Глава 15

Альберт сдержал своё обещание и действительно разобрался со всеми моими проблемами за минимально короткий срок. Почти со всеми…

Наш иностранный доктор вернулся к себе на родину, а потому приёмы мог проводить только по скайпу. И как только возник вопрос по другому врачу, он тут же нашёлся! Высококлассный специалист, работающий в одной из лучших детских клиник столицы. Уже через день после того, как я поделилась переживаниями с Банкиром, мы с Марианной сидели в кабинете доброго дяди в белом халате, и, пока дочь размахивала ножками и жевала конфетку, преподнесённую ей тем же дядей, последний заканчивал изучать её карту.

– Знаете, Илана… эээ…

– Просто Илана, – улыбнулась я.

– Илана. Для начала я хотел бы сказать вам, чтооо… – тут он задержался на какой-то строчке, нахмурив седые, густые брови. С виду – мужичок-боровичок. Такой милый, добрый, располагающий. Поистине детский доктор. Даже моя Марианка, обычно нервничающая на приёме у врачей, сегодня сидела смирно и с интересом изучала весёлые картинки на стенах, видимо, для того и расклеенные здесь, чтобы отвлекать детишек. – Что вы очень смелая и сильная мама, – выдал Евгений Матвеевич, отвлекаясь от монитора своего компьютера и захлопывая папку с нашими последними анализами. – То, что я увидел сейчас, – он кивнул на дочку. – И то, что я вижу в вашей карте, это земля и небо. За годы лечения вы так продвинулись вперёд, что даже я, простите, опытный врач, теряюсь при виде таких результатов. Вы молодцы! – улыбнулся он Марианке, и та заухмылялась в ответ. – Могу сказать вам одно: если продолжим в том же духе, малышка через пять лет даже не вспомнит, что болела. Но сейчас самый важный этап лечения. Ни в коем случае этот момент нельзя упускать, слышите?

Слёзы радости обожгли глаза, и я быстро смахнула их тыльной стороной ладони.

– Мы готовы. Сделаем всё, что скажете.

Из кабинета доктора я выпорхнула счастливая до невозможности, хихикая и тиская дочку, что-то лопочущую у меня на руках. Она порывалась встать на пол, но я не позволила, крепко прижимая кроху к себе.

– Нет, в больнице нельзя ходить самой и что-то трогать руками, ты же помнишь наше правило?

– Но почему, мамочка? Смотли, вон мальчик бегает, почему мне нельзя? – захныкала дочь, а я с подозрением пригляделась к покашливающему то и дело мальчишке, снующему по проходу.

– А ты у меня особенная. Ты же принцесса. А принцессы, они сами по больничным коридорам не ходят, – отшутилась я, а малышка, наигранно вздохнув, подумала и всё же согласилась. Всё-таки принцессой быть ей нравилось. Маленькая хитрюга.

– А в магазин пойдём?

– А что ты хочешь? – я чмокнула её в щеку, сняв с дочери маску и бросив её в урну на пороге клиники.

– Хочу шоколадку, новую подружку моей Съюзи и яблочек! – дочь встала на асфальт, взяла меня за руку.

– Как скажешь, мамина принцесса, – я свернула к парковке, где нас ожидал водитель Банкира. Можем ехать, – сообщила мужчине, залезая с дочерью в салон. – Вы нам только у супермаркета притормозите, ладно? А там мы уже сами доберёмся.

– Мне велено довезти вас до дома. В магазин заедем, – отрапортовал «солдатик», как я назвала его мысленно, и завёл двигатель.

– А вы знаете, что я плинцесса? – закокетничала дочь, и я про себя усмехнулась, посочувствовав водителю. – Поэтому вы нас везде возите?

– Ага. Именно поэтому, ваше высочество, – подтвердил на свою голову водитель, а дочь принялась диктовать новые желания, загибая пальчики.

Ближе к вечеру позвонил Альберт, и я, задохнувшись от радости, начала рассказывать ему о наших успехах. Правда, спустя минуту абсолютной тишины в трубке, запнулась.

– Извини, тебе, наверное, неинтересно всё это. Ты же зачем-то позвонил?

– Мне интересно, девочка моя. Иначе не слушал бы тебя. Продолжай.

Стало тепло в груди. Приятно. Оказывается, женщине не нужны звёзды с неба и красные туфельки. Ей нужно быть… Важной. Выслушанной. Ей нужно быть нужной.

Уже более спокойно я закончила свой рассказ, иногда шмыгая носом и размазывая по лицу слёзы.

– Я рад, что твоя дочь идёт на поправку. Но что за сырость ты там развела, мм? – бархатный голос Банкира не укорял, скорее, успокаивал.

– Я просто благодарна тебе. За всё, что ты для нас делаешь. Спасибо, Альберт…

– Поблагодаришь при встрече. Я заеду за тобой через пару часов? Ужасно хочу видеть тебя.

– Приезжай. Я сейчас няне позвоню.

Собравшись на свидание, улыбнулась своему отражению в зеркале, и сзади появилась тётя Нина.

– Ну, красавица, а!

– Спасибо. Вы до утра останетесь с Марианкой? Я, наверное, немного задержусь.

– Да гуляй, гуляй. У меня других дел нет. И знаешь что? – тёть Нина вдруг замолчала, взяла меня за плечи. – Ты заслужила быть счастливой. Как никто заслужила. Удержи этого мужчину. Он твоя опора, в которой вы с Мариашей так нуждаетесь. А больше никто тебе и не нужен.

И как только я вспомнила о Зауре, в дверь постучали.

Посмотрев в глазок, прислонилась спиной к двери, устало выдохнула. Нет, ну сколько можно? Чего он хочет вообще от меня?

– Опять этот ненормальный? – тётя Нина упёрла руки в бока в своей фирменной манере. – Ну-ка, отойди от двери. Я ему сейчас задам!

– Нет, тёть Нин! Нельзя! – заговорила громче, чем нужно, и тут же сбавила тон. – Он псих настоящий. Позвонит и сам уйдёт, не нужно открывать и провоцировать.

Тётя Нина причмокнула, покачала головой, но больше вмешиваться не стала, вернулась на кухню. А я услышала писк мобильного, оповещающего о входящем сообщении, болезненно поморщилась. Очень вовремя.

«Я жду внизу», – Альберт.

Западня какая-то. Не хватало ещё, чтобы эти двое встретились. А с другой стороны… Что, если Заур, увидев меня с другим мужчиной, отстанет? Поймёт, что за меня есть кому постоять в случае чего, и отвалит?

А если Альберту это не понравится? Ведь он хотел себе любовницу, всегда готовую и безотказную, а не проблемную бабу, за которой таскаются стрёмные бородачи.

«Я почти готова», – быстро набрала в ответ и прикусила губу. Что делать? Как проскользнуть мимо Заура? Может, и правда, натравить на него тётю Нину? Нервно усмехнулась, представив эту картину.

Выйти всё же пришлось. Что ж мне теперь, вечно отсиживаться? Отказаться от личной жизни? Да пошёл он вообще!

Встретившись с ним взглядом, опустила глаза в пол, потому что Заур пугал своим видом. Белки глаз красные, воспалённые, словно он до этого ночи три не спал, ещё смотрит так нехорошо. Захлопнула дверь, услышала, как тётя Нина проворачивает ключ, запираясь, и, не глядя на него, нажала на кнопку вызова лифта. Занервничала, почувствовав, как он приблизился сзади. Да что за реакция у меня на него? То в жар бросает, то в холод. Никак от этого страха не избавиться.

– Куда ты в таком виде? – спросил очень тихо, будто опасаясь психануть. – Ты даже в клубе скромнее одевалась.

Взглянула на себя в отражении стальной двери лифта: платье до колен, высокие сапоги, длинная шуба. Что не так?

– Меня устраивает мой вид.

Наконец-то прибыл лифт, и я шагнула внутрь. Заур зашёл следом, почти вжимая меня в стенку. Не думаю, что специально, просто лифт маленький, а он большой. Всё свободное пространство занял. Но от этого не легче. Меня аж трясёт всю от его присутствия. Да ещё и так близко… Как в ту ночь, когда он приставил к моему виску пистолет.

– А меня – нет.

– Заур, зачем ты приходишь? Когда уже оставишь меня в покое?

– Я не оставлю. Пока не получу то, ради чего сюда таскаюсь, – сжав челюсти, сделал ещё шаг, и я едва не распласталась по стенке.

– Это исключено, – ответила кратко, отводя от него взгляд. Какой же жуткий мужик…

– Это мы посмотрим, Жемчужина! – злобно отчеканил, то ли угрожая, то ли предупреждая. Что в его случае одно и то же.

Проглотив вопль возмущения, уткнулась в телефон, а когда лифт остановился, опрометью бросилась на улицу и поспешила к чёрной тонированной иномарке. Мне навстречу вышел Альберт и слегка развёл руки, видимо, собираясь меня обнять. Проигнорировав его приветствие, запрыгнула в машину, бросив лишь короткое «поехали».

Однако Банкир быстро оценил ситуацию и, захлопнув за мной дверь, остался снаружи.

Нет-нет! Только не это!

Я не могу лишиться всего из-за Заура и его озабоченных желаний. Я не могу потерять поддержку Альберта, потому что какой-то маньяк решил, что имеет право вмешиваться в мою личную жизнь.

Покачнулась машина. Услышав, как Заур зовёт меня, и сжав пальцы в кулаки, мысленно заскулила. Только бы Банкир не разозлился на меня, только бы… И вскрикнула, когда увидела, как он покачнулся от удара.

Водитель бросил беглый взгляд в зеркало и тут же, открыв дверь, хотел было выйти, но Альберт что-то рявкнул ему, и тот сел обратно.

* * *

Опять послала его. Даже выслушать не захотела. Какая-то грязная шлюха королеву из себя корчит! Жемчужина борделя, бл…

Вышел за ней, собираясь на самом деле уехать домой, где не был уже несколько дней. Погряз в работе, чтобы не думать о ней, но ноги сами несут. Не оставляют эти мысли. И спать он не мог. Только глаза закроет – она снится. Снится, как он её…

С этим нужно что-то делать. Как-то избавиться от наваждения. Он так скоро в психушку попадёт.

Свернул к своей машине, угрюмо глядя ей вслед исподлобья, и тут же застыл, когда заметил, что её кто-то ждёт. Присмотрелся.

– Убью! – рванул следом за ней, но Илана успела добежать до машины, запрыгнула внутрь, а мужик, встречавший её, встал у него на пути.

В три шага преодолел разделяющее их расстояние и схватил мужика за лацканы пиджака. Он узнал его. Постоянный клиент Иланы. Когда она ушла из клуба, он тоже исчез. Банкиром его вроде кличут.

– Слушай меня внимательно! Оставь её в покое. А то я тебе голову снесу, понял? – встряхнув мужика, впечатал его в машину, отчего та покачнулась. – Илана! Вылезай из машины, а то я, клянусь, сожгу её вместе с твоим «папиком»!

Мужик оттолкнул его от себя, предупреждающе качнул головой.

– Уймись, парень! Она по своей воле села в мою машину. И, судя по всему, ваши с ней взгляды на сей счёт разнятся. Так что остынь.

– Она годится тебе в дочери! – взревел, в ту же секунду представив, что этот долбаный урод будет с ней делать в каком-нибудь гостиничном номере. И, замахнувшись, впечатал кулак в челюсть Банкира. Тот покачнулся, но ответил почти сразу, попав в нос поставленным ударом.

– Я тебе не слабая, беззащитная девчонка, Заур. Война со мной обойдётся тебе очень дорого, если не трагически. Задай себе вопрос, прежде чем переть на меня: встанут ли Хаджиевы на твою защиту, если ты выступишь против равного им? Подумай хорошенько об этом. А насчёт Иланы, я тебе могу посоветовать то же самое. Оставь девочку в покое. Если бы она хотела быть с тобой, чего, судя по всему, ты сейчас пытаешься добиться, она не пришла бы ко мне. Пусть я не смогу сделать её счастливой, но со мной она не будет ни в чём нуждаться, как нуждается сейчас. Это же ты лишил её работы? Впрочем, за это я тебе благодарен. Не смотри на меня так. Не она сказала. Я всё и так знаю. Я обо всех здесь всё знаю. Это мой город, несмотря на понаехавших Хаджиевых и прочий мусор. Поэтому, будь добр, остынь. И на будущее тебе, парень: девушек уже давно не модно брать силой. Включи смекалку, – насмешливо скривил окровавленные губы и, открыв дверь своей машины, сел в салон. – И убери свою тачку с дороги, ты не в лесу живёшь.

Заур дёрнулся за стволом, завёл руку назад и сжал рукоять в руке, но, закрыв глаза, призвал себя к спокойствию. Не здесь и не сейчас.

И правда, что он творит? Из-за какой-то дешёвой девки ведёт себя, как подросток. Откуда это бешенство появилось? Он всегда сдерживал слишком горячего Саида, а теперь сам в психа превратился.

– Илана! – заорал вслед уезжающей машине. – Илана! – из глотки вырвался клуб пара, и стало тошно от самого себя. – Шлюха долбаная! Ты долбаная шлюха, слышишь?! – но его услышала лишь проходящая мимо бабка. Повертев пальцем у виска, что-то пробормотала и не спеша зашагала дальше.

А он запрыгнул в машину и, ударив по газам, поехал следом. Не избавишься ты от него, Илана. Пока сама не будешь в этом огне гореть, он тебя не оставит в покое. Ты его отравила, тебе и расплачиваться.