ему не понравились мои слова, а может быть, сухой тон, которым они были произнесены, Вурд подвинул мне пирожные и буркнул: — Угощайся. Ты ведь любишь с заварным кремом?

— Да…

Помнит. Странно… Я вот почти забыла, как обожала их шесть лет назад. Теперь я больше люблю леденцы. Неожиданно стало неловко. Но стоило вспомнить, что за продуктами он ушел после того, как связал и оставил в пятом измерении, как неловкость моментально прошла. Это он так заглаживает свою вину.

Что ж, пожалуй, я приму его извинения.

Обедали мы молча, думая каждый о своем, но вот еда закончилось, и настала пора поговорить. Кто начнет?

Глянув на демона исподлобья, я поняла, что он смотрит на меня, а точнее, на мою левую руку, скрытую рубашкой. Поморщилась, понимая, что его это интересует неспроста, но постаралась не дергаться и не нервничать. Ни разу я не попадала в подобные ситуации, и еще ни разу мне не приходилось объяснять, откуда у меня протез, почему и что я могу благодаря ему. А затем его взгляд переместился на повязку, и он еще больше посерьезнел.

Дхар!

Давай без этого, а?

И, словно услышав мои мысли, а может, увидев их отражение на лице, он задал первый вопрос:

— Расскажешь?

— Нет.

— Почему?

— Это к делу не относится.

— Уверена?

— Абсолютно, — грубо отрезав, мотнула головой, но на самую малость приоткрыла завесу: — Демоническая рука позволяет мне пользоваться магическими татуировками, что без нее было бы невозможно, ведь я не маг. А глаз-артефакт видит мертвый мир.

— Что еще?

— Все.

— Сроки твоего сотрудничества?

— Это последнее дело. — Да, я отвечала. Я не видела смысла скрывать, ведь я уже допросила его сама. Теперь вот… сама в допрашиваемых, но, слава Темному, добровольно и почти без принуждения.

Чувство небольшой обиды и раздражения не в счет.

— Бессрочно? — Сосредоточенно прищурившись, Вурд почему-то напряженно ждал ответа, так что и я напряглась.

— Что это значит?

— Это значит, что дело может затянуться на года. Я сам здесь уже четыре года. Само дело расследуется уже семь лет. Так как? Бессрочно?

— Да, я всегда работаю бессрочно — по факту.

— Дхар… — Ругательство вышло каким-то обреченным.

— Что-то не так?

— Ну, как тебе сказать… да. Не так. Ты понимаешь, что сейчас ты первая кандидатка в мир иной? — Демон невесело усмехнулся, зачем-то скользнул взглядом по моему лицу, словно видел впервые и тихо добавил: — И единственная.

— Ты так категоричен? — Не собираясь предаваться унынию, я скептично вздернула бровь. — Но ведь ежегодная жертва не состоялась. Верно?

— Верно.

— И как они будут действовать дальше?

— Сложно сказать. Но мне кажется, теперь каждое покушение будет смертельным.

— Кажется?

— Дхар, Зарина! Хорошо, я уверен!

— О как. А на чем основывается твоя уверенность?

На меня посмотрели как на врага, а затем он рывком снял рубашку, и не успела я ошарашенно округлить глаза, как повернулся ко мне спиной.

— Видишь?

— Э-э-э… что? — Взгляд непроизвольно заскользил по самой идеальной спине, что я когда-либо видела, а из груди вырвался неожиданный стон.

Дхар! Это не я! Оно само!!!

— Татуировку, озабоченная.

— Я не озабоченная, — буркнула я и моментально сосредоточилась на татуировке жреца. Да, она была… странной. — Что с ней?

— Она показывает уровень опасности. Сейчас она багровая, и я чувствую, как она пульсирует, это значит, что опасность очень велика. Смертельная опасность. — Он развернулся обратно, но рубашку надевать не торопился, вместо этого поставил локти на стол и хмуро продолжил: — Поэтому я сегодня же свяжусь с твоим работодателем и буду требовать, чтобы он заменил тебя кем-нибудь другим.

— Вурд… — Смысл его слов дошел до меня не сразу, но, когда это случилось, я разозлилась.

И это слабо сказано!

Да я пять лет в одиночку такие дела разгребала, какие он за четыре года своего сидения тут даже и представить не мог!!!

— Мм?

— Только попробуй!

— И что? Что ты сделаешь? Обидишься? — Фиалковые глаза демона презрительно сузились, и он фыркнул. — Ты даже не маг, сама признаешь. Ты всего лишь женщина.

— Да неужели?

Ну все, Вурдес, ты сам напросился. Это война.

— А что, разве я не прав?

— О нет, что ты. Ты прав. Ты ведь всегда прав. — Снисходительно усмехнувшись, когда вспомнила один эпизод из прошлого, я постаралась беспечно пожать плечами. — Что ж, это твое право, попытаться надавить на Плетельщика.

Вот только вряд ли он тебя будет слушать, Вурд. Это я знаю точно, проходила. Но вот твое отношение ко мне как к полноценной личности и специалисту я вижу. И не приемлю. Значит, сотрудничества не будет. Жаль.

— Что задумала?

— Я? Ничего. — Встав и начав прибирать со стола, я убрала остатки еды на ледник и махнула рукой. — Идем, меня Закыр еще с утра ждет, мы договаривались.

— Зарина, ты, видимо, не поняла… — Надев рубаху, демон недовольно нахмурился, но все равно пошел за мной на выход. — Я отстраняю тебя от расследования.

— О? На каком основании, светлый? — Хохотнув от наглости заявления, подбоченилась и, когда он дошел до лестницы, где уже стояла я, ткнула пальцем ему в грудь, растянув губы в угрожающем оскале: — Запомни раз и навсегда, лэр магистр. Я свободная женщина. Я взрослая женщина. Я работаю на Плетельщика, а не на тебя. Ты мне коллега, и не более того. Временный коллега. А теперь прекрати скрипеть зубами, прожигать во мне дырки и открой дверь. А будешь упрямиться, я найду способ заставить тебя пожалеть о твоих глупых мужланских мыслях и словах. Поверь, я найду способ.

Ох этот взгляд. Ох этот тон. Так и хотелось взять этот пальчик, завести руку наверх и прижать девчонку к стене. Снова она, как и восемь лет назад, пытается донести до него простую истину, что она уже взрослая и знает, как лучше. Бред! Он расследовал каждый случай покушения, он знает то, чего не знает она, ОН знает лучше!

— Вурд, если ты сейчас не откроешь эту гхыртову дверь и не отдашь мне ключ… — Палец ткнул уже болезненнее. — То я снова тебе вмажу и даже не извинюсь.

— Ну что за привычка решать все кулаками? — Отведя ее руку, он нехотя вынул ключ и вручил его настойчивой орчанке.

— Ну, может, потому что это максимально доступный метод донести до тебя смысл моих слов?

— Не согласен.

— Это еще почему? — Уже открывая дверь, она стояла к нему спиной, а он смотрел… — Ты куда пялишься, извращенец?!

Открыв дверь и обернувшись, когда он затянул с ответом, поняла, что моя пятая точка для него намного интереснее моего вопроса.

— Ты куда пялишься, извращенец?!

— Почему извращенец? — Он ответил не сразу, почему-то хриплым голосом и только через пару секунд посмотрел мне в лицо, попутно приподняв брови. — Если мне нравится красивая и яркая женщина, разве это извращение?

Вот тут я не нашлась с ответом и посему просто поторопилась выйти и сменить тему разговора. Нравлюсь я ему, видите ли! Ха! А не потому ли, что тут просто иных женщин нет? Знаю я их «нравлюсь»! Любая юбка в пределах досягаемости шаловливых ручонок! Проходили уже, спасибо! Не надо!

И тут со спины раздался невероятно заинтересованный в ответе вопрос:

— Ты, кстати, как — женщина?

— Что? — Сказать, что меня шокировал его вопрос, — не сказать ничего. Я просто растерялась от подобной наглости.

Но стоило поймать его пристальный, изучающий взгляд, поселившийся преимущественно в районе моей груди, как язвительность моментально явила себя во всей красе, позволив взять себя в руки, и я прошипела:

— Поверь, уж что-что, а это тебя абсолютно не касается!

— Нет, а все-таки? — Догнав, когда я уже выходила из спальни, демон пристроился рядом и умудрился даже открыть передо мной дверь гостиной, за которой оказался коридор. — Нам налево и вниз. Так что?

— Мне не нравится твой ненормальный интерес к моему нынешнему состоянию, и отвечать на подобный личный вопрос я не намерена. — Скрипнув зубами, когда в паре метров от нас открылась дверь и из нее вышел Закыр, тут же постаралась дружелюбно улыбнуться, хотя хотелось совсем иного. — Добрый день, меня тут немного задержали…

— Заметно. — Глядя поверх моей головы, орк иронично приподнял бровь, обращаясь к демону: — А вчера синяка под глазом у тебя не было. Что, задержание происходило не очень удачно?

— Косяк… знаешь, в комнате так много косяков… — Ответ был ироничным, и я моментально поняла — эти двое дружат.

Хуже того!

— Закыр, а покажи мне свою спину, а?