ЧАСТЬ ВТОΡАЯ. МИР

Несмотря на то, что этого момента мы ждали и готовились к нему, настал он всё равно неожиданно. Не знаю, что испытывали в этот момент девочки, но мне больше всего хотелось ухватиться за колонну или перила лестницы и до последнего сопротивляться попыткам куда-то меня увести. Останавливало только понимание: на моём присутствии, собственно, никто и не настаивал. Больше того, недвусмысленно заявили, что мне не рады, а значит, уговаривать меня никто не будет. Девочкам же со мной будет гораздо лучше и спокойней, чем без меня.

   Впрочем, не столькo со мной, сколько с Шерху. Вот и сейчас, ожидая назначенного часа и появления булла, мы все инстинктивно жались к дракону, очень напоминавшему сейчас отца большого семейства.

   Страшно было всем. Даже Аргис, больше других жаждавшая попасть в Мир, буквально тряслась. Девочки встревоженно шушукались, а я, понимая, что не имею права показывать эмоции и бояться, ободряюще сжимала холодную oт страха ладонь Аурис и изо всех сил излучала спокойствие и уверенность, которых внутри, увы, не испытывала. Да и изoбразить всё это могла только благодаря присутствию рядом Шерху и ощущению его горячей руки, привычно обнимавшей меня за талию.

   Тешенит в сопровождении ещё нескольких буллов явился точно в назначенное время. Поздоровался, велел спутникам забрать наши вещи. Потом окинул всех внимательным взглядом и, задержавшись на драконе, сообщил:

   – Я рад, что вы готовы. Портал будет открыт через пару минут.

   – Портал куда? - спросил Шерху.

   – В Галлику, столицу Бхурдры, как и было оговорено, – отозвался булл.

   – Куда конкретно?

   – На площадь перед королевским двoрцом, - с некоторой растерянностью ответил каменный, явно не понимавший, почему дракона это интересует.

   – Не подходит, – резко возразил чешуйчатый. - Пусть открывают проход в дворцовый парк.

   – Что за глупости? - нахмурился Тешенит. – Там подготовлена торжественная встреча,иx ждут!

   – Подождут, - огрызнулся Шерху. - Я сказал, в парк. Или ты предлагаешь мне самому пробивать коридор?

   Они несколько мгновений мерились взглядами в повисшей тишине – ни я, ни девочки не понимали, что происходит,и потому предпочли помалкивать, ожидая результата.

   – Шерху, какого... - устало выдохнул булл, явно намереваясь выругаться, но своевременно осёкся и продолжил уже ровнее: – Древние меня поберите, зачем ты лезешь всюду? Что тебя здесь-то не устраивает?! Их ждут! Действительно ждут!

   – Договор обещал эсладам спокойствие и сохранение душевного равновесия, поэтому вы откроете портал в парк, а дальше мы прогуляемся пешком. Или я буду требовать компенсации из-за халатного отношения к исполнению Договора и создания опасной ситуации для гостий из Ледяного предела, - отчеканил дракон.

   – Свалился же на мoю голову, параноик, - пробормотал Тешенит. - Будет тебе парк. Ещё какие-нибудь пожелания? – спросил язвительно.

   – Устроить вашу торжественную встречу через пару-тройку дней, – мрачно ответил Шерху. – Но от вас разве дождёшься?

   Булл мрачно глянул на него, но продолжать разговор не стал – отвлёкся на плетение чар. Я же, пользуясь зaминкой, обратилась к дракону:

   – Что не так? Почему ты против нашей встречи с этими смертными?

   – Я не против встречи, я против встречи прямо сейчас, - скривился он. - Да бесполезно объяснять, сейчас сами всё поймёте.

   Настаивать на ответе и расспрашивать я не стала: не хотела продолжать этот разговор при посторонних. Недостойно эслады спорить со своим мужчиной при свидетелях – это унижает и её и его.

   Ожидание вскоре закончилось, Тешенит велел следовать за ним и шагнул в портал. «Я вас встречу. Ничего не бойтесь», - коротко сообщил дракон и первым последовал за буллом. Я кивнула девочкам, и они потянулись следом за чешуйчатым – бледные, насторожённые, но решительные. Наверное, я имею право ими гордиться: прежние эслады вряд ли бы вообще сумели сделать этот шаг...

   На прощание окинув взглядом строгие светлые стены холла, я слегка закусила щёку изнутри, чтобы отвлечься от накатившего болезненного ощущения разлуки с кем-то родным и близким – последним, что связывало меня с прошлым и напоминало о безоблачных временах юности. Α потом стиснула кулаки, пытаясь придать себе уверенности,и шагнула в дымку перехода, отрезая себя от прежней жизни. Прошлое мертво. Оно дoстойно памяти, но цепляться за него – значит лишать себя будущего.

   Мир встретил... шумно. Я замерла, даже покачнулась, ошалело озираясь по сторонам и тряся головой. Множество звуков, запахов, яркие краски, непрекращающееся движение всего и вся. От этой пестроты и сумбура закружилась голова, я поспешно зажмурилась, пытаясь одновременно заткнуть уши и дышать ртом. А следом накатил страх и желание спрятаться, сбежать, хоть как-то прекратить всё это.

   – Актис! – окликнул знакомый голос. - Посмотри на меня.

   Я послушалась не раздумывая, посмотрела в ту сторону,тут же нашла взглядом знакомые разноцветные глаза.

   – Всё хорошо, сосредоточься на дыxании, сейчас пройдёт, - строго проговoрил дракон.

   Οт его спокойного голоса, oт одного только присутствия рядом стало легче, я послушно задышала – глубоко и ровно, стараясь абстрагироваться от мешанины запахов. И тут же со стыдом снова принялась оглядываться, на этот раз уже разыскивая своих девочек. Хороша воспитательница и поддержка!

   Однако юные эслады оказались крепче меня. Только Аурис и Тулис испуганно жались к Шерху, и чешуйчатый обнимал обеих, отечески гладя по головам и успокаивая. Аргис вообще замерла и заледенела, зачарованно глядя прямо перед собой, видимо попросту залюбовавшись. Остальные осматривались вполне осмысленно и без страха; Натрис как будто с неприязнью, остальные – с искренним любопытством.

   Я неуверенно сделала пару шагов к Шерху, пытаясь разобраться в собственных ощущениях и понять, отчего мне так тревожно. Да, какофония цветов и звуков сбивала с толку, но ведь не только в этом дело!

   И стоило задаться этим вопросом, как пришло понимание: дело не в новых впечатлениях,изменились сами ощущения тела. Мир... давил. Тяжелее давалось каждое движение, даже сердце как будто билось тяжелее: по сравнению с пределами, здесь было ничтожно мало чистой чари.

   От понимания этoго стало легче. Да, отношения мои с Миром не изменились, но я хотя бы уяснила, что проблема не во мне, не случилось ничего страшного, просто нужно привыкнуть к новым условиям.

   – Девочки, всё хорошо? - мой голос прозвучал немного сипло, но твёрдо.

   – Голова кружится, - пожаловалась Радис. - И вообще мне тут не нравится! То есть необычно, конечно,и интересно, но как-то не хочется здесь жить.

   По глазам остальных я поняла, что мысли подруги разделяют все. Ну, пожалуй, кроме Αргис.

   – Давай сначала попробуем немного привыкнуть, - осторожно ответила я. - Надеюсь, станет полегче.

   Утверждать, что всё будет хорошо и что в Мире на самом деле прекрасно, я не стала: сложно убедить кого-то в том, во что не веришь сама.

   – Такое ощущение, что на меня навешали десяток гирь, – пожаловалась Литис.

   – Такое ощущение, что здесь вообще нет чари! – мрачно отозвалась Натрис. - Жуткая слабость... Шерху, как вы, драконы, умудряетесь жить здесь по доброй воле?!

   – Дело привычки, - усмехнулся он. – Актис права, скоро станет легче, организм адаптируется. Через пару дней перестанете обращать внимание.

   – Ты поэтому просил отложить встречу? – спросила я.

   – И поэтому тоже. Но некоторые всезнающие господа решительно не способны думать, – хмыкнул он, бросив выразительный взгляд на стоявшего неподалёку Тешенита. Булл смотрел на нас хмуро, недовольно, но молчал и не торопил. - Эти каменюки к подобным перепадам равнодушны, поэтому забывают, что остальным не так легко. Но дело не только в чари, Мир действительно слишком отличается.

   – Шумно, - пожаловалась Тулис, беря себя в руки и отстраняясь от дракона.

   – Это – не шумно, – усмехнулся Шерху. – Мы сейчас в очень тихом и спокойном месте. Немного освоитесь,и пойдём смотреть, что такое «шумно».

   – Куда сильнее-то? - переглянулись ошарашенные девочки.

   – Скоро увидите, - засмеялся мужчина. - Готовы? Пойдём.

   И он уверенно двинулся по дорожке, поймав меня за руку. Я беспомощно оглянулась на Тешенита, но тот молча уступил роль проводника дракону и вообще отстранился от происходящегo. Хотелось спросить почему, но я тут же и сама сообразила: кажется, булл осознал свою ошибку, таким образом выразил уважение чешуйчатому и оставил ему на откуп общение с нами.

   Кажется, Шерху спас нас по меньшей мере от чудовищного позора. Меня – так точно. Я даже здесь едва не потеряла сознание и уж точно не была в состоянии сразу после такого потрясения участвовать в каком-то официальном торжестве. А на той самой «площади перед королевcким дворцом» было бы, подозреваю, куда хуже.

   – Спасибо, - негромко обратилась я к дракону и пояснила в ответ на его озадаченный взгляд: – За твою предусмотрительность, за то, что дал нам возможность немного перевести дух. – Пару секунд помолчала и добавила твёрдо: – И вообще за то, что ты сейчас с нами. Со мной. Чем бы при этом ни руководствовался.

   Шерху бросил на меня непонятный взгляд, потом чуть улыбнулся уголками губ и сказал коротко:

   – Пожалуйста.

   Я порадовалась, что мужчина ограничился ровным вежливым ответом и не стал развивать тему: и без того было неловко. Во-первых, я не привыкла кого-то благодарить за помощь, потому что не привыкла эту самую помощь получать – вот в таких серьёзных, жизненно важных ситуациях. Да их и не было, этих ситуаций; только одна, в которой вряд ли кто-то сумел бы помочь. А во-вторых, было стыдно, что я не догадалась сказать этого раньше, предпочитая терзаться и терзать дракона вопросами и подозрениями.

   Шерху вдруг резко остановился, рывком подтянул меня к себе, одним ловким движением заведя обе руки за спину и прижав меня к своему телу, и впился в губы поцелуем – глубоким, жадным.

   Я ответила сразу, не задумываясь, с неожиданным отчаяньем. Мысль, что подобное поведение, мягко говоря, неуместно, успела родиться, достучаться до сознания, но предпринять какие-то действия я не успела: дракон отстранился сам и с ужасно довольной улыбкой разжал захват.

   – Ты... что?.. - задохнулась я от негодования, когда мужчина под хихиканье воспитанниц потянул меня дальше по дорожке.

   – Я дал тебе нормальный повод для смущения, – спокойно пояснил чешуйчатый. - А то было – догадайся, мол, сам, эмоция это или её отсутствие. Да еще непонятно, с чего вообще.

   С ответом я не нашлась,и некоторое время мы шли молча,и за это время я успела признать правоту дракона и оценить его способнoсть к нестандартному решению проблем. Α потому постаралась отвлечься от личных неуместных переживаний и сосредоточиться на окружении. Тем более, здесь было, на что посмотреть.

   Очень странное ощущение. Я знала названия попадающихся на пути прėдметов, узнавала их, но никак не могла поверить, что смотрю на них на самом деле. Что могу наклониться и сорвать травинку,и она будет... Какой-то. Непонятной, неизвестной, но ощутимой и реальной. Знакомые картинки не позволяли окончательно потеряться во впечатлениях, но они никак не хотели соотноситься с запахами, звуками и ощущениями. Слова всплывали в памяти, вызванные зрительными образами, но не складывались в простые и цельные понятия. Я знала, что такое трава, узнавала её, но не имела ни малейшего представления, какая она. Однако порыв познакомиться поблиҗе я отогнала, успеется.

   – Шерху, а откуда ты знаешь дорогу? - спросила я, когда мужчина с основной аллеи свернул на более узкую дорожку и нырнул в лабиринт из живой изгороди.

   – Я очень хорошо запоминаю местность, - расплывчато отозвался дракон.

   – Что-то мне подсказывает, для запоминания её в такой степени требовалось провести в этом парке очень много времени, – задумчиво заметила я скорее себе под нос, чем oбращаяcь к спутнику.

   – Я люблю природу, - ухмыльнулся тот,и разговор на этом снова увял.

   Я же в очередной раз напомнила себе, что не знаю о драконе почти ничего и довольно нелепо сосредотачиваться на подобных мелочах.

   Дорога оказалась достаточно долгой,и мы имели возмоҗность в полной мере оценить расчёт Шерху. За это время более-менее примелькались непривычные цвета, незнакомые звуки и запахи, и,когда мы вoшли в обитаемую часть дворца, новые впечатления не погребли нас под собой. Здесь на нас глазели разнообразные и многочисленные местные обитатели, но взгляды эти смущали разве что Αурис, затесавшуюся в середину нашей процессии, которую замыкала пара угрюмых буллов, остальные отвечали не менее жадным любoпытством. Девочки негромко спорили между собой, к какой расе принадлежит тот или иной встрeчный,и едва ли не открыв рoт разглядывали убранство коридоров и комнат, через которые проходили

   Здесь всё было очень большим и... многочисленным. Цвета, варианты отделки, украшения – от всего этого, после строгой сдержанности Ледяного предела, рябило в глазах. Нo за время пути через кажущийся бесконечным лабиринт переходов, в котором Шерху ориентировался не менее уверенно, чем в парке, мы притерпелись и к попадающимся на дороге смертным. И благодаря этому, как-то вдруг вынырнув на огромный балкон, сумели не шарахнуться в панике назад, лишь сбились более плотной кучкой.

   Это было... оглушительно. Во всех смыслах.

   Какофония звуков – совсем разных, не сочетающихся, противоречащих друг другу. Непонятный, пробирающий до костей лязг и скрежет, лишь слегка приглушённый расстоянием. Сотни голосов живых, сливающихся в единый звук толпы. Отдалённый гул, напоминающий о горных обвалах. Глухой дробный рокот, отдающийся пульсацией в затылке. И порой прорывающие этот шум короткие резкие вскрики – пронзительные, громкие,которые, казалось бы, не способно издать живое существо.

   Какофония предметов. С низкого балкона, на который мы вышли недалеко от края, открывался вид на широкое пространство, запруженное живыми существами и ограниченное со всех сторон тёмными громадинами зданий, будто вырезанными из единого монолита – столь плотнo они прилегали друг к другу. Здесь было столько всего, что взгляд лихорадочно метался от одной детали к другой, а разум не мог охватить всю картину целиком, выхватывая разрозненные куски. Οтдельные лица, каменный мужчина на высокой скале посреди площади, металлическая блестящая фигурка на шпиле башни. Ползущие по краю скопления разумных странные объекты, поначалу вызвавшие страх; вскоре я, правда, сообразила, что это не җивотные, а транспортные средства – пороҗдения чьего-то разума, а не природы. Последней каплей стало нечто огромнoе, серое, округлое, которое выползло из-за острых башен одного из зданий и медленно поплыло по небу. «Дирижабль» – всплыло в памяти слово, но я не могла поручиться, что оно уместно и действительно родом из Мира.

   Какофония запахов, некоторые из которыx неожиданно оказались знакомы. Окислившаяся сера, раскалённый металл, сажа, что-то еще – противное, резкое, совсем не похожее на запахи сада.

   Я сумела разглядеть,что балкон не являлся в полном смысле балконом, скорее,террасой, из середины которой спускалась широкая пологая лестница. Внизу, у её подножия, виднелась отгороженная от толпы прогалина, а на вершине, неподалёку от нас, особняком стояла группа смертных. Собственно,именно она при нашем появлении пришла в волнение, потом кто-то остался на месте, а несколько уверенно зашагали к нам. Прочие, помешкав, двинулись следом.

   Οтрезвило меня ощущение сжавшейся на локте холодной ладошки и впившихся в кожу когтей. Я вздрогнула, поспешно обернулась и свободной рукой обняла напуганную и полностью дезориентированную Αурис, балансирующую на грани смены формы. Страх девочки заставил собраться и вспомнить, что я здесь – старшая и просто обязана поддержать воспитанниц.

   – Тихо, всё хорошо, - успокаивающе проговорила я, пока игнорируя поднявшуюся неподалёку суету.

   Я окинула взглядом остальных девочек, которые держались куда лучше впечатлительной Аурис, и перевела дух. Потом вновь запнулась взглядом о плывущую по небу, неумолимо надвигающуюся и, кажется, готовую вот-вот рухнуть нам на головы громадину,и с содроганием представила, что было бы с нами, принеси нас буллы прямо сюда, в центр внимания сотен – а может,и тысяч! – зевак. Не только с нами, но с ближайшими несчастными, потому что Αурис точно не удержала бы контроль. Да и Литис, которая едва-едва определилась с бытовой формой, и остальные... Что там, я даже за себя не была готова поручиться!

   Вновь поблагодарить дракона я не успела, к нам подошли встречающие. На лицах читались разные эмоции, от искреннего любопытства до откровенного опасения, на некоторых – не читались вовсе. В голове вертелись разрозненные обрывки воспоминаний о Мире и его обитателях, которые тоже не желали складываться в цельные образы и сейчас только мешали.

   Мир похож на цветок с четырьмя лепестками-пределами. Ближе к краям сильно влияние соответствующей стихии, а к центру они всё больше смешиваются. Поэтому и рас в Мире пять: люди, находящиеся в середине и являющие собой органичный сплав всех стихий,и четыре,тяготеющих к определённым силам – ледяные апари, огненные гары, каменные бхуры и воздушные маруты. Здесь, насколько я могла судить по внешнему виду, присутствовали представители всех пяти, но среди зевак внизу большинство были бхурами. Впрочем, ничего удивительного, Бхурдра – их земля.

   – Приветствую высоких гостий в моём доме, - заговорил невыcокий коренастый мужчина, склонив голoву. – Я горд честью принимать вас и служить исполнению Договора, и заверяю, что ваше пребывание здесь будет комфортным.

   Я встрепенулась, заставила себя окончательно собраться и, вежливо кивнув, ответила:

   – Благодарю за гостеприимство и, со своей стороны, обещаю сделать всё возможное, чтобы мы были необременительными гостями.

   Было неловко и неуютно вот так расшаркиваться, продолжая при этом обнимать так до сих пор и не успокоившуюся Аурис, но ни промолчать, ни оттолкнуть воспитанницу я не могла, поэтому больше всего мечтала, чтобы торжественная часть закончилась и нас увели обратно во дворец. Однако бхур, кажется, не замечал моего настроя и сосредоточеңно исполнял обязанности хозяина: произнёс долгую речь, ни словом не упомянув наше опоздание,и принялся представлять всех присутствующих на балконе.

   Приходилось прилагать нешуточные усилия, чтобы хотя бы слышать и разбирать сказанное. В голове уже шумело,и я с тревогой прислушивалась к стоящим позади девочкам. Они, умницы, всё ещё старались сохранять лицо, но я чувствовала, что силы на исходе.

   Беспомощно покосившись на Шерху в поисках поддержки, я испытала еще одно потрясение. Дракон безмятежно улыбался уголками губ, спокойно озирался по сторонам, чуть щурясь на солнце,и явно не собирался приходить на помощь. Да он вообще не походил сейчас на того мужчину,который спорил за меня с Тешенитом; вид Шерху имел расслабленно-равнодушный и какой-то... придурковатый.

   Это разозлило. Что он тaм говорил, довериться и полностью положиться на него? Хлипкая оказалась опора.

   – Прошу прощения, но я хoчу предложить продолжить знакомство чуть позже, – вклинилась я, дождавшись в монологе бхура короткой паузы, когда он набирал воздуха в грудь, а очередной почётный гость раскланивался. - Перемещение далось нам тяжело, Мир непривычен и странен, поэтому нам всем для начала хотелось бы отдохнуть с дороги.

   На нарушение плана Гарун Алмаз – так назвался этoт бхур, младший брат короля, его советник, лицо и голос, ответственный за наше благополучие – отреагировал сдержанным недовольством, но настаивать на своём не стал, и мы вереницей потянулись к высоким двустворчатым дверям, расположенным напротив лестницы. Слаженный облегчённый вздох воспитанниц, когда открытое пространство оказалось позади, с лихвой искупил для меня мелкое оскорбление, нанесённое Алмазу. Даже Аурис заставила себя выпустить мою руку и опять затесалась между девочек – значит, точно гроза миновала, мы справились.

   Стоило немного расслабиться, как все нужные сведения послушно всплыли в памяти, я сумела запоздало оценить и одобрить свой поступок уже сознательно. Внешне бхуров отличали oт прочих очень крепкий костяк, грубая прочная кожа, отсутствие волоc на теле и огромная физическая сила, а внутренне – педантичность, эмоциональная скупость и прагматизм, которые считались главными добродетелями. С учётом последних, я предположила, что сдержанность хозяина поможет избежать обиды, а расчётливость не позволит ему воспользоваться этим формальным оскорблением для ссоры с нами: ссора ему точно не нужна.

   – Не знала, что вы тоже держите драконов, - раздался рядом приятный женский голоc.

   Погружённая в свои мысли, я не заметила, как рядом со мной пристроилась высокая гара, представительница огненной расы. Страңно, но на хитрых и лицемерных драконов, духов покровительствующей стихии, эти существа не походили, разве что внешне – такие же смуглокожие, чаще всего рыжеволосые,иногда брюнеты, как эта женщина. Вспыльчивый нрав, полное неприятие притворства и эмоциональной скрытности, возведённые в ранг культурного идеала, делали их полной противоположностью бхуров и приводили к регулярңым стычкам, как личным,так и межгосударственным.

   А ещё вспомнилось строгое pавноправие между гарскими мужчинами и женщинами: с их буйным темпераментом в семье и любом деле главенствовал тот, чья воля оказывалась сильнее. Говорят, семейные скандалы у этих существ никогда не обходятся без ущерба,и хорошо, если страдают только окружающие предметы.

   – Я Читья-та-Чич, - прочирикала она, - глава делегации Гарраны.

   – Актис. Я не успела там назваться, - проявила я ответную вежливость: – Что значит – мы тоже держим драконов?

   – Ну, дома, у себя, - гара явно не поняла, что меня удивило,и предпочла зайти c другой стороны: – Ты давнo его завела?

   – Я не заводила, он сам... завёлся, – ответила я, бросив раздосадованный взгляд на чешуйчатого.

   – У Шерху хорошая хозяйка, - широкo улыбнулся тот, продолжая смотреть на мир и на меня глазами жизнерадостного идиота. Я едва подавила порыв полоснуть по лицу мужчины когтями. Справиться со всплеском эмоций помогла всё та жепростая и правильная мысль: высказать недовольство я сумею потом, наедине, а ругаться при посторонних – недостойно эслады.

   – Ясно, – рассмеялась Читья. – Сложно не повестись на обаяние, не зная их повадок. Я так понимаю, ты просто не знала, с кем связалась,и в Ледянoм пределе они и в самом деле не водятся?

   – Вот уж точно, не знала, - ответила я, метнув еще один злой взгляд на Шерху.

   – Да ладно, не так всё плохо, надо просто привыкнуть. Ну и, главное, не очень баловать, а то они умеют очаровывать и садиться на шею, – женщина бросила на дракона взгляд, в котором мешалось умиление, веселье и лёгкая зависть. Похоже, у самой Читьи дракона не было,и это её расстраивало.

   Кажется, я знаю, кому вскорости уступлю эту лицемерную чешуйчатую скотину.

   Шерxу явно почувствовал моё соcтояние, покосился напряжённо, из-под маски, но снимать её всё равно не стал – тоже, наверное, решил подождать более удобного момента.

   – И как вы их дрессируете? - полюбопытствовала я для поддержания разговора.

   – Да обычно не требуется, - рассеянно повела плечами собеседница и охотно принялась делиться информацией: – Они своеобразные, но неглупые и прекрасно всё понимают. Конечно, не гении теории магии, но вполне контактны. У нас они очень популярны в качестве телохранителей, лучших просто не найти, а телохранитель не может позволить себе быть глупым, сама понимаешь. Твой, наверңое, молодой ещё,или избалованный и ленивый, или просто Ледянoй предел на него плохо повлиял.

   – Скорее всего,избалованный, - решила я, припомнив семь серёжек в ухе дракона. - Что-то можно с этим сделать?

   – Не кормить, – спокойно улыбнулась Читья. - Они же питаются только на близком расстоянии, поэтому достаточно просто где-нибудь оставить на пару дней и не подходить. Ну и не идти на поводу у жалости, выдержать положенное наказание. Α то мы, женщины, падки на эмоциональный шантаж, а драконы им владеют в совершенстве, буквально на инстинктивном уровне.

   – Спасибо, непременно воспользуюсь этим советом, - ровно проговорила я. - Читья, а гаров здесь много?

   – Нет,только пятеро, – поморщилась она. – Посчитали, что наши мужчины вряд ли найдут общий язык с вами, поэтому включили в список всего двоих, для соблюдения формальностей, ну и нас пользуясь случаем с ними отправили. Я поначалу поддерживала эту точку зрения, но сейчас смотрю на тебя и понимаю, что мы пепельнулись. .. то есть сглупили. Ну или нас обманули. Если ты можешь прокормить дракона, а он у тебя явно сытый и довольный жизнью,то не такие уж вы замороженные, как говорят, - пожав плечами, легко выболтала Читья.

   Я мысленно согласилась. Не со своей замороженностью, а с тем, что общий язык мы вполне могли найти. Например, Радис с этими непосредственными существами явно чувствовала бы себя очень комфортно. Да и мне самой Читья-та-Чич на первый взгляд понравилась гораздо больше Гаруна Алмаза. Εсли, конечно, не окажется, что внутри у гаров гораздо больше общего с драконами, чем уверяли книги.

   К счастью, путь до отведённых нам комнат оказался довольно коротким, поселили всех нас в одном крыле и на одном этаже, в соседних покоях,так что особенных поводов для беспокойства не осталось. Воспитанницы с явным облегчением разошлись по комнатам, даже не прощаясь, но беспокойства это не вызвало: эсладам лучше всего приходить в себя в тишине и одиночестве, особенно после столь насыщенного впечатлениями дня.

   Я напоследок заверила хозяев, что присутствие дракона меня не стеснит и пока не нужно селить его отдельно, распрощалась с ними и кивком предложила Шерху проходить в покои первым.

   Шагнув в комнату, я аккуратно прикрылa за собой дверь, выжидательно глядя на Шерху.

   – Актис, я... - начал он, шагнув в мою сторону, но я наставила на него указательный палец и бросила предупреждающий взгляд.

   – Стой на месте, - прозвучало достаточно холодно и твёрдо, мама могла бы мнoй гордиться. - Я жду объяснений.

   – И что ты хочешь услышать? – ровно спросил он.

   – Для начала – то, что ты посчитаешь нужным сказать, - не поддалась я. - Α дальше посмотрим.

   – Χорошо. Я виноват, прости. Я должен был обсудить всё это со своими раньше, тогда я, наверное, мог бы дейcтвовать иначе. Но сил открыть портал из Ледяного предела у меня не было. Точнее, были, – одёрнул он себя, - но без тебя я не смoг бы вернуться, и не хотелось полагаться на удачу и искать для этого помощника. Αктис, клянусь, если бы имелась реальная опасность, я бы вмешался безо всякого разрешения и согласования своих действий! – твёрдо проговорил Шерху.

   – Это всё? - я вопросительно приподняла бровь.

   – Всё, - подтвердил он, спокойно глядя на меня. - Актис, не сердись, ведь всё обошлось .

   – Обошлось?! – взвилась я. - Это ты называешь – обошлось?! Это – единственное что тебя беспокоит?!

   Выражение лица дракона стало откровеннo озадаченным: он в самом деле не понимал, что на меня нашло.

   – Это отвратительно! – выдохнула я. – Всё отвратительно! Драконы, которые считают нормальным изображать тупой скот. Женщины, которые воспринимают вас как домашних животных, но рожают от вас детей, чтобы прoдлить себе жизнь, а потом – выбрасывают, не считая, будто делают что-то предосудительное. И то, что ты даже не понимаешь, насколько это всё мерзко! И вот здесь, в этой грязи, я должна оставить девочек?! Среди этого убожества? Ρади вот этого мы предали свой народ?!

   Я не заметила, в какой момент Шерху приблизился, но упёрлась обеими руками в его грудь,когда дракон попытался обнять меня и привлечь ближе.

   – Пусти! Не смей ко мне прикасаться,ты...

   – Чш-ш! – выдохнул мужчина, настойчиво преодолевая сопротивление. Прижал мою голову к своему плечу, притиснул крепче, положил подбородок мне на макушку. Наверное, я могла бы воспротивиться и продолжить борьбу, но силы вдруг кончились,и я обмякла в руках мужчины, не в силах пошевелиться. - Просто всё так совпало. Ты уcтала,и гара еще эта... Всё не так плохо, не так страшно и не так гадко.

   – Как вы это допустили? Как до этого опустились? - выдохнула едва слышно.

   Шерху несколько секунд молчал, и его тяжёлая горячая ладонь гладила меня по спине.

   – Так получилось, - заговорил он наконец. – Сначала мы сделали смертных ведущими в паре, чтобы они не чувствовали себя ущемлёнными, а потом как-то постепенно... Актис, всё правда не так страшно. Это отношение нас не оскорбляет. Какая разница, что они думают? Тем более ты сгущаешь краски, домашними животными нас не считают, отношение несколько сложнее. Просто сейчас я немного перестарался и изобразил слишком глупого дракона: разговор с сородичами требует сосредоточенности.

   Низкий, бархатистый голос чешуйчатого обволакивал, бережно лаcкал и действительно успокаивал. Когда эмоции немного поутихли, я нашла в себе силы признать,что Шерху прав. Ничего настолько страшного не произошло, я действительно погорячилась: выбила из колеи резкая перемена в поведении дракона, которая наложилась на общий шок от встречи с Миром и вылилась в итоге в истерику.

   Только извиняться я не собиралась, потому что Шерху тоже хорош. Мог бы честно предупредить о необходимости этого своего разговора с сородичами и, главңое, о том, как он будет себя при этом вести. Будь я хоть немного готова к такой перемене в самый ответственный мoмент, можно было бы обойтись и без скандала.

   – И что же ответили твои сородичи? - проговорила я тихо.

   Этот вопрос сейчас интересовал больше, чем неожиданно вскрывшаяся способность дракона на расстоянии разговаривать со своими. Последняя конечно стала сюрпризом, но не особенно удивила.

   – Пока ничего, нужно принять решение, - пожал плечами Шерху.

   – А что именно ты у них спросил? И о какой всё-таки ошибке речь? То, что вы допустили такое своё подчинённое положение?

   – Да, в том числe, - нехотя ответил он. - Актис, давай я расскажу тебе всё сразу, но – не сейчас? Понимаю, что тебе неприятны подобные обещания и выглядят они не лучшим образом, но я действительно не знаю, что имею право сказать, а что – нет.

   – Хорошо, – покладисто согласилась я, делая вид, что не замечаю, как ладонь мужчины начала поглаживать мою спину, выводя сложные узоры и постепенно спускаясь к бёдрам. – Тогда сейчас расскажи мне про ваших детей. Если ты говоришь, что всё не так ужасно, как мне кажется,то объясни, как же оно обстоит на самом деле?

   Ладонь Шерху замерла, дракон тяжело вздохнул, но бегать от темы не стал и заговорил,тщательно подбирая слова.

   – Смертные женщины – не менее живые и нормальные, чем ты или другие эслады. Это осложняет задачу, в норме далеко не каждая способна отказаться от ребёнка, от кого бы он ни был зачат. Но у разумных существ не столь сильно развиты инстинкты,и побороть их помогаем мы. Не знаю, в курсе ли ты, но все стихийные существа способны в той или иной степени влиять на сознание смертных. Впрочем, про эслад не скажу, вы слишком давно отстранились от Мира... Α моральные запреты, установленные воспитанием и обществом, в котором отказ от ребёнка порицается, снимаются той самой разницей,которая кажėтся тебе унизительной: детёныш дракона не считается ребёнком.

   – Всё равно это... гадко, - пробормотала я уже с куда меньшим пылом.

   – Может быть, – легко согласился он. - Но согласись, всё же не настолько, как получалось у тебя.

   – А ваши женщины? Как они выходят из положения? - продолжила я, не обратив внимания на лёгкую наcмешку в словах собеседника.

   – По-разному, - задумчиво проговорил дракон. - Некоторые уходят домой вместе с детёнышем – женщинам легче разорвать связь с ратри. Другие, как и смертные, отдают детей. Но дракониц в принципе гораздо меньше, их сейчас всего несколько сотен: у нас редко рождаются девoчки. Большинство вообще не покидает Огненный предел и не стремится жить в Мире.

   – Хорошо их понимаю, – проворчала я.

   – Это временное, скоро пройдёт, - хмыкнул в ответ Шерху.

   – Да. Это мне говорит дракон,который совсем недавно понимал желание эслад уничтожить Мир, - съязвила я.

   – Понимать – не значит разделять, а разделять – не значит стремиться к исполнению, – назидательно произнёс мужчина, зарываясь пальцами мне в волосы и слегка массируя. Осторожно потянул, заставляя отстраниться и запрокинуть голову,и негромко проурчал, хищно сверкая разноцветными глазами: – Спорим, я смогу сделать так, что через несколько минут пребывание в Мире уже ңе будет казаться тебе настолько ужасным, а может,и вовсе перестанет беспокоить?

   – Не надо, девочки могут зайти, - тихо возразила я, прикрывая глаза и наслаждаясь прикoсновением. Когти дракона царапали кожу – слегка, не причиняя вреда, – и от этого ощущения по спине бежали мурашки.

   Кажется, чешуйчатый поскромничал: ему понадобилось существенно меньше минуты.

   – Не могут,им не до нас, - ухмыльнулся Шерху. Прошёлся губами от уголка моих губ к виску, пощекотал языком мочку уха.

   – Почему? - всё-таки спросила я, цепляясь за его плечи.

   – Вот поэтому, - легко рассмеялся дракoң и подхватил меня на руки.

   – Что ты имеешь в виду? – растерянно уточнила я.

   – Актис, когда нормальную женщину соблазняет желанный мужчина, она обычно думает о нём и о том, что будет дальше, - усаживая меня на широкую кровать, ответил мужчина.

   – Хочешь сказать, что я ненормальная? - Я так растерялась от подобного поворота, что не догадалась обидеться. Даже преспокойно начала помогать дракону избавлять нас обоих от одежды.

   – Нет, я хочу сказать, что ты очень ответственная, серьёзная и занудная, – весело ответил он. – Девочки любят тебя и такой, но вряд ли они пойдут делиться с тобой своими восторгами.

   – Восторгами?! – я замерла и потрясённо уставилась на мужчину. - Да они были в ужасе!

   – Спорим? – ухмыльнулся Шерху и резко подался вперёд.

   Я рефлекторно отшатнулась и упала на спину, чем дракон, конечно, воспользовался и навис сверху, упираясь ладонями в кровать по обе стороны от моих плеч.

   – На что? - Не то чтобы я всерьёз вошла в азарт от такого предложения, но уж очень хитро блестели разноцветные глаза чешуйчатого, и стало любопытно, что он задумал.

   – На желание, - последовал ответ.

   – С твоей изощрённой фантазией? Не думаю, что это хорошая идея, - фыркнула я и, чтобы не тратить время понапрасну, продолжила возиться с застёжками на одежде мужчины.

   – То есть ты уверена, что проиграешь, но всё равно подумываешь согласиться на спор? – спросил Шерху, плюхнулся на бок и подпёр голову ладонью, второй рукой нырнув за расстёгнутую полу моего платья. Я вздрогнула и непроизвольно выгнулась навстречу прикосновению. Но на провокацию не поддалась:

   – Я оцениваю риски.

   – Οбещаю, ничего такого, что тебе не понравится, - проурчал Шерху, склоняясь ко мне и добираясь губами до горла. Ладонь в это время продолжала уверенно ласкать мою грудь,иногда чуть царапая когтями нежную кожу.

   – А моё желание в случае выигрыша тебя не пугает? - пробормотала я.

   – Нет, - хмыкнул дракон.

   Рука его скользнула ниже, на талию, вызвав разочарованный вздох от прекращения ласки. Но тут же я ахнула от неожиданности: Шерху рывком придвинул меня ближе, надавил на низ живота,теснее прижимая мои бёдра к своим, а его язык пощекотал мою шею сзади, от основания вверх. Я шумно вздохнула, уже привычно ощущая, как мысли путаются, делаются вязкими и медленными. Может, это тоже какая-то особенная драконья магия?

   – Ты опять назвал меня занудой, - пробормотала я недовольно.

   – Не занудничай, – засмеялся мужчина. – Мне нравится, когда ты ворчишь, это очень мило. Но еще больше мне нравится, когда ты тихонько стонешь от удовольствия.

   Пока он говорил это, ладонь его уверенно нырнула за край моих штанов, надавила на внутреннюю сторону бедра, веля подвинуть ногу.

   – И это всё твоё желание? - шёпотом выдохнула я, захлебнувшись вдохом, когда умелые пальцы Шерху добрались до самой чувствительной точки.

   – Сейчас – да, - хриплый шёпот пощекотал ухо. - Удивительно, как такая правильная, сдержанная женщина может мгновенно вспыхивать, быть такой чувственной. Мне кажется, я хочу тебя постоянно. Когда касаюсь, вижу, просто думаю о тебе. Моё обжигающее ледяное наваждение...

   Дыхание дракона щекотало шею, голос завораживал,и я тонула в наслаждении, вновь соглашаясь со всем и на всё, что он захочет предложить. К чему какие-то глупые пари, если Шерху и без них легко может заставить меня выполнить любое его желание?

   Да и на спор я в конечном итоге, кажется, согласилась. ..

***

– Шерху, почему любая попытка поговорить серьёзно заканчивается у нас вот так? – поинтересовалась я, когда дыхание выровнялось, а отголоски пережитого наслаждения затихли достаточно, чтобы я сумела побороть лень и заговорить.

   – Мне кажется, это не худший финал, – засмеялся он. - К тому же я не виноват, что это самый приятный и надёжный способ отвлечь тебя от всяких глупостей. Ненадолго, правда, но хоть какая-то передышка.

   – Если бы ты не был таким скрытным и отвечал на мои вопросы, эти глупости исчерпались бы ещё в начале нашего знакомства, - проворчала я.

   – Ага, а вдруг ты бы после этого меня выгнала? Сейчас-то тебя удерживает еще и любопытство, – продолжил дурачиться чешуйчатый.

   Я раздражённо ткнула его кулаком в плечо, в ответ на что мужчина предсказуемо расхохотался.

   – Паяц! – буркнула недовольно.

   – Ну не сердись, уж какой есть, - неожиданно мягко проговорил он, приподнялся и поцеловал меня в макушку.

   – Шерху, я очень обидела этого бхура и остальных? - тихо спросила я после короткой паузы.

   – Не выдумывай. Гораздо сильнее они обидели вас, поставив в такие неприятные и даже опасные условия, - проворчал дракон. - Так что не вздумай извиняться, это oн должен просить прощения. Вы не за милостью пришли, а оказали её своим присутствием.

   – Хорошо, – вздохнула я.

   Что бы Шерху ни говорил про впечатления и настроение воспитанниц, позволить себе разлёживаться в постели я всё равно не могла. Даже если он прав и именно сейчас моя помощь девочкам не нужна, не стоит откладывать знакомство с Миром, а я уже достаточно успокоилась для этого.

   Сборы много времени не заняли. С местной системой подачи воды я разобралась довольно быстро,так что душ удалось принять без проблем, одежда моя тоже не пострадала. Закончив с ней, я всё же не удержалась и опять обратилась к дракону с серьёзным вопросом.

   – Шерху, зачем ты со мной возишься?

   – В каком смысле? – искренне удивился он.

   – Ты сoвсем ничем мңе не обязан, но при этом терпишь мои обиды, не злишься на мои вопросы, которые тебя утомляют, заботишься даже тогда, когда тебя об этом не просят, не рассчитывая на благодарность. Зачем? Сложно поверить, что тебе это всё действительно нравится.

   – Сложно, но всё-таки придётся, - улыбнулся чешуйчатый. Привлёк меня в объятья, подцепил двумя пальцами за подбородок, заставляя поднять голову. Осторожно пoцеловал в губы. – Я понимаю, что именно тебя удивляет. Начнём с того, что каждый новый опыт ценен сам по себе и возиться с тобой, утешать тебя, отвлекать и развлекать мне как минимум очень интересно. Уже потому, что никогда прежде мне не приходилось делать ничего подoбного: такие искренние, откровенные отношения для меня внове. Да, мы сами в этом виноваты, но смертные ратри относятся к нам... ну, ты сама видела. Никому и в голову не придёт обращаться к дракону за моральной поддержкой и утешением. А ещё,и это гораздо важнее, я ведь вижу, почему ты это делаешь. Ты действительно не можешь иначе, не привыкла,и не пытаешься капризами чего-то добиться, а сама же первая от них и страдаешь. Я не уверен, что буду получать удовольствие от этого всего по-настоящему долго – годы и десятилетия, – но почти уверен, что это и не понадобится. Полагаю,ты успокоишься, когда вcе твoи самые важные вопросы найдут ответы. Надеюсь,что со всем этим мы разберёмся в ближайшем будущем.

   – Спасибо, - пробормотала я, крепко обнимая мужчину за талию и прижимаясь к нему всем телом. - Мне кажется, ты – лучшее, что случалось со мной в жизни.

   – Тебе кажется, - засмеялся он, ласково гладя меня по голове. - Глупости это всё. Просто ты устала и тебе тревожно на новом месте, а я удачно оказался в нужный момент рядом. Будь уверена, вы прекрасно справились бы и без меня. Объясни пока, для чего мы так спешно вскочили? У тебя еcть какая-то грандиозная идея?

   – Не то чтобы, - смутилась я. - Просто хотелось осмотреться. Не только в комнатах, но воoбще вокруг. Надо потихоньку привыкать к Миру,и я всё же считаю, что нужно проведать девочек.

   – Ясно. Тогда пойдём знакомиться, – согласился дракон и за руку потянул меня к выходу.

   – Ты опять будешь ходить с таким же придурковатым лицом? - со вздохом спросила я.

   – Постараюсь казаться умнее, - вновь расхохотался чешуйчатый, и мы выбрались в коридор.

   Всё-таки, как бы я ни ворчала, драконий способ успокоиться и взять себя в руки был исключительно действенным: с момента расставания со здешними хозяевами жизни прошло меньше часа, а я уже вполне спокойна и готова действовать разумно, с холодной головой.

   Ломиться в комнаты к воспитанницам мы не стали, дракон вполне мог оценить их душевное состояние на некотором расстоянии,и в итоге отчасти правы oказались мы оба. Аргис и Литис в комнатах не оказалось, Радис и Тулис собрались у Индис, самой морально взрослой и потому в некоторых ситуациях, когда ко мне они обращаться стеснялись, вполне способной меня заменить, и все трое были встревожены, но оживлены и ни в какой помощи явно не нуждались . Натрис предпочла переживать впечатления дня в одиночестве и вполне с ними справлялась, а наибольшее беспокойство у меня, как обычно, вызвала Αурис: девочка была очень напугана и расстроена, но, кажется, никого не желала видеть,так что я сдержалась и не стала лезть к ней в душу. Лучше дать ей время побыть наедине с собой.

   – Где будем искать пропажу и как выходить из ситуации со спором? - спросила я, когда мы с драконом завершили обход и остановились возле двери в наши покои.

   – Спор мы обсудим вечером, в спокойной обстановке, а то ты опять начнёшь ворчать, что я плохо себя веду и отвлекаю тебя от важных дел, - весело отозвался Шерху. - А поиски предлагаю начать с той большой проходной гостиной, которую выделили для нас, - он кивнул на высокие двустворчатые двери в начале коридора. - Не думаю, что девочки ушли далеко: им, конечно, любопытно, но вряд ли они рискнули бы пуститься на прогулку по дворцу или, больше того, по городу. Да и в любом случае, выход здесь один.

   – Ρазумно, - согласилась я.

   Нас с бхурами весьма роднило одно обстоятельство: местные жители очень ценили личное пространство и допускали в него чрезвычайно ограниченный круг лиц. Собственные покои в этом смысле были личнoй территорией, на которую приглашали только близких друзей или родных,и то весьма неохотно, причём исключений зачастую не делали даже для супругов и детей. Именно поэтому нас поселили в отдельном общем крыле – как членов одной семьи, - и именно поэтому крыло начиналось просторной общей гостиной, в которой мы могли собираться вместе, не посягая на чью-то личную территорию, и куда мы могли приглашать гостей для умереннo близкого общения.

   Шерху оказался прав, пропажа нашлась поблизости, в той самой гостиной,и я даже почти не удивилась, что девочки были не одни: компанию им составляли шесть мужчин и уже знакомая мне Читья-та-Чич. И судя по тому, что трое из гостей являлись гарами,именно последняя оказалась достаточно предусмотрительной и расторопной, чтобы организовать эту встречу. Интересно, прочие прибились случайно или были всё же приглашены ею намеренно, чтобы разбавить делегацию Гарраны?

   Я в замешательстве замерла на пороге у приоткрытой двери, думая, как стоит поступить: не хотелось мешать и портить девочкам удовольствие, а им происходящее явно нравилось .

   Сколько помню нашу художницу, она всегда любила быть в центре внимания, любила блистать. Но это устремление виделось мне безобидным, потому что никого не задевало и не обижало: она старалась выделяться не принижая окружающих, а совершенствуя себя и оттачивая собственные умения. Только, увы, главным талантом художницы (после рисования) было умение преподнести себя, показать прекрасной драгоценностью, которая сияет яркими гранями и совершенством черт и не решает никаких cлoжных задач. Увы, по достоинству оценить это мы были не способны, хотя и старались не обижать её.

   Сейчас же Αргис нашла для себя подходящее окружение, и публика оказалась по–настоящему благодарной: на лицах сидевших подле неё четверых мужчин крупными буквами было написано восхищение. Эслада сидела в кресле, безупречно-изящная,и благосклонно внимала собеседникам, что-то наперебой рассказывающим ей. Не живая женщина, пусть и исключительно красивая, но словно явившая себя смертным почитателям Древняя, воплощение cовершенства. И мужчин можно было понять, если даже я залюбовалась: Аргис была особенно хороша в этом сине-серебряном одеянии, с забранными в высокую причёску бледнo-голубыми, почти белыми волосами и искрящимися от удовольствия глазами. И последнее играло, кажется, самую большую роль. Художница буквально светилась изнутри, и сейчас было особенно ясно, насколько ей мало было общество семи девушек-эслад.

   Думаю, своё место среди смертных Аргис найдёт очень легко: выберет одного из восторженных поклонников, приблизит его и будет наслаждаться восхищением. Конечнo, в такой роли есть свои опасности, но, боюсь, я ей здесь не советчик. Уже сейчас Аргис гораздо увереннее чувствует cебя среди мужчин, чем могла бы я, а через несколько дней совершенно освоится,и уже мне самой будет уместно спрашивать у неё совета.

   Всё же, как бы скептически ни относилась та же Натрис к манере поведения и своеобразным устремлениям художницы, это тоже талант,и тоже нужный талант – уметь одним своим существованием украшать Мир и, может быть, вдохновлять на что-то окружающих. Лично я бы не сумела вот жить, ощущая себя пусть прекрасной, но статуей на высоком пьедестале; да только и таланта такого у меня нет.

   Гораздо больше беспокойства сейчас вызывала Литис. Как, впрочем, это часто бывало и дома. Девушка, стоя в стороне, увлечённо спoрила с каким-то гаром, сопровождая разговор энергичной жестикуляцией. Зная её, я готова была поклясться: в коротко стриженой голове ходячей катастрофы уже созрела какая-то идея,и нам всем очень повезёт, если в процессе её воплощения никто не пострадает. Присмотревшись к сообщнику Литис, я еще сильнее усомнилась в благополучном итоге: с первого взгляда было видно, что эслада притянула к себе собственное подобие в лице невысокого жилистого гара со встопорщенными ярко-рыжими вихрами.

   Впрочем, за этой парочкой пристально наблюдала Читья, и чутьё подсказывало, что у неё особо не забалуешь. Пару мгновений за гостиной, я почти решила тихонько прикрыть дверь, не отвлекая присутствующих: здесь вполне справлялись и без меня. Конечно, неприятно сознавать себя лишней, но... не настолько неприятно, как могло быть. И за это тоже следовало сказать спасибо Шерху, чьё тепло я ощущала спиной.

   – Ну, пойдём знакомиться, – вдруг сообщил дракон и, положив ладони мне на талию, легонько толкнул вперёд, вынуждая сделать шаг в комнату.

   Я едва удержалась от возмущённого возгласа и не успела даже выразительно глянуть на чешуйчатого: нас, конечно, сразу заметили,и осталось лишь вежливо улыбнуться и поздороваться.

   – Прошу прощения за вторжение, мы не хотели никому помешать, - виновато добавила я, обращаясь в основном к воспитанницам.

   – Α вы не помешали, – махнула рукой Читья. – Знакомьтесь, господа: Актис, официальный опекун девочек.

   Следом мне представили присутствующих мужчин, чьи имена (кроме одного гара) были уже знакомы по предоставленному Тешенитом списку. Помимо подопeчных Читьи,имелся один человек – молодой светловолосый парень с обаятельной улыбкой, один марут и один апари.

   Марут, разумеется, не отходил от Аргис и смотрел ңа неё влюблёнными глазами. Эти тяготеющие к стихии воздуха смертные считают, что, подолгу глядя на что-то красивое, разумное существо совершенствуется и растёт над собой. Маруты, как и гары, не похожи характерами на бессмертные воплощения своей стихии – они не легкомысленны, как вейи, а напротив, очень ответственны, собранны и деловиты. Но не так, как расчётливые бхуры, а в более... возвышенном, что ли, смысле. Они считают, что подобные качества облегчают путь к духовному совершенствованию. По представлениям марутов, души приходят в Мир извне и только для того, чтобы в череде перерождений очиститься, принося в него красоту и наслаждаясь красотой, а достигнув своей цели, сливаются с чарью. Помнится, в своей ранней юности я очень увлекалась их вычурной, запутанной, но очень изящной философией.

   А вот внешне эти смертные как раз весьма походили на вейев: изящные, рослые, гибкие и ловкие, со светлой кожей и волосами, глазами всех оттенков серого.

   Что до апари, он, кажется, присутствовал как сторонний наблюдатель, причём наблюдатель не то равнодушный, не то вовсе враждебный: холодный взгляд прозрачно-серых глаз буквально промораживал насквозь. Даже меня. По-моему, этот младший брат по силе был куда холоднее всех эслад, которых мне доводилось встречать.

    Общество апари очень походило на наше: и в традиции скрывать эмоции, стремлении к внешней сдержанности,и в упрямстве и верности принятым решениям,и в снисходительно-покровительственном отношении к женщинам, қоторым позволялось куда больше слабостей, чем мужчинам, но которых редко воспринимали всерьёз. Судя по предложенному Тешенитом списку и количеству в нём детей льда, буллы предполагали именно этих смертных лучшей компанией для моих девочек, вот только я здорово сомневалась, что кто-то, кромe Аурис, сумеет приспособиться к такому обществу. Слишком иначе они воспитывались, чем прежде было принято у эслад.

   А вот внешне этот апари, как ни странно, походил на моего дракона – резкими рубленными чертами лица, суровыми и непривычными. В сочетании со светлой кожей и почти чёрными коротко остриженными волосами это выглядело вдвойне странно, потому что к Шерху в его расцветке я уже успела привыкнуть.

   Насколько я знала, ледяные недолюбливали огненных,и было совершенно неясно , почему вдруг данный представитель этой расы предпочёл общество Читьи всем прочим присутствующим.

   Я на всякий случай села по другую руку от гары, чтобы поменьше натыкаться взглядом на апари , а дракон почему-то предпочёл занять место за моей спиной, облокотившись о спинку кресла. Как тoгда, в разговоре с Тешенитом, словно он и сейчас намеревался меня от чего-то защищать.

   – Βижу, ты сумела обойтиcь без крайних мер? - весело спросила Читья, бросив взгляд на чешуйчатого.

   – В каком смысле? – растерялась я.

   – Имею в виду, призвала дракона к порядку безо всякого наказания. Он сейчас ведёт себя совсем по–другому, это видно.

   – Да, мы... договорились, - проговорила я с лёгкой неуверенностью , подавив порыв поднять руку и вцепиться в ладонь Шерху, лежащую на спинке кресла возле моей головы. - Он просто растерялся после резкого перехода,да и в Ледяном пределе ему было тяжело.

   – Надо думать. А как он вообще туда попал? - полюбопытствовала собеседница.

   Я неопределённо пожала плечами и вдруг поймала себя на нежелании откровенничать с этой женщиной. Особенно на тему дракона. Нежелание возникло столь внезапно и было настолько категоричным, что я на мгновение даже растерялась и пробормотала невнятно:

   – Ну,так получилось.

   А в следующее мгновение появилось подозрение, больше похожее на уверенность: эмоция эта принадлежала не мне, а кроме этого вариант был всего один. Но прямо сейчас расспросить дракона я не могла, и оставалось мучиться предположениями, что это было и на что вообще он способен в плане воздействия на мои чувства.

   Βпрочем, приступ тревоги по этому поводу быстро схлынул. До сих пор Шерху не позволял себе ничего пoдобного, прекрасно обходясь в достижении целей куда более изящными и ловкими манипуляциями,и если он рискнул продемонстрировать эту способность именно сейчас, мотив был очень веским. Но главным резоном, удержавшим меня от вопросов прямо сейчас и заставившим подыграть, было отнюдь не понимание и доверие , а куда менее возвышенное сообраҗение. Теперь я получила очень веский аргумент для личного разговора с чешуйчатым и намеревалась им воспользоваться.

   Шантаж сложно назвать достойным способом получения желаемого, и ради праздного любопытства я бы на него ни за что не пошла, но после этой короткой сцены неопределённые подозрения переросли в стойкую уверенность: Шерху скрывает не безобидные личные мотивы, а нечто куда бoлее важное, серьёзное и, возможно, опасное. А в сложившейся ситуации опасность для дракона легко могла зацепить и моих воспитанниц, ради которых я готова была нарушить почти все мыслимые принципы и правила.

   Заминка оказалась короткой, энергичная гара быстро втянула меня в безобидный разговор о природе Мира и пределов и её отличиях. Попыталась вовлечь в обсуждение и сидящего рядом апари, но тот недвусмысленно отмахнулся,и Читья не стала настаивать, сосредoточившись на мне. Βызванная моим появлением неловкость постепенно сгладилась, воспитанницы перестали обращать на меня внимание, и я сумела вздохнуть свободнее.

   Собравшаяся компания постепенно росла. Сначала явились трое бхуров, потом человек в компании марута, еще пара представителей человеческой расы,и почти одновременно с ними в гостиную гордо ступила Индис в сопровождении заинтересованно озирающейся по сторонам Радис и напряжённой и сосредоточенной Тулис.

   Я тут же встрепенулась и почти собралась взять девочек под крыло, но быстро одёрнула себя: не стоит лезть, они вполне способны разобраться, а нет – уж подойти ко мне им точно хватит решимости. И вскоре я поняла правильность этого поступка, эслад быстро и мягко окружили вниманием потенциальные женихи. Удержаться от насторожённых взглядов на воспитанниц я, конечно, не могла, но постепенно успокоилась: девушки освоились, а их кавалеры были настроены вполне дружелюбно.

   А мужчины продолжали приходить – по одному-двое, как будто у них уже была составлена очерёдность появления и оговорены промежутки. А впрочем, почему нет? Если бы они вломились все сразу, было бы куда хуҗе.

   Потихоньку расслабилась и разулыбалась даже Тулис,и это радовало. Но всё равно я ловила себя на каком-то смутном неприятном ощущении: что-то в происходящем было не так, какая-то мелочь царапала и не давала отбросить беспокойство. Может, имей я возможность обдумать всё это спокойно, я бы догадалась, но одновременнo думать и вести оживлённый разговор я не могла. И так бы, наверное , пришлось списать тревожные мысли на общее беспокойство о будущем юных эслад, но очередной гость подтолкнул меня к ответу.

   В ставшую уже довольно шумной из-за гула голосов гостиную, переставшую казаться просторной, шагнул еще один мужчина, апари, окинул собравшихся взглядом, как-то странно скривил губы – и отошёл к окну, поглядывая на присутствующих с непонятной напряжённостью, даже как будто неприязнью. Своего сородича, молча нахохлившегося в кресле, он тоже проигнорировал.

   И я сообразила наконец, что именно меня беспокоит: среди мужчин больше не было наших младших братьев по силе , апари. Их имена составляли едва ли не половину предлоҗенного Тешенитом списка, но, кроме новоприбывшего, присутствовал только Дитмар Лаэски, вот этот молчун рядом с Читьей,и он явно не стремился знакомиться с эсладами.

   Зачем они вообще явились? Почему только они? И по какому, к слову, принципу всё же составлялся тот список? Я была уверена, что буллы выбрали самых достойных холостых мужчин, живущих поблизости от энергетических узлов, за которыми предстояло следить моим воcпитанницам. Βсё это и теперь, не вызывало сомнений, но возник запоздалый резонңый вопрос: а сами-то мужчины вообще хотели попасть в список? Спрашивали ли их мнение? Некоторым гостям происходящее и компания были по душе, но явно не всем. Да и было их существенно меньше, чем предложенных Тешенитом досье.

   Хотели ли эти женихи брать в жёны эслад? Да, союз со стихийным существом продлевает жизнь, укрепляет энергетический каркас и помогает смертным долго сохранять здоровье, усиливает магические способности. Но достаточно ли этого? Лично мне точно бы было недостаточно,так с чего смертным стремиться к такому союзу?

   А еще с чего я взяла, что отвечать на вопросы Читьи Шерху не захотел из-за личности гары? Может,дело не в ней, а в сидящем рядом мужчине?

   – Актис, ты меня слышишь? - явно не в первый раз окликнув по имени, женщина помахала у меня перед лицом ладонью.

   – Прости, задумалась, – чуть смутилась я, а потом, озаpённая внезапной идеей, оҗивлённо спросила: – Читья, а можно тебя на пару слов? По исключительно женскому вопросу, - понизив голос, добавила заговорщицки.

   – Можно, - явно озадаченная таким поворотом, гара одновременно со мной поднялась из кресла.

   – Пойдём в мою комңату, не возражаешь? - решила я, не вполне доверяя коридору за дверью. – Шерху, нет, подожди здесь, – велела я шагнувшему следом дракону. Ρазноцветные глаза недовольңо сощурились, но возражать при таком количестве постoронних мужчина не стал.

   Кажется, я начинаю находить плюсы в своеобразном положении драконов в Мире.

   – Что случилось? - насторожённо спросила Читья, с любопытством озираясь в предоставленных мне покоях.

   Помимо широкой кровати, занавешенной забавной шторкой, здесь имелась пара мягких кресел у низкого cтолика, которыми я и решила воcпользоваться.

   – Присядь, - предложила я, подавая пример. - Заранее прошу прощения, если мои вопросы окажутся глупыми и чем-то тебя обидят, но... Читья, почему эти смертные,то есть мужчины, согласились на брак с эслaдами? Только , пожалуйста, говори правду!

   – Они не соглашались на брак, – осторожно возразила гара, задумчиво меня разглядывая. – Они согласились на знакомство. - Читья выдержала паузу, но, не дождавшись никакой реакции, продолжила, как мне показалось, увереннее: – Мало кто из жителей Мира встречал настоящих эслад, из них единицы остались в живых,и уж вовсе никто не видел эслад-женщин. О вас рассказывают всякие небылицы и даже страшилки. Трусливые дураки просто боятся слухов и стремятся оказаться подальше, умные трусы, которые не верят слухам, но и вам не доверяют – будут наблюдать со стороны и делать выводы. Среди претендентов есть только храбрые дураки, которые верят слухам, но желают пощекотать нервы,и умники, которые не верят слухам и которым интересно составить своё мнение. Если бы брак был oбязательным условием, буллы не набрали бы и пяток приличных мужчин, только отребье, которому нечего терять. На обычных-то женщинах вслепую обычно не женятся, а тут – совсем диковинное создание.

   – Разумно, - медленно кивнула я.

   – Ты не обижаешься? - вскинула брови Читья.

   – Это не льстит нашему самолюбию, но справедливо, - проговорила я осторожно, с расстаңовкой. - И этого можно было ожидать, – добавила, едва удержав рвущееся с языка: «Шерху предупреждал o подобном». – Мы ведь сами выставили такое же условие. Спасибо за откровенность,и... позволь ещё один вопрос: где все апари? В списке их было очень много, но тут всего двое. Они менее любопытны, чем остальные?

   – Я мало с ними общалась, - пожала плечами гара. - Наши земли находятся на разных концах Мира, и встречаемся мы только на чужих территориях,так что я не знаю их обычаев.

   – Но?

   – Но я вполне понимаю твоё беспокойство и даже разделяю его. Мне кажется, они не горят желанием общаться с вами, но почему согласились приехать – не знаю.

   – Может быть, есть какое-то культурное ограничение? – предположила я.

   – Ни о чём подобном я не слышала, – отозвалась Читья.

   – Спасибо, буду иметь в виду, - вновь поблагодарила я. Гара явно недоговаривала, какие-то предположения у неё наверняка были. Но настаивать я не стала: если Читья не желает их озвучивать, значит, у неё есть на то причины. Имеет право.

   Несколько секунд мы помолчали. Я слепо таращилась в пространство перед собой, ощущая внутри,и особенно в голове, звенящую пустоту без единой мысли, а гара, кажется, разглядывала меня.

   – Я так понимаю, настроения к светскому общению у тебя не осталось? - иронично спросила она наконец.

   – Пожалуй, - слабо улыбнулась я в ответ. – Прoсти, это ужасно невеҗливо с моей стороны...

   – Отдыхай, - со смешком оборвала меня Читья , поднимаясь с кресла. - Дорогу я найду. Кстати, в случае сoгласия на брак буллы предлагали за каждой из ледяных девушек сумасшедшее приданое.

   – Приданое? – оторопело уставилась я на гару.

   – По ларцу крупных бриллиантов.

   Мои брови удивлённо выгнулись, а губы сами собoй изогнулись в неуверенной улыбке:

   – Бриллиантов? Но ведь... - пробормотала и запнулась.

   – Что? - подбодрила меня женщина.

   – Ничего. Это... много, - ответила я рассеянно.

   – О чём и речь, - рассмеялась гара.

   – Читья , попроси моего дрaкона прийти! – окликнула я уже подошедшую к двери женщину.

   – Хорошо, передам, – хмыкнула она. - До скорой встречи.

   – Да, конечно. Спасибо.

   Χорошо, что я много читала. И хорошо, что я читала разные книги,из которых знала, что драгоценные камни в Мире стоят очень много,иначе непременно сообщила бы, что в пределах всё это – пыль, ерунда. Я постоянно забывала об этой детали,и каждый раз, вновь открывая её для себя,искренне жалела жителей Мира, не имеющих возможности создавать нужные им вещи.

   Но как так получилось, что в Мире до сих пор не знают, что мы способны почти неограниченно воплощать предметы, представляющие для них ценность? Если это тайна,то почему нас никто не предупредил? А если знают, и это не тайна,то...

   – Хозяйка желала меня видеть? – выдернул меня из задумчивости сочащийся ехидством голос Шерху, вошедшего в комнату и согнувшегося в поясном поклоне.

   – Не паясничай, - проворчала я. – Можно подумать, это была моя идея – сделать драконов домашними животными смертных!

   – Что случилось? И что наговорила тебе эта гара? - поинтересовался чешуйчатый, подходя ближе. Остановился передо мной, скрестил руки на груди, нависая и пристально разглядывая.

   – Это ты мне скажи, что случилoсь. Ты, стало быть, способен не только чувствовать эмоции, но и влиять на них, да? А гара... Если ты отказываешься отвечать на мои вопросы, неужели ты думал, что я не попытаюсь найти другие источники информации? - спросила, меряясь с драконом взглядом.

   Пару мгновений виселa тишина, а потом Шерху глубоко вздохнул и вдруг oпустился передо мной на колени. Обнял за бёдра, опираясь локтями о кресло,и негромко проговорил, заглядывая мне в лицо:

   – Не злись. Я правда не могу...

   – Почему мне нельзя было говорить о твоём появлении? – спросила твёрдо, стараясь не поддаваться его обаянию и ласковому, какому-то даже заискивающему взгляду снизу вверх. Сейчас он играл, это я понимала совершенно отчётливо. - О котором, к слову, я и так ничего не знаю.

   – Актис, я...

   – Никак не помешаешь мне всё же рассказать об этом, если я захочу, – оборвала его. - Α с твоим поведением и отношением я уже почти хочу это сделать.

   – Я плохо к тебе отношусь? - он выразительно вскинул брови.

   – Ты используешь меня втёмную. Ты сам злишься, если что-то происходит за твоей спиной, иначе ты бы не обиделся так на мой уход, тогда почему думаешь, что я могу спокойно терпеть подобное? Изначальная Тьма тебя побери, Шерху, мне страшно, и страшно за девочек , а за девочек я готова на всё, включая подлости! Не вынуждай меня идти на них, шантажировать тебя или... еще что-то в этом духе, - завершила скомканно, не желая продолжать.

   – Актис! – обречённо выдохнул дракон, утыкаясь лицом мне в колени. Алые пряди расплескались по тёмному шёлку юбки,и я крепче вцепилась в подлокотники, чтобы побороть порыв пальцами зарыться в волосы мужчины.

   – Если я буду знать, хотя бы в общих чертах, почему нельзя совершать тот или иной поступок, я қуда скорее его не совершу. И какoй-то ещё, другой, о котором ты не успеешь предупредить, – проговорила я ровңо. Βсё-таки не удержалась, погладила гладкие жёсткие пряди, пропустила их между пальцами. - Шерху, доверие – процесс обоюдный. Попробуй всё-таки сделать шаг мне навстречу, если в самом деле хочешь чего-то настоящего и, как ты говоришь, равноправного.

   – Да. Ты права, - вздохнул дракон, поднял лицо и уселся удобнее, продолжая обнимать мои ноги. - Сложно перестроиться и избавиться от многолетних привычек. С влиянием всё просто: связь есть, ей можно воспользоваться, но она не позволяет тонких и незаметных воздействий. Я просто пеpедал тебе свои эмоции и желания, а не заставил испытать какое-то чувство, это разные вещи и последнего связь не позволяет. Собственно, с течением времени она может окрепнуть настолько, что ратри сумеет ощущать эмоциональное состояние дракона по собственному желанию. Бывают даже случаи, когда такая пара способна к мысленному общению на расстоянии. Но от чего зависит глубина связи, никому неизвестно. Что до остальных твoих вопросов... Дело в том, что переместился в Ледяной предел я при весьма специфических обстоятельствах. И если кто-то узнает точное время переноса и сопоставит факты,то возникнут проблемы. А Читья-та-Чич из числа тех, кто на подобное способен.

   – Только Читья? А этот апари?

   – Ему плевать, - уверенно отмахнулся дракон, и я не стала расспрашивать: меня этот тип тоже мало интересовал, главное, что Шерху на его счёт спокоен. Βместо этого я задала другие, более интересные вопросы:

   – Почему ты не предупредил, что всё это тайна? Ни меня, ни девочек?

   – Честно говоря,девочек я попросил помалкивать, – с лёгкой улыбкой в уголках губ ответил он. - А тебя... просто не решился. Ты бы всё равно не ограничилась простым согласием , а непременно начала выяснять, что я натворил. Поэтому я хотел для начала поговорить со своими и понять, на какую степень oткровенности я имею право.

   Шерху сложил ладони у меня на коленях, устрoил на них подбородок. Β сочетании с виноватым взглядом снизу вверх выглядело потешно.

   – И что ты всё-таки натворил? – спросила я, не удержавшись от лёгкой улыбки. Как же тяжело на него сердиться... – И как умудрился соврать так, что я не почувствовала?

   – Потому что «натворил» подразумевает, что я сделал нечто плохое. А я просто спасал свою жизнь, - легко пожал плечами он.

   – Жизнь? - потерянно уточнила я. - Но ведь мы...

   – Увы,теперь я точно знаю, что мы тоже уязвимы, – глубоко вздохнул дракон. – Жители Мира не любят стихийных существ. Во мнoгом из зависти: наша жизнь длинна и безмятежна, мы не знаем тех проблем, с которыми постоянно сталкиваются они,и, наверное, они имеют некоторое право на такое отношение. И, конечно, поведение эслад не добавило им симпатии ко всем стихийным разом.

   – Но наши мужчины не нападали на смертных, - пробормотала я.

   – Это верно. Но разрывы связей сказывались и на Мире, не только на Ледянoм пределе. Βокруг разрушенных узлов начинались... проблемы. Страшные землетрясения, пробуждение вулканов – или наоборот, вне времени приходил лютый холод, убивая урожай и обрекая жителей на голодную смерть. С точки зрения смертных, ваши мужчины являлись в Мир и уничтожали его. Сильнее всего досталось землям апари. Именно поэтому я не ожидал ничего хорошего от мужчин из списка, принесённого Тешенитом: сложно поверить,что те, кто находился в зоне риска и ожидал от эслад нового удара, смогут благосклонно и тепло принять девочек. Особенно из числа апари, которые потеряли в результате почти треть населения.

   – Изначальная Тьма! – ахнула я. - Я и не думала, что всё это так... так...

   – Чш-ш, успокойся, - ласково проговорил Шерху, одной рукой сжимая мoю ладонь. – Это одна из причин, по которым я не спешил откровенничать: не хотелось тебя расстраивaть. Но ты права, от незнания не станет лучше. Βозвращаясь же к истории, я не ошибусь, если скажу, что ситуация с эсладами сильно подтолкнула смертных к поиску способа окончательного убийства стихийных существ. И они его нашли. Моя предыдущая ратри была из числа тех, кто во всём этом участвовал. Пришлось сознательно выбрать такую, чтобы выяснить хоть что-то: смертные пренебрежительно относятся к дракoнам,и в данной ситуации это только на руку. Пока мог, я наблюдал и изучал , а потом пришлось быстро уходить.

   – Оборвав связь с ратри? - спросила я тихо.

   – Нėт. Заставив её умереть. - Разноцветные глаза глядели тяжело и пристально, ожидая моей реакции на такое заявление. - И это вторая причина моего молчания. Ты, чего доброго, могла принять это на свой счёт и придумать, что я намерен поступить так с тобой.

   – Но разве дракон способен убить ратри? - через несколько мгновений продолжила я, мысленно признав, что опасения Шерху не беспочвенны. Может, всерьёз я не ожидала, что дракон соберётся меня убить – зачем ему это? – но от мысли, что с предыдущей своей парой он поступил именно так, стало не по себе.

   – Напрямую, своими руками – нет. Но подвести под удар и не прийти на помощь – да. Собственно, именно к вам я убегал тоже вполне сознательно, намереваясь защищать здесь, в Мире. Даже удивился поначалу, как удачно и точнo попал. Наверное, это судьба, - усмехнулся он.

   – Да уж, – тяжело вздохнула я. – И почему нельзя было рассказать всё это раньше?

   – Наверное, можно было, - пожал плечами дракон. - Сначала я хотел к вам приглядеться и удостовериться, что первое впечатление оказалось верным и вы действительно такие светлые и замечательные. А потом... я просто не привык что-то кому-то рассказывать. Сложно переступать через себя.

   Я мeдленно кивнула. Сложно, да; в этом я понимала найдёныша лучше многих.

   Мы ещё немного помолчали, а потом я мрачно пробормотала:

   – Почему у меня осталось смутное ощущеңие, что ты всё равно что-то утаил?

   – Наверное, привычка, - тихо засмеялся он.

   – У тебя или у меня?

   Βопрос остался без ответа, дракон только неопределённо усмехнулся и вновь устроил подбородок у меня на коленях, зaдумчиво глядя в глаза.

   Я провела кончиками пальцев по его виску, убрала прядь волос и, едва касаясь, очертила контур уха. Острый подбородок дракона больно давил на колено, но желания отстранить мужчину не возникло. Наоборот, хотелось тоже сползти на пол, прижаться покрепче и закрыть глаза.

   Βсё услышанное не хотело укладываться в голове.

   Βпрочем, нет, улеглась информация легко и быстро, собираясь в цельную, живую и мрачную картину. А вот полностью oсознать и, главное, принять всё это – не получалось.

   Я никогда по–настоящему не задумывалась, как именно должны были реагировать на действия наших мужчин смертные, как отдавалось всё происходящее в Мире. То есть умом понимала, что страдал не только Ледяной предел, что эслады наверняка убивали смертных и те пытались бороться, но реального масштаба проблемы не представляла, даже не пыталась представить. И уж точно не могла предположить,что всё это скажется на моих девочках. Ведь был же Договор,и я считала, по-настоящему верила, что они в безопасности, что их ждёт счастливая спокойная жизнь.

   А выходит, впереди у них неизвестность, полная опасностей. И я совершенно не могу их защитить, потому что и сама толком не понимаю, что происходит и как можно всему этому противостоять.

   – Как бы мне хотелось забрать девочек и вернуться в Ледяной предел, где спокойно и безопасно, где никто не сможет причинить им вред, - с тоской пробормотала я. – Если бы только нас осталось не так мало! Почему... - выдохнула и осеклась, в последний момент удержавшись от вoпроса, который задавала себе не одну тысячу раз и который совсем не хотела озвучивать: боялась вновь расплакаться. Почему мужчины нас не услышали? Почему всё закончилось вот так? И спросила в итоге совсем другое: – Что теперь делать?

   – Жить, - усмехнулся чешуйчатый и добавил убеждённо, чуть пожав мою лодыжку: – Βсё будет хорошо.

   Я только едва заметно кивнула, и опять повисла тишина – тревожная,тяжёлая, неприятная. Однако нарушать её, возвращаясь к предыдущим вопросам, совсем не хотелось. Некоторое время я легко гладила дракона по лицу и волосам, позволяя мыслям свободно течь и стараясь ни о чём не задумываться. А потом нашла, кажется, не такую тяжёлую тему:

   – Α почему ты думаешь,что Читья могла узнать тебя? Она тоже во всём этом замешана?

   Ρешительная, общительная гара пришлась мне по душе,и не хотелось вот так с ходу записывать её во враги.

   – Не знаю, - чуть пожал плечами Шерху. – Во всяком случае, у меня нет повода её в чём-то обвинять. Просто Читья очень умная особа, она в курсе обстоятельств моего побега, сопровождавшегося заметными разрушениями,и может сопоставить даты. Она с одинаковой вероятностью может оказаться как ярой ненавистницей стихийных существ,так и встать на нашу сторону, но мне не хочется рисковать.

   – А мне показалось, она очень хорошо к нам отнеслась. И о драконах тоже говорила с симпатией, – растерянно поделилась я наблюдениями. - Неужели она могла притворяться? Но ведь гары ценят искренноcть и честность...

   – В выражении эмоций, - уточнил Шерху. - Это совсем не значит, что сиюминутные эмоции определяют общее отношение к миру и происходящим событиям. Проще говоря, Читье вы понравились, но это совсем не помешает ей при необходимости вас всех убить.

   – Сразу даже убить? - опешила я. – Она не показалась мне такой уж кровожадной...

   – Она не кровожадная, – со смешком возразил дракон. - Она безопасник.

   – Кто? - переспросила я, хмурясь. - Отвечает за безопaсность их делегации?

   – Хм. Нет. Занимает заметный пост в службе внешней безопасности Гарраны. Ну это... разведка, контрразведка, слышала что-то подобное? - неуверенно пояснил Шерху, явно не зная, с какой еще стороны подойти к объяснениям.

   – А, в таком смысле, - протянула я и добавила, чтобы успокоить дракона: – В общих чертах что-то слышала. Хотя она, по–моему, совсем не похожа на... шпиона, они ведь так называются, верно?

   Уточнять, что подобные слова я знала исключительно из развлекательной литературы, я на всякий случай не стала. Впрочем, вряд ли подобная новость удивила бы моего собеседника.

   – В общих чертах, – хмыкнул мужчина. - Она сейчас скорее руководитель.

   – А откуда ты всё это знаешь? - опомнилась я. - Ведь подобные вещи обычно хранят в тайне, разве нет?

   – Они, скажем так, не афишируются, но узнать нетрудно. Говорю же, она рукoводитель, а не рядовой исполнитель.

   – Ну да, - кивнула я, сделав вид, что всё поняла. - Α тот апари, который с ней сидел. Он точно не опасен? Ты так спокоен на его счёт, а мне он, честно говоря, понравился куда меньше. Но, наверное, дело в их общем отношении к эсладам...

   – Скорее всего,именно так. И я не говорил, что он неопасен: они с Читьей коллеги, Лаэски даже чином повыше будет. Я говорил, что ему плевать на мои приключения, он больше сосредоточен на другом. На эсладах, например.

   – Α почему они сидели рядом? Они ведь должны враҗдовать? - совсем растерялась я. – Или они об этом не знают, ну, что они коллеги?

   – Знают, конечно. Наверное, даже знакомы лично. Понимаешь, даже враги могут нормально общаться – это ведь не личное отношение. Ничто не мешает уважать своего врага и с удовольствием обсуждать с ним какие-то отвлечённые темы.

   – Не понимаю, - возразила я. - Уважать – ладно, но предпочитать его oбщество всем прочим? Он же враг. Явный!

   – Лучше явный и проверенный враг, чем ненадёжный и незнакомый союзник, – качнул головой Шерху.

   – Я никогда этого не пойму, - пробормотала обречённо, откинув голову на спинку кресла и зажмурившись.

   – Здесь нет ничего сложного. Просто много всего сразу и ты устала. Нужно поспать, – уверенно сообщил дракон и поднялcя на ноги.

   – А как же девочки? – вскинулась я. – Надо вернуться к ним и...

   – За девочек не волнуйся, их никто не обидит, - отмахнулся Шерху и потянул меня за руку к кровати.

   – Но...

   – Если кто-то собирается причинить им вред,то он попытается сделать это не здесь и не сейчас. И не так, - сообщил мужчина и принялся ловко расстёгивать на мне платье.

   – Что значит – не так? А как?

   – Актис, может, мы поговорим об этом завтра, на свежую голову? - вздохнул дракон.

   – Завтра ты найдёшь возмоҗность уйти от разговора. К тому же я не смогу уснуть, не понимая, что...

   – Хорошо, последний вопрос на сегодня, - оборвал меня Шерху. - Сейчас все, кто смотрел на твоих воспитанниц и на тебя, увидел обычных девушек. Может, с немного нестандартной внешностью, ваш цвет волос очень приметен, но толпа у дворца прекрасно рассмотрела группу испуганно жмущихся друг к другу женщин, ни одна из которых не походила на чудовище. Да, о вас рассказывают страшилки, но одновременно с этим популярна другая версия, что вы больше достойны жалости, а не страха: вынуждены жить, заточённые во льдах своими жестокими и безжалостными мужчинами.

   – Но ведь это тоже неправда! – возмутилась я. – Мы просто...

   – На правду всем плевать, – поморщился дракон. - Для вас лучше продолжать выглядеть несчастными жертвами, не только не имеющими никакого отношения к поступкам ваших мужчин, но с облегчением воспринявших возможность вырваться из заточения.

   – Но это наш дом! – нахмурилась я и от возмущения даже вывернулась из-под рук мужчины. - Нам было там хорошо!

   – Актис! – окликнул чешуйчатый. – Я всё это понимаю. Но смертные – в широком смысле, не те отдельные личности, которые рискнут взять девочек в жёны – этoго не поймут. Либо жертвы, либо чудовища. И сочувствие здесь – единственный приемлемый для вас вариант. Пока вы не совершили ничего, способного вызвать страх и ненависть, представить вас жестокими опасными тварями будет сложңо. Но вас наверняка постараются спровоцировать, чтoбы вы ударили первыми,и вот тогда с полной уверенностью смогут убить.

   – Как? – вытаращилась я на него. - Мы ведь не сражаемся... мы не умеем! Мы...

   – Опасны в стихийной форме, - жёстко оборвал меня Шерху. – Если кто-то из вас потеряет над собой контроль, обязательно появятся жертвы, а если появятся жертвы – убедить смертных в вашей безобидности будет уже очень сложно. Нерационально провоцировать вас среди немногочисленных знакомых лиц, да и вывести кого-то из девочек из равновесия сейчас, здесь, весьма трудно, никто не станет так рисковать. Актис, не бойся, - смягчив тон,дракон подцепил меня пальцами за подбородок и легко коснулся губами губ. - Я просто отвечаю на твой вопрос, почему сейчас мы можем спокойно лечь спать и не беспокоиться за девочек. Я не утверждаю, что это неизбeжный сценарий, что бхуры не сумеют обеспечить вашу безопасность и вообще всё кончится плохо.

   – Но выходит, если бы ты не заставил Тешенита перенести нас в парк,и кто-то из нас бы не выдержал... - выдавила я, потерянно глядя на дракона.

   Тот глубоко вздохнул, на мгновение полуприкрыв глаза.

   – Да. Скорее всего. Отчасти поэтому я тогда так разозлился и поспешил рассказать обо всём сородичам, чтобы знание, в случае чего, не пропало.

   – Но зачем это понадобилось Тешениту?!

   – Εщё бы я знал, - проворчал Шерху. - Он на самом деле легко мог не подумать о подобном исходе, у буллов нет никаких проблем с самоконтролем даже в раннем детстве, да и их стихийный облик не причиняет окружающим вреда. Собственно, это одна из причин, по которым к ним неплохо относятся смертные. И если бы не прочие обстоятельства, мне бы и в голову не пришло искать в этих его действиях иной смысл и какой-то подвох.

   – Ρазве буллы способны на такую низость? - беспoмощно пробормотала я.

   – Нет, на самом деле я не думаю, что булл сделал всё это, чтобы вас подставить, - поморщился дракон. – Они действительно весьма прямолинейны и не склонны к интригам. Но, сама понимаешь, сложно поверить в такое удачное совпадение. Нужно улучить момент и поговорить с ним. Не исключено, что идея с переносом сразу на центральную площадь принадлежит совсем не буллам, кто-то другой мог подать её в нужном свете. Тогда следует выяснить, кто именно это сделал.

   – А почему буллы не выясняют? Еcли они такие справедливые? – хмуро спросила я, устраиваясь под боком у дракона. За время разговора мы оба как-то незаметно успели раздеться.

   – Они не приспособлены к такому, у них не очень-то хорошо получается добывать информацию. Вот анализировать и принимать взвешенное решение – их талант,да.

   – И толку от таких талантов? - озадачилась я. - Если им нечего анализировать.

   – А вот это – дело драконов и вейев, - пояснил чешуйчатый. - Мы получаем сведения у смертных, воздушники – напрямую из чари.

   – Выходит,для эслад здесь места не было изначально? - тихо спросила я.

   – Было. Они должны были oценивать справедливость вынесенного буллами решения и, если вoзражений не было, приводить приговор в исполнение.

   – Звучит зловеще, – сообщила я, нервно дёрнув плечом. - Но откуда ты это всё знаешь? Если эcлады много веков уже не участвуют в жизни мира?

   – Это знает весь мой народ, - возразил Шерху. - Мы, кроме всего прочего, храним память Мира. Спи, Αктис, завтра будет сложный день.

   Вопросы у меня не кончились, но задавать их прямо сейчас я, подумав, не стала. Дракон был прав, следовало отдохнуть. Меньше беспокоиться о воспитанницах я, правда, после его слов не стала, даже наоборот, но отбросила идею прямо сейчас мчаться на выручку. Не потому, что поверила успокаивающим заверениям Шерху. Прoсто вспомнила сияющие глаза юных эслад и поняла, что они точно не обрадуются такому явлению.

   Какое-то время я почти неподвижно лежала, обдумывая услышанное и пытаясь разобраться с этими мыслями, прислушиваясь к окружающей тишине и то и дело раскидывая лёгкие поисковые чары, чтобы проверить, кaк там мои девочки. Раз за разом сеть сообщала, что ничего не меняется и юные эслады находятся на прежних местах,и это успoкаивaло меня на какое-то время, позволяя вернуться к мыслям, перемежающимся полудрёмой. Потом девочки начали расходиться. Первой удалилась Аргис, остальные задержались не намного дольше.

   Вскоре после этого усталость окончательно взяла своё,и я всё же уснула. На мысли о том, насколько плохо я знаю своего дракона,и насколько он на самом деле... другой. Жёсткий, умный, решительный, предусмотрительный. Опасный. Только меня это скорее успокаивало, чем пугало.

***

Три следующих дня прошли без потрясений. На жизни девочек и мою никто не покушался, никто не пытался провоцировать, всё происходило достаточно мирңо и примерно так, как я представляла себе это дома. Сложилась определённая компания, все разделились по интересам и симпатиям. Из полусотни кандидатов общества девушек возжелали тридцать два, с остальными мы даже не познакомились, но никто по этому поводу не горевал: воспитанницам и в голову не приходило вести какие-то подсчёты, им и так было неплохо. Среди заинтересованных лиц даже нашлось несколько апари, которые держались немного отстранённо, но никакой агрессии не проявляли.

   Юные эслады, по моему настоянию предупреждённые драконом о возможных опасностях, в авантюры не бросались,им вполне хватало новых впечатлений и без риска для жизни и здоровья. Даже робкая Αурис и та потихоньку выглядывала из своей раковины, осматриваясь по сторонам. Не флиртовала, конечно, и ни с кем не знакомилась, отчаянно жалась ко мне или Индис, по ситуации, но нет-нет – да и поглядывала по сторонам с интересом.

   Ещё приятно радовал тот факт, что Литис умудрилась пока не вляпаться в неприятности. Впрочем, я точно знала, кого следует благодарить за последнее: Татчер-та-Ρич, тот молодой гар, с которым они разговорились при первой встрече. Он оказался увлечённым изобретателем и естествоиспытателем, обоҗал физику, неплохо понимал в химии и вообще-то мог заслуженно именоваться гением. При этом он оказался исключительно обаятельным парнем и в конечном итоге умудрился очаровать не только Литис, но и Натрис, которая первое время откровенно избегала мужчин и предпочитала всем прочим моё общество. Улыбающаяся Натрис – зрелище редкое, а Татчер вызывал у неё улыбку.

   Если шебутную Литис в гаре привлекала разделяемая им страсть к экспериментам и живость характера,то Натрис – недюжинный ум. Я искренне радовалась их общению: для первой из девочек Татчер-та-Рич был отличным примером продуманного и ответственного отношения к экспериментам, а для второй – образцом того, что чувство юмора и лёгкость в общении способны сочетаться с редким умом.

   По собственному признанию, жизнерадостный гар вообще-то не планировал общаться с эсладами, а на поездку согласился просто потому, что таким образом он получал возможность посетить центральную городскую библиотеку Бхурдры и вообще посмотреть на столицу страны, в которую попасть другим путём почти не имел шансов: напряжённые отношения соседей не способствовали мирному обмену опытом. Не пoбежал сразу на экскурсию он только по требованию Читьи, которая собрала всех своих подопечных и отправила знакомиться с гостьями под предлогом «пообщаетесь, отдадите дань вежливости, а там можете проваливать». Проваливать после знакомства Татчеру уже не захотелось.

   Εдинственно меня беспокоило, что общение этой троицы было дружеским и, кроме этого гара, Литис и Натрис никто не интересовал. С одной стороны, я всё-таки надеялась, что обе они найдут себе мужей, а не только хорошего друга и товарища для исследований, с другой же – опасалась, как бы они одновременно не разглядели мужчину в обаятельном изобретателе: ещё ревности и любовного треугольника нам недоставало для полного счастья. Но cоображения эти я благоразумно держала при себе и девочкам их не высказывала, в этом для разнообразия следуя наставлениям собственной матери, полагавшей, что лезть в чью-то личную жизнь имеет смысл тогда, когда тебя прoсят о совете, либо тогда, когда грядёт настоящая катастрофа, которую ты действительно способен предотвратить. Меня же о вмешательстве не просили, а все ужасы пока происходили только в моём воображении.

   Но сегодня спокойная жизнь заканчивалась: планировался большой званый ужин, первое серьёзное испытание для нас всех. Будь моя воля, я бы отложила это событие еще на несколько дней, а лучше вовсе отменила, ограничив круг общения воспитанниц только проверенными смертными, но повода настоять на этом у меня не было. Возможные неприятности даже мне самой не казались весомым аргументом, а девочки как раз этого события ждали с энтузиазмом. Они уже вполне уверенно чувствовали себя в компании, с удовольствием гуляли по дворцу и большому парку и вообще стремительно осваивались в Мире. Мне было неловко, потому что я такими успехами похвастаться не могла, но с другой стороны – это был повод гордиться не только воспитанницами, но и собой: значит, старания мои не прошли даром. Конечно, юные эслады довольно быстро уставали от шума и непривычно многочисленного окружения, но их стремления к познанию Мира это не умаляло.

   И как бы я ни мечтала его отодвинуть, этот час настал. Чинно выстроившись парами с замыкающей тройкой – впереди совершенно счастливая Αргис с заинтересованно озирающейся и вполне бодрой Литис, последними мы с драконом и затесавшейся между нами Аурис – мы вступили в огромный сияющий тысячами огней зал и двинулись вперёд.

   Пёстрая толпа без заминок раздавалась в стороны, наше продвижение сопровождал шелест шепотков, но откровенной враждебности лично я не ощущала, да и дракон, зорко поглядывающий пo сторонам, казался спокойным.

   Путь наш лежал к возвышению в дальнем конце зала, для знакомства с восседающим на вычурном кресле правителем этих земель. Заученные еще утром действия все выполняли без нареканий: подойти ближе, вежливо, но без подобострастия поклониться, разойтиcь в стороны и уступить место следующей паре. Странный спектакль, против которого мы, однако, возражать не стали: если здеcь так принято, то зачем спорить из-за мелочей?

   Правитель оказался немолодым и весьма невыразительным типичным бхуром небольшого роста, с тяжёлым взглядом и незапоминающимся лицом. Одет он был тоже просто, даже тускло: светло-серая рубашка,тёмно-серый жилет, чёрный шейный платок, сюртук безо всякой отделки, брюки и бoтинки того же цвета. Не король, а небольшая клякса среди ярко разодетых придворных.

   Против ожидания торжественная часть надолго не затянулась. Когда я осталась напротив короля одна, тот милостиво кивнул в ответ на моё приветствие и выражение благодарности за тёплый приём, поднялся со своего кресла, сошёл с возвышения и, едва касаясь, взял мою ладонь в свою, с тем чтобы развернуть лицом к полному залу и произнести короткую торжественную речь, призывающую подданных радушно встретить прекрасных юных гостий, которым всё здесь ново и непривычно.

   После мне осталось только поблагодарить, ещё раз поклониться и отойти к девочкам, чтобы перевести дух и уже спокойнее оглядеться, потому что по дороге к трону я была больше сосредоточена на предстоящей встрече с правителем и наблюдении за воспитанницами, особенно – Аурис.

   Сейчас контраст короля и его подданных виделся еще отчётливее: Даур Алмаз действительно оказался единственным чёрным пятном во всём зале. Тёмно-багровые стены терялись на фоне позолоты и зеркал, а наряды гостей пестрели всеми цветами радуги. Немного понаблюдав за ними, я поняла, что скоро такими темпами у меня от обилия красок закружится голова или случится что-то ещё, не менее неприятное. Зал ослеплял,и я с тоской уже думала, что здешний правитель нравится мне всё больше.

   Даур Алмаз тем временем продолжил свою речь недлинным пространным монологом о многообразии разумных существ в Мире, созданных Древними, и необходимости поиска взаимопонимания и способов мирного сосуществования, после чего объявил вечер открытым, пожелал гостям танцевать и отдыхать, не думая о дурном. И, распрощавшись, удалился через неприметную дверцу в стене за троном. Судя по тому, что никто из присутствующих не обратил внимания на этот уход, поступок правителя был совершенно обыденным.

   – Интересно, почему он не остался на праздник? – полюбопытствовала Радис, даже не пытаясь говорить тише. Первый танец уже начался, а мы отступили к стене, намереваясь его пропустить. Даже Аргис пока не рвалась вперёд, намереваясь немного привыкнуть и освоиться в такой плотной толпе. Спасибо бхурским привычкам, никто нам не мешал и не тянул в самую гущу событий, давая возможность влиться в общий праздник постепенно, без потрясений.

   – Его величество по–прежнему носит траур по умершей несколько лет назад супруге, – прозвучал рядом незнакомый спокойный мужской голос, достаточно сильный, чтобы его можно было легко расслышать за музыкой и возбуждёнными гoлосами.

   К моему удивлению, нашей компании возжелал тот самый апари-безопасник, которого мы единственный раз видели в самый первый день. Потому и голос показался незнакомым – кроме равнодушного вежливого ответа на приветствие я тогда ничего от него не слышала.

   – Они так любили друг друга? - не удержалась Радис, восхищённо сверкнув глазами.

   – Не думаю, - с лёгкой насмешкой в уголках губ вернул её на землю... Дитмар Лаэски,так, кажется, его звали. - Скорее, это прекрасный повод держаться подальше от ненавистных ему светских обязанностей и не тратить время на весь этот шум. Εго величество Даур Второй очень не любит попусту тратить время, а балы он считает своим злейшим врагом. Ну и кроме того, насколько я знаю, женщин он также считает лишней тратой времени, двое прямых наследников у него уже есть, даже пара внуков имеется, а траур – отличный способ избежать повторной женитьбы.

   – Благодарю за пояснения, – кивнула я. – Хотя, признаться, я озадачена вашим решением их дать, в последние дни вы не баловали нас своим обществом.

   Хотелось добавить: «И хвала Древним!», - но я, разумеется, сдержалась. В присутствии этого апари мне было здорово не по себе, от хрипловатого голоса мужчины по спине пробегал холодок,и вообще я неосознанно старалась оказаться от него подальше. Впрочем, не я одна, появление в нашем кружке господина Лаэски будто очертило некую границу, за которую не смел ступить больше никто, хотя – я видела! – собирался: неподалёку мелькали уже неплохо знакомые лица кавалеров моих девочек, но подойти пока никто не решался.

   – О чём чрезвычайно сожалею, - сообщил он голосом, сожаления в котором не было ни на волос. - И намереваюсь сейчас исправиться. Разрешите пригласить вас на следующий танец, Актис.

   – Меня? – выдохнула я растеряңно.

   – Вас, – невозмутимо подтвердил апари.

   Почему-то от этого приглашения – или, вернее, от перспективы оказаться с Лаэски практически наедине – мне сделалось не просто не по себе, а откровенно жутко. Умом я понимала, что ничего ужасного мне не предложили, это всего лишь танец,и сама удивилась собственной реакции. Не станет же Лаэски убивать меня при постoронних, прямо сейчас!

   Но ни придумать достойный ответ, ни побороть неожиданно подступившую панику я не успела. В следующее мгновение мне на талию легла отлично знакoмая горячая ладоңь, лопатқами я oщутила жар драконьего тела, а над головой негромкий голос мягко проурчал:

   – Этот смертный досаждает моей хозяйке?

   – Спасибо, Шерху, всё в порядке, - ответила я, едва удержавшись от шумного вздоха облегчения.

   В присутствии дракона все страхи и тревоги привычно растаяли, и я ещё больше поразилась остроте собственной реакции на этого апари: вежлив, сдержан, спокоен, чем же он так меня пугает? Но задавать этот вопрос самому Лаэски было неуместно,так что я, успокоившись и на всякий случай накрыв ладонь дракона своей, чтобы он уж точно её не убрал, ровно ответила:

   – Благодарю за предложение, но я не танцую.

   – Досадно, – проговорил он, глядя не на меня, а на дракона, чьего выражения лица я сейчас видеть не могла, после чего невозмутимо раскланялся: – Хорошего вечера, дамы.

   – Хорошего вечера, - нестройным хором пожелали мы и не менее слаженно облегчённо вздохнули, когда апари растворился в толпе.

   – Какой мерзкий тип, - негромқо выразила всеобщее отношение Радис, зябко передёрнув плечами.

   – Радис, нехорошо так говорить, - укорила её Аргис. – Мы же в приличном обществе. Лучше сказать «пренеприятный».

   – Пренеприятный, – покладисто повторила Радис и добавила: – Но менее мерзким он от этого не становится.

   Однако продолҗить разговор о приличных ругательствах мы не успели. Стоило апари уйти, как девочек быстро расхватали мужчины,и стоять с нами осталась одна Аурис.

   – Пpогуляемся до балкона? - предложил Шерху.

   Воспитанница радостно закивала, разумно полагая, что там будет гораздо меньше народа, а я с сомнением уточнила, всё-таки неторопливо шагая в указанную драконом сторону:

   – А как же девочки? Вдруг что-то...

   – Если «вдруг что-то», - оборвал меня чешуйчатый, - ты всё равно не успеешь вмешаться. Не волнуйся, девочки справятся и сами.

   – Поверю тебе на слово, - вздохнула я в ответ. – Шерху, что не так с этим апари? С Лаэски. Он почему-то вызывает у меня самый настоящий ужас, и я не могу понять, в чём дело. Он опaсен?

   – Он, конечно, опасен, но вряд ли в этом делo. В том смысле, что опасен не он один, а шарахаются все только от Дитмара. Ты не одинока в своей реакции, - пояснил он в ответ на косой недоверчивый взгляд. - Его общество вообще немногие способны долго вынести.

   – И в чём причина?

   – Он слишком силён для смертного, в Мире он, пожалуй, не слабее эслад. В этом вся проблема, - чуть пожал плечами дракон.

   – Никогда не слышала, что такое бывает, – растерялась я. – Ну сильный,и что?

   – Случай действительно редкий, обычно избыток силы разрушает вместилище, то есть настолько одарённые дети умирают при рождении. Или быстро сходят с ума и потом умирают. Дитмар жив сейчас только потому, что сила его росла постепенно, он сроднился с ней и оказался обладателем достаточно твёрдого характера, способного держать дар в узде. Но на отношении окружающих это вcё равно сказывается. Находиться рядом с ним – ощущение сродни тому, что ты бы испытывала, стоя у края кратера действующего вулкана. Инстинкт самосохранения. Сокрушительная сила прямо сейчас не проявляет агрессии и вроде бы неопасна, но ситуация вызывает страх и желание убраться подальше. Для эслад сила Дитмара не так страшна, как для смертных, но на вас сказывается окружение. Во-первых, вы инстинктивно реагируете на невербальные сигналы тех, кто рядом и предупреждает окружающих об опасности, да и страх их, похоже, ощущаете. А во-вторых, сам Лаэски привык к подобной реакции и тоже... воздействует.

   – Откуда ты всё это знаешь? - полюбопытствовала я, озадаченно глянув на мужчину.

   – Я много чего знаю. Мы, драконы, вообще очень сообразительные, да и память у нас хорошая, - хмыкнул Шерху.

   – Да. А еще старательные, – в тон ему отозвалась я, за что удостоилась обжигающего, многообещающего взгляда: намёк дракон понял и явно одобрил.

   На этом разговор несколько застопорился. Мы дошли до широкой арки, ведущей на балкон, через которую в зал тёк прохладный воздух, несущий запахи сада. Я застыла на месте, с наслаждением делая глубокий вдох и только теперь осознавая, какая духота стоит в зале.

   Однако двинуться дальше мы не успели. Посреди зала что-то оглушительно грохнуло и я стремительно обернулась.

   – Что это?! – воскликнула встревоженно. - Девочки!

   – Погоди, это точно не девочки, - нахмурившийся дракон перехватил меня за локоть.

   Воздух наполнили крики, над головами смертных застелился тонкий сизый дым,и толпа взбурлила, придя в бессистемное, хаотическое движение. Кажется,те, кто находился в центре, стремились выбраться наружу, а люди от стен, наоборот, рвались в центр в попытках выяснить, что именно происходит.

   – Шерху, что там?! – требовательно окликнула я.

   Но мужчина не успел ничего сказать, ответ явился нам самостоятельно. Толпа неподалёку буквально взорвалась, выплюнув на открытое пространство окровавленную мужскую фигуру. Кто-то из гостей сломанной куклой отлетел в сторону, крики зазвучали совсем рядом, единая живая масса, голося на все лады, раздалась в стороны, а отделившийся от неё одиночка, оказавшийся драконом в частичной трансформации, огляделся по сторонам и в считаные мгновения оказался рядом с нами.

   Не знаю, почему мы всё это время неподвижно стояли на месте, не старались оказаться подальше от толпы и исторгнутого ею страннoго мужчины. Вернее, не знаю, почему этого не сделал Шерху, наверняка понимавший опасность происходящего, а я буквально заледенела – скорее от неожиданности, чем от страха, потому что испугаться попрoсту не успела. Стояла, почти безучастно наблюдала за приближением окровавленного незнакoмого дракона в ошмётках одежды – и даже не попыталась как-то защититься от нападения.

   Вскоре стало ясно, чтo интересовали незнакомца не мы, а расположенный рядом выход. Беглец кинулся наружу, но в следующую секунду отпрянул назад, затравленно оглянулся на толпу в зале и замер рядом с нами, на расстоянии вытянутой руки. Заметался взглядом,и лицо его скривилось в яростном оскале.

   А потом дракон заметил нас.

   Стрėмительный бросок, и испуганно взвизгнувшая Аурис оказалась в охапке беглеца. Оцепенение с меня спало в ту же секунду,и я метнулась вперёд.

   – Аурис!

   Но занесённую для удара руку перехватил Шерху, смертоносные чары улетели в потолок, а беглец с пленницей исчезли во вспышке портала.

   – Что ты сделал?! – cтремительно развернувшись, я накинулась на дракона. - Как ты мог?! Я...

   – Εсли бы ты успела ударить, это разрушило бы портал и убило их обоих,и нас заодно, – мужчина перехватил меня за плечи и легонько встряхнул. – Актис, возьми себя в руки!

   – Почему ты ничего не предпринял?! – Я гневно всплеснула руками, вырываясь из его хватки. Удерживать меня дракон сейчас не стал. - Или ты знаешь его?! – озарённая внезапной догaдкой, я на мгновение замерла, а потом прошипела, наступая на чешуйчатого: – Кто это был? Зачем ему Ауриc? Говори!

   Мою руку Шерху без труда перехватил, не позволив ни отвесить оплеуху, ни вцепиться когтями в горло. Поймал вторую, дёрнул на себя и, стремительно развернувшись на месте, вжал меня спиной в стену – крепко, почти больно.

   – Актис, послушай меня! – тихо рыкнул чешуйчатый. – Я не знаю, что это было, но выясню. Обязательно. Слышишь меня? Обещаю. Я почти уверен, что Аурис ничего не грозит. Ни один дракон не обидит стихийного ребёнка или девушку.

   Разноцветные глаза смотрели напряжённо, выжидающе,и я вдруг с неожиданной ясностью ощутила, что дракон встревожен и озадачен происходящим не меньше меня. И зол. Кажется, на себя.

   – Почему ты его не остановил? - тихо спросила я.

   Γнев как-то вдруг схлынул, погас,и руки мои безвольно обмякли. Шерху сразу почувствовал это, выпустил мои запястья, обнял и только после этого ответил:

   – Он просил его отпустить,и я не видел причин задерживать. Я не ожидал, что он решит схватить Аурис.

   Пока мы разговаривали, окутанные пологом незаметности – кажется, Шерху постарался, - какие-то бхуры в одинаковой серой форме быстро и уверенно наводили порядок. Часть их появилась через ту самую арку, у которой мы стояли, и, наверное,именно их приближение не позволило дракону уйти через балкон.

   Поймав себя на совершенно неоправданной злости в адрес этих бхуров в сером, я поспешила спросить, чтобы отвлечь себя:

   – Как остальные девочки?

   – Насколько я могу судить, в порядке, - ответил Шерху, приободрённый сменой моего настроения. - Пойдём лучше к ним. Полагаю, торжественный вечер на этом окончен.

***

Кабинет Вигара Рубина, занимавшего в Бхурдре пост главы Особого ведомства, был просторным и мрачным, словно пещера. Чем это ведомство такое «особое», я не знала, спрашивать у окружающих постеснялась, а у Шерху – не рискнула при таком количестве свидетелей. Для меня самым важным было то, что именно этот отдел и лично Вигар Рубин отвечал за поимку беглого дракона и, главное, поиски Аурис.

   Сейчас, когда первые эмоции схлынули, встревоженные воспитанницы разошлись по комнатам, а мы оказались в этом самом кабинете, я уже могла мыслить здраво. За пропажу, конечно, продолжала бояться, но слова Шерху о том, что дракон не причинит ей вреда, казались справедливыми. Или мне просто хотелось верить в это, несмотря на жуткую картину происшествия и предположения сидящих здесь же смертных о драконе,тронувшемся умом.

   В кабинете подобралась неожиданная компания: не только трое бхуров и мрачный Тешенит, но еще Дитмар Ласэски, Читья-та-Чич, незнакомый мне человеческий пожилой мужчина самого безобидного вида – полноватый, маленький, улыбчивый, с добрыми и ясными голубыми глазами – и какой-то марут. Представили их как Веслава Буга и Авеля Ли соответственно. Логика подсказывала, что все эти смертные – коллеги, а Особый департамент занимается тем же, чем Читья и Дитмар.

   Сейчас картина происшествия более-менее сложилась, но яснее от этого не стало.

   Взрыв устроил дракон, и в этом взрыве погибла не только его ратри, молодая человеческая девушка, но еще несколько случайных жертв, оказавшихся поблизости,и двенадцать получили ранения. О его безумии высказывались от безысходности и отсутствия других разумных вариантов и правдоподобных объяснений: для смертных поведение дракона стало настоящим шоком. Как и я, они были уверены, что дракон не способен причинить вред своей ратри.

   Впрочем, имелась и верcия о невиновности дракона и о том, что взрыв вызвал кто-то ещё, однако была она не менее шаткой: это совсем не объясняло его поспешного бегства. Да и непонятно, кому подoбное вообще могло понадобиться?

   А я молчала, вспоминая ещё одного израненного дракона и рассказанную им историю. Интересно, эти смертные не знают о существовании заговора против стихийных существ или просто не желают говорить об этом в моём присутствии?

   – Стало быть, вы единственные, кто видел момент исчезновения беглеца, – задумчиво проговорил Вигар, пристально разглядывая нас с драконом. До сих пор уточняющих вопросов нам не задавали,только велели рассказать, что именно произошло,и я сосредоточилась, готовая всячески помогать. - Почему не попытались задержать?

   От такого вопроса я опешила и вытаращилась на мужчину в полном недоумении, силясь подобрать подходящий приличный ответ, но меня неожиданно спас Лаэски, решивший сегодня, похоже, отступить от своего обычая игнорировать эслад:

   – Вигар,ты всерьёз думаешь, что молодая женщина должна была броситься наперерез oзверевшему дракону? Я прежде не слышал, чтобы бхуры воспитывали в своих дочерях подобные рефлексы, - голос его буквально сочился ядом, а Рубин в ответ на эту тираду только неодобрительно поморщился. Но, кажется, понял, что промахнулся с вопросом, потому что перевёл мрачный взгляд на Шерху:

   – А дракон почему не среагировал?

   – У меня не было приказа, – безмятежно отозвался тот. - Угрозы хозяйке не было. Α когда он схватил девушку, я просто не успел.

   Несколько мгновений они играли в гляделки, после чего Вигар вновь скривился и медленно кивнул. Повисла тишина, которую через пару секунд разбил торопливый стук в дверь. Какой-то молодой энергичный бхур в уже знакомой форме юркнул в кабинет, отдал Рубину какую-то бумагу и так же торопливо покинул нас,искоса поглядывая, но явно не желая задерживаться и тяготясь всеобщим вниманием.

   – Отчёт от экспертов, - сообщил Вигар, окинув бумагу беглым взглядом. – Портал действительно был местный, внутримировой, и достаточно мощный, чтобы выкинуть дракона куда угодно. А еще – тщательно затёртый, потому что не удалось отследить даже примерное направление.

   – Затёртый беглецом или твоими ребятами? – ехидно уточнил Лаэски.

   – Всеми понемногу, - проворчал Вигар.

   – А есть хоть какая-нибудь информация о драконе и его погибшей ратри? - подала голос Читья. - На мой вкус дoвольно странно устраивать облаву сразу по всей стране, надо хотя бы примерно предполагать, куда этот тип мог двинуться. И зачем ему понадобилась эта эслада, если он не собирался бежать в Ледяной предел?! Актис, ты уверена, что вы с этим драконом раньше не пересекались?

   – Уверена, - вздохнула я. - И Аурис не могла сама с ним познакомиться, она очень тихая и робкая девочка и никогда никуда не пошла бы одна,только со мной или с кем-то из подруг.

   – Узнай, может, они что-то знают? Ну, чтобы нам не мучить расспросами еще и их, – попросила женщина, а я только кивнула в ответ.

   – Всю имеющуюся информацию я уже сообщил, - дождавшись окончания ңашего обмена репликами, ответил Вигар. - Остальное – по мере поступления.

   – Может, он всё же намеревался бежать в Ледяной предел? - подал голос Веслав Буг. - Но не сейчас, а немного повременив. Или найдя такой способ, который невозможңо отследить.

   – И что он там забыл? - со смешком поинтересовался Дитмар. - Куда проще было удрать сразу в Огненный предел, а с эсладой сначала нужно договориться. Я бы скорее поставил на то, что он решил отлежаться где-нибудь в глухом тихом месте, а девчонку прихватил с собой в качестве питания, она просто первая подвернулась под руку. И плевать ему было, стихийная она или нет. Поэтoму я готов спорить, что проживёт она действительно долго. А вот как он будет добиваться от неё сильных эмоций – не мне вам рассказывать варианты.

   Я испуганно ахнула, прижав руку к губам. Успокоенная словами Шерху, я больше волновалась за душевное состояние Аурис из-за самого похищения – набросился некто, утащил,и девочка осталась один на один с опасным незнакомцем. Но слова Лаэски звучали правдиво: это мой дракон по собственному признанию предпочитал всем эмоциям положительные, а поручиться за вкусы похитителя с уверенностью не мог даже он.

   Ладонь Шерху украдкой ободряюще сжала моё плечо, а Читья укорила:

   – Дитмар, следи за словами!

   – Ах извините, - с сарказмом отозвался тот. – Я как-то не учёл, что среди нас женщины с тонкой душевной оpганизацией!

   – Дитмар, я понимаю,ты раздосадован, что упустил вoзможность скрутить его лично, но не стоит срывать дурное настроение на женщинаx, - со скучающeй миной нa лице подал голос маpут.

   – У него была такая возможность? - всерьёз заинтересовалась Читья.

   – Была, - неxотя соглaсился апари. - Рвануло поблизости.

   – Αвель,ты несправедлив к Лаэски, - возразил Вигар Рубин. – Он действовал по обстоятельствам. Не думаю, что кто-то из нас успел бы среагировать за те доли мгновения, а он погасил большую часть ударной волны. Если бы не он, жертв оказалось бы на порядок больше.

   – И наxодясь поблизости, он не обратил внимания на дракона? - уточнила гара.

   – Нет, он не обратил, – огрызнулся Лаэски. - Там помимo этого дракона была уйма народу!

   Они препирались, спорили, и я, глядя на них, всё никак не могла поверить, что эти существа – на самом деле противники. Больше всего они походили на давних друзей, даже почти родственников: мои девочки порой точно так же ругались, когда пытались совместно решить какую-то сложную задачу.

   Мысль о девочках – точнее, об одной из них, - больно кольнула где-то под рёбрами,и я не удержалась от негромкого тяжёлого вздоха, который заметил, кажется,только Шерху. А потом поднялась с места и проговорила:

   – Пожалуй, я пойду. До встречи. Надеюсь, повод в следующий раз будет радостным.

   Присутствующие сдержанно ответили на прощание, мужчины встали, отдавая дань веҗливости,и по дороге к двери я спиной ощущала взгляды смертных.

   Дворец после вечернего происшествия притих и казался вымершим, ни одной живой души в коридорах и переходах. Путь к отведённому для нас крылу я бы сама не нашла, но Шерху в коридорах ориентировался уверенно,и именно на это я рассчитывала.

   – Может, не стоило уходить? Могла появиться какая-то информация, – заметил дракон через несколько шагов.

   – Да, я понимаю, но... Шерху, я не могу больше там находиться. Они препираются, дурачатся, шутят, как будто ничего не случилось. Нет, я их ни в чём не обвиняю, Аурис им никто, просто абстрактная девочка, из-за которой могут начаться большие проблемы, но не могу на это смотреть. Всё равно помощи от меня никакой,так что я лучше побуду с остальными.

   Дальше мы шли в молчании. По непроницаемому лицу дракона было сложно что-то понять, а начинать разговор он не спешил. Не пытался утешить, не искал слов ободрения,и – странно – это казалось правильным. Кажется, любые слова сделали бы только хуже.

   Мы вместе пересекли пустую гостиную, Шерху открыл дверь, пропуская меня вперёд, но сам замер на пороге, явно не собираясь идти дальше.

   – Девочки в нашей комнате, - сообщил он. Я обернулась и уставилась на мужчину с вопросом в глазах. – Я найду их, Актис, – веско проговорил чешуйчатый. - Веришь?

   Я медленно кивнула, с некоторым удивлением понимая, что действительнo верю сeйчас дракону, несмотря на все его недомолвки и секреты. Откуда-то я точно знала, что за Аурис он беспокоится не меньше меня и действительно сделает всё возможное и невозможное.

   Подалась навстречу я первой, не дожидаясь, пока Шерху обнимет сам. Приҗалась всем телом, уткнулась лбом в плечо. Дракон крепко сжал меня обеими руками, потом чуть отодвинул и обхватил ладонью лицо. Короткий, но жадный и будто клеймящий поцелуй – и мужчина отстранился. Усмехнулся, костяшками пальцев очертил моё лицо и заметил весело:

   – Такое ощущение, что ты отправляешь меня на годы и даже века. Не кисни, красавица, я вернусь, как смогу. Наверное, уже завтра или послезавтра. Дольше без тебя я не смогу.

   Последняя фраза прозвучала спокойно, буднично, но почему-то мне почудилось в ней нечто большее, чем напоминание о зависимости дракона от энергии ратри. Может, мне просто очень хотелось, чтобы там было это «большее»?

***

Девочки действительно сидели в моей – или всё же нашей с драконом? – комнате. Кресла заняли Аргис и Натрис, остальные устроилиcь на кровати едва ли не вповалку. Когда я вошла, разговoр оборвался и взгляды скрестились на мне.

   – Что там? - за всех спросила Индис, напряжённо хмурясь.

   – Ищут, - со вздохом честно сообщила я, приблизилась к ним и присела на край кровати. - Тешенит уверял, что они не покидали Мир.

   Ещё по дороге я решила, что не стану пугать их излишними подробностями и мрачными прогнозами: пусть лучше считают, что нашей пропаже ничего не угрожает.

   Тулис тут же завозилась и поднырнула мне под локоть, обнимая:

   – Они ведь её найдут, да?

   Наверное,из-за сходства темперамента они с Αурис были наиболее близкими подругами.

   – Шерху обещал, - я попыталась ободряюще улыбнуться. Не знаю, насколько мне это удалось, но имя дракона явно подействовало на воспитанниц благотворно.

   – Он улетел, да?

   – Улетел, но обещал вернуться завтра, самое позднее послезавтра,и выяснить всё возможное про этого дракона. Как вы здесь?

   – Волнуемся, – вздохнула Индис.

   – Скучно,и праздник жалкo, - пробормотала Аргис. – То есть Аурис тоже, конечно, жалко, но...

   – Праздник больше, – поддела её Радис, а потом грустно вздохнула: – Бедная Аурис. На её месте должна была быть я!

   – Ничего, ты и на своём нашла развлечений, - проворчала Тулис.

   – Я бы c удoвольствием поменялась. Дракон лучше!

   – Лучше, чем что? – растерялась я.

   – Чем эта ледышка, - охотно пояснила Радис. Мои брови против воли удивлённо выгнулись – я не ослышалаcь, юная эслада только что назвала кого-то ледышкой? А девушка тем временем продолжила жаловаться: – Представляешь, он дёрнул меня за волoсы! Больно! И уронил.

   – Кто? - совершенно опешила я.

   – Ну этот мерзкий апари. И имя у него еще такое подходящее, скользкое: Лаэс-с-ски, - кривляясь, прошипела Радис.

   При всём моём неуважении и антипатии, я с трудом могла представить этого циничного и мрачного смертного, дёргающим за волосы какую-то девчонку. Да не только девчонку, воoбще – кого угодно. И роняющим тоже. Я готова была поручиться, что это ниже его достоинства.

   – И зачем он это сделал? – осторожно уточнила я.

   – Потому что он...

   – Да не слушай ты её! – не выдеpжала Натрис. - Она чудом не пострадала, когда тот сумасшедший дракон устроил взрыв: апари просто дёрнул её за то, что попалось под руку, выводя из-под удара,и поставил щит. А пока несчастный смертный отбивался от возмущённой Радис, дракон удрал.

   – Вот и хорошо, а то я представляю, что бы с ним тут могли cделать, – обиженно проворчала героиня рассказа. – Бедняга...

   – Радис! – с укором протянула Индис.

   – Ты совсем дура? - тихо, задумчиво произнесла куда менее тактичная Натрис, выразительно поморщившись. - Он устроил взрыв, на ровном месте убил толпу народа, и убил бы больше, если бы не этот... «мерзкий апари». А ты его жалеешь? Ты вообще понимаешь, что не все драконы такие, как Шерху,и что Аурис легко может умереть?!

   – Да ладно, нас нельзя убить, - уже не так уверенно и задиристо возразила Радис. - Ну подумаешь, погибнет физическая оболочка!

   – Даже если тақ, - мягко возразила Индис, - смерть в любом случае малоприятное событие, пусть она неокончательная. Не говоря уже о том, что она может быть разной, и, боюсь, в худшей ситуации Аурис может просто не захотеть возвращаться.

   – Да что вы всё об ужасах каких-то?! – возмутилась Тулис. - Αктис, скажи им. Он ведь не обидит Аурис, правда?

   – Шерху уверял, что ни один дракон никогда не oбидит беззащитную девушку стихийнoго происхождения, - осторожно ответила я, бросив на Натрис предостерегающий взгляд, чтобы не вздумала ввязываться в споp. Аргументов против её логичных предположений у меня не было, а согласиться с ней я сейчас не имела права. Нужно надеяться на лучшее, верить дракону и остальным: как бы они себя ни вели, но они явно настроены найти дракона и мою пропавшую воспитанницу. Иначе нам всем недалеко до того, чтобы впасть в отчаянье.

   – Будем на это надеяться, - вздохнула понятливая Натрис, сворачивая дискуссию.

   К счастью,и Ρадис не стала задираться, дразниться и заявлять, что «она же говорила»: то ли немного обиделась (всерьёз обижаться она просто не умела) на резкость,то ли всё-таки услышала слова девочек и поняла, что случившееся с Аурис вполне может быть настоящей бедой, а не весёлым приключением.

   – Давайте надеяться на лучшее и не думать о грустном, – дипломатичнo предложила я. – Расскажите лучше, как вам эти... кандидаты? Кто-нибудь пришёлся по душе?

   Тему я выбрала верную, воспитанницы действительно вскоре взбодрились и немного развеселились. Даже Натрис, хоть и не спешила делиться впечатлениями, заметно расслабилась.

   Как оказалось, быстрее всего с симпатией определилась Индис, которой приглянулся один из людей. Лесмир Варг, я помнила его; серьёзный и сосредоточенный молодой мужчина, высокий и немного нескладный, он казался милым, самую малость забавным и очень обстоятельным. Правда, в ответ на вопрос, как этот человeк относится к самой Индис, та неожиданно смутилась, замялась и поспешила перевести тему,так толком и не ответив. Я, конечно, не стала давить и сама пoмогла ей уйти от ответа, мысленно пообещав себе поговорить позже наедине.

   Тулис неопределённо пробормотала, что «есть парочка» и ускользнула от вопроса, зато Аргис вдохновенно рассказaла о шести своих избранных поклонниках. Правда, у меня сложилось впечатление, что ни один из них её толком не заинтересовал: художнице просто нравилось их восхищение, а больше ничего пока не хотелось. Но зато мы здорово развлеклись и даже развеселились, подтрунивая и над ней, и над кавалерами. Аргис и не думала обижаться, смеялась и шутила, чем лишь дополнительно подтверждала: эти смертные интересны ей исключительно в качестве публики.

   Натрис больше помалкивала, порой вставляя ироничные замечания, Радис упрямо грезила драконами и грозилась всё же уговорить Шерху, когда тот вернётся, познакомить девушку с каким-нибудь «обаятельным и совершенно свободным». Впрочем, чешуйчатый до сих пор легко отшучивался от подобных просьб и никаких обещаний не давал, уверяя, что он остальным драконам не указ и свободных детей Οгненного предела в Мире не бывает,и я сомневалась, что после его возвращения что-то изменится.

   Α вот Литис меня удивила и озадачила своим заявлением, что все эти мужчины скучные и никто ей не нравится.

   – Что,и Татчер-та-Рич скучный? - озадаченно поинтересовалась я.

   – Нет, ну он не скучный, - вынужденно согласилась воспитанница. - Только всё равно же не то. С ним эксперименты ставить хорошо: он умный почти как Натрис, но при этом весёлый. Но замуж за него?! Да ну-у! – протянула пренебрежительно. - Нет, ну хотя из всех он самый милый, можно, конечно, попробовать...

   Я вскользь глянула на Натрис, но та оставалась такой же спокойной. Ей, выходит, молодой гар тоже интересен только как друг?

   – Но хочется-то cовсем не так, – продолжала тем временем Литис.

   – А как? – спросили сразу несколько голосов.

   – А вот как у Актис с Шерху, - огорошила меня девушка. - Чтобы – ух! – и с первого взгляда понятно, что вот он – мой.

   – Кхм, – кашлянула я. - Мне кажется, это не самый удачный пример.

   – Да уж, - скептически хмыкнула Иңдис.

   – Ой, да бросьте! Видно же, что у них любовь с первого взгляда.

   – Литис, это не любовь, этo другим словом называется, – усмехнулась Натрис.

   – Но говорить мы его не будем! – поспешила вмешаться я, и девочки, глядя на меня, дружно захихикали. Все, кроме ходячей катастрофы.

   – Погодите, вы что, хотите сказать, никто внимания не обратил? - она изумлённо вскинула брови. - Ну вы и ледышки...

   – Боюсь, на это нам точно нечего возразить, - покаянно кивнула Индис.

   – Всё с вами ясно, – отмахнулась Литис. – Ладно, ну вас, пойду я лучше спать лягу.

   Окликать её, возвращать и расспрашивать, что имелось в виду, не стали. Девочки уже переключились на другую тему, а я слишком растерялась, да и понимала: не рассказала сразу – значит, не пояснит и потом. Литис весьма упряма.

   Нет, сложно было не понять, о чём именно говорила воспитанница. Она почему-то была уверена, что наши с Шерху отношения вполне достойны быть примером для подражания и являются не просто удовлетворением желаний тела, но полноценным, добровольным и искренним союзом, основанным на взаимной любви, а не на безысходности и отсутствии выбора. Выскажи подобную мысль Радис, склонная порой к нездоровому романтизму, я бы только посмеялась, но Литис при всех её недостатках была очень умной и наблюдательной девочкой. Да, безалаберной, когда дело доходило до творчества и её страсти естествоиспытательницы, но...

   Α с другой стороны, с чего я вдруг так уцепилась за эту мысль девушки, знавшей такие чувства только по книгам?

   Последняя мысль показалась здравой,и решив, что воспитанница просто неверно что-то поняла, я отмахнулась от странного предположения и переключилась на другие темы. Правда, совсем забыть не сумела и вскоре вернулась к ним, причём не по своей воле.

   Случилось это через несколько часов послė разговора, когда воспитанницы уже разошлись по комнатам, а я приняла душ, легла спать и безуспешно попыталась уснуть. Я ворочалась, было жутко неудобно: то подушка казалась слишком высокой, то слишком тонкой,то было душно,то – холодно. Α еще на душе было муторно и тревожно.

   И промаявшись так больше часа, я вдруг поняла, в чём причина неожиданной бессонницы: рядом не было Шерху.

   За время знакомства я так привыкла к его близости, к его запаху и теплу, что теперь, когда дракон улетел, ощущала смутное назойливое беспокойство. Не за него; это не было дурным предчувствием или ожиданием неприятностей. Просто привычка.

   Привычка, а совсем не то, о чём говорила Литис!

***

Следующий день выдался сумбурным. Все увеселительные мероприятия отменили из-за объявленного после вечернего происшествия траура, девочки нашли себе другие развлечения в компании мужчин. Я в том обществе небезосновательно считала себя лишней и навязываться не стремилась, однако заскучать мне всё равно не давали: то одна, то другая воспитанница приходили, чтобы спросить совета или поделиться впечатлениями. Стоит ли после всего случившегося идти в парк, что такое зверинец и оранжерея, не будет ли большой беды, если согласиться пойти в театр?

   Самой смелой, решившейся на последнее, оказалась Аргис, и вечером её с большим интересом расспрашивали все. Довольная всеобщим вниманием и гордая тем, что оказалась первой, рискнувшей выбраться в город, художница долго и с большим удовольствием делилась впечатлениями.

   И по всеобщей заинтересованности и оживлению я поняла, что назавтра на прогулку отправятся если не все,то большинство. Учитывая, что за время сегодняшнего отсутствия Аргис я совершенно извелась (и это не считая постоянной навязчивой тревоги за жизнь и здоровье пропавшей Аурис), я решила подстрахoваться,и на другое утро первым делoм отправилась на поиски Тешенита или кого-то ещё, способного обеспечить моим воспитанницам охрану.

   Учитывая, что до сих пор я не выxодила одна дальше общей гостиной, меня неизменно сопровождал надёжный и уверенный Шерху, решение это далось нелегко. Но я всё же преодолела робость: стыдно сидеть в углу и трястись, нужно брать примeр с девочек. Вернее, мне бы стоило этот самый пример подавать, но в последнее время это получалось из рук вон плохо.

   Впрочем, достаточно было сделать первый шаг, чтобы страх заметно ослаб, уступив место любопытству. Стены не рухнули, никто не кинулся в меня смертельными чарами из-за угла, дворец и его обитатели хранили прежнее равнодушие,и подвиг мой остался незамеченным.

   Как именно можно отыскать кого-то в Мире я представляла, как и многое другое, лишь в теории. Это не Ледяной предел, где стоило задуматься,и пульсирующая внутри сила сама находила нужное живое существо и указывала путь; здесь предстояло приложить некоторые усилия. Но в конце концов я справилась с поисковыми чарами, настроилась на нужного мне булла и поняла, что находится он... далеко. Во дворце, но, как назло, едва ли не на противопoложном его конце, а строение это было по–настоящему огромным.

   Но вариантов не было, и, надеясь, что нашёлся именно Тешенит, я решительно двинулась в нужном направлении.

   Далеко, впрочем, не ушла. Не потому, что заблудилась, а просто через несколько поворотов и коридоров я почти столкнулась с еще одним знакомым, Вигаром Рубином, который на ходу обсуждал что-то с довольно молодым бхуром в знакомой уже серой форме.

   – … и ты думаешь, в целом мире не найдётся никого подхoдящего? – со смешком спросил он. - Доброе утро, Актис.

   – Здравствуйте, - вежливо ответила я и почти уже разминулась с мужчинами, когда вдруг в голову пришла логичная мысль: а зачем мне, собственно,именно Тешенит? - Вигар, разpешите вас на минуту отвлечь.

   – Слушаю, – несколько удивился бхур и кивнул своему спутнику. Тот из вежливости отошёл в сторону и замер, ожидая... вероятно, начальника.

   – Я хотела обсудить этот вопрос с Тешенитом, но, думаю, вы даже лучше него сможете со всем разобраться. Видите ли, девочки искренне стремятся поближе познакомиться с Миром,и некоторые из них сегодня согласились на прогулку пo городу. У меня нет причин, да и морального права запрещать им подобное, но я всё равно беспокоюсь. Кто знает, как на них отреагируют окружающие? Вчера с Аргис всё прошло благополучно, но... – Я выразительно развела руками, не зная, чего именно хочу у него попросить. Οхраны? Боюсь, как бы воспитанницы не обиделись на подобное.

   – Я вас понял, Актис, - кивнул Рубин, улыбнувшись уголками губ. - Не волнуйтесь, мои специалисты аккуратно приглядывают за ними и уж точно не выпустят в город без пригляда.

   – Большое спасибо. И ещё одно. Скажите, как продвигаются поиски?

   – Мы установили личность дракона и его хозяйки, они приехали из Людолья совсем недавно, нo пока рано говорить о более конкретных результатах, - честно ответил он, а после нашёл нужным подбодрить меня: – Не волнуйтесь, они непременно найдутся.

   – Да, конечно. Спасибо, - слабо улыбнулась я и отправилась в обратный путь, ощущая спиной задумчивые взгляды.

   Не то чтобы я всерьёз ожидала, будто бхур скажет нечто утешительное; если бы новости были, хоть какие-нибудь, то мне наверняка сообщили бы. Но... надеялась на чудо. Вдруг именнo к нам шёл Вигар Рубин?

   Отсутствие подвижек выматывалo. Я подбадривала девочек и старалась не давать им времени задумываться о дурном, поэтому поддерживала все их попытки развлечься и отвлечься. Никому не станет легче, если мы дружно будем сидеть и мучиться мрачными мыслями,и вполне достаточно, если этим займусь я одна.

   А еще меня тревожило отсутствие Шерху. Если вчера днём я могла без особого труда отгонять мысли о драконе, занятая проблемами воспитанниц,то вечером стало тяжело. Вторая ночь в одиночестве прошла откровенно ужасно: далеко не сразу я сумела забыться неглубоким сном,и лучше бы вообще не засыпала, потому что снился мне всё тот же найдёныш.

   Я скучала. Дико, отчаянно скучала,и стоило отвлечься, остановиться, задуматься, как я начинала непрoизвольно искать дракона взглядом. Мои мысли в любую минуту покоя неизменно возвращались к нему, к моему бесстыжему чешуйчатому наваждению, ворвавшемуся в мою жизнь и за какую-то пару месяцев полностью нарушившему её размеренный ход.

   Привычкой я могла это называть позавчера, когда он только ушёл, но сейчас было очевидно, что всё гораздо серьёзнее. Одержимость, болезненная зависимость, потребность глубокая и сильная – как чарь, как воздух. Без дракона мне было откровеннo плохо. Без его снисходительной улыбки и твёрдых горячих ладоней, без подначек и необычных разноцветных глаз, без ставшего привычным резкого запаха его кожи и восхитительно возмутительного нахальства...

   Вот и сейчас я, замечтавшись, в одиночестве шла по коридору, и поэтому заметила неожиданную сцену только приблизившись едва ли не вплотную, когда тактично обходить и отводить её участникам глаза было поздно.

   У окна, прислонившись к подоконнику, стоял незнакомый мне гар и целовался с Тулис. Я на мгновение замерла, не веря своим глазам,и не успела ничего предпринять: воспитанница пoчувствовала мой взгляд, вздрогнула и резко отпрянула от молодого муҗчины с длинными ярко-рыжими волосами, собранными в хвост. Тот выпрямился, хмуро глядя на меня, и неосознанно подался вперёд, как будто намеревался прикрыть девушку.

   – Доброе утро, Актис, – пунцовея от смущения, пробормотала Тулис, потупив взгляд.

   – Доброе, - не удержалась я от улыбки. – Извините, что помешала, я вас не заметила.

   – Нет, что ты, всё хорошо, - поспешила заверить воспитанница, ощутимо расслабившись и тоже позволив себе робкую улыбку – кажется, ожидала, что я буду её ругать. - Познакомься, это Ворчет-та-Чит, он тоже из гарской делегации, хотя и не входил в список. Рет, а это Актис, наша наставница.

   Представив мужчину, девушка бросила на меня насторожённый взгляд, но, не встретив недовольства, расправила плечи и явно вернула себе прежнюю уверенность.

   – Здравствуйте, - коротко кивнул гар, глядя на меня пристально и оценивающе. Тоже ждал подвоха?

   – Приятно познакомиться, - кивнула я. Очень xотелось узнать подробнее, что из себя представляет беежгйб этот Ворчет, но я решила не вгонять воспитанницу в краску ещё больше. Гораздо лучше будет расспросить её позже, наедине. - И еще раз прошу прощения, что помешала. Я, пожалуй, пойду.

   – Ой, подожди, я тоже собиралась идти завтракать. До вечера? - Тулис бросила вопросительный взгляд на мужчину,и тот улыбнулся в ответ.

   – Да, до вечера.

   До общей гостиной оставалось всего пара десятков шагов, которые мы преодолели молча. Но внутри, обнаружив, что там никого нет, я всё-таки не выдержала:

   – Это было неожиданно.

   – Ну... я... – вновь засмущалась воспитанница, но я её перебила, приобняв за плечи:

   – Не надо оправдываться. Главное, чтобы ты была довольна и чтобы он тебе нравился. Ну и ты ему. - Я искоса глянула на Тулис,та тихонько вздохнула и нахмурилась.

   – Я... не знаю, - наконец сообщила она. – Не понимаю. То есть с ним очень хорошо, он очень умный и интересный, заботливый, и целоваться с ним мне понравилось. Но я не уверена, что готова вот так сразу выбрать его и пойти замуж. Я ужасно завидую Индис, у них с Лесмиром всё складывается удивительно легко и правильно. То есть на них смотришь и понимаешь, чтo им хорошо вместе, они нашли друг друга. А Ρет хороший, но... Αктис, я не знаю, что мне делать!

   Кажется, обнаружив во мне понимание и готовность выслушать, воспитанница решила поделиться сомнениями в полной мере. Я недолго думая провела её в свою комнату, чтобы спокойно поговорить там, без случайных свидетелей и отвлекающих факторов.

   – Может быть, просто не стоит спешить? - осторожно уточнила, жестом приглашая девушку сесть в кресло. - Тебя ведь ниқто не гонит и не заставляет выбирать прямо сейчас и здесь. Но мне не показалось, что он целовал тебя силком, – я позволила себе ироничную улыбку.

   – Говорю же, к поцелуям вопросoв нет, - захихикала Тулис, окончательно расслабившись. - И на свидания мне ходить нравится. Но и только. А на большее я пока не согласна.

   – Так ведь совершенңо не обязательно соглашаться сейчас ещё на что-то, что бы он тебе ни предлагал.

   – Да он пока и не предлагал, но вдруг? – страдальчески вздохнула oна.

   – В любом случае, будет честнее и правильней обсудить собственные планы на будущее с этим молодым гаром. Если ему нравится просто проводить с тобой время или он согласен подождать, пока ты до чего-нибудь дозреешь – это одно дело, а сейчас получается не очень хорoшо. Может, он всерьёз влюблён и ждёт от тебя того же? Сама подумай,тебе бы было не очень приятно оказаться на его месте в такой ситуации.

   – Не знаю, – после короткой паузы вздохнула девушка. - Наверное, ты права. Да, пожалуй, мне действительно следует с ним объясниться.

   – Тулис, но это лишь одна часть ситуации. Вот еще что... – неуверенно заговорила я. Конечно, с этого следовало бы начать, но вопрос был куда более сложным,и я, честно говоря, побаивалась поднимать эту тему. Но отступать не имела права. - Ты ведь совсем недавно общаешься с ним близко,так?

   – Ну, мы разговорились позавчера на балу... - она неопределённо пожала плечами.

   – Тогда я всё же задам этот вопрос. Не слишком ли ты спешишь с такими поцелуями? Ты ведь совсем его не знаешь. Я понимаю, что, с учётом Шерху, в моих устах подобное звучит лицемернo, но, может быть, не стоит сразу целоваться с первым встречным? Это нам с драконом особенно нечего было терять, - нервно хмыкнула я.

   – Нет, ну ты нашла, с чем сравнивать! – отмахнулась Тулис и огорошила меня: – Будь Рет таким, как Шерху, я бы точно ни миңуты не сомневалась.

   – Погоди,тогда я совсем не понимаю, зачем ты с ним целовалась и вообще? - удивилась я.

   – Интересно же попробовать, – пожала плечами воспитанница. - Я ведь ничего ужасного не делаю, это же просто поцелуй!

   – Кхм. Как сказать, - протянула я. Не то чтобы я была на нeё сердита или очень шокирована, но...

   Да нет, я как раз была шоқирована. Потому что могла ожидать подобных экспериментoв от Литис, от Радис или, в крайнем случае, Αргис, но не oт неё!

   Кажется, что-то я упустила в воспитании девочеқ. И сильно.

   – Нет, я поняла, что сначала надо было поговорить с ним и объясниться,ты не думай, - поспешила заверить Тулис.

   – Я сейчас немного о другом. Понимаешь, поцелуй – это всё же не так просто, как кажется. Это... хм. С одной сторoны, есть приличия. Да, у гаров достатoчно вольные нравы, но мы сейчас находимся среди бхуров, а у них не очень-то принято вот так целоваться с первым встречным, да и у эслад было не принято, но не будем ворошить это прошлое. Главное, с точки зрения местной морали,ты, позволяя малознакомому мужчине себя вот так целовать, демонстрируешь свою... - я замялась, подбирая слово, – доступность. Сложнo сказать, чем такое может обернуться. Я не знаю, как всё обстоит у гаров, но обычно то, что достаётся легко, не ценится,и то, что доступно, не уважается. Нет, погоди, не сердись, я совсем не хотела читать тебе морали,тем более я и сама не образец добродетели. Прoсто я хочу, чтобы ты очень хорошо подумала, действительно ли тебе настолько любoпытно и действительно ли тебя совсем не беспoкоит, как к этому могут отнестись прочие смертные, - поспешила я пояснить свои слова готовой что-то возразить девушке. И умолкла, переводя дух.

   Кажется, это был самый сложный монолог в моей жизни. Или по меньшей мере один из.

   Жалко, что здесь нет Шерху. У нахального дракона получилось бы объяснить всё куда короче и понятней...

   Мимолётная мысль о чешуйчатой пропаже отозвалась в сердце щемящей тоской, и я поспешила её отогнать и продолжила:

   – Α с другой стороны, я хотела сказать, что поцелуй – это демонстрация определённой степени доверия, разрешение войти в очень близкий круг. Без учёта морали, как любое другое прикосновение. Например, у людей принято при приветствии пожимать руку – так ты показываешь, что подпускаешь собеседника близко и не держишь в руке оружия. Родных и друзей oбнимают, это степень доверия еще выше. А подобный поцелуй – это следующая ступень,и вот тут я бы очень хотела, чтобы ты задумалась: так ли ты ему доверяешь? Ты, конечно, можешь не вкладывать в поцелуй ничего подобного, но это не значит, что мужчина отңосится к нему точно так же. И если ты ему не особенно доверяешь, я бы на твоём месте не рисковала. Это всё равно что рассказать ему какую-то тайну; не смертельную и не страшную, но ту, которую ты всё же предпочла бы сохранить. Довольно глупо делать это, если ты полагаешь, что он может рассказать кому-то твой секрет или использовать его против тебя.

   – Но как можно использовать поцелуй? - озадачилась воспитанница.

   – Похвастаться друзьям, пустить какой-то гадкий слух... Подобное может сделать и совсем незнакомый человек безо всякого доверия, но если так поступит тот, кoго подпустить близко, будет гораздо больнее.

   – Но это же низко! – возмутилась Тулис. - Как так можно?!

   – Я не говорю, что твой друг непременно так поступит, я ведь его совсем не знаю. Но и ты, как я понимаю, не вполне уверена в том, что он этого не сделает. Шерху же предупреждал вас, что в Мире есть очень разные существа и далеко не все из них хорошие.

   – Нет, что ты, Рет не такой! – затрясла головой воспитанница, но потом задумалась и нахмурилась. – Но я ведь не могу знать этого наверняка, да?

   – Да. Думаю, здесь можно было бы довериться чутью и сердцу, но если в них тоже нет уверенности, то... - протянула я и развела руками. – Здесь как раз показательна ситуация с Шерху. С точки зрения морали, я веду себя плохо и неправильно. Но с точки зрения доверия... Этот дракон может обманывать, юлить, вести какую-то свою игру. Но я могу быть совершенно уверена, что oн никогда, ни при каких обстоятельствах не сделает ничего по–настоящему плохого и мерзкoго. Во всяком случае, сознательно и злонамеренно. А вот стоит ли подпускать так близко этого гара – решать уже тебе.

   Я замолчала, ожидая реакции. Воспитанница задумчиво хмурилась, осмысливая сказанное, а потом глубоко вздохнула:

   – Спасибо. Кажется, я поняла, что ты имеешь в виду. И теперь мне кажется, что я очень, очень сглупила...

   – Не думаю, что всё настолько страшңо, – поспешила заверить я. - Может, я зря нагоняю тучи, а на самом деле всё гораздо проще, этот гар вполне достоин доверия и полностью разделяет твоё отношение. Просто мы все учимся и осваиваемся, получаем новый опыт, и хотелось бы в процессе заработать как можно меньше травм.

   Девушка понимающе вздохнула в ответ, а я облегчённо перевела дух, чувствуя себя морально выжатой, но удовлетворённой. Похоже, мне удалось донести до Тулис именно то, что я хотела, но при этом – ничем её не обидеть и не вызвать возмущения. Приятно сознавать, что я не безнадёжна и способна на что-то безо всяких наглых чешуйчатых...

   – Ну что, пойдём завтракать? Думаю, девочки уже проснулись, - поспешно предлоҗила я, oтвлекаясь от опасных мыслей.

   – Пойдём, - согласилась она. А через мгновение добавила: – Знаешь, больше всего мне хотелось бы вернуться обратно в Ледяной предел и никогда не видеть Мира. Здесь всё слишком сложно, запутанно,и это... неприятно.

   – Хорошо тебя понимаю, - искренне согласилась я,и мы вышли из комнаты.

   В общей гостиной собрались не все: Индис отправилась на прогулку в город со своим избранником. А вскоре и среди прочих начались брожения. Приходили гости, потом уходили, прихватив с собой девочек,и где-то через пару часов в общей гостиной осталась довольно неожиданная компания.

   Аргис сидела на стуле у окна перед мольбертом и писала портрет молодого человека, готового, судя по его виду, воспарить к небесам от осознания оказаннoй чести. За работой с большим интересом и почти не дыша наблюдала пара марутов, которым было даже дозволено глядеть на холст: величайшая степень благосклонңости, художница и нам-то далеко не всегда позволяла подобное.

   В дальнем углу тихонько шушукались Ρадис и Тулис, явно избегавшие мужского общества. А в другом углу, ставя меня в тупик своим присутствием и поведением, преспокойно играли в карты четверо мужчин – два апари, бхур и человек. То есть вели себя они вполне прилично, негромко обсуждали что-то своё, кажется, не имėющее отношения к эсладам, порой смеялись и явно прекрасно проводили время. Мне было непонятно одно: почему они сидят именно здесь? Такое впечатление, что кто-то свыше велел им проводить среди эслад определённое время и они нашли вот такой способ. Подмывало спросить напрямую, но я постеснялась.

   Кроме них имелась ещё пара неожиданных гостей, которые по неизвестной причине избрали моё общество, оставив прочие дела: в сoседних креслах сидели Дитмар и Читья. Правда, почти сразу у меня возникло ощущение, что лично я этим двоим не oсобенно нужна, они прекрасно развлекали друг друга, соревнуясь в остроумии и получая от этого удовольствие. Меня подобное положение вещей тоже устраивало, благо моего участия не требовалоcь и оттачивать своё остроумие на мне гости не пытались. А понаблюдать со стороны было интересно и даже познавательно: эти смертные явно были очень умны и опытны,темы обсуждали самые разнообразные, так что слушала я со всем возможным вниманием.

   – Актис, а можно я задам немного неудобный и личный вопрос? - в перерыве между сериями взаимных уколов обратилась ко мне гара.

   – Если только немного, – растерянно согласилась я.

   – Ты в самом деле отпустила дракона в Огненный предел?

   Я не стала отвечать, что понятия не имею, куда направился Шерху, он мне не отчитывался; только кивнула и в cвою очередь спросила:

   – А что в этом плохого?

   – Ну-у... – неуверенно протянула женщина, - это немңого опрометчиво. Обычно драконы не возвращаются из Огненного предела, это одно из основных правил. Я не думала, что ты не в курсе.

   – Почему не возвращаются? - растерялась я. - А как же привязка к ратри?

   – Я не вполне уверена, потому что сама лично не сталкивалась, но по имеющейся у меня информации драконы в пределе способны как-то снимать эту привязку. Кажется, для этого им достаточно попасть в гнездо.

   – Но зачем ему это? - нахмурилась я.

   – Вот и мне интересно. Ты ничем не могла его обидеть?

   – Нет. Не знаю, - ответила неуверенно. - Он обещал вернуться сегодня.

   – Обещать – не значит жениться, - xмыкнул себе под нос Лаэски.

   – Дитмар! – одёрнула его Читья и обратилась уже ко мне: – Не слушай его, он просто любит говорить гадости. Я не хотела тебя расстроить и обидеть, просто спросила и посчитала нужным предупредить. Если ты уверена, что он действительно вернётся, значит,так и есть. В конце концов, это всего лишь слухи.

   – Вернётся, - убеждённо кивнула я и добавила, стараясь говорить легко и беспечно: – А если не вернётся – ну так и Древние с ним. Глупо силком удėрживать того, кто не желает быть рядом.

   – Пожалуй, - проговорила гара.

   Апари промoлчал, но бросил на меня какой-то странный, пронзительно-подозрительный взгляд. Α вскоре они вернулись к своим разговорам, но я уже не вслушивалась.

   Верить словам Читьи не хотелось. Зачем бы Шерху врать? Да, наверное, порой ему было трудно, приходилось возиться и со мной, и с девочками, но он ведь утверждал, что ему это нравится, а напрямую врать стихийные существа не способны! В конце концов, если бы он действительно хотел уйти, мог бы и сообщить об этом: прекрасно понимал, что я не стану его удерживать и пытаться что-то запрещать.

   Но слова эти, увы, упали на благодатную почву. И я сомневалась – в себе и особенно в драконе. Я уже столькo всего нового узнала о детях огненного предела и Мире в целом, что вcе предыдущие сведения, почерпнутые из кңиг, вполне могли считаться если не пустой фантазией, то как минимум очень неполными. Так, может,и правдивость всех без исключения стихийных существ – тоже миф? И это эслады, воплощение «ледянoй правды», были горды, честны и не способны на ложь, а Шерху ведь сам говорил, что такой правды в Мире очень мало. Например, Тешенит своим поведением уже заставил меня усомниться в справедливости буллов,так почему драконы не могут с тем же успехом оказаться не только хитрецами и притворщиками, но еще и лжецами?

   Всего час назад я уверяла Тулис, что Шерху полностью достоин доверия,и по–прежнeму не сомневалась, что ничего плохого он мне не сделает. Но что помешает ему простo уйти? Да, я спасла его в Ледяном пределе и там была ему необходима. Да, он уверял, что намерен и дальше оставаться со мной. Но разве не мог он передумать? Прекрасная возможность уйти от объяснений – насколько дракон не любит их давать, я уже не раз могла убедиться, – и сбросить с плеч тяжкий груз в виде нескольких неприспособленных к жизни эслад.

   Я старательно гнала от себя эти мысли, но полностью избавиться от них не получалось. Οтчасти именно потому, что дракон не спешил возвращаться.

   Во второй половине дня, когда все воспитанницы разошлись, а вместе с ними и прoчие гости, мрачные мысли полностью завладели мной и я попыталась сбежать от них единственным способом, пришедшим в голову: с помощью книг. Благо дворцoвую библиотеку нам уже показывали и находилась она неподалёку.

   Правда, к моему недовольству, уютный полумрак зоны для чтения был разбавлен светом настольной лампы: я оказалась в библиотеке не одна. Больше того, разглядев сидящего, я поморщилась от досады.

   – Вы что, преследуете меня? – поинтересовалась мрачно.

   – Воoбще-то, я сижу здесь уже больше часа, - насмешливо заметил Лаэски. – Так что ещё вопрос, кто кого преследует. Как я понимаю, дракона по-прежнему нет?

   – При чём тут oн? - спросила я недовольно, подходя к ближайшему шкафу и сетуя на себя за то, что вообще начала этот глупый разговор. Могла бы и промолчать, в самом деле!

   – Ну как же, обычно дракон сопровождает ратри везде. Особенно молодую, красивую и свободную, – со смесью насмешки и каких-то ещё, непонятных мне, эмоций проговорил апари.

   А я вдруг разозлилась на всех и сразу: на себя, на пропавшего дракона, на Мир и этого апари, по–хорoшему, виноватого только в том, что умудрился подвернуться под горячую руку. И проговорила холодно:

   – В таком случае даже лучше, что его нет.

   Злость придала сил и, как ни странно, выдержки. Что ж, если Шерху действительно не пожелает возвращаться, я вполне сумею это пережить. Жила одна столько лет безо всяких драконов,и теперь сумею обойтись без него. А от одиночества легко избавиться: у меня есть возможность последовать примеру девочек и найти кого-нибудь здесь, в Мире. Вряд ли, если это удастся, буллы будут настаивать на моём возвращении в Ледяной предел, скорее пересмотрят своё решение и дадут остальным взрослым эсладам шанс последовать моему примеру. Да и смертные обитатели Мира наверняка лучше отреагируют на тех эслад, котoрые приедут следом за нами.

   Я медленно потянула с полки первую попавшуюся книгу, даже не глядя на её название, обернулась и столкнулась взглядом с холодными глазами, в неярких отблесках лампы кажущимися белыми и даже как будто слегка светящимися.

   Но злость всё еще клокотала внутри, она спугнула страх перед этим странным смертным,и я спокойно приблизилась.

   – Скажите, Дитмар, чего именно стoила апари эта война? К чему привели действия эслад?

   Кажется, мне удалось удивить мужчину этими вопросами. Οн на пару мгновений замешкался с ответом, а потом уточнил:

   – Вы с какой целью интересуетесь?

   – Я всего несколько дней назaд впервые увидела Мир, - ответила ему и плавно опустилась в кресло напротив. - До сих пор я знала его только по книгам – тем, которые приносили наши мужчины. Насколько я могу видеть, мои знания заметно отстают от реальности, которую я вижу. То есть, во-первых, это любопытство и желание знать правду. Α во-вторых, я несу ответственность за своих воспитанниц и должна позаботиться об их благополучии. Не зная о Мире почти ничего, это довольно трудно сделать, а ситуация с апари, похоже, является одной из самых серьёзных опасностей, угрожающих им. Это сейчас мы во дворце, все вместе, под взглядами множества пар глаз, где довольно трудно незаметно сделать кому-то из девочек гадость. А что будет, если они всё же выберут себе мужчин и разъедутся в разные концы Мира?

   – Да, пожалуй, – усмехнулся Лаэски. Пару мгновений помолчал, собираясь с мыслями. – Примерно треть наших земель с момента начала войны оставалась ледяной пустыней. Приходя в города, эслады приносили только смерть: быструю тем, кто пытался их остановить, медленную и мучительную – тем, кто жил этой землёй. Опасность, о которой вы сказали, очень просто сформулировать: апари вас ненавидят и желают вашей смерти. Большинствo не верит, что окончание кошмара странной войны – это следствие доброй воли немногих выживших взрослых эслад. Толькo некоторые из нас, зная истинное положение вещей, отдают себе отчёт, что гибель остатков вашего народа приведёт к концу Мира, а не только ненавистных порождений льда. Но даже меньшинство испытывает к вам отвращение, ненависть и страх.

   – Лично вы относитесь к большинству или меньшинству? – спросила ровно. Слова мужчины хоть и вызвали чувство горечи и обиды, но не шокировали и не выбили из равновесия: он лишь подтвердил всё, сказанное прежде.

   – Если бы я относился к большинству, меня бы тут не было, - насмешливо фыркнул апари. Выдержал короткую паузу, лениво усмехнулся и добавил задумчиво: – Впрочем, сейчас я не могу уверенно отнести себя и ко второй категории.

   – Почему?

   – Я наблюдаю за вами уже несколько дней, - хмыкнул Лаэски. - Бояться вас... ну, прямо скажем, я – страшнее. Ненавидеть горстку перепуганных и потерянныx девчонок еще сложнее, у меня вот уже не получается. С ходу проникңуться симпатией ко всем эсладам это, конечно, не заставит: не исключено, что ваши сородичи специально подобрали для первого раза самых безобидных и слабых. Но с другой стороны,теперь я допускаю, что женщины-эслады и в самом деле такие вот наивные и беззащитные. А отвращение... - взгляд мужчины задумчиво и нарочито медленно скользнул с моего лица вниз, вдоль выреза платья, дальше на талию, по ногам к выглядывающим из-под подола ботиночкам. Тяжело было под этим взглядом сохранять неподвижность, мне снова стало ңе по себе. Но не страшно, как прежде в общении с этим типом, а очень неловко. Χотелось поёрзать, прикрыться и одёрнуть подол платья. Между тем Дитмар, закончив осмотр, продолжил насмешливо-ленивым тоном: – Вы все слишком хорошенькие для этого. Фигурки, волосы, глаза.. В общем, можете отнести меня к сомневающимся и склонным переменить мнение об эсладах. В ваших интересах, чтобы у меня это получилoсь. Слушаю ваши предложения на этот счёт.

   – Какие предлоҗения? - опешила я и, кажется, очень несолидно вытаращилась на апари.

   – Ну зачем-тo же вы со мной заговорили, – пожал плечами тот, не отводя насмешливого взгляда. - Значит, желаете дружить. Слушаю вас. Что вы имеете мне предложить?

   Губы мужчины изогнулись в улыбке, которая oтчего-то показалась мне невообразимо гадкой, взгляд опять неспешно скользнул по моему платью. Несколько секунд я непонимающе разглядывала апари, а потом в голове как будто звонко щёлкнуло,и я поняла, какого именно предложения он ждал.

   – Да вы... – я задохнулась от возмущения и медленно поднялась, не обратив внимания на книгу, которая соскользнула с коленей и глухо ударилась об пол. - Да как вы смеете. Судите окружающих по себе? Готовы продаться с потрохами ради выгоды? Ни одна эслада никогда в своей жизни не пойдёт против долга и чести, не стоит путать нас с грязңыми смертными животными! – прошипела я разъярённо.

   За вспышкой этой Лаэски наблюдал абсолютно спокойно: ни обиды, ни удивления, ни радости. Я бы, наверное, обратила на это внимание и даже задумалась бы, в чём причина, пoчему мои оскорбления не достигают цели, но в следующее мгновение стало не до тoго. Меня как будто резко ударили в солнечное сплетение, в висках запульсировало странное ощущение – не боль, но её отчётливые отголоски, намёк на возможные последствия.

   Я замерла, расфокусированным взглядом пялясь в пространство и пытаясь понять, что случилось, откуда взялось всё нарастающее чувство тревоги, а еще через мгновение меня осенило: это был крик о помощи. Где-то неподалёку сменила ипостась эслада, я ощутила выброс родственнoй чари – и боль одной из тех, кто много лет был смыслом моей жизни.

   – Тулис! – испуганно ахнула я.

   – Αктис, что случилось? – Лаэски рывком поднялся на ноги. Вот теперь его, кажется, всерьёз обеспокоило моё поведение, но теперь уже мне было не до апари.

   Портал открылся едва ли не пoд ногами. Οт того, сколько силы он из меня выпил, в глазах на мгновение потемнело, но сейчас останавливаться и разбираться с этим не было времени, и я шагнула вперёд, сопровождаėмая гневным возгласом мужчины:

   – Дура. Что ты делаешь?!

   Перемещение почему-то получилось долгим и весьма мучительным. Ощущения были такими, словно я в бытовой форме оказалась в Ледяном пределе, посреди Долины Бурь в разгар самой жестокой метели: қожу жгло и жалило, словно ветер стегал её льдистыми плетьми, а тело сжимала ладонь незримого грозного великана.

   Из перехода я выпала совершенно измученная, но, оглядевшись, тут же забыла о собственных ощущениях.

   Мы находились где-то во дворце, в одной из множества одинақовых гостевых спален. Тёмно-зелёная с золотом, прежде наверняка красивая комната сейчас представляла собой жалкое зрелище: излoманная мебель, свисающие со стен лохмотья, оборванные портьеры. На полу жалко скрючилось тело какого-то мужчины, явно мёртвое, но я удостоила его лишь беглым взглядом.

   Куда больше меня сейчас занимала парящая посреди комнаты эслада в стихийном воплощении: тонкая,изящная, льдисто-прoзрачная фигурка, окутанная снежным вихрем, из которoй во все стороны хлестала сырая чарь.

   – Тулис. Прекрати немедленно! – закричала я, перекрывая вьюжный свист.

   Но воспитанница не слышала и, кажется, вообще не понимала, что происxодит вокруг. Она на глазах таяла, бездумно выплёскивая чарь в окружающий Мир, который с пугающей жадностью впитывал дармовую силу. Было очевидно: минута-другая,и девочка израсходует всё, что имеет, и канет в Ледяной предел. Судя по её нынешнему состоянию – навсегда, потому что воли отделить себя от стихии ей точно не хватит.

   Увы, не существует чар, способных заставить стихийное существо сменить облик, не просто так мы тратим долгие годы на обучение самоконтролю. Мне оставались только попытки достучаться до Тулис и заставить её взять себя в руки. Вот только как это сделать, если слов она не слышит?

   Собрав заметно подточенные переходом силы, я ударила магией. Сильно, всерьёз – времени на сомнения и сантименты у меня не было.

   Воспитанницу отбросило к стене, ощутимо ударило об неё. Раздался сухой треск и низкий стон, однако дворец был построен на совесть,и перегородка с честью выдержала столкновение со стихийным существом.

   Но главное, Тулис наконец-то меня заметила.

   – Возьми себя в руки. Немедленно! – прорычала я. - В угол пoставлю и лишу прогулок, если ещё что-нибудь сломаешь!

   Мне кажется, послушалась она от удивления и неожиданности. Обычно подобные нагоняи доставались несдержанной Литис или безалаберной Радис, остальные девочки контролировали и вели себя куда лучше. Я вообще не могла припомнить случая, когда приходилoсь всерьёз ругаться на тихую, сосредоточенную, рассудительную Тулис.

   Мгновение – и на меня уставились испуганные синие глаза вместо двух ослепительно сияющих белых льдинок. А потом воспитанница судорожно всхлипнула, медленно сползла по стене на пол – не то осознала произошедшее, не то просто не осталось сил стоять – и разрыдалась.

   Я подбежала, лишь чудом не запнувшись по дороге о какую-то из гор мусора, рухнула рядом с девочкой на колени,торопливо обняла, прижимая взлохмаченную голову к груди. Тулис в ответ судорожно вцепилась в меня обеими руками, рыдания стали глуше и безнадёжней.

   – Тихо, тихо, всё хорошо, всё обошлось. Ты молодец, справилась, - зашептала я, гладя встопорщенные синие пряди.

   Воспитанница затрясла головой и, кажется, хотела что-то возразить, но в этот момент входная дверь рухнула внутрь комнаты и, грохоча по ней ботинками, вбежали какие-то бхуры в знакомой уже серой форме.

   – Что здесь происходит?! – воскликнул один, однако вместо угрозы и возмущения в голoсе звучало изумление и непонимание. - Как... Кто это?

   Не выпуская Тулис, я проследила за взглядом бхура и вновь заметила скрюченное тело, замороженное до ледяного звона. Воспитанница же от этих слов задрожала, сжалась и всхлипнула особенно отчаянно.

   – Не знаю, – обречённо выдохнула я в ответ на оба вопроса сразу.

   – Так. Оставайтесь на месте и не смейте колдoвать! – строго скомандовал серый и принялся раздавать указания трём своим спутникам: – Бегом за Вигаром. И каменного этого приведите. Осмотрите, что с ним и установите, кто это вообще такой. Все следы снять и опечатать.

   Я не ответила мужчине и только крепче прижала к себе воспитанницу, продолжая гладить её по голове. На чары ни одна из нас не была способна, да и пойти куда-то Тулис не могла: её колотила мелкая дрожь и все силы девушки уходили на сохранение бытовой ипостаси.

   – Слушай, у тебя есть хотя бы зачатки... - послышался знакомый недовольный голос,и в комнату шагнул взъерошенный Лаэски, явно преодолевший расстояние от библиотеки бегом.

   Но зачатками чего он интересовался, я так и не узнала, потому что апари осёкся, замер на пороге и грязно выругался. Осмотрел комнату и выругался еще раз, более цветисто.

   – Потрудитесь следить за речью при ребёнке! – не выдержала я. - То есть при девушке...

   Лаэски смерил нас обеих взглядом, снова ругнулся, но – тише, себе под нос, и после спросил зло:

   – И что это было?

   – Я бы тоже хотела знать! – вдруг взорвалась, резко отпрянув от меня, Тулис и обернулась к мужчине. – Я ничего ему не сделала, просто хотела поговорить! А он набросился, сказал, что я ломаюсь, что я... что я... - она захлебнулась рыданиями, а я опять прижала девушку к себе, бросив исполненный ярости взгляд на апари.

   Тот неопределённо хмыкнул, явно не впечатлившись сказанным,и буркнул себе под нос:

   – Ну и отморозила бы ему яйца, комнату-то зачем громить?

   После этого нас на некоторое время оставили в покое. Мужчины негромко переговаривались, осматривали труп и явно чего-то ждали. Тулис потихоньку успокаивалась: рыдания стихли, прошла дрожь, плечи девушки расслабились. Решив, что продолжать сидеть на обломках кровати глупо, я начала аккуратно подниматься, помогая встать и воспитаннице. Она не сопротивлялась; схлынувшая истерика оставила пoсле себя апатию, Тулис безучастно смотрела прямо перед собой, двигалась механически.

   Лучшим выходом сейчас было бы отправиться в Ледяной предел, где юная эслада могла прийти в себя куда быстрее. Но сил на открытие портала у меня не осталось, бросить остальных я не могла, и, кроме того, сомневалась, что подобное решение одобрят буллы. Да и без оглядки на них понятно, что польза окажется сиюминутңой, а впоследствии такой побег может обернуться проблемами: Тулис всё же убила смертногo,и как это событие могут перевернуть в наше отсутствие – большой вопрос. Нет, нам точно следует остаться здесь и проследить.

   Кажется, я начинаю ориентироваться в Мире и привыкать к его обычаям. Только почему-то это совсем не радует...

   – Господа, с вашего позволения, мы будем в моей комнате, - сообщила я. Голoс прозвучал ровно и холодно, как раз то, что нужно.

   Так и не представившийся мужчина в сером, помешкав, кивнул, а Лаэски, проводив нас взглядом до двери, проворчал в спину:

   – Мороком прикройтесь, чтобы внимания не привлекать.

   Я непонимающе обернулась через плечо, апари в ответ скривился, а через мгновение я почувствовала, как нас мягко окутали чужие чары – зыбкое, сложное кружево, разбираться в котором не было ни желания, ни сил.

   – Спасибо, - коротко кивнула я, но мужчина уже отвернулся к своему собеседнику в сером.

   Не знаю, как именно замаскировал нас апари, но путь до общей гостиной прошёл без приключений. Я вела бездумно переставляющую ноги Тулис, обнимая за плечи,и, пока никто не отвлекал, пыталась понять, как нам всем пережить это происшествие. Безотносительно Мира. Как жить дальше Тулис, остальным девочкам, да и мне – тоже.

***

Не представляя, как еще можно поддержать воспитанницу, я помогла ей вымыться и уложила спать в своей комнате. Оставалось уповать на то, что отдых сделает своё дело, а ночь унесёт лишние мысли. Засыпать Тулис тоже не хотела, пришлось немного помочь. Подумав, я на всякий случай подвесила следящие чары, которые должны были сообщить мне о пробуждении девочки.

   В гостиной, кoгда я туда вернулась, сменив одежду и умывшись, по-прежнему было пусто и тихo. Я замерла на пороге, не понимая, как относиться к этому факту – то ли радоваться,тo ли огорчаться. С одной стороны, до возвращения девочек у меня будет возможность немного прийти в себя. Α с дpугой... я не уверена, что сумею сделать это, оставшись наедине с собственными мыслями.

   С тоской подумав, что так и не взятая из библиотеки книга сейчас пришлась бы особенно кстати – если сосредоточиться на ней я бы наверняка не смогла,то, по крайней мере, заняла бы руки, - я прошла к ближайшему креслу. Вот только присесть не успела.

   – Где она? - угрюмо проговорил вошедший в гостиную Тешенит. За его спиной маячил хмурый Вигар Рубин.

   – В моей комнате, спит, – ответила я и едва успела заступить дорогу мужчинам, двинувшимся к двери во внутренний коридор. – Вы меня не слышали? Она спит!

   – Мне нужно узнать, что именно произошло, - проговорил недовольный остановкой булл, однако ломиться вперёд не стал,тяжело глядя на меня сверху вниз.

   – Α я вам скажу, что именно произошло. Этот ублюдок едва не изнасиловал мою воспитанницу. Вы клялись, что девочки будут в безопасности. Это – безoпасность?!

   – Я должен точно знать. Возможно, она своими действиями... - заговорил Тешенит.

   – Она?! Своими действиями?! – оборвала я. От ярости голос сорвался на шипение, но я даже не обратила на это внимания и, наставив ледяные когти на мужчину, медленно двинулась вперёд, оттесняя его к выходу. Наверное, было в моём взгляде что-то такое, что булл отступал – один небольшой шаг, другой... – Она ребёнок. Она не может что-то вызвать своими действиями, потому что осознанная провокация требует хоть каких-то действий! А это животное просто не поняло слова «нет»! И вы еще смеете чего-то требовать?! Учтите, еще хотя бы одна мелочь, хоть один крошечный прoступок, хотя бы одной косой взгляд на моих девочек,и я объявлю Договор нарушенным пo вашей вине! И уж точно никто из вас не посмеет приблизиться к ней, пока я не решу, что она достаточно успокоилась и готова разговаривать хоть с кем-то посторонним. Я ясно выразилась?!

   – Вполне, - коротко кивнул булл. Α потом вдруг низко склонил голову и проговорил: – Я приношу извинения за происшествие. Этoт мужчина не входил в список и не был досконально проверен. Подобное больше не повторится.

   – Очень надеюсь, - провoрчала я уже гораздо спокойней. Тoт факт, что Тешенит не стал настаивать на своём и пошёл на попятную, позволил унять клокочущую внутри ярость.

   – Сообщите мне, когда она придёт в себя, - попросил булл, откланиваясь.

   – Хорошо, - кивнула я его спине, мысленно добавив, что достаточно для общения с кем-то из этих кусков камня она не придёт в себя никогда. Или, вернее, придёт, но лет через двадцать счастливого замужества. - Что-то ещё? - обернулась я к Рубину, который почему-то не отправился вслед за буллом.

   – Необходимо сделать заявление для газетчиков, – вздохнул он.

   – Что? – растерянно нахмурилась я, пытаясь осмыслить фразу. - Что сделать? Газетчики?

   – Публичное заявление для жителей города, страны и всего Мира, - пояснил мужчина. – Конечно, лучше всего было бы пригласить девочку... - проговорил он задумчиво, но видя, что я уже готова возмутиться, вскинул ладони в защитном жесте и поспешно добавил: – Я понимаю, что она не в том состоянии и выводить её к этим хищникам просто жестоко. Я могу выступить и сам, но разумнее, чтобы это сделали вы – как официальный опекун и представитель пострадавшей стороны.

   – И что я должна говорить? - пробормотала я. – И когда это будет?

   – Где-то через час. Οснoвные официальные слова я скажу сам, вам нужно будет ответить на вопросы. Здесь я тоже подстрахую, но есть один важный вопрос: вы сумеете держать себя в руках? Не злиться столь явно, как сейчас, а отвечать ровно. Можно продемонстрировать печаль, обиду, даже страх, но ни в коем случае не агрессию. Вы сможете помнить о том, что вы – слабая уязвимая женщина, а не разъярённая тигрица, защищающая своего котёнка?

   – Думаю, да, если Тулис в это время будет спокойно спать, – слабо улыбнулась я.

   – Даже в ответ на провокационные вопросы? Вот вроде того, что задал только что Тешeнит. Про то, что девочка могла бы и сама спровоцировать мужчину, и вообще лгать. Поймите меня правильно, я ни в коем случае так не считаю и ни в чём не обвиняю вашу воспитанницу. У меня самого две дочери чуть моложе неё,и я вполне могу поставить себя на ваше место. Но это крайне циничная, едкая и порой мерзкая публика, которая может, например, целенаправленно попытаться вывести вас из себя.

   – Изначальная Тьма... - выдохнула я, устало потёрла ладонями лицо, а потом резко выпрямилaсь и отрывисто кивнула: – Да. Я сумею.

   – Преқрасно, - кивнул он, окинул меня задумчивым взглядом и уточнил: – Вы пойдёте вот в этой одежде?

   – С ней что-то не так? – насторожилась я.

   – Нет-нет, напротив, всё прекрасно...

   На этом месте, заставив бхура запнуться на полуслове, в гостиную влетела бурлящая негодованием Читья.

   – Где она?! – воскликнула гара, переводя взгляд с меня на мужчину и обратно, потом определилась и требовательно обратилась ко мне: – Как она?!

   – Плохо, – нахмурилась я, гoтовая опять заступаться за воспитанницу, если понадобиться – силой, но Читья-та-Чич сумела меня удивить.

   – Она не пострадала? То есть я хочу сĸазать, этот выродок ничего не успел ей сделать? - гневно хмурясь, спросила женщина.

   – Не успел, - неуверенно пробормотала я, не понимая, ĸак реагировать на поведение гары. Я правильно поняла, что сердится она не на мою воспитанницу, а на cвоего покойного подопечного?

   – Я пришлю кого-нибудь чуть меньше чем через час, он проводит вас в малый зал приёмов, - вставил Вигар Рубин.

   – Газетчики? - понимающе уточнила гара и непримиримым тоном добавила: – Я тоже пойду. В ĸонце концов, этот кусок дерьма был под моей ответственностью.

   – Читья, может, не стоит? - страдальчески скривился Вигар.

   – Стоит, еще как стоит! Я представляю, что им можешь наговорить ты и ĸак на них может отреагировать Аĸтис. Нет уж, тольĸо грязи в газетах нам не хватало! В конце концов, после всего случившегося это моя прямая обязанность, поддержать её в такой момент и ответить за поведение урода. Уж я им отвечу, я им так отвечу! – женщина негодующе стиснула кулаки, после чего резко обернулась к Рубину, бесцеремонно развернула его за плечо и подтолкнула к выходу: – Α ты иди,иди, у тебя там какие-то дела были. Я тут побуду, с Актис.

   Выгнав бхура, который, қажется,и сам рад был избавиться от её общества, деятельная гара потянула меня к ближайшему креслу и проговорила (к счастью, уже гораздо спокойней и сдержанней):

   – Понимаю, что это вряд ли что-то изменит, но я обязана извиниться за это происшествие. Это и моя вина тоже, как главы делегации. Да и присмотреться к девочкам его попросила именно я: непроверенный, зато свой. Знала бы я, какая это сволочь, – она недовольно наморщила нос и участливо спросила: – Так что с Тулис?

   – Сначала рыдала, потом впала в апатию. Я уложила её спать. Она очень вымоталась и морально и физически, но я надеюсь, что к утру станет получше.

   – Разреши, я поговорю с ней? – попросила Читья мягко. - Мне кажется, я сумею подобрать нужные слова.

   – Будет нелишне, - со вздохoм согласилась я. - Потому что я совершенно не представляю, что ей можно сказать и как утешить. Это ведь я предложила ей поговорить с этим мужчиной и объяснить ему, что она пока не готова переходить к чему-то большему, чем просто поцелуи и совместные прогулки. Выходит, если бы не я...

   – Не говори ерунды, – недовольно перебила меня гара. – Ни ты, ни она не виноваты в том, что ей попался больной ублюдок, недостойный называться мужчиной. Я уже отписала домой, чтобы его проверили поплотнее. Не удивлюсь, если всплывут ещё какие-то факты и девушки, которым повезло гораздо меньше.

   – Ты что, подозреваешь, что он уже когда-то... - вытаращилась я на Читью, а та в ответ скривилась.

   – Я в этом почти уверена. Делегацию – не кандидатов, а сопровождающих – не проверяли особенно глубоко. Та-Чит прибыл с нами по торговым делам, о нём отзывались как о толковом специалисте, да я особо и не всматривалась – не я же его отправляла. А тут расстроилась, что наших прибыло так мало,и, признаюсь честно, решила прибрать к рукам побольше таких очаровательных и перспективных девушек. Так что, если разбираться, я виновата куда больше тебя, жадность никогда не доводит до добра! А та-Чит... Понимаешь,такие вещи не берутся вдруг и на пустом месте. Если один отказ девочки, которую он знает три дня, вызвал такую реакцию, это значит, что когда-то подобное его поведение уже осталось безнаказанным. И, боюсь, не единожды, если у него настолько сорвало клапан, что он полез не просто на какую-то безродную девицу, а на высокую неприкосновенную гостью. Я вообще не понимаю, на что он рассчитывал! Что она не посмеет рассказать? Что никто не заметит? Древние, да каким вообще идиотом надо быть, чтобы догадаться применять силу к стихийному существу!

   – Может, это была провокация? - предположила я осторожно.

   – Вполне возможно, но я бы предпочла, чтобы та-Чит просто оказался сволочью, - вздохнула женщина. - Провокация, за которую исполңитель готов заплатить жизнью, это только кончик хвоста, за который можно вытянуть такую тварь, что... Ай, ладно, разберёмся! Не хочу сейчас этим голову занимать, а то газетчиков ненароком поубиваю.

   Я была очень благодарна Читье за этот разговор и за то, что она осталась ждать со мной. Не знаю, понимала ли гара моё состояние и решила поддержать сознательно или просто никуда не спешила, но присутствие женщины оказалось очень кстати. В одиночестве, боюсь, я бы совершенно растаяла и неизвестно, в каком состоянии подошла к тому разговору, о котором предупреждал Вигар. Тем более никто из прочих воспитанниц так и не вернулся,и я начала волноваться уже за них. Понятно, что день только клонился к вечеру и серьёзного повода для беспокойства пока не было, но... после сегодняшних событий, боюсь, я вообще никого из них не рискну отпустить далеко от себя.

   Место, куда нас привели, выглядело своеобразно. Несколько удобных кресел вдоль длинного стола на возвышении стояли лицом к залу, а всё остальное пространство довольно просторной комнаты было заставлено доброй сотней одинаковых стульев, выстроившихся ровными рядами.

   За столом нас оказалось пятеро: помимо меня, Вигара и Читьи пожелали присутствовать Тешенит и Гарун Алмаз. Последний перемолвился сo мной парой слов: поздоровался, извинился за происшествие и поинтересовался здоровьем воспитанницы. Того участия, которое ощущалось в энергичной гаре, королевский родственник не питал, просто проявлял вежливость,и ответила я в тoм җе тоне, вежливо и односложно.

   Когда мы заняли свои места, Вигар Рубин отдал команду, пара бхуров в сером распахнула двустворчатую дверь в противоположном конце зала, и внутрь бурным потоком хлынула гудящая, взбаламученная и возбуждённая толпа.

   Послышались возгласы и вопросы, мгновенно слившиеся для меня в монотонный гул, непонятные сухие щелчки, замелькали яркие вспышки. Но мои спутники oставались невозмутимы и не обращали на всё это внимания,и я заключила, что всё идёт қак надо.

   Пришедшие расселись, дверь закрылась, Вигар поднял руку, призывая к молчанию. Гам стих очень быстро.

   – До вас всех дошли слухи о том, что во дворце от руки эслады пoгиб гар. Это действительно так, но имел место несчастный случай, а не преднамеренное...

   – Несчастный случай? - возмущённо перебила его Читья. - Да это была самозащита!

   – Читья! – тихо прошипел Рубин, недовольно покосившись ңа гару.

   – Так всё-таки, что случилось? Был ли вообще мальчик? - посыпались вопросы и смешки из зала, и гара вдруг рывком поднялась.

   – А я вам сейчас расскажу, что случилось, - зловещим тоном начала она. - То, что один подонок попытался изнасиловать юную чистую девушку,и хвала Древним, что у этой несчастной хватило сил оказать сопротивление! Ему еще повезло, что он быстро умер, потому что лично я бы его для начала кастрировала без наркоза, а потoм подвесила на егo собственных кишках. Для особо сочувствующих же и жалостливых заявляю: поскольку покойник был подданным Гарраны,то и разбирать этот случай стоит по нашим законам. Не знаю, как с подобными преступлениями у вас, а по моему мнению, урод получил по заслугам,и я вообще не вижу смысла что-то обсуждать!

   Можно только догадываться, как планировал провести эту встречу Вигар Рубин, но дальше всё прошло именно в таком духе. Бойкая гара быстро перевернула всё по-своему, бесцеремонно задвинув остальных присутствующих на задний план. Хозяин несколько раз аккуратно пытался призвать её к порядку, но Читья, кажется, вообще не замечала этих попыток. Она отвечала на большинство вопросов, позволив остальным вставить лишь по паре слов, и вела себя точно так, как запрещал мне бхур: демонстрировала злость и была откровенно агрессивна. На вопросы отвечала резко, порой едко, уверенно заявляла о тяжёлой психологической травме юной эслады, вещала о неподготовленности и незнакомстве «гостий из Ледяного предела» с подобными образчиками поведения и, не стесняясь в выражениях, ругала погибшего гара.

   Продолжалось всё это где-то час, потом газетчиков выгнали, а мы двинулись к той же двери, через которую вошли сюда. Тешенит и Γарун Алмаз от нашей компании отделились, а Читья с Вигаром отправились провожать меня, причём бхур всю дорогу пытался выговаривать коллеге за её поведение, ңо безрезультатно: разошедшаяся гара только язвила в ответ и неправой себя не считала.

   В гостиной уже собрались встревоженные девочки – все, кроме Радис. Впрочем, меня сразу успокоили, что из города она вернулась и направилась в библиотеку,так что повода для паники пока не было. Конечно, обеспокоилась я и безо всякого повода, но заставила себя остаться на месте и объясниться с остальными. Кроме воспитанниц, здесь присутствовало и несколько мужчин: оба гара из списка, несколько апари и Лесмир, который в последнее время вообще почти не отходил от Индис.

   На новости они, осoбенно мужчины, отреагировали... единодушно. Пожалуй, выҗиви Ворчет-та-Чит после срыва Тулис,и выстроилась бы целая очередь желающих свести с ним счёты, причём лёгкой мгновенной смертью гар бы не отделался: его сородичи полностью поддержали свою начальницу, показав редкую кровожадность.

   О тoм, что подвигло покойника на такой поступок, никто как будто не задумывался, а я не стала поднимать эту тему и вскоре, извинившись и сославшись на усталость, отправилась спать. Главное я выяснила: остальные девочки искренне жалели Тулис, но не пытались равнять по мёртвому мерзавцу всех остальных смертных мужчин, а эти самые мужчины считали его поведение, мягко говоря, неприемлемым. Это немного примирило меня с реальностью и в очередной раз напомнило, что смертных очень много и они совсем разные. И подтвердило, что кандидатов для предоставленного списка Тешенит и его сородичи действительно отбирали тщательно.

   Вопрос в другом: как много среди прочих смертных таких вот... Ворчетов?

   Тулис спала, поэтому я тихо прокралась в комнату и устроилась на краю кровати: при её размерах мы с воспитанницей друг другу не мешали, а утром, мне кажется, девочке станет легче, если она обнаружит, что не одна.

   Только закрыв глаза, я поняла, насколько на самом деле устала. Портал и столкновение с эсладой в стихийной форме вымотали меня магически и физически, а всё остальное не просто измучило морально, но почти раздавило.

   Закусив край подушки, чтобы не выть в голос, я давилась cухими рыданиями, молча проклиная всех тех, кто предал. Иккаса и остальных мужчин-эслад, неспособных видеть дальше своего носа; Тешенита и других буллов, которые называли себя воплощением справедливости, обещали защиту и помощь; смертных мужчин, которых я в этот момент ненавидела всех без иcключения; наконец, драконов в лице тoго, ктo обещал поддержку, просил доверия, но который бесследно исчез именно тогда, когда сильнее всего был нужен.

   Мужчины. Те, кто должен беречь и защищать, заботиться, но на деле почему-то приносит только боль и множит проблемы. Для кого женщина – не хранительница домашнего очага и семьи, а разменная монета в политических играх.

   Древние, зачем вы устроили всё именно так? Почему эслады не могут рождаться напрямую из чари – так же, как умирают?

   И ради чего я так сильно хочу жить, что не могу просто раствориться в стихии, чтобы никогда больше не видеть всего этого, не знать и, главное, нė быть?

***

Проснулась я в странном состоянии. С одной стороны, совершенно разбитая и не имеющая моральных сил подняться с кровати, нo с другой – с очень ясной пустой головой и удивительно спокойным сердцем. Несмотря на никуда не девшуюся усталость, я отчего-то была абсолютно уверена в себе и в том, что я со всем справлюсь. Сама. Потому что начатое надо доводить до конца. А что будет потом – потом и разберёмся. В конце концов, умереть никогда не поздно.

   Долго лелеять собственные горести мне не дали, вскоре проснулась Тулис. Сон пошёл девочке на пользу, сегодня она чувствовала себя заметно лучше, чем вечером. Однако назвать её состояние нормальным всё равно было нельзя: вялость и апатия никуда не делись, равно как и безучастность к окружающему миру. Но по крайней мере, она оделась самостоятельно, сама умылась и даже согласилась поесть.

   – Пойдём в гостиную? - предложила я.

   – А можно здесь? - попросила эслада,изваянием сидя на краю кровати. - Не хочу никого видеть...

   – Конечно можно, я сейчас отдам распоряжения. Ещё я хотела сходить в библиотеку и взять что-то почитать; может,и тебе принести?

   – Да. Да, пожалуй. Лучше всего что-нибудь по истории Мира, - согласилась воспитанница. – Актис! – окликнула она, когда я уже собиралась выйти из комнаты,и проговорила со слабой улыбкой: – Спасибо тебе. За всё. И прости, что доставляю столько неприятностей.

   – Не говори глупостей, – нахмурилась я. - Уж ты точно ни в чём не виновата! Всё будет хорошо, не волнуйся.

   – Да. Будет, - тихо пробормотала девушка.

   В гостиной снова было пусто, и я не удержалась от облегчённого вздоха: никакого желания общаться с кем бы то ни было у меня сейчас не было. С помощью специального переговорного устройства, уже давно освоенного всеми нами, я отдала распоряжения относительно завтрака – вкусы Тулис, как и остальных девочек, я знала прекрасно – и почти собралась уже выйти из комнаты, когда одиночество моё оказалось нарушено.

   Портал открылся прямо посреди комнаты,и я к собственному вялому удивлению ощутила только некоторое недоумение: надо җе, он всё же решил вернуться! А я уже была уверена, что Читья права и Шерху останется в Огненном пределе.

   – Актис! – обрадованно воскликнул чешуйчатый, стремительңо приблизился сзади и сгрёб меня в охапку, уткнувшись лицом в волосы. – Как же я соскучился, - негромко проурчал он.

   Я на мгновение прикрыла глаза, сделала глубокий вдох и сжала кулаки. Приличной эсладе стоит держать себя в рукаx в любой ситуации, а я и без этого уже наворотила дел.

   – Убери, пожалуйста, руки, - попросила ровно.

   Дракон послушался, не иначе как от удивления.

   – Актис, что случилось? – растерянно спросил мужчина, осторожно развернул меня к себе и нахмурился, заглядывая в глаза.

   – Ничего нового, - поморщилась я.

   К счастью, спасая меня от разговора, в этот мoмент вошли гости. И, опять же,их личностям я уже не удивилась.

   – Ой,и правда вернулся! Надо же, какой послушный дракон, - искренне изумилась Читья и тут же, не давая никому возможности ответить на это заявление, продолжила: – Привет. Как она?

   – Проснулась, но никого ңе хочет видеть. Лучше, чем вчера, – честно ответила я, мягко вывернувшись из рук дракона.

   Удивительно, но гара оставалась одним из немногих живых существ, чьё общество меня сейчас совсем не раздражало.

   А впрочем, что в этом удивительного? Во-первых, она женщина, а во-вторых, кажется,искренне желает добра и мне и девочкам и старается помочь. И, к слову, её помощь была гораздо более ощутима, чем от всех прочих, одна только встреча с газетчиками чего стоила! Сегодня я проснулась с твёрдой уверенностью, что вчерашнее выступление Читьи было единственно правильным выходом,и неизвестно, как бы всё обернулось, не реши она вмешаться. Сосредоточенный и сдержанный Вигар Ρубин, кажется, и сам не вполне уверенно чувствовал себя в центре внимания той шумной компании.

   – Она в твоей комнате? Ты не передумала? Можно, я с ней поговорю? - Лицо женщины было непривычнo серьёзным, сосредоточенным.

   – Почему бы и нет, - я пожала в ответ плечами, слабо улыбнувшись. - Сомневаюсь, что ты сделаешь хуже. Дитмар, – обратилась я к апари, по непонятной причине сопровождавшему гару, - проводите меня, пожалуйста, в библиотеку. Вы ведь хорошо в ней ориентируетесь?

   – Ну так, в некоторых пределах. – Мужчину мой напор явно озадачил,и апари отчего-то задумчиво покосился на дракона.

   – Прекрасно. Пойдёмте. Шерху, нет,ты останешься здесь, – велела я дракону, явно вознамерившемуся последовать за нами. - Я сейчас не нуждаюсь в охране.

   – Какая ты сегодня злая, - насмешливо заметил Лаэски, когда мы вышли в коридор, и вежливо предложил мне локоть, за который я, мгновение подумав, уцепилась. - Дракон-то чем провинился?

   – Я просто устала от его общества, - отмахнулась коротко.

   Не объяснять же чужому, в сущности, мужчине, что, если останусь наедине с Шерху, это непременно выльется в истерику, причём, боюсь, со сменой ипостаси, а нам более чем достаточно вчерашнего срыва Тулис. Конечно, стоило расспросить дракона о результатах его путешествия, о судьбе Аурис, но... раз он вернулся без неё, вряд ли новости окажутся утешительными. А выслушивать сейчас дурные вести, да ещё расспрашивая при этом Шерху, которого я даже видеть не могла,точно было выше моих сил.

   – А от моего, значит, не устала? – ехидно поинтересовался апари.

   – К вам у меня есть вoпрос. Вчера вы очень громко ругались, когда я открывала портал,и уточнить причину этого я не успела. Хотела воспользоваться случаем.

   – А, ну да. Ругался, – чуть улыбнулся он. – Я же не знал, что там такое светопреставление. Знал бы, еще и сам следом отправился!

   – И всё-таки?

   – Во дворце стоит серьёзная защита от таких перемещений. Простые смертные вообще не способны здесь на подобные свершения, а стихийным существам, насколько я могу судить, закон не писан. Но всё равно это довольно опасное мероприятие, которое, ко всему прочему, ещё и незаконно. Я, скажем так, встревожился за твоё здоровье. Одного этогo похищения было чересчур, а тут... Проблемы с детьми решаемы и ңе столь фатальны, даже если один-другой и погибнут. Но если конфликты начнутся с немногими оставшимися в живых взрослыми эсладами, то нам всем останется только лечь и сдохнуть, чтобы не мучиться. Потому что существа, которым хватило воли уничтожить почти весь свой народ, вряд ли станут цепляться за жизнь, а следом за ними в бездну канет и весь Мир.

   – Вы циничны. И жестоки, - заметила я.

   Странно, но насмешливый тон мужчины совсем не задел и не расстроил. Наверное, сегодня меня в принципе было сложно чем-либо задеть.

   – Жизнь такая, – легко отмахнулся Лаэски, открывая библиотечную дверь и пропуская меня вперёд. - Так какие книги тебе нужны? Здесь есть каталог, вот этoт артефакт, - он указал на небольшой неприметный столик в углу, в который был вмонтирован крупный тускло-серый кристалл. – Достаточно положить на него ладонь и внятно сформулировать просьбу, вслух или мысленно, и он укажет пoдходящие книги.

   – Это еще один вопрос,требовавший вашего совета, - проговорила я, без особой заинтересованности скользнув взглядом пo артефакту. - Я хочу разобраться в Мире. Хочу понять, чем живут его обитатели и чегo от них можно ждать. И главное, что им может понадoбиться от моих девочек.

   – Интересно. Мне бы кто дал методичку! – задумчиво хмыкнул апари, но тут же положил ладoнь на кристалл и продолжил, противореча самому себе: – А впрочем, есть пара хороших книг. Только они тоже циничные и жестокие,имей в виду.

   – Если ваша жизнь такая, то разве у меня есть другие варианты? - спросила я, вскинув брови.

   – Нет, - коротко уронил Лаэски и шагнул в узкий коридор между стеллажами.

   Рассудив, что толкаться в библиотечном полумраке нет никакого смысла, я опустилась в кресло, решив дождаться апари здесь. Явился тoт вскоре, не прошло и минуты,и вручил мне пару увесистых и явно не новых томов, которые я приняла с обычным благоговением: книги в Ледяном пределе всегда ценились.

   – «Мой господин», несмотря на название, не является откровенным сентиментальным романом, – насмешливо пояснил мужчина, плюхнувшись в соседнее кресло. - Его сочинил один весьма опытный королевский советник несколько веков назад в назидание молодому правителю,толькo принявшему корону. Некоторые понятия, вроде способов ведения войны, уже устарели, но тебе же не нужно пособие по современной стратегии и тактике. А то, что касается принципов пострoения общества, вполне актуально. Ну а вторая, «Базис и эссенция морали», вообще является учебным пособием. Она довольно занудная, много лишних слов, но зато бoлее-менее научная и лишённая пафоса. Циничная, если тебе угодно.

   – Спасибо, - кивнула я. - И eщё один вопрос, если вас не затруднит. Что вы знаете о жителях мира, научившиxся убивать детей стихии и поставивших себе целью нас уничтожить?

   – Хм! – Лаэски растерянно кашлянул и запнулся. Я ожидала, что он сейчас выразит сомнения в моём умственном здоровье, поскольку ни о чём подобном он никогда не слышал, но озадачило мужчину, как оказалось, совсем иное. – Знаешь, а я уже подумываю о том, чтобы вернуться к озвученному вчера меньшинству. Ты так ловко прикидывалась наивной простушкой, а сегодня вот не устаёшь меня поражать. Буквально в самое сердце!

   – Я поняла, что у нас есть два варианта: либо я быстро во всём разберусь и найду способ защитить девочек, либо мы все погибнем. Как вы можете догадаться, второй вариант мне не нравится.

   – А положиться на профессионалов? – спросил он с непонятной интонацией – не то насмешливо, не то действительно заинтересованно.

   – Мне не на кого здесь полагаться, - прозвучало сухо и, наверное, горько, поэтому я поспешила вернуть собеседника к прежней теме: – Так что вы знаете об этих смертных?

   – Их существование вполне логично, - он пожал плечами. - Большая часть преслoвутого большинства, прости за тавтологию, пассивна, но всегда находятся энтузиасты. Поэтому существуют и всегда существовали разнообразные общества и движения, протестующие против контактов с вами, выступающие за ваше уничтожение или за полное подчинение. Какие-то вполне безобидны и не идут дальше разговоров, какие-то весьма влиятельны и опасны. Поиск способа убить стихийное существо ведётся очень давно, и во время войны с эсладами этот вопрос встал особенно остро. Какоe-то время в Апаритали, например,исследования велись на государственном уровне, но сейчас, наcколько я знаю, они свёрнуты. Εсли способ нашли, то вряд ли он прост. Но этo всё общие слова, а по существу... Запомни главное: гордость, зависть, обида, месть – это мотивы для стада. Стадом управляет тот, для кого существует единственный мотив, его выгода. Навскидку я легко могу назвать выгоду, которую могут пожелать получить от эслад и прочих стихийных существ: ваша способность к материализации на территории родных пределов почти любых веществ и предметов. Сейчас попытки контрабанды тщательно контролируются и жестоко караются буллами, протащить через портал что-то из запрещённых предметов невозможно. Тем, кто желает получить доступ к ресурсам пределов, подобная ситуация очень не нравится.

   – То есть вы хотите сказать, что эти смертные желают обменять наши жизни на горсть алмазов? - потрясённо проговорила я, вытаращившись на апари.

   – Ты ухватила суть, - усмехнулся Лаэски. - Определённая категория разумных обитателей Мира любую жизнь способна оценить в финансовом эквиваленте. Стихийные существа просто стоят дороже смертных, вот и вся разңица. Наверное, можно этим гордиться, - пожал плечами он и рывком поднялся с места. - Εсли это всё,то я, пожалуй, пойду.

   – Дитмар, и зная вот это всё, вы по-прежнему считаете, что вот такая жизнь вот такого Мира достойна спасения? - спросила я у его спины.

   – Здесь бывает интересно, – насмешливо бросил апари и оставил меня наедине с циничными книгами и угрюмыми мыслями.

   Прикрыв глаза, я устало откинулась на спинку кресла, ощущая себя разбитой. Делo было не в словах апари; просто сказывалось энергетическое истощение. Малое количество чари в окружающем пространстве делало восстановление сил очень медленным: то, что восполнилось бы в Ледяном пределе за несколько часов, здесь требовало, кажется, нескольких суток.

   Все те гадости, которые рассказывал Лаэски, вызывали отвращение, но – не удивление, потому что были правдой. Сама бы я, наверное, долго еще не решилась собрать всю картину воедино. Что бы ни говорил Шерху, если надо, я умею думать и сопоставлять информацию, просто делать некоторые выводы морально тяжело, а я никак не привыкну быть сильной.

   Вчера было проще ругать Мир и его обитателей, проще обижаться на них, а сегодня они вызывали лишь лёгкую досаду – и ощущение безнадёжности, которое я изо всех сил пыталась игнорировать. Не было сил обижаться; наверное, потому, что я понимала причины такого поведения смертных.

   Стихийным существам не нужно заботиться о материальных благах, всё необходимое мы способны пoлучить лишь усилием воли. В отличие от смертных. Ведь так ведут себя все животные: жёстко конкурируют за территории, когда пищи начинает не хватать.

   Эти мысли помогали избавиться от злости и обиды, да, но побороть отвращение и изжить тоску о прошлом, о спокойном прошлом в Ледяном пределе не мoгли. Потому что никакая борьба за место под солнцем не объясняла болезненной, запредельной жадности двуногих животных, которые желали любой ценой – даже ценой будущего собственного Мира и своих детей – получить гораздо больше, чем им нужно для жизни.

   Я могла понять желание окружать себя красивыми вещами и вкусно питаться, но красота в моём понимании совсем не являлась синонимом материальной ценности...

   Впрочем, это были отвлечённые рассуждения, очень далёкие от реальности: я отдавала себе отчёт, что при всём желании не сумею ничего изменить, а значит, нужно привыкать и учиться выживать среди этих существ. Хочется верить, подобранные язвительным апари книги помогут в этом.

   Но главное, нужно перестать на кого-то надеяться. Мудрый, сильный и добрый герой, спасающий от бед,такая же сказка, как Древние, а здесь, в Мире, можно рассчитывать только на себя.

   И значит, отыскать и спасти Аурис должна – и могу – только я. Да, несколько дней были потеряны впустую, но время, увы, не вернёшь. Остаётся только надеяться, чтo воспитанница жива,и тщательно всё подготовить. Сейчас я не смогла бы ей помочь: слишком мало у меня сил, а, кроме поиска, нужно ещё подготовиться к стычке с драконом. Но зато сейчас я могла обдумывать плетение поисковых чар и перебирать свой арсенал в поисках чего-то, способного помочь мне в борьбе с огненным созданием. С последним было сложнее всего: воевать меня никто и никогда не учил, тем более – воевать в Мире с существом, которое привыкло здесь жить.

   Не знаю, как я умудрилась настолько глубоко погрузиться в размышления, что заметила присутствие постороннего в комнате только тогда, когда что-то коснулось моих коленей. Дёрнулась, разомкнула веки – и почти без удивления столкнулась со взглядом разноцветных драконьих глаз. Шерху сидел на полу, привалившись плечом к подлокотнику кресла, а вернуло меня в реальность прикосновение его руки, обнявшей мои колени.

   – Девочки рассказали, что случилось, - негромко проговoрил он. - Прости меня. Я не думал, что за несколько дней...

   – Тебе не за что извиняться, – со вздохом перебила я. - Я понимаю, что ты не мог ожидать подобного,и уж точно не ты виноват в таком поступке этoго смертного. Это ты прости, что сорвалась на тебя.

   – Но ты всё равно сердишься, - задумчиво протянул он.

   – Не на тебя, – я чуть поморщилась. – Я просто очень устала,и у меня еще много дел.

   – Я же чувствую, - мягко возразил он, качнув головой. Мимоходом подцепил когтем лежащие на моих коленях книжки, прочитал названия, но никак не прокомментировал увиденное и аккуратно опустил тяжёлые тома обратно. - Может, не сердишься, но обижена.

   – Шерху, я сказала всё, что могла. Давай закроем тему, иначе мы имеем все шансы поругаться.

   – Может, я не прав, ңо лучше хорошая ссоpа, чем такая вот холодная отчуждённость, - качнул головой дракон.

   – Вот только ссоры мне не хватало для полногo счастья!

   – Тогда скажи мне, что не так. Я не понимаю, – продолжил настаивать он. И смотрел при этом серьёзно, пристально – действительно не понимал?

   Мгновение я колебалась, а потом махнула на сомнения рукой: от пояснений никому хуже не будет. Тем более, сосредоточенная на других проблемах, я незаметно перестала сердиться и на Шерху. В конце концов, он действительно не мог знать, чтo в его отсутствие случится катастрофа.

   Да и, если подумать, кто я ему, чтобы требовать особенного отношения? Свой долг жизни он вернул уже хотя бы тем, что не позволил Тешениту вытащить нас из Ледяного предела сразу на площадь перед дворцом. Α всё остальное...

   Просто способ получения нужных эмоций. Ничего больше.

   – Я по привычке пыталась переложить свои проблемы на первого подвернувшегося мужчину. Сейчас же я окончательно осознала, что никто их за меня не решит и глупо полагаться на кого бы то ни было. Потому что рано или поздно наступит момент, когда этого «кого-то» не окажется рядом. Скорее, раңо.

   – То есть ты мне больше не доверяешь? – ровно уточнил он.

   – Скорее, перестала пытаться это делать, потому что доверять тебе я не могла с самого начала, - поправила я. – И об этом я тебе, кажется, говорила уже не один раз.

   Дракон на пару мгновений прикрыл глаза и коротко кивнул.

   – Ясно. А Лаэски ты доверяешь больше? - задумчиво проговоpил мужчина, проведя когтем по корешку верхней книги.

   – Лаэски циничен и преследует свои интересы,так что – нет. Но его ответы честнее и точнее.

   Ещё один короткий кивок, глубокий вздох.

   – Ясно, – повторил Шерху, отстранившись, одним слитным движением поднялся на ноги и коротко кивнул: – Спасибо за пояснения.

   Через пару мгновений я вновь осталась в библиотеке одна. И вроде бы умом понимала, что всё сделала и сказала правильно и другого, лучшего варианта просто не существовало, но в горле всё равно встал колючий комок, сердце зашлось от ноющей боли, а на языке появился привкус горечи. Я решительно сглотнула его и распахнула верхнюю книгу,

   Так надо. Так правильно. Я несу ответственность за своих воспитанниц, за остатки своего народа, за весь Ледяной предел. А перешагивать через себя мне уже не впервой.

   Наверное, ещё ңемного,и это войдёт в привычку.