Глава 29

Чем больше проходит времени со звонка Богуславы, тем более странно я себя чувствую. Нет, я не то чтобы думаю о гибели Миши. И не пытаюсь анализировать её. Мне жаль мать Миши, но его самого мне не жаль.

Однако, мне… странно. Наверное, так.

И немного страшно. Потусторонним страхом.

Сначала Миша, затем папа. Я проклята? Те кто рядом со мной умирают, а ведь все молодые. Если сопоставить всё, то дрожь пробирает: сначала мама, затем бабуля, Миша, отец. Кто следующий? Я? Марат? Мой ребенок?

Может, попросить у Наташи контакты «бабки»? Может, порча на мне какая-то? Не верила я во все это сверхъестественное, но… жутко. Или это череда совпадений? Ведь только папа не своей смертью умер-то, по сути. С мамой несчастный случай произошел, у бабули возраст, у Миши инфаркт.

Логически все можно обосновать, но чем больше я пытаюсь это сделать, чем больше успокаиваю себя, тем сильнее неприятие. Всё это странно. Неправильно. И не отпускает чувство, что что-то должно произойти. Что-то непоправимое.

Это пугает. Моя семья теперь это я, Марат и наш ребенок. Ну не могу я больше никого потерять!

Именно из-за этого я и согласилась на переезд в дом. За город. Нужно будет Марата уговорить пореже в город уезжать. Пусть из дома работает, у него же получается в командировках всё контролировать. Можно сделать так, чтобы его замы к дом приезжали, а сам Марат пускай со мной остается.

Безумие? Логика говорит, что да, я, таки, двинулась. Но ничего не могу с собой поделать. Предчувствие гадкое. Лучше перестраховаться, хотя вряд ли получится всю жизнь сидеть взаперти, боясь непонятно чего. Но до родов лучше именно так и сделать, а как малыш родится, может я пойму, что все мои страхи — идиотизм.

Хоть бы так. Лучше быть дурой и паникершей, чем снова терять близких. В этом смысле я истончилась. Как хрустальный человек себя чувствую. Кажется, упаду, и все кости переломаю, не поднимусь больше. Так и будет, если Марата или ребенка потеряю — просто не выдержу.

— Мне надо отъехать ненадолго. С домом уладить вопрос. И еще кое-что. Вечером или ночью приеду.

— Обязательно ехать? — я покрепче обняла Марата.

Мы на диване. Досматриваем какой-то фильм, который я сама выбрала, но весь сюжет мимо меня прошел. Даже название не помню. Сидела, вцепившись в Марата, вся в свои мысли погруженная.

Не хочу отпускать… не сейчас!

— Да, Аль. Надо отъехать. Ты пока вещи собери, только тяжести не таскай, — сказал Марат.

Фильм завершился. Титры. Марат сделал рывок, чтобы подняться, а я не могу отпустить. Врач меня не дообследовал, кажется. Нервную систему бы проверить! Или это одиночество предыдущих дней играет со мной злые игры? Так устала одна быть, что дольше уже не в состоянии.

Или же это из-за известия о Мише? Вроде и плевать мне на него, если честно, но из колеи выбило. Какой-то злой рок, самый настоящий.

— Может, по телефону все свои дела решишь?

— Да я быстро приеду, — Марат довольно улыбнулся. — Мне приятно, что ты не хочешь меня отпускать. Но я скоро приеду.

— Просишь тебя уйти — не уходишь. Просишь остаться — фиг допросишься, — пробурчала я сердито. — А если так?

Я соскользнула на пол, к ногам Марата. Кто-то хотел минет, и кончить мне на грудь, кажется?

Улыбнулась провокационно, и потянулась к ширинке его джинсов. Марат лишь головой покачал, еле заметно улыбаясь на мои действия. Уговаривать остаться его я не стану, это совсем уже дурость, но Марат и сам может передумать куда-то ехать. После хорошего минета, например!

Джинсы приспущены, боксеры тоже. Член в полувозбужденном состоянии. Марат вопросительно смотрит на коленопреклонную меня. Тяга к сексу во мне поутихла после разговора с Богуславой, но сейчас я снова возбуждаюсь. Мое желание вязкое, мягкое, оно только разгорается. То ли от вида полуобнаженного Марата, то ли меня заводит сама цель — легкая манипуляция сексом.

Я подзависла. Марату явно надоело ждать. Он положил ладонь на мою голову, притягивая к своему паху.

— Давай. Возьми у меня.