Глава 17

Как-то неправильно папа Рихарда начал знакомство с нашей семьей. Мой отец очень щепетильно относится к подобным намекам и даже вполне был способен подать в суд, в надежде получить компенсацию за "урон деловой репутации". Собственно, он так уже неоднократно делал и всегда отсуживал немаленькие суммы, которые сразу же уходили, по туманному папиному определению, "на развитие дела". Какое дело он развивал и в какую сторону, для меня так и осталось загадкой. И сейчас папа сразу настроился на серьезный лад, выпятил грудь и возмущенно сказал:

- Это кого это вы назвали жуликом? Меня, честного делового человека?

- Если вам до сих пор удавалось избежать наказания, то это не делает вас честным человеком, - сухо сказал инор Брайнер. - И я все же хотел выяснить, что здесь произошло.

- Это не твое дело, - отрывисто сказал Рихард. - Тебя сюда никто не приглашал.

- Вот как? - прищурился тот. - Мне не нравится, когда моего сына пытаются втянуть в какие-то сомнительные дела всякие проходимцы. Это может отразиться и на мне.

- Кто проходимцы? Мы? - взъярился папа. - Да ваш сын, вот кто проходимец! Мне он сразу не понравился. Он и женился на Иви только с целью захапать ее приданое. Весьма немаленькое, надо сказать. Но не думайте, что у него это получится. За мою дочь есть, кому постоять. Я немедленно иду в стражу и делаю заявление на вашу семейку!

- Заодно на себя не забудьте, - усмехнулся инор Брайнер. - Использованием запрещенных орочьих средств по подчинению там точно заинтересуются.

Но папу так просто было не запугать.

- Я ничего такого не использовал, - встал в позу он. - Только глушилку. Несколько нестандартную, но это совсем не нарушение закона. А вот вы сейчас пытаетесь бездоказательно повесить на меня преступление, дабы ваш сын избежал ответственности за свое злодеяние. Ведь сами подумайте, с чего вдруг моя дочь, имеющая жениха, после оглашения завещания, по которому она получает кругленькую сумму, неожиданно выходит замуж за этого голодранца. Уж он-то точно что-то такое использовал, - и папа с деланой небрежностью покрутил кистью руки в воздухе, что имело целью показать "что-то такое".

То, что он пытался обвинить моего мужа в поступках, на которые тот был совершенно не способен, возмутило меня до глубины души и не позволило остаться в стороне от обсуждения, хотя и чувствовала я себя не очень хорошо.

- Не было у меня жениха, не выдумывай, - попыталась я влезть в разговор. - Не надо Рихарда обвинять в том, чего он не делал.

- Как это не было? - возмутился папа. - Да мы же почти уже все с Хайнрихами обсудили, кроме, разве что списка гостей. И после этого ты говоришь, что не было?

- То есть ваши действия направлены на то, чтобы ваша дочь вернулась к своему жениху? - с некоторым удивлением в голосе сказал инор Брайнер.

- Я пытаюсь ее убедить в том, что она сделала глупость, - согласился папа. - Правда, уйти от вашего сына раньше, чем через год, она не может. Иначе мы все останемся нищими, - на этих словах он трагически всхлипнул и утер несуществующую слезу. - Мой отец оказался так жесток к своим потомкам.

- К вам должны были прийти из монастыря Святой Инессы, - недоуменно посмотрел на сына инор Брайнер. - Если дело обстоит именно так, как я думаю, вы вполне можете расстаться.

- Дело обстоит не так, как ты думаешь, - зло сказал Рихард. - И я попросил бы тебя не лезть больше в мою жизнь. И вообще, будет только лучше, если ты и этот... инор, оба уйдете и никогда здесь больше не появитесь. Можете даже продолжить обсуждение неблагодарных детей с инором Бринкерхофом, но за дверью.

Я ничего не могла сказать по поводу отца моего мужа, так как я его совершенно не знала, но, что касается моего собственного отца, то я не могла не согласиться, что будет только лучше, если он прекратит свои попытки изменить мою точку зрения на Клауса. Но папа внезапно понял, что в лице инора Брайнера он обрел единомышленника и воодушевился:

- Я вижу, что вы тоже не в восторге от брака вашего сына, - радостно сказал он. - Значит, мы вполне можем и объединить наши усилия. Только я не понял, что вы там про монастырь говорили...

- Не горю я желанием с вами объединяться, - сухо ответил отец Рихарда. - Я уже высказал свое мнение по вашему поводу. Общение с жуликами меня не прельщает.

- А вы так уверены, что не измените свое мнение в суде? - вкрадчиво поинтересовался папа. - Меня, знаете ли, безнаказанно не оскорбляют. Как вы говорите, ваша фамилия?

- А вы даже не интересовались, за кого вышла ваша дочь? - удивленно спросил инор Брайнер.

- А зачем? Брак-то все равно у них временный, - небрежно ответил папа. - А что это вы так боитесь назваться? Стыдитесь чего, не иначе...

Отец Рихарда внезапно расхохотался.

- Да уж, мне есть, чего стыдиться, - утирая выступившие от смеха слезы, сказал он. - Густав Брайнер, не буду говорить, что к вашим услугам, а то еще поймете буквально и потребуете у меня эти самые услуги.

Папа резко спал с лица и даже шаг назад сделал, чтобы держаться подальше от собеседника. Таким напуганным я его давно не видела.

- Г-густав Брайнер? - голос его сорвался на писк. - Тот самый Густав Брайнер?

- Если вы под тем самым подразумеваете начальника сыска по преступлениям, совершенным с помощью магии, - ехидно сказал мой свекор, - то да, тот самый.

Папа повертел головой в поисках поддержки, таковой не узрел, зато обнаружил виновного в своих бедах. Меня.

- Ну, Иви, ты и дура, - заявил он мне. - Да это же надо так вляпаться. Хорошо будет, если ты только своим приданым отделаешься. А ведь связавшись с этой семейкой, можно и жизнь потерять. Жуткие люди.

Я удивленно посмотрела на Рихарда. Чтобы мой папа, да вдруг настолько испугался? Для этого должны быть очень веские причины. Что же такого сделал инор Брайнер?

- Не вижу оснований для подобных заявлений, - хмуро сказал отец Рихарда.

- Да вы мать своего сына не пожалели, - ответил отец. - Что вам чужая девочка?

- Вы так говорите, как будто я ее собственноручно убил, - процедил сквозь зубы инор Брайнер.

- Так отравили-то ее из-за вас, - возразил отец. - И чтобы спасти несчастную женщину, вам всего-то надо было выпустить одного человека.

- Из-за этого одного человека погибло бы много людей, - резко ответил инор Брайнер. - Но вам, видимо, этого не понять.

- Мне тоже, - глухо сказал Рихард. - Мне не понять, как можно смотреть на то, как умирает близкий тебе человек, и ничего при этом не делать.

- Неправда, я делал все, чтобы ее спасти. У нас нет эффективных противоядий против орочьих зелий, но целители делали все, чтобы ее поддержать. И мне было очень больно, когда она все же умерла. Но пойдя на поводу у шантажиста, я бы обрек на смерть других ни в чем неповинных людей и позволил бы преступникам считать, что они могут мной манипулировать. И твоя мать это понимала, в отличие от тебя.

- Я ушел от тебя не за тем, чтобы выслушивать это вновь и вновь, - сказал Рихард. - Наверно, твое поведение хорошо, правильно и достойно уважения, да только не вернет мне мать. Да и тебе неудобно было иметь в женах лорийку, не так ли?

- Что ты такое говоришь? - инор Брайнер возмущенно посмотрел на сына.

- То, что думаю. Ты, наверно, уже отвык от того, что люди говорят то, что думают.

Папа посчитал, видимо, что уже достаточно долго изображает предмет мебели, и решил внести свою лепту в разговор:

- Инор Брайнер, пожалуй, я погорячился с обращением в суд по поводу оскорбления. Я готов отнестись к вашему заявлению снисходительно. Все же молодые не должны начинать семейную жизнь с судебного разбирательства между родителями.

- Вас же не устраивает мой сын в качестве зятя.

- С чего вы это взяли? - отец так натурально удивился, что даже на мгновение и я в это поверила. - Мне сразу понравился ваш мальчик. С первого же взгляда. И мое неудовольствие было связано исключительно с тем, что моя дочь ради вашего сына нарушила слово, данное другому, весьма достойному, молодому человеку.

- Я не давала слово Хайнриху, - возмутилась я. - Вообще-то, это сделал ты.

- Да к чему инору Брайнеру разбираться в таких тонкостях? - благодушно махнул рукой папа. - Ты, я - какая, в сущности, разница. Главное, что это касается исключительно нашей семьи.

- Возможно, это и касалось бы исключительно вас, - зло сказал Рихард, - если бы вы не пытались уже второй раз приворожить собственную дочь, которая является моей женой, к этому достойному молодому человеку, ведущему себя, надо сказать, весьма недостойно.

- Я? Пытался приворожить? - папа нервно рассмеялся и покосился на инора Брайнера. - Да Иви это показалось просто.

- А мне тоже показалось? - спросил его отец Рихарда.

- День сегодня такой тяжелый, - вздохнул папа и сделал несколько мелких шажков к двери. - Вот всем и кажутся всякие странные вещи. Ивонна чуть в обморок не упала, да и мне прогуляться нужно - что-то душно у вас здесь. Вы окно, поди, и не открывали с тех пор, как заселились? - он укоризненно посмотрел на меня и шмыгнул за дверь. До нас донесся все удаляющийся голос. - Мне срочно нужен глоток свежего воздуха.

Богиня, как же мне было стыдно за его поведение. Он просто сбежал, в надежде, что я улажу каким-либо образом все, что он натворил. Радовало только то, что в ближайшее время не следовало ожидать от него очередной пакости, да и появится он здесь нескоро.

- Да уж, повезло вам с отцом, Ивонна, - не преминул заметить инор Брайнер. - Я думал, придется спасать сына из загребущих лап вашей семейки, а спасать надо вас.

- Мы разберемся и без твоего участия, - сухо сказал Рихард.

- Без моего участия вы уже умудрились влезть в весьма неприятную историю.

- Я и раньше влезал в неприятные истории и всегда разбирался сам. Собираюсь это делать и дальше. Ты убедился, что меня спасать не нужно? Можешь уходить, - голос мужа был так холоден, что я даже поежилась. Не хотелось бы, чтобы он так когда-нибудь разговаривал со мной.

- Рик, я действительно не мог поступить иначе. Я очень любил твою мать, что бы ты ни думал и ни говорил по этому поводу. А ты - единственное, что у меня от нее осталось, - устало сказал инор Брайнер. - Не выгоняй меня.

Рихард отвернулся от отца, всем свои видом показывая, что ничего прощать и забывать он не собирается, а мне вдруг стало так жалко их обоих. И никак не могла я согласиться с позицией мужа, тем более, что...

Я встала со стула и даже покачнулась от нахлынувшей слабости. Видно, хоть папин артефакт больше не работал, воздействие дыма еще продолжалось. Пожалуй, глоток свежего воздуха мне тоже не повредит. Я пошла к окну, выглядела при этом я, наверно, жалко, так как Рихард сразу бросился мне на помощь. Я благодарно на него посмотрела, и взгляд его, до этого момента очень злой и настороженный, оттаял. Пожалуй, инор Брайнер плохо влияет на состояние моего мужа, и нужно что-то с этим делать.

- Рихард, вот смотри, - сказала я тихо, так, чтобы отец его не слышал наш разговор, - ты осуждаешь своего отца за то, что он не стал поддаваться шантажу, а попытался справиться своими силами, но не преуспел. И ты считаешь, что он неправ. Так?

- Да.

- А вот мой отец стал делать именно то, что нужно было шантажисту. И как, получается, по-твоему, он прав?

- Нет, но...

- Никаких "но". Правильно либо одно, либо другое. Либо поддаваться шантажу, либо нет. И твой отец прав. Если бы поняли, что таким образом на него можно было бы давить, в опасности были бы все близкие ему люди.

- Я подумаю над этим, - неуверенно сказал Рихард. - Но не сейчас. Слишком много произошло за сегодня.

- Инор Брайнер, - повернулась я к его отцу, - мне кажется, не случится ничего страшного, если вы иногда будете нас навещать.

- Спасибо, Ивонна, - мой свекор церемонно наклонил голову, - не ожидал от вас поддержки.

- А кто и чем шантажирует твоего отца? - внезапно спросил Рихард.

- А его шантажируют? - насторожился инор Брайнер.

И тут я поняла, в присутствии кого выдала папин секрет, и прикусила бы болтливый язычок, но было уже поздно. Я посмотрела на Рихарда, но помощи от него ждать не приходилось, он ждал моего ответа, ведь про шантаж разговор раньше не заходил.

- Знаете, мой папа и преувеличить мог, - попыталась я сгладить ситуацию. - Не думаю, что вам стоит обращать на это внимание.

- Я понимаю, что он ваш отец, но неужели вы собираетесь оставить сегодняшнее происшествие без последствий?

- Вы сами сказали, что он мой отец, - грустно ответила я. - Думаю, скандал с ним вам тоже будет не на пользу. Похоже, Рихард вам очень навредил своим браком.

- Не скрою, я бы предпочел на вашем месте девушку из семьи, не связанной ни с какими скандалами, - усмехнулся он. - Но Рихард выбрал вас, и, честно говоря, вы мне нравитесь, Ивонна, несмотря на вашего отца. Впрочем, и сам я в юности не слишком задумывался о том, принесет ли брак с Аньеллой пользу мне и моей семье, а попросту женился на той, в кого был влюблен. Так что хотя бы в этом сын пошел в меня.

- А знаете, инор Брайнер, - улыбнулась я.

- Густав, - поправил он меня. - Для вас - Густав.

- Знаете, Густав, - легко согласилась на такое именование я, - за всеми этими утренними безобразиями мы с Рихардом так и не успели позавтракать. Не хотите ли к нам присоединиться?

- С удовольствием, - ответил он.