27. Александр

27. Александр

Слава богу, нам не пригодились капканы и на растяжке никто не взорвался. Больше тряслись и переживали. Я убирал расставленные ловушки с облегчением, пока Яна собирала вещи и наводила порядок в домике.

Девушка нервничала, да и я, признаться, тоже. Пора бы уже позвонить этому Баринову и спросить с него за Рамзеса. Очень любопытно нарыл он инфу или нет. Может, забил хер на жену, ибо я выкуп слишком дорогой запросил?

Его босс Коленьку на лоскуты порежет, если узнает, что он стукач и крыса. На этом можно было сыграть, сдав Баринова с потрохами его же начальству, но пока мужик ничего не сливал, так что и мечтать не о чем.

Я очень надеялся на то, что сам лично никогда не встречусь с мужем Яны. Я бы не отказался пару раз съездить ему по роже, в отместку за девчонку, но не более того.

Собрав капканы в мешок, я остановился, чтобы покурить, и набрал Макса. Он должен был привезти маму Яны к назначенному времени в наше новое место пребывания.

Квартиру я выбрал просторную, уютную. Дороговато получилось, но мне хотелось, чтобы моей девочке было комфортно жить со мной. Были бы мы вдвоём, был бы другой расклад, но перед Ириной Павловной я не должен был ударить лицом в грязь.

Я был обязан понравиться будущей тёще. Ради Яны. Я понял, что для неё это очень важный момент, потому что она с мамой очень близка. За своих родителей я не переживал вообще. Их любая девушка устроит. Одноногая, с тремя детьми — неважно. Засиделся я в холостяках, потому что. Да и как Яна может не понравиться? Она просто чудо какое-то.

Думал, мы переспим, и моё обожание притупиться, станет ровным, меня перестанет накрывать каждый раз, когда я смотрю на девушку. Получилось как раз наоборот, чем чаще мы занимались любовью, тем сильнее я тонул в её карих глазах. В постели она мне подходила идеально. Яна так сладко кончала, что я был готов трахать её круглосуточно. Главное — девочку хорошенько завести. Более отзывчивой и страстной любовницы у меня ещё не было.

В остальных аспектах Яна тоже была безупречна. Понимала меня с полуслова, чистоплотная, хозяйственная, умная, послушная. Не придерёшься. Я уже жизни без этой девочки не представлял.

Мне хотелось и от неё таких же эмоций, но я понимал, что пока что наши отношения в самом начале. Они не окрепли, хотя притирка прошла более чем успешно. Времени узнать друг друга было полно. Яне мне показать было больше нечего. Я узнал о ней всё, что хотел. А вот мне предстоит ещё доказывать, что я мужчина — кормилец семьи, защитник, и на меня можно положиться.

Задачка не из лёгких, но такова природа женщин.

— Здорово, Саня! — бодро приветствовал меня Макс.

— Привет! Как дела? Что нового?

— Всё пучком. Как там гномик?

— Тоже всё пучком. Волнуется немного. Переживает перед встречей с матерью.

— Не хотел тебя расстраивать, Саня, но твоя будущая тёща редкостная стерва и истеричка. Всю голову мне выебала тётенька. Мне уже не терпится сбагрить её с рук. Так что жду не дождусь вашего приезда. Минуты считаю.

— А что случилось?

— Ничего особенного, но себе бы я такую "маму" не хотел. Познакомишься, сам всё увидишь, братан. Она всё выпытывает у меня, что там у дочки за мужик появился, а я хер его знает, что говорить. Я же не в курсе, что у вас с гномиком за отношения, что можно рассказывать, а что нет.

Не хотел расстраивать, но расстроил. Я ещё Ирину Павловну в глаза не видел, но уже как-то боязно стало. Знакомиться всё равно придётся, ничего не поделаешь. Да и что я, пацан сопливый, мам бояться?

— Я вот думаю, что мне с арсеналом делать? — сменил я тему. — Хлопушки, понятное дело, я с собой не повезу, а вот пестик один взял бы, на свой страх и риск. Совсем безоружным быть не хочется.

— Поддерживаю. Спрячь в сарае остальное. Я дядьку предупрежу.

— Спасибо, Макс! До встречи!

Я стаскал наши с Яной пожитки в свою машину, выключил в доме воду и электричество, обошёл ещё раз все комнаты, чтобы убедиться, что мы ничего не забыли.

Яна ждала меня на крыльце. Кутаясь в куртку, она тоскливо смотрела на свою машину. Мы решили оставить её пока здесь. Если куда-то будет нужно, я сам её отвезу. Всё равно одну не отпущу, даже в магазин, а машину Баринову проще отследить, чем человека.

— Буду скучать по этому месту, — через силу улыбнулась мне девушка.

— Я тоже. Мы ещё вернёмся сюда, если захочешь.

— Было бы здорово.

Заселившись в съёмную квартиру, мы обсудили с Яной, что хотим на ужин, и закупились продуктами.

Девушка готовила ужин, а я сидел на кухне, любуясь её точёной фигуркой. Как настоящая семья, — поймал я себя на мысли.

Я понимал, что Ирина Павловна у нас не навсегда, что так нужно, но мне не хватило нашего с Яной отпуска. Я бы с удовольствием побыл с ней вдвоём ещё какое-то время. При посторонних даже толком не потрахаешься.

Позвонил Макс, и я пошёл встречать будущую тёщу.

— Я с тобой, — спохватилась Яна.

— Сам встречу, не переживай! — успокоил я девушку.

Макс припарковался возле нашего подъезда. Увидев меня, он выскочил из машины и пожал мне руку.

— Всё, Саня, пост сдал! — рассмеялся он, открывая заднюю дверь своего внедорожника. — Мадам! — он протянул руку своей пассажирке, помогая ей выйти из машины.

Ириной Павловной оказалась миниатюрная стройная женщина. Внешне она была очень похожа на Яну, только волосы у неё были короткими и покрашенными в более светлый оттенок, чем у дочери. Яркий, стильный макияж, изысканная укладка, шлейф пряных духов говорили о том, что эта женщина следит за модой.

Одета она была в красивую, дорогую шубу. Золотые, увесистые кольца на обеих руках сразу бросались в глаза. Роскошная женщина, что и говорить?

— Добрый вечер! — протянул я ей руку, для знакомства. — Александр Русаков!

Дамочка на меня едва взглянула, проигнорировав протянутую ей руку, она засуетилась возле своего багажа.

— Максимка, душа моя! — всплеснула она руками, когда тот хуйнул ей под ноги её чемодан. — Сколько раз я тебе говорила, что не следует ставить мой багаж на снег!

Я признаться прифигел от этой капризули. Макс незаметно мне подмигнул и, захлопнув багажник, поспешил попрощаться с нами.

— Ну, куда ты, Макс? Погоди, покурим!

— Не выношу дым! Простите! — наигранно воскликнула женщина и, стуча каблучками, зашагала к подъезду. — Какая у нас квартира? — обернулась на секунду она.

— Сорок седьмая! — крикнул я ей.

— Ну, собственно, вот… — протянул Макс, когда двери подъезда закрылись за Ириной Павловной.

— Да уж… — продолжил охреневать я.

Вот так встреча. Я не надеялся, что тёща напечет блинов и повиснет на моей шее от радости, но я ожидал элементарной вежливости и тактичного обращения. Я был так растерян, что теперь вообще не понимал, как вести себя с этой женщиной.

Сейчас она Яне весь мозг за меня выклюет. Мне бы броситься девчонке на помощь, но в то же время я понимал, что ей необходимо поговорить наедине со своей мамой, поэтому я решил дать им полчасика на всё про всё.

Мы покурили с Максом, и я проводил его, от души поблагодарив. Хорошо, когда есть такие отзывчивые и верные друзья, готовые в любую минуту прийти на помощь.

Чемодан Ирины Павловны по-прежнему стоял на снегу. Я засёк время и присел на скамейке неподалёку, поставив багаж рядом с собой на всякий случай.

Мне было пиздец, как интересно, что там происходит дома, но я надеялся, что обойдётся без скандалов. На душе стало тревожно и неприятно.

Выждав время, я покурил ещё раз и, подхватив чемодан Ирины Павловны, пошёл домой. Надеюсь, им хватило времени мне кости перемыть?

Когда я зашёл домой, аккуратно неся чемодан тёщи, моё настроение испортилось окончательно. Яна встретила меня в коридоре, заплаканная, пряча от меня глаза.

— Что случилось? — бросился я к ней.

— Потом поговорим, Саш, — тихо проговорила Яна.

— Где мама? — поинтересовался я, снимая куртку.

— Легла отдыхать. Давление у неё.

— Ясно, — вздохнул я, понимая, что это пиздец.

Не понравился я Ирине Павловне — это полдела. Я не новый червонец, чтобы всем нравиться. Меня беспокоило совсем не это.

Будет сейчас тёща Яне мозг выносить за её нового мужика, потому что прежний был гораздо лучше. Ирина Павловна обычная пенсионерка, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, откуда у неё шуба, зототишко и дорогущий кожаный итальянский чемодан.

На фоне Баринова, я нищеброд — вот мой главный недостаток.