Глава 46

Мира, гуляя по саду, наслаждалась теплом солнечных лучей и свежим, пьянящим воздухом. Она научилась чувствовать окружающий мир, понимать его, ощущать его дыхание. Деревья, птицы и даже маленькие зверьки, раскрывались перед ней, доверяя свои тайны.

Она чувствовала, что природа вокруг оживает, когда она появляется рядом. Ей все чаще казалось, будто она видит маленьких живых существ, обитающих в листьях кустарника, в цветах, в траве. Она видела их мельтешение, когда шла по дорожке. Они перемещались вслед за ней, но стоило ей повернуться в сторону этих милых созданий, чтобы получше их рассмотреть, как они тут же замирали.

— Я знаю, что вы здесь, — однажды произнесла она вслух, и в ответ раздался тонкий, задорный смех, похожий на звон маленьких колокольчиков, который разносился по саду, но Мира точно знала, что эти создания веселились, играя с ней.

— Свиии-дааа, - глухо пронеслось по саду, но Мира знала, что никто, кроме нее, не услышит это волшебное приветствие Хранителя.

— Здравствуй, Свида, — поздоровалась она. — Я ждала тебя.

— Свиии-дааа, — лесной Хранитель протянул ей одну из тонких ветвей, на которой росла сочная спелая ветка со сладкими плодами, теми самыми, что приносил ей Пушистик, когда она впервые оказалась в лесу и познала его магию.

Она предчувствовала эту встречу, чувствовала его зов. Что-то манило ее в сад, и желание прийти сюда было настолько сильным, что она, забыв о встрече с Данияром, поспешно сбежала вниз, стремясь как можно скорее увидеть своего лесного друга. Ее так сильно тянуло в этот сад, что она не могла спокойно идти по длинным коридорам. Она пустилась в бег, подхватив подол длинного платья. А когда она слышала чужие шаги, то замедляла шаг.

По саду она бежала со всех ног, позабыв о приличиях, уже не заботясь о том, что её кто-то может увидеть, не желая терять ни секунды драгоценного времени. Она торопилась встретить своего лесного друга. И предчувствие ее не подвело: едва она оказалась на месте, как земля задрожала, и перед ней из-под земли появился Свида.

— Ты пришёл! — выдохнула она, отступив на шаг, чтобы лучше рассмотреть своего лесного спасителя.

— Приг-шел, — он слегка поклонился ей в ответ, и Мире вдруг стало неловко. Почему этот хранитель леса кланяется ей?

— Я рада, что ты пришёл, Свида, — искренне улыбнувшись, произнесла Мира.

Мира поклонилась ему в ответ и, не удержавшись, бросилась к могучему лесному хозяину в тёплые объятия, желая ощутить его силу и защиту. Тот на мгновение замер, не ожидая от неё подобного порыва, а потом обнял её в ответ, обвив тонкую девичью талию могучими, сильными ветвями.

Отстранившись, Мира посмотрела на него и увидела лёгкую улыбку на его лице, и её сердце наполнилось теплом и радостью. Рядом с ней о её ноги ласково тёрся Пушистик, радостно виляя хвостиком в ожидании хозяйки, и Мира тут же подхватила его на руки и крепко прижала к себе, целуя в мягкую шерстку.

Свида нырнул одной рукой куда-то за кору на груди и вытащил чёрную книгу в кожаном переплёте.

— Кхнига, — произнес он, протягивая ее Мире.

— Спасибо, — выдохнула она, принимая книгу из его рук. Она помнила, как Свида, едва почуяв приближение людей из общины, забрал книгу и унес в безопасное место.

— Знаешь, Свида, а у него нет невесты, — задумчиво глядя куда-то вдаль, произнесла Мира, внезапно вспомнив о Данияре. — Совсем нет.

— Угху, - прозвучал глухой ответ, словно эхо.

— Это хорошо, — тихо добавила Мира, и её лицо озарила мечтательная улыбка.

- Чхи-тай, - ткнул он корявым пальцем в книгу. - Зхнания.

- Я не могу ее читать, - покачала она головой, пролистав страницы.

Свида глухо вздохнул и протянул к Мире свой палец, который по мере приближения к девушке истончался, вытягиваясь в тонкий острый шип. Не успела Мира среагировать, как острый кончик проколол ей палец и на коже выступила капля крови.

- Зачем ты это сделал? – удивленно спросила она, поднимая на него взгляд, Но Свида довольный собой наблюдал как набухала капля крови на пальце, которая стекла прямо на обложку книги. – Ой! – воскликнула Мира, дернув рукой, размазав кровь по обложке сильнее. Вот только кровь очень быстро впиталась в кожаную обложку не оставив и следа.

Внезапно резкие порывы ветра сорвали с деревьев в кадках листья с цветами, подхватывая их, кружа в бешеном хороводе. Мира, поражённая этим зрелищем, смотрела на этот дикий танец нежных, хрупких листьев с тревогой. Тяжелое предчувствие сдавливало грудь.

Где-то вдалеке загрохотало, и эхо грома разнеслось по саду. На небе начали стремительно собираться серые тяжёлые облака, заволакивая ясное безоблачное небо, заслоняя собой солнце, погружая всё вокруг в сумрак.

Небо стало тёмным и зловещим, словно оно затаило дыхание, готовясь к чему-то страшному. Ветер, казалось, набирал скорость с каждой секундой, становясь всё сильнее и напористее, и деревья начали раскачиваться взад-вперёд, словно танцуя под беззвучную зловещую мелодию, подчиняясь его неистовой воле.

— Что происходит? — прошептала Мира, поражённая внезапной и резкой сменой погоды, охватившей сад. Только что светило солнце, а теперь надвигается зловещая буря, словно предвещающая неминуемую катастрофу.

Посреди этого хаоса, охваченная тревогой и предчувствием беды, Мира прижав к груди книгу, наблюдала за бушующей стихией, которая внезапно обрушилась на сад. Она никогда раньше не видела ничего подобного, и ее сердце сжалось от ужаса.

Внезапно налетевшая буря встревожила не только Миру, но и лесного духа Свиду, принявшего облик высокого могучего дерева. Он встрепенулся, и его ветви, до этого спокойно раскачивавшиеся на ветру, начали беспокойно метаться из стороны в сторону.

Пушистик приподнял голову и забегал вокруг дерева, издавая тихие испуганные звуки. Свида поднял своими сильными ветвями Пушистика, не говоря ни слова, начал медленно погружаться в землю, оставив после себя лишь небольшую воронку, которая тут же затянулась, скрыв следы его пребывания.

Едва только Свида исчез, как повсюду начали открываться мерцающие порталы, разрывая ткань пространства, и из них выходили закованные в чёрную броню стражи, ощетинившиеся оружием. Стражи Вацлава. Что они здесь делают? Неужели Вацлав, осмелился нарушить перемирие и решил внезапно напасть? Но зачем? Картина, открывшаяся взору Миры, повергла ее в ужас.

Не теряя ни секунды, стражи, подчиняясь приказам Вацлава, бросились в атаку. Замок, еще недавно казавшийся неприступной крепостью, превращался в поле боя.

Мира, охваченная ужасом, видела, как защитники замка, не ожидавшие нападения, пытались отбиться от превосходящих сил противника. Мира, была отрезана от пути в замок и она побежала к Древу Жизни в надежде найти там спасение.

В этот самый момент, когда хаос достиг своего апогея, она увидела, как Данияр, его глаза горели гневом и решимостью, пробирается сквозь ряды сражающихся, стремясь к ней. Он проносился мимо, уклоняясь от ударов, отбивая атаки врагов.

Не теряя ни секунды, он стремительно приближался к ней, не обращая внимания на опасность вокруг. Его взгляд был прикован к ней, и он, чувствуя её страх, хотел лишь одного — спасти её, увести в безопасное место.

— Мира!

— Что происходит? — растерянно спросила я, не понимая, что происходит.

— Вацлав объявил войну, Мира. Он нарушил перемирие, — выпалил Данияр, схватив ее за руку и потащив за собой.

— Но почему? — не унималась она, пытаясь понять мотивы врага.

— Ему нужна ты, Мира! — ответил Данияр, выплевывая слова, и его взгляд стал ещё более встревоженным.

— Я? Я? Не понимаю, — растерянно пробормотала она, не в силах осознать услышанное.

— Он считает, что ты его истинная пара, — объяснил Данияр на бегу. — Но это не так, Мира. Пойдём, времени мало. Мне нужно отвести тебя в безопасное место, пока не стало слишком поздно.

— Почему он так считает? — не унималась Мира, пытаясь понять, что происходит.

— Я не знаю, — ответил Данияр, замедляя шаг. — Он утверждает, что чувствует особую связь с тобой, что ты предназначена ему судьбой.

— Ты говорил с ним? — удивлённо спросила она, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

— Да, — напряженно ответил Данияр.

— Когда? — спросила Мира, пытаясь понять, что происходит.

— Только что. – Он вдруг остановился, развернул Миру к себе и быстро начала говорить. Это неважно, Мира. Важно лишь то, что он ошибается.

— Откуда ты знаешь, что ошибается именно он? — остановилась Мира, вырывая свою руку из его хватки. — Пойми, я не хочу, чтобы кто-то пострадал из-за меня.

Данияр схватил ее за плечи, удерживая на месте, пристально посмотрел в глаза и твердо произнес:

— Потому что ты моя истинная, Мира. Моя, - сказав это он провел рукой по золотистому узору на ее руке.

— Что? — выдохнула она, ошеломлённая его словами.

В следующее мгновение, он наклонился ко ней и коснулся своими губами ее губ. Легко. Нежно. Трепетно. Но от этого простого, но такого чувственного прикосновения они оба вспыхнули, засветились изнутри ярким, ослепительным внутренним огнём, ощущая связь, которая существует только между ними.

— Ты чувствуешь это, Мира? Чувствуешь? — хрипло, словно задыхаясь, спросил Данияр, не отрывая от нее взгляда, и Мира, потерявшись в нахлынувших ощущениях, еле слышно протянула:

— Да, Данияр… Да…

Услышав это Данияр крепче прижал к себе девушку. И от былой нежности, от робких прикосновений не осталось и следа. Это был совершенно новый поцелуй, наполненный страстью, желанием, безудержным влечением.

Мира чувствовала, как ее тело наполнилось теплом, по жилам разливается огонь, ее руки и волосы наполнялись ослепительным светом, и этот свет становился всё ярче и ярче, разгорался, охватывая ее.

— Ты… ты приняла меня… Доверилась…

— Да, именно так, — прошептала она в ответ. — Но как Вацлав может чувствовать меня своей парой?

— Я не понимаю этого, — ответил Данияр. — Но действительно, между вами есть связь, очень тонкая, не такая сильная, как между нами. Твоя память еще не открылась, а когда это произойдет, мы обязательно узнаем, в чем дело.

— Но он напал! Там разгорается сражение! — взволнованно воскликнула Мира, чувствуя тревогу за тех кто сражался.

— Я отведу тебя в безопасное место, — твёрдо сказал Данияр. — Там ты будешь в полной безопасности.

— А что, если… — снова попыталась Мира что-то сказать, но ей не дали закончить фразу.

— Я не отдам тебя ему, Мира, — перебил меня Данияр, его глаза сверкали гневом, а голос звучал твёрдо и решительно. — Я слишком долго ждал тебя, чтобы отдать противнику, который не имеет на тебя никаких прав. Пойдём, времени мало.

И Мира, не раздумывая, пошла за ним. Она верила Данияру, безоговорочно верила ему. И от этого их связь стала еще крепче. Они оба, словно наполняясь солнечным сиянием, ощущали всю силу их любви. Он больше не целовал ее, лишь держал за руку, но этого было достаточно, чтобы окутаться нежным, теплым сиянием, которое исходило от их тел.

Внезапно в нескольких шагах от них в пространстве открылся портал, и из него вышел Вацлав, его лицо было искажено яростью и ненавистью. Не обращая внимания на грохот битвы, охватившей замок, он впился в нас взглядом, полным безумия и злобы.

И тут он увидел это.

Сияние, окутывающее Данияра и Миру, стало для него последней каплей. Он видел, что они связаны невидимыми нитями. И это зрелище привело его в неистовый гнев, сметающий всё на своём пути. Его лицо исказилось от ярости, глаза налились кровью, а губы зашептали проклятия.

— Нет! — взревел Вацлав, и его голос, полный ненависти и ярости, разнёсся по саду, как раскат грома.

Сияние, окутывающее Миру и Данияра нежным золотистым светом, тревожно замерцало. Данияр мгновенно задвинул Миру за свою широкую спину.

— Не отпускай меня, Мира, что бы ни случилось, — прошептал Данияр ей, его голос звучал твёрдо, решительно, но она чувствовала, как дрожит его тело от напряжения.

Готовясь к решающей битве, Данияр собрал в руках сложное магическое плетение, выстраивая вокруг них мощную защитную стену.

— Ты сам все видишь, — бросил он Вацлаву, его голос звучал спокойно, уверенно, но в нем чувствовалась скрытая угроза. — Я не хочу этой войны, Вацлав. Уже погибло слишком много людей, пролилось много крови. В твоих силах прекратить все сейчас, пока не стало слишком поздно. Отступись.

— Ты отнял у меня отца, Данияр, ты отнял у меня силу, ты отнял у меня девушку! — продолжал кричать Вацлав, словно не слыша его слов. Его лицо было искажено ненавистью и злобой, и он, словно одержимый, готовился напасть, разрушить всё на своём пути.

— Твоя истинная — не Мира! — пытался вразумить его Данияр.

— Я чувствую связь! Мира моя! — кричал Вацлав.

— Свою силу ты сам уничтожил! — парировал Данияр, пытаясь достучаться до его разума.

— Я уничтожу тебя, Данияр, а девушку заберу с собой! — пообещал Вацлав, его глаза горели безумным огнём.

— Это ничего тебе не даст, — ответил Данияр. — Останови стражей, прекрати этот бессмысленный бой. Вместе призовём Санатана и разберёмся в происходящем.

— Нет! Я заберу девушку сейчас!

Вацлав, собрав всю свою мощь, всю свою силу, которая только была в нём, обрушил её на Данияра, желая уничтожить его, стереть с лица земли.

И эта мощная разрушительная сила, словно огромная волна, направилась вперед, сметая всё на своём пути.

Сияние, окружающие Миру с Данияром в ответ на угрозу, окутало пару плотным, непроницаемым коконом, который яростно встретил натиск Вацлава, отражая его разрушительную силу.

Все вокруг содрогнулось, задрожало и загрохотало. Волна мощной энергии, разлилась повсюду, сметая все и всех на своем пути.

Дерево Жизни в центре сада, охватило яркое магическое сияние, поглощающее разрушительную волну исходящую от Вацлава.

По коре Древа пошли глубокие трещины, расползаясь во все стороны, словно паутина. Оно, словно предчувствуя свою гибель, задрожало, листья зашуршали и начали медленно падать на землю. Трещины на коре дерева становились всё шире и глубже.

Потоки энергии хлынули наружу, а потом всё стихло, словно по мановению волшебной палочки. Наступила звенящая тишина.