17

— Ну, если все понятно, то в среду можете выходить, — заключает женщина в модных очках, деловито осматривая меня с ног до головы. — Поработаете в одной смене с Викой, присмотритесь, с детьми познакомитесь, а потом уж и решим, что с вами делать. Санитарная книжка, надеюсь, имеется?

— Да, конечно, — энергично киваю головой, от радости сжимая пальцы в кулак. Роюсь в сумке, вываливая на стол все документы. — Я могу прямо сейчас начать, чтобы не ждать до среды.

Бегло полистав книжку, женщина убирает ее в сторону. Чувствую, как еле ощутимый холод касается моего позвоночника. Это по словам Вики у меня не будет проблем с трудоустройством, на деле же кажется, что заведующая не особо рада моему появлению. И взгляд у нее не самый радушный, и… Ну, нервы мои начали саморазрушаться. Сейчас я уже не верила, что меня примут на работу.

— У детей тихий час скоро начнется. Куда ж вы пойдете? Договоримся на среду. К семи утра подходите, заодно и родители на вас посмотрят.

Я вышла из кабинета, одолеваемая смутными эмоциями. С одной стороны, мне не отказали. Не послали лесом, сказав, что я не подхожу для работы в этом саду. Но, с другой, до среды еще так много времени. Все может измениться. В любой момент они могут принять другого человека, и тогда все мои планы полетят коту под хвост.

Вцепившись пальцами в сумку, пытаюсь отыскать в ней телефон, чтобы написать Вике, и слышу, как он сам начинает вибрировать.

Ида.

Игнатова просила позвонить ей сразу же, как только окажусь на улице, но, видимо, ждать моего звонка было выше ее сил.

— Ты куда пропала? Сорок минут уже прошло, — бурчит она в трубку. — Взяли?

— Попросили в среду выйти.

— Отлично! Если бы ты им не подошла, они бы сразу послали или сказали, что перезвонят. Как настроение?

— Непонятное, — признаюсь я, запрыгивая в машину. — По словам Вики, им срочно нужен воспитатель, а получается, не так уж сильно и нужен, раз мне только в среду выходить.

— Передаю пламенный привет таракашкам в твоей голове. Они сегодня зажигают. Слушай, если тебя не возьмут, то я своих будущих детей в этот сад отправлю. Представь, какими они будут, имея такую мать. Уверена, разнесут группу за рекордные две минуты.

Понятное дело, что Ида шутит. Когда у нее появятся дети, она станет матерью-наседкой.

Продолжая говорить, завожу машину и трогаюсь с места. Офис Чернова находится в самом центре города, и вся дорога займет у меня максимум минут десять, если не будет пробок. Решение заявиться на работу к мужу без предварительного звонка нагрянуло ко мне вчера ночью, когда я так и не смогла набрать его номер. Есть вероятность, что Никита может быть где-то в другом месте и встретиться с ним не получится, но… Если честно, подсознательно я очень надеялась, что так все и будет.

— Мирусь, а давай на выходных у меня посидим? Ты приготовишь свою фирменную запеканку, и мне потом не придется целую неделю смотреть на мышь в своем холодильнике, — Ида продолжает трещать в трубку, и мне приходится плечом поддерживать телефон, чтобы сдать назад. — М? Проведем вечер, как две…

Не успеваю дослушать подругу, потому что от ощутимого удара в зад машины телефон отлетает куда-то в сторону.

Первая мысль, которая приходит мне в голову: я сбила человека. Вторая: я больше никогда в жизни не буду за рулем разговаривать по телефону.

Руки трясутся, когда я выскакиваю из машины. Паника уже подступает к горлу, и с губ слетает первый вздох облегчения, когда не нахожу человека, лежащего под задними колесами.

Я задела машину — второй вздох.

Когда из белого внедорожника вышла молодая девушка — я все еще продолжала радоваться, надеясь, что мы сможем договориться.

— Ты что наделала, идиотка? — закричала она, убивая своим звонким голосом всю надежду, которая таилась во мне. — Что ты вылупилась на меня? Ты хоть знаешь, кому принадлежит эта машина?

Конечно, она имеет право кричать, но легче мне от этого не становится.

— Простите! Я правда вас не видела. Давайте я…

— Ты попала! — перебивает девушка, направляя на меня указательный палец. — Я сейчас позвоню Артурику, и он с тобой разберется, когда приедет.

Без понятия, кто такой Артурик, но встречаться с ним мне совсем не хотелось.

— Подождите. Я оплачу ремонт, — говорю, когда вижу на ее машине еле заметную вмятину рядом с фарой. — Здесь поблизости должен быть банкомат, я сниму сколько нужно, и мы рассчитаемся.

Хоть я и планировала больше не пользоваться картой Чернова, но сейчас у меня не было других вариантов.

— Нет! Нет! Нет! Артур приедет. Он не поверит, если я скажу, что это в меня опять врезались, — тон девушки изменился, когда она направила телефон в мою сторону. — Попробуешь уехать, мы тебя все равно найдем.

Щелчок. Еще один, но уже направлен на номера моей машины.

Когда становится понятно, что решить все мирным путем не получится, возвращаюсь к машине, нахожу под сиденьем свой телефон и удивляюсь, слыша голос Иды:

— Мира! Да что у тебя там случилось?

— Я тут. Что надо делать, если врезался в чужую машину?

Единственное, что помню из слов Никиты, не надо паниковать.

А как тут не паниковать?

— Блин!

— Так, не волнуйся. Ты цела? — взволнованно спрашивает подруга.

— Ага. Другой водитель тоже не пострадал. Там маленькая вмятина. Я предлагала на месте разобраться, но она в отказ. Сейчас звонит кому-то. Артуру, наверное. Она про него говорила.

— Кому? Так, это уже плохо. Закройся изнутри и не выходи. Поняла? Я сейчас.

Подруга сбрасывает вызов, а мне остается только закрыть глаза и пытаться найти ответ, почему я родилась такой невезучей.

Покончив с нытьем, открываю интернет и ищу номер ГИБДД. Рассказав сотруднику о том, что произошло, называю адрес и убираю телефон в сторону. Сейчас главное — успокоиться. Зная Никиту, он точно оформил страховку. Проблем быть не должно. Максимум штраф. Это лучше, чем сломанные кости.

Просидев молча минут десять, увидела, как к белому внедорожнику подъезжает другой автомобиль. Я напрягаюсь, разглядывая высокого мужчину, выходящего из машины. Если это и есть тот самый Артур, то закрытая изнутри машина не спасет меня от его гнева. Одна его рука больше меня.

Я уже даже не пытаюсь никак себя успокоить. Просто таращусь на эту парочку, гадая, что же такого рассказывает девушка, так энергично размахивая руками.

И да, я точно попала.

Меня спасет еще один звонок инспектору? Что-то я сомневалась в этом. Судя по всему, они так быстро не приезжают на место ДТП.

Перестаю дышать, когда мужчина начинает двигаться в мою сторону. Стук в окно, и мне становится по-настоящему страшно.

— Выходи!

Если не выйду, что будет?

А если выйду?

— Выходи, поговорим, — продолжает стучать в окно Артур.

Как я выйду, если у меня от страха ноги трясутся?

— Зай, она денег предлагала.

Надо же было такому случиться. И так в жизни проблемы, еще этой ситуации не хватало, чтобы до конца меня добить.

— Я долго тут стоять должен?

Если я сейчас просто рвану с места, они за мной погонятся?

Посторонний шум заставляет нас всех посмотреть вперед. Увидев машину Никиты, остановившуюся напротив моей, я сползаю на сиденье.

Он приехал.

Выйдя из машины, он замирает и смотрит на меня. Я понимаю, что его интересует мое состояние, поэтому просто киваю и вижу, как его напряженное лицо немного расслабляется.

Это ведь Ида ему позвонила?

Конечно она. От кого бы еще он узнал о случившемся?

— Шаг назад.

Никита хоть и стоит на расстоянии, но я все равно слышу его голос.

— Отошли от нее.

Девчонка тут же прячется за спину Артура, хватая его за руку. Чернов, не обращая на них внимания, обходит машину, и мне приходится развернуться, чтобы видеть, что происходит на улице.

Телефон звонит, но я не глядя сбрасываю вызов, продолжая смотреть на Никиту.

Это нормально, что у меня сердце стучит так, будто сейчас выпрыгнет из груди? Даже от страха оно так не стучало.