Глава 23

Бастер

Остаток вечера прошёл на удивление весело. И всё благодаря Сабине. Она так смешно пыхтит и дуется, что удержаться очень тяжело, так и хочется над ней подшучивать и цеплять её. Но день завершался, а наша вылазка приближалась.

Мы решили покинуть академию за час до закрытия проходных ворот, спокойно добраться до снятой мной комнаты, а в парк отправиться ближе к одиннадцати вечера. Засесть в беседке возле фонтана и приглядеться к патрульным. Ну а до этого времени Заучке предстояло отработать свою часть уговора, а именно заниматься моими пробелами в образовании. Сабина предупредила, что у неё важные новости по поводу дела Фиста. Но мы решили всё обсудить, пока будем сидеть в парке.

— Ты делаешь успехи, Вольфрам, — отметила Сабина, когда мы покинули комнату после занятий.

Небольшая, с раздельными кроватями и ванной комнатой. Не роскошь, конечно, зато недалеко от парка и в хорошей гостинице. На карманные деньги особо не разгуляешься. Прощай ещё на полгода, моя милая саламандра…

— Только успехи? — шутливо возмутился я, пропуская рыжую вперёд на лестничной площадке.

Заучка ожидаемо споткнулась, пришлось поддержать её под руку и помочь спуститься. Смешная, а ведь стоит ей сосредоточиться на тренировке, как её неуклюжесть мгновенно исчезает.

Как она радовалась, что смогла устроить подсечку. Конечно, я поддался, да и нога до сих пор болела, зато сколько уверенности ей прибавила эта победа. Думаю, скоро я сделаю из неё отличную нападающую, тёмную лошадку нашей академии и главное воздушное оружие. Осталось избавить её от глупости по имени Лориэн…

— Я девушка, Вольфрам, комплименты не по моей части, — фыркнула она, чуть смутившись.

— Распространённое заблуждение, между прочим. Мужчины тоже любят, когда им чешут за ушком красивыми словами.

— Да? — Сабина нахмурила тонкие брови, задумавшись.

Мы в молчании покинули гостиницу и направились по освещённым газовыми фонарями улицам в сторону парка. Несмотря на поздний час попадалось много прохожих, но большей частью публика концентрировалась возле развлекательных заведений.

— Бастер, — Сабина с мягкой улыбкой на лице сжала моё предплечье, — ты такой сильный… — произнесла с придыханием и мило покраснела.

… чертыхнулся и впервые не знал, что ей ответить.

— Так надо, Вольфрам? — уже будничным тоном уточнила она.

— Что? — окончательно растерялся я.

— Ну… ты что?.. Комплименты. Ты же сам говорил, мужчинам они приятны. Я попробовала.

— О, — многозначительно выдал я, мотнул головой, отгоняя странную растерянность. — Всё-таки какой я отличный учитель, — и натянул улыбку.

Такими темпами она реально навлечёт на себя беду с эльфийскими ушами…

Надо уточнить у Нильс, чем девчонки склеивают разбитые сердца. Наверное, шоколадом, но может нужно что-то ещё. Котёнок, например…

Вскоре мы вошли под густые тени парка. Вечером здесь предпочитали гулять парочки, за которую, кажется, принимали и нас. Что нам только на руку… Мы достигли закрытой беседки, с которой отлично просматривался нужным нам фонтан.

— Теперь только ждать, — мы сели рядышком на скамейке и прижались друг к другу, чтобы не замёрзнуть.

Хоть и оделись тепло, но осенним вечером не спасал даже плащ с подкладкой.

— Что ты хотела рассказать? — взмахнул пальцами, создавая полог безмолвия.

— Я вчера встречалась с мамой. Это ты и так знаешь, — в темноте беседки я различал лишь блеск её глаз и очертания лица. — Когда я пришла домой, у неё был гость. Священник. Он расспрашивал об убийстве Фиста. Оказывается, не так давно был убит судья Моррей, а потом… Ты знал, что на твоего отца совершались покушения?

— Нет, он не говорил… — глухо отозвался, бессознательно запустив пальцы в волосы.

Заявление рыжей мгновенно взбудоражило и напугало. Отцу грозила опасность, а я даже не знал. Я помню, он упоминал о смерти судьи, своего лучшего друга. Содействовал расследованию или, что, вероятнее, сам пытался узнать правду. И попал под удар? А я вместо того, чтобы поддержать, предъявлял ему претензии по поводу встреч с мамой. Идиот!

— Прости, — Сабина коснулась моего локтя. — Мама упомянула, что заказчика не нашли, но убрали нанятого убийцу. Я не уверена, но, кажется, родители знают о тотемах. Один был у Фиста. Похоже, первый — у судьи. И, кажется, теперь находится у родителей… — голос её задрожал и стих.

— Отец бросил фразу, что не хотел меня впутывать, — припомнил, помассировав висок.

Тогда я был слишком ошеломлён смертью Фиста, особо не придал значения его словам, но после рассказа Сабины они приобрели иной смысл.

Я попросил Рыжика дословно пересказать мне разговор её матери и священника. Не сказать, что многое стало ясным. Пока мы понимали, что поиски тотема начались не с Фиста, а с судьи, и родители, участвовавшие в расследовании его смерти, связаны с происходящим. А теперь и мы, раз решили действовать самостоятельно, без их ведома.

Вскоре совсем стемнело, большинство фонарей отключилось. Разве что фонтан хорошо освещался. Мы дождались, когда мимо пройдёт патруль и поспешили к фонтану, активировав простейшие заклинания для отвода глаз. Слабые и чаще всего бесполезные. Но нам всего лишь нужно было пробежать вокруг фонтана и разбросать мои заготовки.

Иллюзии активировались, окружая мерцающим пологом место поисков. Теперь прохожие, если они появятся, будут видеть проекцию фонтана. А мы сможем спокойно изучить каждый камешек. Вся ночь впереди…

Почти три часа мы действовали молча, ползали вдоль внешних бортов, простукивая и сканирую чуть ли не каждый сантиметр камня. Весьма устали и, переглянувшись, вернулись к сумке с вещами, чтобы перекусить. Присели на борт фонтана, с которого всего неделю назад Сабина столкнула меня в воду, и принялись за сэндвичи, заранее купленные в ресторане гостиницы. Еда и горячий чай вернули силы и тепло в тело, и решимость в мысли.

— Зачем тебе подтягивать теорию до высших баллов, Бастер? — спросила рыжая, видимо, чтобы прервать молчание. — Тебя же всё устраивало раньше.

— Не для того, чтобы закадрить девчонку, Деревня, — усмехнулся и подмигнул Сабине.

Она мгновенно смутилась и покраснела. Я вдруг понял, что она больше не раздражала. Точнее, стала бесить намного меньше, а в эти моменты, наоборот, вызывала умиление.

— Я тут подумал, — придвинулся к ней по борту фонтана. Наши колени и плечи соприкоснулись. — Что ты будешь делать дальше, когда добьёшься внимания нашей эльфийской звезды?

— Что ты имеешь в виду? — она подняла к моему лицу полные недоумения глаза.

Я осторожно снял с неё очки и отложил их на бортик. Сабина ещё сильнее смутилась и нервно прикусила губы.

— Что ты делаешь, Вольфрам?

— Разве не понятно? — склонился к её лицу.

— Нет, — проблеяла она.

Румянец на её щеках разжигался всё ярче.

— Провожу… — отвёл медную прядь волос за алое от смущения ушко, — проверку, которую ты уже провалила…

— Проверку? — она ошалело захлопала глазами.

— Да. Когда Лориэн так приблизится, тоже будешь мямлить и пытаться слиться по цвету с волосами?

— Я… я… Всё дело в тебе, болван, — разозлилась она.

— Если бы, — фыркнул и рассмеялся, немного отстраняясь. — Давай ещё раз. Как ты должна себя вести, когда парень приблизится и сделает вот так? — положил ладонь на её коленку и провёл ей вверх к бедру.

Рыжая аж выпрямилась, ещё сильнее краснея.

— Снова провал, Деревня, — мотнул головой.

И вдруг понял, что… волнуюсь. Кончики пальцев покалывало, а сердце билось быстрее, чем стоило при рыжей Заучке. Странно и… интересно.

— Ты вообще когда-нибудь целовалась?

— Конечно! — воскликнула воинственно, но отвела взгляд.

— Так покажи, чего мнёшься?

— Что?

— Как я и думал, ты врёшь, Сабина. Вот будет смеху, когда эльф сбежит от тебя после первого же поцелуя.

— Это не важно, — она несильно ударила меня ладонью по груди. — Главное…

— Парень должен забыть обо всём на свете, когда поцелует тебя, поняла? А сказочки про «не важно» оставь для розовых зайчиков на своей пижаме.

— Какой же ты…

— Честный, Деревня, — снова приблизился к замершей девушке. Поддел пальцами подбородок, запрокидывая её голову. — Всему-то тебя нужно учить? — тяжко вздохнул.

— Ты… ты… чего задумал? — залепетала она, широко распахнула глаза и упёрла ладони мне в грудь.

— Буду учить тебя целоваться, а ты что подумала?

Готов поспорить сам с собой, что у её губ ягодный вкус. Самый беспроигрышный спор… и приятный.