Глава 43

Мира ловила на себе недоуменные взгляды жителей, особенно когда они замечали её оборванную, испачканную юбку, ей становилось не по себе. Под этими взглядами девушке было не слишком уютно, но, ведомая крепкой, надёжной рукой Данияра, она послушно следовала за ним, стараясь не обращать внимания на косые взгляды и осматривая городок.

— Вас уже ждут, — к ним подошёл высокий статный маг, который, коротко представившись, указал на небольшой, но опрятный домик, стоявший в стороне от главной площади, где, по предположениям Миры, должна была находиться портальная арка.

Данияр кивнул в знак признательности, и они с Мирой пошли в указанном направлении.

Когда они вошли в домик, Миру поняла, что здесь они смогут только отдохнуть и привести себя в порядок. Ее сразу же отвели в соседнюю комнату. Там она умылась, освежилась и с огромным удовольствием переоделась в чистое платье, полностью закрывающее ноги, и почувствовала себя намного лучше.

Когда она рассматривала себя в зеркале, то вдруг заметила, что её кожа слегка поблескивает золотым светом. Она подошла ближе к лампе, чтобы рассмотреть получше, и увидела, что её левую руку украшает едва заметный, но отчётливый золотой узор.

— Что это? — озадаченно произнесла она, проводя рукой по странному рисунку в надежде стереть его, но он не исчезал.

Озадаченная, она вышла в комнату, где ее уже ждал Данияр. Увидев ее, он тут же прервал разговор со своим собеседником и поспешил к девушке.

— Ты голодна?

— Была, пока не увидела это, — она снова провела рукой по загадочному узору. — Что это?

Данияр осторожно взял ее за руку, переплетая свои пальцы с ее, и провел по едва заметному узору, повторяя каждый завиток. От его легкого, бережного прикосновения по ее телу табуном пробежали мурашки, вызывая легкое волнение. Только если она выглядела смущенной и немного растерянной, то Данияр был спокоен и уверен в себе, а его глаза радостно блестели.

— Мы использовали силу вместе, объединились, — сказал он. — Наша с тобой связь окрепла.

— Это из-за использования магии? — недоверчиво спросила она.

— И это тоже, — подтвердил он, склонив голову набок и внимательно наблюдая за малейшими изменениями в выражении ее лица, за ее эмоциями.

Мира и Данияр стояли друг напротив друга. Солнечный свет, проникавший сквозь высокие окна, мягко освещал их лица. Данияр держал ее за руку и с нежностью обводил завитки узора на ее руке.

В голове Миры в этот момент бушевала настоящая буря. Ей было так хорошо с ним, она чувствовала себя в безопасности, но стоило ей вспомнить о его невесте, как внутри все переворачивалось, скручивалось в болезненный узел. Он принадлежит другой, а она всего лишь гостья, — твердила она себе, пытаясь заглушить появившиеся чувства. Она ругала себя за эти глупые надежды, за то, что позволила себе поверить в невозможное.

Не в силах выдержать этот пронзительный взгляд, эти полные нежности глаза, Мира, собрав всю свою волю в кулак, медленно отвернулась от Данияра, отступила на пару шагов, пытаясь отгородиться от его притяжения, от боли, которую он причиняет. Ее взгляд устремился к окну, где за легкой вуалью штор колыхались ветви деревьев.

— И что же теперь делать? — Мира, опустив голову, невидящим взглядом смотрела перед собой. — Мы не смогли попасть к Санатану. Как же я теперь вернусь домой, Данияр?

— Ты этого хочешь? — выдохнул Данияр.

— Я здесь чужая, — безжизненным голосом ответила Мира, чувствуя себя лишней.

— Не говори так, — Данияр бережно взял её руки в свои. Его кожа светилась изнутри, излучая яркий свет, в то время как её сияние стало едва заметным, почти исчезло. Данияр нахмурился, увидев эти изменения. — Ты стала частью Индры. Создатель никогда не переносит людей из одного мира в другой просто так, без причины. Ты — часть Индры, а Индра — часть тебя.

— Хотелось бы и мне хоть немного твоего оптимизма, — Мира вяло улыбнулась, но в её глазах читалась печаль.

Она высвободила свои руки из его ласковых объятий и обхватила себя руками. Ей было очень сложно чувствовать его прикосновения, зная, что у Данияра есть невеста. Им никогда не суждено быть вместе, а значит, она должна найти способ вернуться домой во что бы то ни стало. Здесь, на Индре, она чувствовала себя лишней, ненужной, и это причиняло ей боль.

— Есть другой способ связаться с Санатаном, — медленно произнёс Данияр, выдавливая из себя слова.

— Правда? — оживилась Мира.

— Да, — Данияр смотрел на нее с необъяснимой тоской. И она спросила бы, почему в его глазах столько печали, но сейчас ее волновало только то, что он собирался ей рассказать. — Ты сама сможешь попасть к нему.

— Но как?

— Тем же способом, что и попала ко мне, — ответил он.

— Я уже пыталась, но у меня ничего не вышло, — выдохнула Мира.

Мира уже несколько раз пыталась пройти к мудрецу по Путям, но каждый раз терпела неудачу. Ей не удавалось уловить образ Санатана, почувствовать нить, которая ведёт к нему. А потом она и вовсе забросила эти тщетные попытки, понимая, что это бесполезно.

— Я помогу тебе, — твёрдо произнёс Данияр.

— Разве я смогу? Я всегда попадала в разные места не по своей воле. Меня словно затягивала туда какая-то сила.

— Даже ко мне? — глаза Данияра вспыхнули, и он сделал шаг вперед, приближаясь к ней.

На этот вопрос она не могла дать однозначный ответ. К нему она перемещалась по собственной воле и желанию, желая увидеть его, быть рядом, и ее сердце билось в такт его сердцу. Она отвела взгляд в сторону, чувствуя, как краска заливает ее лицо, выдавая ее чувства. Данияр, заметив ее смущение, взял ее за руку, переплетая пальцы, с удовольствием отмечая, что ее кожа стала сиять ярче. Ей очень хотелось узнать, что это за сияние, но она не решалась спросить.

— Я вижу так много Путей, и с каждым разом их становится всё больше и больше, — выдавила из себя Мира, смущённая близостью мужчины, который волновал её.

— Нужно попробовать, Мира. Сейчас это единственный шанс, и мы должны им воспользоваться.

Данияр обнял ее со спины, как делал это в лесу, когда они объединяли свои силы. Мира закрыла глаза и вокруг нее тут же зашевелились золотые нити, слегка покрытые пылью. Нити встрепенулись, почувствовав ее присутствие, и тут же потянулись к ней. Мира провела по ним ладонью, стряхивая пыль. Все Пути сияли ярко, кроме одного, как и в прошлый раз. Мира с любовью и надеждой провела ладонью по той самой темной нити, и та встрепенулась, завибрировала, отзываясь на ее прикосновение.

Затем она внимательно осмотрела все Пути, пытаясь понять, куда они ведут. Никогда прежде ей не приходилось самой искать человека, самой искать путь. До этого нити тянулись к ней, сами показывали события, сами вели её за собой. Теперь же перед ней стояла сложная задача. Ей предстояло найти путь к Санатану и переместиться к нему.

Мира представила себе образ Санатана, который видела в книге и сосредоточилась на этом образе. Она провела пальцами по всем нитям, пытаясь найти нужную, но ни одна из них не отозвалась на ее прикосновения. Мира попробовала перемещаться по каждой из нитей, но в конце концов поняла, что на это может уйти слишком много времени, а результат вовсе не гарантирован. И тогда она открыла глаза.

— Что-то получилось, Мира? – с неподдельным участием поинтересовался Данияр.

— Нет, ничего не получается, — покачала она головой. — Я не знаю, как это сделать. Не понимаю… Не умею…

— Мира, — произнес Данияр, сжимая ее в своих объятиях. — Позволь мне помочь тебе.

— Как? – спросила она, надеясь на его поддержку.

— Раскройся мне, доверься, — ответил он.

Он взял её за руку и повёл обратно к мягким, уютным подушкам, помог ей сесть и сам сел позади неё, положив руки ей на талию и нежно обнимая.

— Тебе нужно расслабиться, Мира, просто расслабиться, — тихо сказал он ей на ухо, стараясь говорить как можно тише. Мира чувствовала его тёплое дыхание на своей коже, ощущала его осторожные, нежные прикосновения, которыми он стремился расслабить её, но вместо этого её сердце билось всё сильнее и сильнее.

— Это не так просто, Данияр, — тихо сказала Мира, стараясь говорить ровно, чтобы не выдать своих чувств, но голос предательски дрогнул. Ей безумно хотелось опереться на него, прижаться к нему всем телом, почувствовать тепло его сильного тела, но она не могла себе этого позволить. У него есть невеста, и они любят друг друга, а она для него всего лишь гостья.

Мира крепко зажмурилась, надеясь таким образом сдержать предательские слезы, которые вот-вот должны были пролиться, и сосредоточилась на дыхании, стараясь успокоиться.

Ей во что бы то ни стало нужно было связаться с Санатаном, найти его, чтобы вернуться домой. Так будет лучше для всех, и она понимала это. И она изо всех сил потянулась к нитям в поисках той, что приведёт её к мудрецу, который может помочь ей, указать путь. Она перебирала золотые пряди, надеясь на удачу.

И она нашла! Нить пряталась от нее, ускользала всякий раз, едва Мира обращала на нее внимание, словно дразня ее. И Мира потянулась к ней, желая схватить, но едва касалась пальцами, как та снова ускользала, словно играя с ней в прятки. Мира настойчиво следила за поведением нити, пытаясь ее поймать, и, когда та была совсем близко, уверенно и крепко схватила ее, не желая упускать нить, которая могла привести ее к желанной цели. Золотые искры разлетелись во все стороны, когда нить изогнулась, щекоча ладонь, но Мира крепко держала ее, для надежности намотав непокорную прядь на руку, стараясь не упустить свой шанс.

Мира отпустила себя, сливаясь с нитью, становясь самим путём, и тогда она увидела…

Старец с длинной седой бородой, стоял посреди огромного зала, окутанного магией. Вокруг него вихрем кружились, сливаясь воедино и разделяясь на сверкающие потоки, четыре стихии: вода, огонь, земля и воздух, танцуя в замысловатых спиралях, подчиняясь его воле. Мира, как завороженная, наблюдала за действиями великого мага, пораженная тем, с какой легкостью он управляет могущественными стихиями, подчиняя их себе. Она никогда не видела ничего подобного. Ни один из магов, с которыми она встречалась раньше, не обладал такой мощью и не творил ничего подобного, ничего настолько невероятного.

Она не сразу поняла, что старец заметил ее присутствие. Он внимательно смотрел на девушку, изучая ее. А когда сделал шаг навстречу, и вихри стихий постепенно рассеялись, Мира вздрогнула от неожиданности. Увидев на себе прямой, пронизывающий взгляд старца, она испуганно отступила назад, и в тот же миг ее вытолкнуло в объятия Данияра.

— У тебя получилось, ты смогла! — не спрашивал, а утверждал мужчина.

— Кажется, да. Получилось, — прошептала Мира. Она все еще была поражена увиденным и тем, что у нее все же получилось, несмотря ни на что.

— Я знал, что ты справишься, — прошептал Данияр, прижимая ее к себе, и только тогда Мира осознала, что все еще находится в его объятиях, таких теплых и родных, таких притягательных.

Мира нахмурилась, вспомнив о невесте Данияра, и осторожно высвободилась из его объятий, отодвинулась на мягких подушках и повернулась к мужчине лицом, стараясь не смотреть ему в глаза. Данияр улыбался ей, его глаза светились счастьем, и он нежно смотрел на нее. От этого взгляда у нее внутри все сжалось от острой, терпкой боли, которая захлестнула ее. Он не должен так смотреть на нее, он не имеет права. Мира для него никто, чужая, а у него есть невеста, которую он любит. Или он так ведёт себя с ней, потому что она может связать главу клана с Санатаном, до которого не удалось добраться обычным путём?

Ей не хотелось верить, что Данияр тоже использует ее, как использовал Вацлав.

— Почему ты хмуришься? Что-то случилось с Санатаном? — Он протянул руку к ее щеке, проведя пальцами, пытаясь понять, что происходит.

— Нет, с ним всё в порядке, — Мира покачала головой, стараясь не выдать своих переживаний.

— Тебе удалось с ним связаться? – с надеждой спросил Данияр.

— Нет, я с ним не говорила, — нахмурилась она. — Но он увидел меня.

— Это хорошо. Это очень хорошо. Теперь он знает о тебе, — кивнул Данияр.

— Он… он работал со стихиями, — сказала она, склонив голову набок, пытаясь восстановить в памяти всё увиденное. Мира, стараясь вспомнить всё до мельчайших деталей, хотела подробно описать Данияру увиденное. — Он очень силён. Но, когда меня увидел и подошел я испугалась. И меня выбросило, — закончила она, чувствуя лёгкую досаду.

— Не волнуйся, Мира, ты сделала всё, что могла, — Данияр, придвинулся ближе.

— Я могу попробовать ещё раз, у меня точно получится, если…

— Тебе нужно отдохнуть, — прервал ее мужчина. — Не стоит тратить силы понапрасну.

Он бережно заправил выбившуюся прядь ее волос за ухо, легко проведя пальцами по ее щеке. Мира заметила, что он очень часто прикасался к ней, в то время как Вацлав избегал прикосновений, стараясь сохранять дистанцию. И она бы обрадовалась такому вниманию, но ей становилось только тяжелее и больнее, ведь у него есть невеста, и им никогда не суждено быть вместе. Ей нужно было во что бы то ни стало держать Данияра на расстоянии, как бы больно ей ни было.

Данияр снова переплел их пальцы, не желая отпускать ее. Он хотел что-то сказать, но слова так и не сорвались с его губ, и он опустил голову, пряча взгляд от нее. Сияние, которое недавно их окружало, едва мерцало, угасая.

Мира хотела сказать, что- то еще, но не успела высказать свои мысли. В комнату вошёл маг и сообщил, что портал для перехода в столицу готов и их ждут. Решив отложить разговор на потом, она последовала за наследником, стараясь сохранять спокойствие.

Они вышли на площадь, свернули налево по мощеной дорожке и вскоре оказались на другой площади, где стояла единственная портальная арка. Мира отметила, что во всех городах, в которых ей довелось побывать, портальные арки расположены примерно одинаково, независимо от того, в каком мире она находится. Разве что в этом городе портал был всего один, но, возможно, потому, что город был маленьким и удалённым от столицы.

Данияр крепко держал Миру за руку, когда они вошли в арку, и так же крепко держал, когда они вышли в просторном портальном комплексе столицы. Мужчина выпустил ее руку только тогда, когда к нему бросилась красивая девушка с криком:

— Данияр! – Девушка буквально оттолкнула Миру и, повиснув на шее Данияра, продолжала сжимать его в объятиях. – Данияр, как же ты нас напугал! Я чуть с ума не сошла от волнения, не зная, что с тобой случилось!

— Всё хорошо, как видишь, со мной не случилось ничего страшного, — Данияр чуть отстранился, и Мира наконец смогла рассмотреть девушку. Красивая, невероятно красивая, с длинными золотистыми волосами, которые спадали на плечи.

— Я очень-очень люблю тебя, Данияр, — шептала она, прижимаясь к нему всем телом. — Пожалуйста, не делай так больше!

— Я тоже люблю тебя, — крепко обнимая девушку, ответил Данияр, и в его голосе звучала искренность. — Очень сильно люблю, но такого обещания дать не могу.

«Его невеста», — пронеслась болезненная мысль в голове Миры, словно нож по сердцу. «У него же есть невеста, а я…»

Мира, чувствуя себя совершенно опустошённой и ненужной, отступила от обнимающейся парочки, чувствуя, как к горлу подступает ком. Там, в лесу, ей казалось, что между ними начало зарождаться что-то важное, но оказалось, что она была нужна ему только для того, чтобы восстановить силы.

«Радикальные меры, глупая, — укоряла она себя. — Он ведь ничего тебе не обещал. Ты сама настояла».

Мира натянула на лицо вежливую улыбку, стараясь сдержать слезы, которые вот-вот должны были хлынуть, пока эти двое на глазах у всех продолжали прижиматься друг к другу, совершенно не замечая ее.

— Мира, — позвал ее Данияр, отстраняя от себя девушку. — Я хочу тебя кое с кем познакомить.

Мира застыла как вкопанная, и даже на мгновение перестала дышать, глядя на этих двоих. Данияр протянул ей руку, приглашая подойти, и Мира, не помня себя от растерянности, на негнущихся ногах подошла ближе, понимая, что совершила ужасную ошибку, надеясь на что-то большее.

— Агидель! – обратился он к девушке, и та тут же широко улыбнулась Мире.

«Его невеста, — пронеслась болезненная мысль в ее голове. — Какая она красивая, и как ей повезло».

Мира, затаив дыхание, наблюдала за девушкой, мысленно ругая себя за очередную надежду и придуманные мечты, которые не имеют ничего общего с реальностью.

— Мира, я хочу представить тебе самого дорогого для меня человека, — произнес Данияр, стараясь скрыть волнение.

— Брось, Данияр, — отмахнулась Агидель, смущаясь. — Ты на самом деле так не считаешь.

На этот выпад Данияр мягко рассмеялся, показывая, что согласен с ней.

— Конечно, Агидель, я так и считаю, — произнес он, улыбаясь, и от этой улыбки, предназначенной не ей, сердце Миры замерло, сжалось от боли. Ведь ей он никогда так не улыбался ей. — Самая невыносимая, но, тем не менее, любимая сестрёнка.

— Сестренка? — переспросила Мира, пребывая в полном недоумении, осознавая услышанное.

— Сестрёнка, — на этот раз Данияр тяжело вздохнул, — которая очень любит совать свой очаровательный носик в чужие дела и вторгаться без спроса в чужие владения.

Данияр перевел взгляд с Агидель на притихшую Миру, и долго смотрел ей в глаза, пытаясь понять, что она чувствует, но она казалась невозмутимой.

«Его сестрёнка», — Мира тихонько выдохнула, понимая, что совершила огромную ошибку, и, стараясь скрыть смущение, поспешила улыбнуться.

— Приятно познакомиться, Агидель, — кивнула она, стараясь выглядеть непринуждённо.

Данияр, довольный тем, как легко она отреагировала на новость, положил ладони на плечи Миры, и, едва он коснулся девушки, сияние стало ярче.

Агидель, заметив это, замерла, а потом удивленно перевела взгляд на Данияра.

— Как это? — произнесла она, указывая на их руки.

Данияр незаметно покачал головой, давая понять сестре, что не стоит продолжать разговор на эту тему, и Агидель понимающе кивнула, принимая его слова.

— Мира очень устала, Аги, проводи ее, пожалуйста, в комнату, — попросил Данияр. — Ей не помешает помощь и отдых, ей нужно отдохнуть после дороги.

— Конечно, я с удовольствием помогу ей, — кивнула Агидель, не скрывая своей радости.

— Я и сам был бы не против помочь Мире во всём, но…

— Нахал! — воскликнула Агидель, шутливо отталкивая брата. — Есть вещи, в которых девушкам не нужна мужская помощь.

Она взяла Миру под руку и повела её прочь от брата.

— Мира, — сказал Данияр на прощание. — Я зайду к тебе позже.