ГЛАВА 10

На несколько минут между нами воцарилось молчание. Каждый боялся озвучить первым ту самую догадку, которая, уверена, тотчас вспыхнула в голове, стоило лишь взглянуть на заржавелый и покинутый указатель.

— Может просто дорогу куда-нибудь переместили, — наконец выдавила из себя я, — а знак забыли убрать?..

Мне так отчаянно хотелось, чтобы Карл Генрихович согласился с моими словами или хотя бы принял их как возможный вариант, ведь в этом случае оставалась хотя бы малейшая надежда, что наши страшные мысли не подтвердятся. Однако его лицо помрачнело еще больше, и он тихо ответил:

— Боюсь, что это не так, Катя…

— Пойдемте дальше, — неожиданно жестко произнес Илья и, развернувшись, решительно зашагал в сторону, где должен был находиться Солсбери.

Мы быстро переглянулись с Карлом Генриховичем и двинулись за ним. Вскоре лес стал еще реже, в конце концов, плавно перейдя в луг.

— Там, кажется, дорога! — вдруг крикнул Илья и, чуть изменив направление, ускорил шаг.

Однако когда мы подошли ближе, стало понятно, что дорогой это можно было назвать с натяжкой. Скорее, участок луга, который был менее заросшим.

— Возможно, когда-то это и было дорогой, но ею уже давным-давно никто не пользуется, — с сожалением проговорил Карл Генрихович. — Но все равно попробуем пойти по ней…

Мы немного приободрились, когда под ногами стала появляться брусчатка, явно выложенная руками человека. А потом показался первый дом…

Возникшая было радость быстро сменилась еще большим разочарованием: при ближнем рассмотрении это оказалось полуразвалившееся здание, с просевшей крышей и окнами без стекол. Обогнув его, через сотню-другую метров мы наткнулись на следующий дом, такой же нежилой и покосившийся.

Чем дальше мы шли, тем больше вокруг нас появлялось зданий в один-два этажа. Выцветшие от времени, заросшие диким вьюном, они смотрели на нас своими пустыми глазницами-окнами, вселяя некий первобытный страх.

— Неужели, это Солсбери… — прошептала я, ощущая себя в каком-то фильме ужасов.

— Интересно, что здесь произошло? — Илья подошел к одному из домов и заглянул внутрь.

Но через мгновение отпрянул, громко выругавшись.

— Что там? — любопытство боролась со страхом, но первое все-таки победило, и я тоже сунулась в пустой проем.

Первые секунды в темноте ничего невозможно было рассмотреть, но затем…

— Там кости? — вскрикнула я и тут же зажала рот ладонью, пытаясь справиться с охватившим меня испугом.

— Да, — ответил Илья, уводя меня прочь от дома.

— Человеческие? — продолжала лепетать я, чувствуя, что меня начинает мутить.

— Похоже на то, — подтвердил Карл Генрихович, тоже отходя от окна.

— Да что здесь могло произойти, черт побери! — уже громче повторил Илья, от напряжения стиснув зубы. — Где все люди?

И я вдруг поняла, что ему тоже страшно. Его взгляд метался между домами, а пальцы еще сильнее сжали мое запястье. Тогда я порывисто обняла его, прижавшись щекой к груди. Он в ответ обхватил меня за плечи, скорее инстинктивно, глаза же его по-прежнему были устремлены куда-то в сторону.

— Здесь явно произошел какой-то катаклизм, — тоже оглядываясь по сторонам, отозвался Карл Генрихович. — И, скорее всего, не только в Англии…

— Война? Эпидемия? Какой-нибудь метеорит? — быстро проговорил Илья.

— Война? Маловероятно, — задумчиво сузив глаза, ответил Карл Генрихович. — Если отталкиваться от степени разрушения домов, то на них нет следов бомбежки или прочего оружия… Они просто пришли в негодность с течением времени, как будто хозяева скоропалительно их покинули или же погибли… Так что, вероятней всего, какая-то природная катастрофа, может и мирового масштаба. Посмотрите, как разросся лес… Он уже перешел черту города… Исходя из этого, с рокового момента могло пройти несколько десятков лет…

— Но если судить по останкам скелета, — Илья кивком показал на дом, где мы видели кости, — то прошло все-таки не больше десяти лет… На воздухе иссыхание скелета происходит быстро, иногда даже за три-четыре года… А тут кости еще даже узнаваемы…

— Да-а-а, что-то не сходится… — пробормотал старик. — Если только этот несчастный не попал сюда намного позже основных событий…

— Например, как мы? — вырвалось у меня.

Карл Генрихович бросил на меня внимательный взгляд и после некоторой паузы ответил:

— Именно.

— О, Господи… — я судорожно сглотнула. — А что, если мы тоже…

— Не говори глупостей! — одернул меня Илья.

— Это не глупо! — меня прорвало, и я заговорила более эмоционально: — Давайте смотреть в глаза реальности! Людей в этом мире нет! Животных, возможно, тоже. Я даже не помню, слышались ли птичьи голоса в лесу! Еды у нас осталось, если очень экономить, то всего на несколько дней… Вода и вовсе закончилась! Мы даже не знаем, где тут водоем с пресной водой. А если есть, то можно ли пить из него? Вдруг тут все отравлено?.. — под конец я уже чуть не плакала. — А до следующего перехода целых две недели.

— Ну, Катенька, переживать пока рано, — постарался успокоить меня Карл Генрихович, однако не улыбнулся как обычно.

Илья же просто крепче прижал меня к себе и начал гладить по голове. Лица у обоих оставались озабоченными, и это доказывало то, что в глубине души они согласны с моими словами.

— Давайте еще осмотримся, — проговорил тем временем Карл Генрихович. — Мы ведь только несколько кварталов прошли… Возможно, впереди нас ждет что-то более обнадеживающе…

— Идем, — Илья поцеловал меня в висок и, продолжая обнимать за плечи, повел следом за Карлом Генриховичем.

— Знаете, что меня настораживает? — через некоторое время произнес старик. — Почти во всех окнах нет стекол… Будто их специально достали оттуда. Не выбили, а именно вынули… И… — тут он замедлил шаг, а потом и вовсе остановился. — Я бы хотел заглянуть в один из домов…

— Зачем? — почти в один голос спросили мы с Ильей.

— Хочу кое-что проверить, — прозвучал ответ. — За мной не ходите… Я скоро…

Все время, пока он отсутствовал, меня не покидала тревога. Илья тоже заметно нервничал, и когда в оконном проеме на первом этаже мелькнул знакомый клетчатый пиджак, мы оба выдохнули с облегчением. Зато Карл Генрихович вышел еще более озадаченный, чем прежде.

— Проверили? — осторожно поинтересовался у него Илья.

Тот кивнул.

— Как я и думал, ни одного металлического предмета в доме… Даже дверные ручки выкручены. А в нескольких комнатах, по-видимому, спальнях, нет кроватей, а лишь полуистлевшие матрасы… Предполагаю, кровати тоже были из железа…

— Вы хотите сказать… — Илья внимательно посмотрел на Карла Генриховича. — Их кто-то специально вынес оттуда?.. Но для чего?

— Ну… Например, чтобы переплавить для каких-то иных целей… — предположил тот. — А, возможно, использовать по назначению, но в другом месте…

— То есть… Вы считаете, что люди здесь все-таки есть? — догадался Илья.

Но ответил ему совсем не Карл Генрихович, а чужой сиплый голос:

— Есть…

Мы мгновенно обернулись.

Перед нами стояли двое мужчин: один невысокий, коренастый с жестким лицом, сплошь покрытым оспинами, другой — чуть выше и моложе, с бесцветными бровями и прозрачно-голубыми насмешливыми глазами. Оба были одеты в одинаковые кожаные узкие брюки и короткие куртки, так же из грубой кожи, на головах — грязно-серые банданы. В руках коренастый держал самый настоящий револьвер, по виду старинный, похожий на те, что можно встретить в музеях или исторических фильмах. А вот блондин поигрывал изящным ножиком с тонким блестящим лезвием.

Холодок страха прополз по спине, заставляя сердце биться в несколько раз быстрее.

— И кого это к нам занесло попутным ветром? — снова просипел тот, что с пистолетом.

— Мы здесь проездом, — Илья вышел вперед, закрывая меня собой.

Я же нечаянно повернула голову и увидела еще одного верзилу, медленно подходящего к нам сбоку. А через мгновение из-за угла дома показалась еще пара мужиков бандитского вида. Невольно бросилось в глаза, что оружие в руках у всех было разное. У того, что остановился слева — ружье, у последних двух за плечами висели арбалеты.

— Проездом? Правда? — на оспинном лице появилась ухмылка. — И куда ж вы направляетесь? У нас-то остров большой… Просто необъятный…

При этих словах остальные четверо громко загоготали, словно услышали остроумную шутку.

— Пятьдесят миль на восток, двадцать на север и пятнадцать на запад… — продолжал глумиться коренастый. — Может, вы держите путь в Блэйстерский лес? Там, слышал, как раз недавно объявились белые лисы… У них отличный мех, скажу я вам! Или нет. Скорее всего, вы желаете половить рыбки в Темзе. Но, наверное, я вас огорчу… Темза уже лет десять как обмельчала… Нет там больше рыбки, кончилась… — он театрально взмахнул рукой с пистолетом. — Да и удочек у вас что-то не наблюдаю…

В следующую секунду его лицо вновь стало жестким, и он, сплюнув сквозь зубы, грубо произнес:

— Так что вы у нас забыли? И откуда явились?

— Любезнейший, — вкрадчиво заговорил Карл Генрихович, — мы действительно оказались здесь случайно… И никого не хотели потревожить своим присутствием… Нам бы только воды немного достать. Не подскажите, где ее можно раздобыть? После этого мы уйдем из города, и больше вы нас не увидите… Обещаю.

«Любезнейший» выслушал это все это с выражением полнейшего внимания на лице, после чего его мимика вновь изменилась, исказившись злобой.

— Издеваешься, старикашка? — процедил он, наступая на Карл Генриховича. — За идиотов нас держите?.. Случайно они здесь оказались. Где ваша лодка?

— У нас нет лодки, — Карл Генрихович сделал шаг назад, и тут же ему в спину уперлось дуло ружья.

— Стоять… — прорычал верзила, и тот послушно замер.

— О, значит, на корабле приплыли… — протянул коренастый. — То есть вы здесь не одни? Где-то еще есть желающие напороться на нож или пулю?..

— Нет же, — Карл Генрихович попытался улыбнуться, — вы не поняли… Мы сюда не приплывали ни на корабле, ни на лодке… Мы…

— Из воздуха появились, так? — раздраженно хмыкнул бандит. — Прямо ангелочки с крылышками снизошли на нашу грешную землю…

— Беги, — вдруг услышала я шепот Ильи у себя над ухом.

Сейчас все взгляды бандитов были устремлены на Карла Генриховича, а о нас будто забыли.

— Беги, — уже настойчивей повторил Илья, и я все-таки рванула с места.

Наверное, в этот момент я действовала бездумно, поддавшись инстинкту и страху. Так же как и Илья, не осознавая до конца всей серьезности ситуации, подстегнул меня к этому из лучших побуждений и желания спасти. Вот только силы мы не рассчитали…

— Девку держите! — тут же понеслось мне в спину, а после приглушенные звуки борьбы.

На бегу я обернулась и увидела, как Илья выбил у белобрысого нож, но в ту же секунду его скрутили двое с арбалетами. Карла Генриховича же верзила прижал к стене ближайшего дома и держал на мушке своего ружья.

— Догоните девку! — вновь прокричал коренастый и наставил на меня револьвер.

Раздался выстрел, а через мгновение что-то со свистом пронеслось совсем рядом с моим ухом.

«Пуля», — запоздало поняла я, и меня обдало волной страха. Это на миг ослабило мою бдительность, и я, не заметив перед собой выступающий камень, споткнулась и полетела на землю…

«Вот и все… — как-то отстраненно подумалось мне. — Побег не удался».

Рядом послышались шаги, а после чья-то рука схватила меня за шкирку и потянула вверх, заставляя принять горизонтальное положение. Безбровый красавчик. Он уже вернул себе выбитый Ильей ножик и теперь подставил мне его к горлу.

— Вперед, — он толкнул меня кулаком в плечо, вынуждая двигаться обратно к группе моих и его товарищей.

Илья встретил меня взглядом, полным боли и вины.

— Прости… — прошептал он. — Я думал, что стоит попытаться…

— Беглянка из меня никудышная, — я постаралась улыбнуться в ответ. — Да и что я без вас буду делать?..

— Еще раз попытаетесь сбежать, — коренастый обвел нас ненавидящим взглядом, — получите пулю в затылок… Ведем их к Саммерсу! — обратился он уже к своим дружкам.

— Может, отпустите меня? — сказала я блондину, который до сих прижимал меня к себе, держа нож у моего горла. — Я больше не убегу… Да и нога болит…

Насчет ноги было правдой: я действительно подвернула лодыжку, когда споткнулась. И теперь приходилось припадать на нее, превозмогая боль.

Блондин ослабил хватку, но нож не убрал, а переместил его ко мне за спину, ткнув острием слева под ребра.

Мы с моим конвоиром шли первыми, поэтому я не могла видеть ни Илью, ни Карла Генриховича, и лишь терялась в догадках, как они там. Наши похитители в основном молчали, только иногда обменивались друг с другом непонятными нам фразами. Дорога, по которой нас вели, пролегала через все Солсбери. По обе стороны от нас по-прежнему тянулись пустынные дома с облупившимися фасадами, и я даже не могла предположить, куда мы держим путь.

Городской пейзаж окончился внезапно, каменная дорога вновь стала песчаной, уводя куда-то в сторону. На меня неожиданно пахнуло солоноватым бризом, и я сперва подумала, что обманулась в ощущениях: откуда здесь море?.. Однако спустя некоторое время уже не верила своим глазам: мы очутились на отвесном склоне, а внизу, в метрах пятистах от нас, отделенная полоской песчаного пляжа, раскинулась до самого горизонта серо-голубая гладь воды.

Господи, откуда здесь появилось море? Разве это возможно?.. Ведь раньше Солсбери от морского берега отделяли около сотни километров.

Меня, замешкавшуюся, вновь подтолкнули, заставляя идти дальше. А еще через метров двести мы остановились около высокого, более человеческого роста, частокола. Кто-то изнутри распахнул перед нами широкие двустворчатые ворота, за которыми оказалась просторная площадь. По ее периметру расположились деревянные строения, лишенные всяких архитектурных изысков. Если присмотреться, то между некоторыми из них от площади расходились узкие улочки. В целом все это выглядело как некий лагерь или даже форт.

— Саммерс у себя? — громко спросил коренастый у какого-то субтильного мужика, который курил на крыльце одного из домов.

— Вроде у себя, — отозвался тот, выпуская изо рта облако дыма.

Строение, куда нас завели, выделялось среди прочих своими размерами и, в первую очередь, длиной, занимая собой почти всю торцовую часть площади. Вначале мы миновали некий тамбур, потом же очутились в небольшом помещении. Сбоку, около самого окна, стоял грубо сколоченный стол. За ним, углубившись в чтение каких-то бумаг, сидел мужчина. Достаточно крупный, широкоплечий и, по всей видимости, высокий. Светло-каштановые волосы собраны в хвост, щеки и подбородок покрыты густой щетиной. Мужчину можно было даже назвать привлекательным, если бы не его лицо, с одной стороны обезображенное крестообразным шрамом.

При нашем появлении он поднял голову, пробежался взглядом по нам троим, после чего вопросительно посмотрел на коренастого.

— Вот, Ральф, — сразу же с ухмылкой заговорил тот, — нашли их в Мертвом городе… Говорят, случайно забрели… Девка, вообще, чуть не сбежала. Пришлось на нее даже пулю потратить…

Саммерс (полагаю, это и был он) встал из-за стола и подошел прямо к нам. С холодным любопытством посмотрел на Карла Генриховича, чуть дольше задержался около Ильи, потом же его карие, почти черные, глаза остановились на мне. На мгновение в них нечто вспыхнуло, похожее на удивление или даже испуг. После этого он быстро перевел взгляд обратно на Илью.

— Кто вы такие? — разделяя каждое слово, спросил Саммерс.

— Мы уже объясняли… — не отводя глаз, спокойно ответил тот. — Мы оказались у вас случайно… Временно. Искали пресную воду и какую-нибудь еду. Не отказались бы и от какой-нибудь работы, чтобы имеет возможность все это купить…

— Я спросил, кто вы такие? — повторил свой вопрос Саммерс. — И пока не получил ответ, который бы меня удовлетворил…

— Позвольте мне объяснить, — подал голос Карл Генрихович, и вопрошающий медленно повернулся к нему, приподнимая одну бровь.

Заметив, что тот приготовился слушать, старик продолжил уже более уверенно:

— Как сказал мой сын, мы оказались здесь случайно… К сожалению, мы не можем вам озвучить причину своего появления здесь. Это не наша тайна, и мы не имеем право ее разглашать. Однако, уверяю вас, мы не желаем ничего дурного. Нам просто нужно где-то переждать две недели, и мы уйдем. И больше никогда здесь не появимся.

— Уйдете? И куда же вы уйдете? — Саммерс вернулся к своему столу и, присев на его угол, скрестил руки на груди.

— Туда, откуда пришли, — коротко ответил Карл Генрихович.

Саммерс несколько раз задумчиво кивнул куда-то в сторону, а потом резко окликнул:

— Кобб!

— Да, Ральф, — тут же отозвался коренастый.

— Иди собери людей, пусть прочешут все берега в поисках неизвестного судна… Ищите старательно, возможно, наши гости умудрились его припрятать подальше от посторонних глаз…

— Понял, — Кобб сразу же направился к выходу.

— Осматривали их вещи? — Саммерс теперь глядел на блондина, который по-прежнему стоял позади меня.

— Нет, — мотнул головой тот. — Не было времени…

— Так делайте это сейчас, — в голосе Ральфа Саммерса промелькнуло раздражение.

С Ильи тут же стянули рюкзак, а у Карла Генриховича забрали сумку, в которой хранилась наша провизия. Их содержимое тут же бесцеремонно было вытрясено прямо нa пол. Железная банка тушенки cо стуком откатилась в сторону Саммерса. Тот остановил ее ногой, затем наклонился и поднял.

— Что это за язык? — покрутив ее в руках, спросил он. — Мне кажется, или это действительно русский? — его голос стал подозрительно елейным.

Я бросила взгляд на Карла Генриховича, пытаясь понять, собирается ли он соглашаться. Но тот молчал, застыв в нерешительности. Лицо Ильи также было непроницаемо.

Не дождавшись ответа, Саммерс сел на корточки около кучи с нашими вещами и принялся их перебирать. Когда очередь дошла до пакета с моими гигиеническими средствами, из которых выглядывала пачка с прокладками, я дернулась в порыве забрать его, но блондин резко вернул меня на место, а его нож, прорвав ветровку и футболку, полоснул кожу. От резкой боли перехватило дыхание, и я ощутила, как по спине потекла струйка горячей крови.

Саммерс тем временем с интересом изучал надписи на упаковках и флаконах. После этого, не выпуская из рук бутылочки с шампунем, поднялся и подошел к одной из карт, которые висели над его столом. Раньше я не обратила на них внимания и теперь попыталась вглядеться, что на них изображено. Саммер несколько минут переводил взгляд с карты на флакон, будто сравнивая что-то, и, наконец, удовлетворенно изрек:

— Все-таки русские…

— Простите, откуда такие выводы? — тихо уточнил у него Карл Генрихович. — Вы знаете русский?..

Саммерс на это ухмыльнулся и пальцем поманил его к себе. Верзила, что держал до этого Карла Генриховича, вытолкнул его вперед. Он осторожно приблизился к Саммерсу, и тот показал на карту:

— Узнаете?

Карл Генрихович подошел совсем близко к карте, и в то же мгновение из него вырвалось изумленное:

— Это Россия?..

— Да, и на русском языке. Эта карта досталась нам от одного из таких же залетных гостей, что и вы. Тоже утверждали, что их сюда случайным ветром занесло. А потом оказалось, что на серверном берегу их ждет корабль с оружием и десятком друзей… — в голосе Саммерса появилась сталь. — Так вот, они были русскими. Как и вы.

— По правде говоря, не понимаю, в чем вы нас обвиняете, — Карл Генрихович сохранял спокойствие и с достоинством выдержал испепеляющий взгляд стоящего рядом с ним мужчины. — Если мы нарушили какие-то ваши правила, прошу нас извинить… Мы не знали о них и впредь будем осторожней… Позвольте нам уйти, и, как я обещал, вы больше нас никогда не увидите…

Из груди Саммерса вырвался смешок, потом другой, а после он громко расхохотался, хлопая в ладоши.

— Браво, отлично сыграно, — прозвучало сквозь смех. — Я вам непременно поверю…

Затем хохот резко оборвался, а лицо мужчины исказила ярость.

— Уведите их, — скомандовал он своим людям. — В погреб… Пока не найдут их лодку. А там будем решать…

Конвоир Карла Генриховича грубо схватил его и пинком направил в сторону выхода.

Увидев это, Илья попытался возмутиться:

— Эй, поаккуратней!

Но его тоже пнули со всей силы, подгоняя к двери:

— Поговори тут. Пошел!

Меня мой блондин потащил было следом за ними, как вдруг его остановил окрик Саммерса:

— Нил. Девицу оставь. Я с ней сам разберусь…