Эпилог

Снег сыпался в эту ночь во многих городах необъятной страны. Оседал клочками пепла на губы и ресницы. Первое января в этом году для многих было не таким, как ожидалось.

Где-то в Москве шикарная брюнетка по имени Даша пила шампанское и понимала, что даже если она выиграла, и он вернется в столицу один, то ей он все равно не будет принадлежать настолько, насколько хотелось.

Если он приедет с той другой, она уничтожит их обоих. Отец все устроит. Но вот только все равно она не получит желаемого - обожания того, кого обожала она. Без гроша в кармане, совершенно не принадлежа ее кругу, он был для нее недосягаемым, хотя должен был лизать ее ноги как благодарный пес и есть с ее руки, ведь она помогла ему стать тем, кто он есть. Да, у него был ум, талант, азарт, но не было денег и связей. Она это исправила. Так где его обожание и благодарность до конца своих дней? Горькой правдой было то, что даже получи она его сейчас в свою постель и даже привяжи штампом в паспорте - это все равно не то... Она могла заставить его с ней спать, жениться на ней, но любить... по-настоящему любить, а не изображать эти чувства, была не в силах.

Отпив еще один глоток щекочущего пузырьками напитка, она пришла к решению, неожиданному для нее самой. Она сделает так же больно, как сделали ей. Унизит в ответ на все эти годы ее унижения перед этим кудрявым выскочкой, разобьет его сердце, разрушит любовь и мечты о счастье и они будут квиты... Она уйдет. Оставит свои попытки. Кампания останется его, все таки он ее заслужил, только ей нужна доля... Она тоже заслужила.

В другой части страны, в небольшом провинциальном городке, где разыгралась драма, другая девушка рыдала в подушку. Если бы не подруга, которая хорошенько отхлестала ее по щекам и не потрясла так, что голова болталась как у болванчика, то та бы уже вскрыла себе вены. Валя у нее на кухне курила в открытую форточку, хотя бросила курить еще шесть лет назад. Женщина со стальными нервами и твердой рукой сейчас теряла контроль над собой и шмыгала носом, позволяя глазам лишь стать чуть влажными. Марина слишком поздно поняла, что сделала непростительную глупость поддавшись импульсу.

"И что ты на такой красотке не женился?.. Наплюй на этого дурака, ты можешь найти себе кого-то получше, а он будет локти кусать... Неужели не ревнуешь? А если я сделаю так?"

Эти все фразы и последовавшие за ними лапанья, а потом... рванувший ее Толик, ее вспыхнувший протест, и вот она уже целуется с парнем подруги. Зачем она это сделала, объяснить она не могла...

"Больная! Мне на тебя плевать! Хоть с кем ты сосись или трахайся у меня на глазах! А тебе плевать на подругу? Она вас видела. Идиотка! Какая же ты идиотка!"

Упиваясь ненавистью к себе и двум этим мужчинам, девушка горела от стыда и раскаянья. Как много она всего сегодня разрушила, поддавшись импульсу уколоть того, кто разбил ее сердце...

В старенькой панельке на краю города Ирина промывала разбитые костяшки Семена. Всхлипы периодически доводили ее до икоты. По щекам не переставая катились крупные слезы, которые друг вытирал своим шершавым грубым пальцем. Если бы девочки не оттащили его, он бы хорошенько разукрасил эту наглую рожу, что посмела так обойтись с его близкими... с его семьей. Лучше бы этому уроду скорее покинуть город. У Дениса есть неплохая бита и нет терпимости к тем, кто обижает тех, кто ему дорог.

Селиванов с Дим Димычем обменивались сообщениями. Каждый не мог уснуть, произошедшее не поддавалось логике и никак не укладывалось в голове. Беда служилась с близкими им людьми. Странная, необъяснимая, окунувшая всех в атмосферу отчаянья и боли.

Город грустил по несбывшейся сказке. Сначала он был очарован, а потом жестоко разочарован.

Вера в любовь, дружба... Все стало таким зыбким...

Олег сидел на полу в их спальне, прислонившись спиной к кровати, где он спал прижав к груди самую дорогую женщину на этом свете. Сейчас он думал, а вдруг был другой выход? Может ну их? Эту Москву? Эту фирму? Продал бы все, вернул деньги Разманову и начал все сначала где-то в другом месте? А Альбина... Может стоило ей рассказать? Уехали бы куда-нибудь и построили жизнь на двоих? Были бы и куча детей, и собака... Вдруг бы получилось? Откупиться, договориться, убежать... От этих мыслей становилось еще страшнее. Подумай он об этом раньше, да просто расскажи честно Альбине о Даше... Все бы могло быть иначе. А сейчас? Сейчас он уже уничтожил все до основания. Своими руками. Без шансов на возрождение.

Взвыв словно брошенный раненый пес он уткнулся в ее подушку. Та хранила еще ее запах, хоть уже давно утратила тепло ее тела.

А в аэропорту одиноко на холодном металлическом стуле сидела сгорбленная женская фигура. Это было не самым популярным местом ранним утром первого января. Рядом стояли два чемодана. Коробка с мелочами осталась в машине Семы, она попросила отдать ее Ирине, а та пусть сама решает, что с этим делать.

Прокручивая предложения по жилью, она пыталась подсчитать на сколько ей хватит тех денег, что у нее есть. Часть она потратила... На подготовку к переезду, на подарки, на подготовку к празднику, который должен был стать особенным... Он таким и стал. Разом смахнув с ее глаз розовые очки и отвесив попутно хорошую затрещину. Реальность теперь била по глазам. Пережив такой позор, такое унижение, она больше не сможет жить в этом городе. Ее жизнь теперь не будет прежней. Для всех она неудачница Альбина. Никто не даст ей забыть, что произошло. Она не хотела видеть даже своих друзей. Да и в каждом теперь сомневалась.

Вещи уже были собраны. Осталось лишь сесть в поезд или самолет. И сбежать от всех этих людей. Она больше не хотела видеть никого. Не слышать вздохов или усмешек. Ничего, что будет ей напоминать о ее ошибке.

Никому не сказав куда летит, она твердо решила сменить номер, удалить странички в социальных сетях, исчезнуть... Она сообщит родителям где она и как, но возьмет с них клятву хранить ее секрет. Да, отец скажет, что он так и думал и будет долго потом говорить это матери... Но плевать, главное, она это не услышит. Они могут между собой говорить что угодно и сколько угодно...

В ушах до сих пор стояли слова Аллочки про то, что она не тянет на Москву. Да, не тянет... И он наверное решил проверить, не промахнулся ли, может не ту подругу выбрал. Ведь все говорили, что Марина создана для столицы...

На табло вспыхнуло расписание. Ее рейс начинал регистрацию.

- Что ж... Да, я не Москва. Я Питер.

Встав, Альбина отправилась к стойке. Она покидала родной город, чтобы через несколько часов ее встретил трап в Пулково, обещая, что она начнет все сначала, она затеряется в миллионах людей и больше никто не сможет сделать ей больно...