Глава 20

Сабина

Забота Лориэна была неожиданна и приятна, но одновременно вызывала смущение.

— Ты уже можешь меня поставить, — попросила я тихо перед корпусом лазарета.

— Уверена? — с сомнением поинтересовался эльф.

— Попробую, — улыбнулась в ответ, опуская голову.

“Как же всё-таки неловко…”

— Осторожно, — Лориэн поставил меня на ноги, продолжая придерживать. Потянулся и распахнул дверь лазарета. — Давай, попробуй идти.

— Попробую, — усмехнулась и сделала шаг, но тут же зашипела от боли и стала заваливаться вбок.

Лориэн вовремя поймал меня, чертыхнувшись, и снова подхватил на руки.

— Видишь? — произнёс укоризненно.

Поджала губы, превозмогая боль, и кивнула, обвивая шею эльфа руками. От него пахло травами и хвойным лесом, и этот запах странно успокаивал меня.

Лориэн принёс меня в приёмную и бережно положил на кушетку.

— Господин Ран? — позвал он, озираясь.

Седовласый старик вышел из-за ширмы, вытирая руки белым полотенцем. Цепкий взгляд тёмных глаз прошёлся по мне, изучая, и задержался на повреждённой ноге.

— Девушки нынче такие хрупкие пошли, да, мистер Элнар? Снова выступили героем? — он отбросил полотенце и приблизился ко мне, если честно, пугая. — Уже что-то попросили взамен?

— Не понимаю, о чём вы, господин Ран, — холодно отозвался Лориэн, вытянувшись подобно струне.

Лекарь наклонился ко мне, обхватил пальцами лодыжку и стал ощупывать, заставляя меня шипеть и морщиться от боли.

— Чем вы блистательны, юная мисс? — как ни в чём не бывало спросил он, продолжая причинять мне боль. — Красота у вас посредственная, наверняка, вы скромница, может, тогда, умная?

— Довольно, господин Ран, — сухо перебил Лориэн и едва заметно скривился. — Не обращай внимания, Сабина, наш лекарь просто не любит эльфов.

Мужчина странно усмехнулся и неожиданно дёрнул меня за ногу, поворачивая. Вскрикнула от неожиданности, ощущая, как распахнулись и заслезились мои глаза.

— Прощу прощения, Сабина, пришлось вправить сустав, — виновато и вполне искренне извинился лекарь и поднялся. — Снимайте ботинок и носок, я наложу мазь и повязку. Похромаете какое-то время.

— А заклинанием нельзя? — сипло поинтересовалась, затая слабую надежду на мгновенное выздоровление.

Лекарь отрицательно покачал головой.

— Ткани должны восстанавливаться сами, если такая возможность есть. Нельзя лишний раз упрощать задачу организму, иначе он перестанет справляться даже с самыми простыми повреждениями.

— Ясно. Спасибо, господин Ран, — натянуто улыбнулась и стала снимать ботинок…

После лазарета, магистр Кан освободил меня от тренировки, но не упустил возможности напомнить, что без зачёта меня не допустят к экзаменам.

Делать мне на стадионе больше было нечего. Лориэн остался заниматься, Бастер ловко скакал на полосе препятствий, а я отправилась в город. К маме. Точнее поковыляла.

Мне вдруг захотелось её увидеть. Поговорить о том, что произошло. Может, удастся что-то выяснить, хотя вряд ли она поделится со мной результатами расследования. Но мне хотелось услышать её голос, выпить какао с малиновой булочкой, как раньше и может, предложить ей прогуляться по магазинам.

Проходя мимо фонтана, задержалась, вспоминая как утром мы с Бастером здесь всё облазили, но так ничего и не нашли. Наверное, мы просто что-то упускаем. Нужно немного отдохнуть и вернуться сюда снова.

Входная дверь была не заперта. Я вошла, стараясь не убиться в прихожей, и сняла накидку. Хотела уже позвать маму, но замерла, услышав голоса, доносящиеся из гостиной.

Прижалась к стене и осторожно приблизилась, прислушиваясь.

— Я надеялся, что этого не случится… — глухо произнёс неизвестный мне мужчина, судя по голосу. — Разве вы не поймали убийцу судьи Моррей?

— Убийцу, но не заказчика. Наёмница сама себя отравила, так и не ответив ни на один наш вопрос. А вы… Святой Отец, полагаете, что смерть судьи и… господина Фиста как-то связаны?

Послышался тяжёлый вздох.

— Я не могу рассказать вам большего, миссис Стрэндж, но могу с уверенностью заявить, что эти две смерти связаны. Как и покушение на ректора. Вы и лорд Вольфрам ничего не находили в доме судьи? Слышал, вы вели обыск…

Повисла гнетущая тишина.

— Нет, — ровно отозвалась мать, и я поняла… она соврала. Почувствовала это.

— Хорошо, миссис Стрэндж… но если найдёте… может быть, что-то в кабинете господина Фиста… прошу вас, спрячьте это так надёжно, как только можете. Нельзя чтобы это попало в руки злоумышленников.

— Святой Отец… вы что-то знаете? О каком предмете идёт речь? Возможно, я смогу вам помочь…

— Мне уже никто не поможет, — грустно усмехнулся священнослужитель. — Но я очень надеюсь, что вам удастся остановить преступника. А я… я расплачусь за свои прегрешения перед Богом на праведном суде. Извините, мне пора.

Послышалась возня, и я метнулась обратно в прихожую, делая вид, что только что пришла.

— Но… — мама вышла следом за священником, пытаясь его остановить. — Если вы что-то знаете, то лучше это рассказать.

Он обернулся, виновато улыбнувшись.

— Я не могу, миссис Стрэндж, я дал клятву…

Мама кивнула, заметив меня и проводила гостя. Закрыла дверь и повернулась.

— Ты всё слышала, — констатировала она и устало потёрла переносицу. — Какао?

— Не откажусь, — сглотнула и села на пуфик, чтобы снять обувь.

Мама склонила голову набок, поинтересовавшись:

— Что с ногой?

— Повредила на тренировке. Я не такая… физически крепкая и выносливая, как ты.

— И не нужно быть мной, — она тепло улыбнулась и погладила меня по волосам. — Ты и так радуешь меня своими успехами и способностями. Давай, — протянула мне руку и помогла встать.

Вместе с мамой я доковыляла до кухни и села на высокий табурет, уперев руки в вытянутый изогнутый стол.

— Как продвигается расследование?

— Никак, — отозвалась мама, доставая с верхней полки кружки. — Мы топчемся на месте, — повернулась, поставила кружки на стол и полезла за какао-порошком. — А вы… ничего не вспомнили?

На мгновение, я задумалась, не лучше ли отдать свиток матери? Она точно найдёт часть тотема и, судя по всему, они уже что-то отыскали в доме погибшего судьи. Но… если это так опасно, как говорил священник, и за этими предметами ведётся охота, я не хочу подставлять маму под удар. Не хочу, чтобы ей грозила опасность.

Пожала плечами и перевела взгляд в окно.

— А не хочешь прогуляться со мной по магазинам?

— По магазинам? — удивилась мама, помешивая дымящийся какао в турке. — Ты хочешь себе что-то выбрать?

— Угу… — буркнула покраснев. — Бельё и сорочку.

— О-о… — протянула мама, едва не выронив ложку. — Ладно. Я не буду ни о чём спрашивать, но похоже тебе нравится мальчик, — усмехнулась и стала разливать какао по кружкам.

— Ты же сказала, что не станешь спрашивать, — усмехнулась в ответ и взяла свою кружку.

— Больше не буду, — примирительно улыбнулась мама и села напротив. — Тогда пей и пойдём, подберем тебе что-нибудь женственное, модное и красивое.

Благодарно улыбнувшись, я сделала глоток…