Глава 32

Несколько минут я наблюдала за ним, тайно любуясь, как ветер треплет его серебристые волосы. Суровый облик дракона, его хмуро сведенные брови и немигающий взгляд заставили мое сердце взволнованно дрогнуть. Опомнившись, я мысленно отругала себя и проследила за его взглядом. Авенар всматривался в горизонт. С той стороны приближалась мрачная туча. А внизу над потемневшими волнами беспокойно носились чайки. Их крик смешивался с шумом волн, бьющихся о скалы. Буря. Вот что нас ждало сегодня. Это я поняла так же четко, как и то, зачем Авенар зажег костер на вершине скалы. Теперь мне стало ясно, куда он постоянно сбегал из пещеры. Но как же его слова, что в это время года корабли здесь не ходят? Или он просто надеялся на удачу? Чтобы не потеряться во времени, я каждый день процарапывала по одной полоске камнем на стене пещеры. Сейчас этих полосок было уже десять. А помнится, Авенар сказал, что если через две недели мы не прибудем в Минрах, то за нами вышлют корабль. Хотя нет… Он сказал, что герцог подождет еще неделю и лишь тогда станет меня искать. Значит, на помощь жениха можно пока не рассчитывать, и все равно мой дракон не теряет надежды. Мой дракон?! От изумления я едва не прикусила язык. Я правда его так назвала? Будто почувствовав что-то, Авенар посмотрел в мою сторону. Его алый взгляд обжег меня, заставив смутиться еще больше. Я быстро отвернулась, делая вид, что оказалась в том месте совершенно случайно. Но глупое сердце уже колотилось вовсю, а губы сами собой расползались в дурацкой улыбке. Да что со мной происходит? У нас нет ни единого повода для радости, однако у меня на душе будто птицы поют! Наверное, все дело в весне и хорошей погоде. Так я себя убеждала целый день. К ночи ветер усилился и стал холодным, пронизывающим, будто снова пришла зима. Туча закрыла большую часть неба и продолжала ползти. – Будет буря? – спросила я Авенара, лишь бы не молчать. Тот давно спустился со скалы и сидел на камне возле пещеры. Но вести со мной светские беседы о погоде у него, по всей видимости, желания не было. – Гроза, – ответил он коротко. – Возможно, она затянется на пару дней. – Гроза на пару дней? – такого я еще не встречала. У нас Бурджесволе грозы и ливни были редкостью, а вот мелкий противный дождь мог моросить целый месяц, превращая дороги в грязь, а поля – в непроходимые топи. Единственная гроза, которую я могла вспомнить за последние пять лет, началась в тот день, когда в наш дом постучал Авенар. – В этих широтах такое часто бывает, – дракон пожал плечами. – Но вам бояться нечего, еды хватит, вода в достатке. Он смотрел не на меня, а на деревянную чурку, которую крутил в руках. – Тот костер… – я сделала еще одну попытку наладить общение. – Ты разжигаешь его каждый день, чтобы привлечь к нам внимание? Авенар наконец-то оторвал взгляд от деревяшки. Однако вопреки моим ожиданиям, глянул не на меня. Он посмотрел на небо. Оттуда уже срывались редкие, но крупные капли. Одна из них упала мне на нос. – Нет, – услышала я. – Не разжигаю. Просто подбрасываю дрова. Костер горит там круглосуточно. Это была самая длинная фраза, сказанная Авенаром за сегодня. Он поднялся, показывая, что беседа окончена, и добавил: – Идите внутрь. Дождь начинается. Но я сложила руки на груди и вздернула подбородок: – А если не пойду? Заставишь силой? Дракон покачал головой: – Вы промокнете и можете заболеть. – Я целительница, если ты не забыл. – Я не забыл, – его губы тронула короткая усмешка. – А вот вы, леди, забыли, что не можете лечить саму себя. Я мысленно застонала. Ну почему у нас никак не получается диалог? Авенар будто нарочно отталкивает меня, отдаляется, сам не делает шаг навстречу и мне не дает. А ведь мы тут только вдвоем! Больше поговорить не с кем. И сидеть нам вот так еще неделю как минимум. Я же с ума сойду! Внезапно что-то изменилось в окружающим пространстве. Стало неестественно тихо. Замер ветер, деревья перестали шуметь, куда-то исчезли все звуки. Я отметила, как напряженно застыл Авенар. А через миг над нашими головами прозвучал раскат грома. Такой сильный, что я на секунду оглохла. Темные облака взорвались. Их прочертила яркая молния. Она осветила бледное лицо дракона и отразилась в его глазах. Нам на головы хлынул ливень. – Идите внутрь! – глухо повторил Авенар. Уже не споря, я поспешила спрятаться под козырек пещеры. Все же оттуда безопаснее и комфортнее наблюдать за грозой. А погода, похоже, сошла с ума. С каждой минутой раскаты грома становились все оглушительнее и чаще. Молнии – все длиннее и ярче. Вскоре пелена дождя уже стояла сплошной стеной, земля у порога пещеры превратилась в болото и потекла ручейками между камней, устремившись в сторону леса. – И вот так будет два дня? – прошептала я в ужасе. – Может, и больше, – “обрадовал” Авенар. Сам он уже расположился с комфортом возле костра и что-то вырезал ножом на той деревяшке, которую принес с собой. Я оторвалась от наблюдения за стихией и села на соседний камень напротив него. – Что ты делаешь? – кивнула на деревяшку. – Что это будет? Меня удивило, с какой осторожностью Авенар держит кусок бесполезного дерева, годящегося только в костер. И как почти любовно снимает с него ножом слой за слоем. Ответа пришлось ждать несколько томительных минут. Но за это время чурка брела грубую форму, отдаленно напоминающую то ли голову лошади, то ли вставшую в угрожающую позу змею, то ли… – Делаю такаск, – расщедрился Авенар. – Вместилище духов. – Никогда о таком не слышала… – Это как ваш оберег, только драконий. Точно! Вот на что это похоже! Авенар продолжил вырезать, и вскоре деревянная заготовка прямо у меня на глазах обрела черты дракона. Настоящего! Он стоял на четырех лапах, расправив крылья и подняв зубастую голову. Прежде я нечасто задумывалась о второй ипостаси моего защитника. Привыкла, что он человек, мужчина. Но сейчас внезапно с ужасающей ясностью вспомнила: драконы потому и драконы, что превращаются в огромных крылатых чудовищ! – Это правда? – с удивлением услышала собственный голос. – Правда, что твой народ может превращаться в настоящих драконов? С крыльями и хвостом? И вновь по его губам скользнула усмешка. Она отдавала горечью. – Нет. Мы не превращаемся в драконов. Подняв взгляд, Авенар в упор посмотрел на меня и добавил: – Мы превращаемся в людей. *** Я не успела осмыслить его слова. Раздался очередной раскат грома. Тьма за входом пещеры заискрилась от молний. Авенар втянул воздух носом и резко поднялся. – Что? Что случилось? – ничего не понимая, я тоже вскочила на ноги. – Запах гари. Кажется, лес горит. – Как горит? – переспросила взволнованно. – Разве это возможно в такой ливень? Авенар не ответил. Он вообще не слышал моих слов. Быстрым шагом дракон направился к выходу из пещеры, ведущему в лес. Напуганная выражением его лица, ещё более мрачным, чем обычно, я последовала за ним. Не доходя до проёма, дракон резко остановился. Не ожидавшая этого, я врезалась ему в спину. – Вернитесь в пещеру! – велел Авенар напряжённым голосом. – И будьте рядом с огнём. Я выглянула из-за плеча дракона, чтобы выяснить, что его так напугало. Мощный порыв ветра пригнул верхушки крайних деревьев едва не до земли и плеснул мне в лицо фонтан холодных капель с отчётливым запахом дыма. Лес действительно горел. Видимо, ветер оказался слишком сильным и не позволял дождю потушить пламя. Внезапно сквозь шум ливня послышался странный гул. Глухой и невнятный, но нарастающий с каждым мгновением. А затем земля под ногами отчётливо задрожала. – Быстро внутрь! – крикнул Авенар. Однако его голос потонул в оглушающем шуме. И сразу из-под гнущихся к земле деревьев выбежали звери. Их было так много, что они казались черной рекой, запрудившей берега. Десятки или даже сотни. Всех мастей и видов. Медведи, кабаны, олени… Они изо всех мчались вперёд, спасаясь от преследующего их дымного тумана, из которого то и дело вырывались языки пламени. Кто-то заревел, пронзая пространство криком боли. Затем завизжал, завыл, так пронзительно и тонко, что я остолбенела от ужаса. Даже порывы ветра и хлёсткие удары дождя, долетающие под своды пещеры, не могли сдвинуть меня с места. Животных этот вой заставил припустить ещё сильнее. Сотрясая землю, мимо пещеры сплошным потоком промчалось стадо косуль, а за ними – пума с подпалинами на шерсти. Большой кошке было не до поживы, она несла в зубах котенка. – Я же сказал – внутрь! – Авенар схватил меня за плечо и тряхнул, словно нашкодившего щенка. Но я не успела испугаться, как взгляд дракона переместился за мою спину и застыл, наливаясь алым пламенем. Я начала оборачиваться, чтобы посмотреть, что такое он там увидел. Однако Авенар задвинул меня себе за спину. – Держись за мной, – велел он низким, рычащим тоном. Я почти не разобрала слов, настолько далеки они были от человеческой речи. Перед нами, заблокировав выход, стояли и угрожающе скалились три крупных лобастых волка. Вздыбленная на загривках шерсть заставляла их выглядеть ещё крупнее. У одного, выступившего вперёд, на боку была подпалина, сквозь которую проглядывала обожжённая кожа. Однако это не делало его менее опасным. Напротив, словно бы изведав прикосновение огня, он задался целью привести свою стаю в безопасное место. И таким оказались наши пещеры. Вожак слегка пригнул голову к земле и обозначил свои намерения низким, утробным рычанием. – Когда они бросятся на меня, беги через второй вход и постарайся забраться на скалу. Туда они не полезут. Это были последние связные слова, которые я услышала от Авенара. Следом за ними он издал гортанный рык, который вряд ли способно повторить человеческое горло. А затем волки бросились. Одновременно. Все трое. Однако за секунду до рывка дракон сам кинулся им навстречу. Он был неимоверно быстр, мой защитник. Умудрившись обойти тех, что прыгнули с двух сторон, он выбрал целью того, кто привёл волков в нашу пещеру. Они сшиблись, Авенар и волки. Сплелись в рычащий и визжащий ком, от которого во все стороны летела шерсть, брызги крови и вырванные из тел куски плоти. Эта битва велась не на жизнь, а на смерть. И лишь один мог выйти из неё победителем. Даже мне, целительнице, привычной к виду крови и ранам, было жутко смотреть на развернувшуюся передо мной кровавую феерию, раскрасившую пол и стены пещеры. Сглотнув ставшую вязкой слюну, я попятилась. У меня за спиной оказалась преграда. Не отрывая взгляда от клубка тел, я попыталась нащупать проём, чтобы двинуться дальше. Как нельзя кстати вспомнились слова Авенара. Надо бежать под дождь и лезть на скалу! Однако стоило мне нащупать проход и сделать шажок к нему, как за спиной тоже раздалось рычание. Я оглянулась. С той стороны стоял ещё один зверь. Чуть мельче остальных. А может, такое впечатление складывалось из-за намокшей шерсти. Он начал с оскалом наступать на меня, загоняя обратно в пещеру. На его морде читалась уверенность в своей победе. Зверь пришел сюда, чтобы остаться. А я в его глазах была вкусным и сытным ужином. Странное дело, но я вдруг успокоилась. Убедилась, что выхода нет – и страх отступил. Осталось лишь ясное понимание – если Авенар не одолеет волков, мы оба умрем. Я перевела взгляд на своего защитника, своего дракона, свою единственную надежду. Окровавленный клубок почти перестал двигаться, затем и вовсе распался на части. Один волк лежал на боку. Его грудь вздымалась в отчаянной попытке ухватить ещё порцию воздуха, продлить жизнь ещё хоть на вдох. Двое других, изломанных, тонко и жалобно скулили, точно обиженные щенки. Один за другим, они стихли. Их вожак дернулся и застыл. А дракон тяжело поднялся на ноги. Выглядел он жутко. Весь измазанный в крови, словно искупался в ней. Почти голый, лишь кое-где одежда свисала рваными багровыми клочьями. И такими же лоскутами повисли куски его кожи, оторванные острыми клыками зверей. Дракон обвёл пещеру ярко-красным, будто сама кровь, взглядом и издал жуткий рев. Так мог рычать лишь очень крупный и смертельно опасный зверь. У меня внутри что-то дрогнуло. Сердце тревожно сжалось. А волк, угрожавший мне, вдруг заскулил, припал к земле и стал отползать. Будто понял, что этот соперник ему не по зубам. Зверь медленно пятился к выходу за спиной, не спуская глаз с Авенара. Тот не двигался. Лишь его взгляд перешел на меня и застыл. – Авенар? – тихо позвала я, когда волк исчез из пещеры. Дракон промолчал. Он продолжал стоять и смотреть. Причем невозможно было понять, видит ли он что-нибудь из-за крови, которая заливала его глаза. Понимает ли, кто перед ним? Узнает ли меня? – Авенар… – я осмелилась сделать шаг в его сторону. – Ты ранен… Даже протянула руки. Однако он вдруг улыбнулся, обнажив белые зубы. Эта улыбка на красном от крови лице была жутким зрелищем. Затем покачнулся. Выдавил: – Всё! – и рухнул лицом вперед.