Глава 17 Шальная царевна

Мы неспешно шли по тротуару в сторону дома, словно не спеша возвращаться к повседневной рутине после очередного родительского собрания. Вечер давно сменился ночью, и темнота густо окутала улицы, как всегда в это время года. Редкие фонари тускло мерцали, едва освещая дорогу, но их слабый свет не пробивал темноты, оставляя нас почти невидимыми для внешнего мира.

Я прихлебывала из фляжки, чувствуя, как крепкий напиток согревает изнутри. Горькое тепло алкоголя успокаивало меня, отгоняя раздражение от сегодняшних бессмысленных споров и обвинений. Школа, учителя, родители — всё это сливалось в одну мучительную рутину, которую я так ненавидела, но вынуждена была терпеть. Хотя бы ради них.

Рядом шагали Миша с Алисой. Они что-то оживленно рассказывали о своем дне в школе — кто-то из одноклассников снова чудил, кого-то поставили в угол за опоздание, и ещё, кажется, был какой-то новый проект. Я слушала их краем уха, кивая время от времени, будто внимательно вникала в каждое слово. Честно говоря, меня тошнило от всей этой школьной жизни. Слишком много драмы, бесконечных обсуждений, маленьких конфликтов, которые кажутся детям вселенскими.

Но я, как хорошая мать, или, возможно, не очень хорошая, всегда старалась выслушивать их рассказы. Пусть это и не было для меня особенно интересным, но я знала, что для них это важно. Важно, чтобы они чувствовали себя услышанными. Особенно Алиса — её рассудительный и иногда строгий тон отличался от более эмоционального и порой резкого Миши. Она редко жаловалась, больше рассказывала о том, как справляется с задачами, как организует своё время.

Я продолжала идти, чувствуя под ногами хрустящий слой опавших листьев, прихлёбывая из фляжки и кивая на автомате, когда дети ждали от меня реакции. Наверное, это и есть наша маленькая ритуальная прогулка после собраний.

Ночная улица, которая до этого казалась тихой и безлюдной, вдруг приобрела какой-то гнетущий оттенок, словно темнота сгущалась с каждым нашим шагом. Мы шли, и каждый фонарь, который должен был осветить наш путь, казалось, затухал. Это не было просто отсутствие света, скорее, само пространство сжималось вокруг нас.

И тут, впереди, внезапно из мрака вынырнула группа. Двенадцать человек. Они двигались медленно и целеустремленно, преграждая наш путь. Мишка, заметив их, моментально нахмурился и убрал телефон в карман. В этот момент он казался старше своих лет, черты его лица обрели жесткость, похожую на ту, что я видела у Алекса в моменты, когда ему приходилось быть суровым. Он смотрел на незнакомцев с настороженностью, но и с готовностью дать отпор.

Однако это не были обычные хулиганы. Нет, их вид был слишком странным. Их лица казались размытыми, словно из мрака не проступало ни одной четкой черты. Все, что я могла разглядеть — это пустые взгляды и мрачные силуэты. От них исходила тёмная, почти зловещая энергия, будто они не принадлежали этому миру.

Я инстинктивно остановилась и крепче прижала фляжку к груди, словно это могло стать оружием против них. Но тут пришло осознание — это не просто группа хулиганов, не просто угроза. От них веяло холодом, но не от того, что ночной воздух был прохладным, а от чего-то куда более глубинного. Это было мертвенное, словно могильное дыхание. Чувство такое же, как тогда на кладбище.

Бесы. Они пришли не просто так…явно по мою душу

Я сразу это поняла. Их тёмная кладбищенская аура выдавала их с головой, тянула за собой ощущение древней угрозы. Эти создания были не из нашего мира, не из нашей реальности, но они оказались здесь, чтобы нас остановить. Слова анчутки всплыли в моей голове — Кощей всё больше свирепствует. Он послал их за нами, пытаясь сорвать наши планы, сбить с пути.

Но я не собиралась просто так сдаваться. Внутри меня всколыхнулось что-то древнее, нечто, что я долгие годы пыталась подавить, спрятать за нормальной жизнью, семьёй, школой, бытовыми проблемами. Но теперь это пробуждалось.

Миша, инстинктивно двинувшись вперед, закрыл меня собой. Он стоял передо мной как надежный щит, и я не могла не улыбнуться. Совсем как его отец — Алекс всегда так же делал в опасные моменты, всегда готов был взять удар на себя, защищая семью. Мы, видимо, воспитали Мишу правильно.

— Сынок, присмотри за сестрой и дай маме немного повеселиться, — сказала я, касаясь его плеча, но Миша только крепче сжал кулаки, не собираясь отступать.

Парни, или, точнее, эти бесы, начали выкрикивать всякие непристойности, провоцируя нас. Их руки играли с битами и кастетами, словно они пытались запугать нас своим оружием. Но я знала — это лишь фасад. Истинная угроза заключалась не в железе, которое они держали, а в том, что скрывалось внутри них.

Я слегка обогнула сына и остановилась перед ним, повернувшись лицом к темным фигурам. Миша оглянулся на меня, его глаза горели вопросами, но я подняла руку, чтобы он не вмешивался.

— Не задавай лишних вопросов, — мягко сказала я, и, кивнув на Алису, добавила, — Просто присмотри за сестрой.

Алиса, казалось, уже поняла, что ситуация была куда серьёзнее, чем простая уличная стычка. Она тихо подошла к брату, хотя на её лице не было страха, лишь понимание и решимость.

Бесы, тем временем, замерли. Их безликие тени перестали двигаться. Они стояли молча, только их пустые глаза впивались в меня. Они почувствовали. Они знали, кто я. И знали, что игра началась.

Я сделала шаг вперёд, и темнота вокруг меня словно начала двигаться вместе со мной. Это было как разбуженная сила, долгие годы спящая где-то в глубине моей души, которую я держала под контролем, но теперь решила выпустить наружу. Воздух вокруг будто стал плотнее, и бесы, заметив это, отступили на шаг, словно признавая: «Она в игре».

Всё было тихо. Никто больше не выкрикивал угроз, не размахивал битами. И только холодный ветер расшвыривал листву, кружа её под ногами.

Я взмахнула руками, и воздух словно раскололся от ярких фиолетовых всполохов магии. Они прорезали темноту, на мгновение осветив улицу, превращая её в подобие сцены из кошмара. Тусклый свет фонарей смешался с магическим сиянием, создавая жуткий контраст. В этом свете бесы, стоящие напротив, казались не более чем безликими тенями. Их глаза блестели, как стеклянные, пустые и холодные. Я чувствовала их злую энергетику, витавшую в воздухе, густую и липкую, как туман на старом кладбище.

С очередным движением руки я выпустила мощный импульс колдовства, и волна магии прошлась по рядам бесов, как удар невидимого бича. Те, кто не успел броситься в рассыпную, моментально рассыпались в прах, превращаясь в черные клубы пепла, уносимые ветром. Стук моих шагов отозвался глухо по пустой улице, и на мгновение тишина накрыла все вокруг, как плотное одеяло.

Я чувствовала спиной взгляды детей — Алиса и Миша стояли позади, молча наблюдая. Их не было слышно, но я знала, что они смотрят на меня с уважением, может быть, даже с некоторой тревогой. Это был тот мир, о котором они знали, но который всегда оставался за гранью их привычной реальности. Сегодня я приоткрыла для них эту завесу — мир магии и опасности, в котором жила их мать.

Один из бесов, уцелевший в первой атаке, выскользнул из тени и рванул в мою сторону, сжимая в руке кастет. Я подняла руку, готовясь нанести удар, но не успела. В следующий миг земля под ним словно разверзлась, и темный, густой столб энергии прорвался наружу, как гейзер из самого ада. Беса отбросило с такой силой, что его тело мгновенно рассыпалось в пепел, словно его никогда и не было.

— Привет, любимая, — услышала я мягкий, глубокий голос за своей спиной. — Опять лютуешь? Я уж надеялся, что ты ограничишься школой.

Это был Алекс. Он, как всегда, появился тихо и неожиданно, как тень, которую не сразу замечаешь в углу комнаты. Его голос, с тихой насмешкой и привычной уверенностью, скользнул по моим нервам, и в этот момент я поняла, что могу расслабиться. Он был здесь. Он всегда знал, когда появиться.

Одной рукой Алекс обнял меня за плечи, его прикосновение было мягким и крепким одновременно, успокаивающим. В другой руке его тёмная магия еще крутилась, будто клубящийся дым, последний отголосок разрушительной силы, которую он выпустил на свободу.

— Уже закончила? — усмехнулся он, глядя, как остатки магической пыли оседают на землю.

— Почти, — ответила я, ощущая, как его присутствие словно растворяет последние капли напряжения. Я повернулась к нему, уткнувшись лицом в его плечо, и позволила себе на секунду почувствовать полное спокойствие.

Алекс — мой защитник, мой любимый некромант, который владел силами тьмы с той же грацией и мастерством, с которыми я управляла магией света. Мы всегда были рядом, непобедимы вместе, как две части одного целого.

Что ж, стоило признать, что мы с Алексом — дети не этого мира. Мы принадлежали Лукоморью, той самой стране, которую вы знаете по сказкам и древним легендам. Но для нас это была реальность — земля, в которой магия текла так же естественно, как реки в своих руслах. Там, среди вековых дубов, зачарованных зверей и мрачных лесов, мы родились и выросли. Лукоморье было нашим домом, пока все не изменилось.

Когда Кощей Бессмертный начал свою кампанию по захвату земель, наш мир стал разваливаться на части. Магия Лукоморья, которую он хотел подчинить себе, превратилась в оружие, а жители — в пешек на его шахматной доске. Однако добиться абсолютной власти Кощей так и не смог. Ему нужно было больше, чем просто захват земель и создания армии из бессмертных. Для завершения своих злых замыслов ему была необходима могущественная ведьма в жены — та, кто могла бы усилить его силу до небесных пределов.

И по иронии судьбы, этой ведьмой оказалась я.

Моя магия всегда была сильна, гораздо сильнее, чем у других ведьм, что росли в Лукоморье. Сила древних была в моих жилах, и Кощей это знал. Он пытался меня пленить, подчинить, но Алекс всегда был рядом, защищая меня от его попыток.

Мы бежали. Бежали из родного мира, оставляя позади всё, что знали и любили. Прощались с друзьями, которым не могли помочь, с лесами, в которых росли, с магией, которая была частью нас. Это был единственный путь выжить и спасти наш союз, наше будущее. Мы скрылись в этом мире, скрыли наши силы, смешались с людьми, которые даже не подозревали о существовании другого мира, о магии, которая их окружает.

Но Кощей не остановился. Он продолжал охоту за мной, за нашей семьей, посылая своих темных приспешников, бесов, для того чтобы выследить и вернуть меня в Лукоморье. Ему не давала покоя моя сила, которая могла бы сделать его непобедимым. Но Алекс всегда находился рядом, и мы вместе сражались с теми, кто приходил по нашу душу.

А сейчас, стоя на тёмной улице с детьми рядом, я чувствовала, что время скрываться заканчивается.

Тьма будто сгущалась, становясь осязаемой, когда из ниоткуда стали появляться вурдалаки и упыри. Они выползали из тени, словно ожившие кошмары, их серые, измождённые тела дрожали в зловещем свете редких фонарей. Их глаза, лишённые искры жизни, блестели ледяной ненавистью, и каждый их шаг сопровождался звуками сухих костей и шуршанием разрывающихся тканей. Улица, которая ещё мгновение назад казалась тихой и почти мирной, превратилась в арену для нечисти, заполнявшей пространство вокруг нас.

Откуда-то из глубин сознания всплыло странное чувство: все это происходило по чьей-то воле. Их хаотичные движения, на первый взгляд, скрывали чёткий порядок, как будто кто-то невидимый тянул за нити, направляя этих существ на нас. Я попробовала сосредоточиться, уловить магическую вибрацию, которая управляла ими, но вся моя энергия словно натыкалась на стену. Эти создания были лишь пешками, а их кукловод находился в другом мире, за пределами моего восприятия.

Я скользнула взглядом в сторону Алекса. Он стоял, хмуря тёмные брови, но на его лице не было ни тени страха. Как истинный некромант, он понимал, что бороться с мертвыми – его удел. Он был спокоен, как всегда. Слегка качнув головой, Алекс тихо вздохнул, и едва заметным движением руки вызвал древнюю силу земли.

От его жеста каменная мостовая затряслась, и в один миг пульсирующая энергия магии проникла в глубины почвы. Земля под вурдалаками и упырями начала разрываться, словно под ними открылись врата в бездну. Нечисть, завывая, замерла на мгновение, прежде чем начать рушиться, затягиваемая под землю. Их когти, острые как лезвия, судорожно цеплялись за камни, но магия Алекса была слишком сильной. Один за другим они исчезали в чёрной трещине, как будто их и не существовало вовсе. Алекс был неумолим, и каждое его движение заключало в себе силу, которая не просто уничтожала нечисть, а стирала её следы из этого мира, отправляя навеки в их вечную темницу.

Мир вокруг застыл. Ветер замедлил свой бег, улица вновь окуталась тишиной. Я стояла, наблюдая, как Алекс завершает своё дело, и не могла не восхищаться его безмятежностью. Лёгкая улыбка появилась на моих губах — этот мужчина, мой муж, всегда оставался для меня той опорой, на которую можно было положиться в самые мрачные времена. Он спокойно подошёл ко мне, мягко коснувшись моего плеча, словно напоминая, что всё кончено, хотя наши мысли совпадали: это была лишь разминка. Мы знали, что грядут испытания куда более серьёзные и опасные.

Но пока мы были вместе, ничто не могло нас сломить. Ни этот мир, ни наш прежний — ни один из них не падёт, пока Алекс и я держим оборону.