Глава 21
Я все вертелась и никак не могла уснуть. Давно уже была в постели. С час назад слышала, как к усадьбе подъехал автомобиль – они вернулись. Признаюсь, подходила к окну. Я злюсь на него, злюсь невероятно, но и схожу с ума…
С одной стороны, до отъезда не хочу с ним встречаться и даже боюсь. А с другой – безумно жду этого. В груди так больно оттого, что он уехал с ней. Как будто посмеялся надо мной и элементарно бросил… А еще, я безумно хочу, чтобы он пришел, извинился, как-то объяснил… И сказал, что все это ерунда. Хочу, чтобы остановил меня.
Хотелось. Невероятно хотелось кричать от безысходности и оттого, что ничего не происходило. Уже час, как они вернулись, внизу стихла музыка, и я слышала, как гости начали расходиться по своим комнатам. Очевидно, дед раньше времени закончил праздник. За несколько дней до дня рождения, он говорил мне, что хотел праздновать свой юбилей до утра – но сейчас только чуть за полночь.
Застыла. Кто-то попробовал войти ко мне в комнату. Не слишком настойчиво. Дверь закрыта, да. Но… можно было бы постучать. Неизвестный отпустил ручку и, следом услышала удаляющиеся шаги по коридору.
Наверное, это был Аскольд. Кто еще? Мой двоюродный брат, которого я уже, как теперь понимаю, не зря окрестила засранцем, занят более приятными делами. Невестой. Красивая эта Лика. Идеальная. Скоро станет моей родственницей, судя по всему. Нет… Правильно я решила утром уехать, нечего мне здесь делать, особенно после того, что случилось. И особенно после того, что я теперь к нему чувствую!
Зарывшись с головой под одеяло, я не услышала вновь приблизившихся шагов к моей двери, но зато звук поворота ключа, еще как услышала! И замерла. Замерла, боясь увидеть того, а больше предстать зареванной и с размазанной по всему лицу косметикой, перед тем, кто так нагло и бесцеремонно только что вошел в мою комнату и закрыл за собой дверь на ключ!
Этот неизвестный приблизился к моей кровати, подцепил пальцами одеяло, которое я так успешно натянула на голову, и стянул его с меня ровно настолько, чтобы увидеть мою взъерошенную голову.
– Не спишь, – улыбнулся этот самодовольный гад!
– Зачем ты пришел? – прорычала на него. И это еще мало, в эту секунду уже готова была его убить! Словно пытаясь защититься, быстро села на кровати, поправила волосы и тут же получила в руки огромный букет роз!
– Мышонок, ты плакала? – ловко ускользнул от ответа Ярцев и, самовольно опустившись на мою кровать, провел большим пальцем у меня под глазами. – Прости, что мне пришлось уехать. Мне надо было решить с ней один вопрос. Завтра, она попросит у тебя прощения за сегодняшние слова.
– Зачем ты пришел… – уже не спросила я, а только тихо прошептала, потому что из моих глаз снова хлынули непокорные слезы.
Это было в тысячу раз лучше любых извинений. Он пришел. Он говорил с ней о том, что она меня обидела. Он снова стал моим надежным защитником, за чьей спиной я всегда могла спрятаться и забыть обо всех невзгодах…
– Потому что… я не хотел уходить, – прошептал он в ответ.
Юджин не поцеловал меня. Мне так показалось, что он хотел… собирался… Но он отстранился и встал с кровати. И не отрывая взгляд от сестры, стянул через голову свою рубашку, обнажив в лунном свете свое невероятно мощное тело, которым восхищаются миллионы девушек. Я хотела что-то сказать ему, но мои слова застряли у меня в горле, потому что дальше мой брат, резко расстегнул пряжку на своих брюках и через мгновение уже оказался полностью без одежды! В моей спальне!
– Ч-что ты делаешь? – испуганно выдавила из себя.
– Раздеваюсь, глупенькая, – усмехнулся этот невозможный зверь.
– З-зачем? – покраснела я и даже не порадовалась темноте, скрывавшей эту мою оплошность. По одной простой причине – Юджин направился ко мне и, молниеносно откинув край одеяла, в следующее мгновение сгреб меня в охапку и прижал реально глупую сестру к своему горячему телу!
– Затем, что я теперь собираюсь спать только с тобой… – ворвался его обжигающий шепот в мое затуманенное от его кошмарной, запрещенной близости сознание. – Маша…
И вот уже теперь, его губы коснулись моих, а язык требовательно проник в мой рот, не оставляя никаких сомнений в том, что сейчас произойдет между нами!
– Юджин, остановись… – моя мольба растворилась в раскаленном воздухе.
Я, было, уперлась ладонями в его огромные плечи с намерением затормозить, оттолкнуть сумасшедшего брата, но в следующий момент мои руки соскользнули и каким-то необъяснимым чудом оказались на его затылке. Его язык все глубже и глубже проникал в мой рот, как будто наконец-то дорвавшись до долгожданного лакомства, с жаждой гулял внутри меня, заставляя все мое тело содрогаться в запрещенном вожделении.
Я не должна… Не могу… Не имею права так сильно хотеть его… близости…
– Маша… мышонок мой… – его хрип уничтожил последние сомнения в моей голове, и я позволила ему стянуть с себя трусики. Одним нетерпеливым, безапелляционным рывком он сорвал ненужный кусок ткани с тела своей сестры. – Я люблю тебя, мышонок… очень… очень давно люблю… и больше не собираюсь ждать! – последнее слово мой двоюродный, сошедший с ума брат, уже прорычал и в один миг его мощный торс оказался между моих ног. Ярцев навалился на меня и заставил, буквально заставил принять свою разгоряченную плоть в себя.
– Я… я тоже… Юджин… – мои слова разбились о его мощную грудь, что в этот момент ритмично двигалась перед моими глазами. Его кожа очень быстро стала соблазнительно влажной. В темноте моей спальни, освещенной лишь тусклым лунным светом, мой огромный брат казался еще больше, чем при свете дня. Огромный, сильный, уверенный в себе, напористый, наглый, он именно так, в полном соответствии со своим характером брал меня, брал до последнего вздоха, до последней капли моего собственного пота. Не спрашивая, не интересуясь, хочу ли я этого.
Наверное, он должен был это сделать. Поинтересоваться. Спросить. Но, может быть, именно в его наглости и уверенности в ответных чувствах с моей стороны и была вся сила момента, который заставил и меня и его забыть, что в этом доме, на этой несчастной планете, есть хоть кто-то еще, кроме нас двоих. И особенно есть его невеста.
– Мышонок, маленький мой, – шептал безумный мужчина, который в эти мгновения перестал быть моим братом. Он стал моим мужчиной. – Больше ни на сантиметр не отойдешь от меня… Маша… Никому… не отдам, – его губы скользили по моей коже… на шее… в ложбинке на груди… огибая выпуклые холмики и касаясь многократно… целуя бугорки набухших сосков и перепрыгивая ниже, на живот, к пупку, и потом, не останавливаясь… опускаясь еще ниже, заставляя исчезнуть все звуки в этом мире, все, кроме моих стонов и его восторженного шепота…
– Маша, – это было последнее, что я услышала, уже на рассвете засыпая в его руках.
Как в колыбели. Как будто добрый волшебник взмахнул своей магической палочкой, и я вдруг перенеслась в глубокое детство, когда не было еще всего этого, этих проблем и непонятных историй, выхода из которых я не вижу. Как поступить? Что делать дальше? Как мы будем жить? Бежать или не бежать? Бросит или нет? А что с невестой? Дамарис…
Миллионы, миллионы вопросов и ни одного ответа. Лишь один миг счастья – его крепкие объятья и я в них. И наше мерное дыхание, что в этот момент звучит в унисон.
Что произошло. Как это случилось. Все это сейчас неважно, когда мои веки тяжело закрылись, а мысли улетели в прекрасную нейлоново-розовую даль, где есть только мы и прекрасная сказка о двоих сердцах, что встретились вновь спустя долгих пять лет, что казались им обоим адом на земле, а теперь внезапно превратились в большую награду…
Мне даже что-то приснилось. Возможно, или я только придумываю, это была свадьба. Мне было очень хорошо, с ним, окутанной его теплом и, я очень надеюсь и верю сейчас, его любовью. Было… пока в мой сон не ворвался до боли знакомый голос:
– Вермишелька… Мишель! Внученька, открой, пожалуйста, пусти старого деда хулигана…
Я резко открыла глаза. Светло. На меня давит… рука моего брата! А за дверью…
– Вермишелька…
Стучится мой дед!!!