Глава 14

Полина

Сосед открывает мне дверь и его брови ползут все выше и выше. Мое терпение наоборот, падает и руки устали держать поднос. Хорошо, что в квартире тети нашелся поднос, удобный такой, серый, глубокий и пластиковый. Почему-то не на кухне стоял, а валялся, где всякий хлам в примыкающей каморке к туалету. Но я его протерла и порядок.

— Хм-м… это как называется? — Глеб не торопится забрать свой ужин, наклонился и нюхает гад, искоса разглядывая мой кухонный фартук в цветочек.

Забыла фартук снять, теперь еще подумает, что это мой костюм. Будь моя воля, я бы к нему приходила в бахилах и белом халате, ну чтобы сразу понимал, куда его отправлю, если что.

— А что непонятного? Отбивная с гречневой кашей для барина. Чай. Еще вот салат из овощей, чтобы вы цвели и не завяли случайно, — поднимаю поднос выше к его носу.

— Надо же, — тянет он с довольной улыбочкой, — Даже на отбивную расщедрилась. А что она такая прибитая в кривую лепешку?

Ну ты погляди, он еще и придирается. Гурман великий тут нашелся, тьфу на него трижды.

Уж я ему отбивную била, била, била, представляя наглющего препода. Рука даже устала отбивать, зато на душе полегчало.

— Глеб Романович, берите, что принесла. А если не нравится, то до свидания.

— Я еще не попробовал, рано прощаться, — все-таки забирает поднос, аромат аппетитный от тарелки разносится, пусть не врет, что еда несъедобная. — Подожди, Горская, — машет еще задержаться. — А почему мне поднос напоминает лоток для домашних животных?

Вот это уже совсем наглость! Несусветная!

Фыркаю. На языке одни ругательства.

— Вы ко мне придираетесь специально, — сквозь зубы цежу.

— Спросить уже нельзя? В доме моих родителей есть похожий…

Нет, не намерена я слушать ерунду.

— Поднос, он и есть поднос! Для вас только такой и будет. Самый красивый нашла! В глубоком тарелки удобней носить, а вы тут, — не сдержалась и всхлипнула.

— Ладно, я понял. Спасибо, Полина, — наконец-то у него вопросы закончились. — Иди, но недалеко, — зато предупреждения остались.

— Это еще почему?

Никуда не собиралась, но спрашиваю. Где хочу, там и буду, пусть не командует.

— Если мне поплохеет, я быстро тебя отыщу, — и зыркает с нажимом, словно я испугаюсь. Ага, не дождется, я же в кармане фартука вилку держу.

Расстаемся оба в напряжении со скрипом зубов. Возле своей двери беру себя в руки, культурность наше всё. Перед таким-то мужчиной иначе нельзя.

— Приятного аппетита и не подавиться вам, — желаю дорогому соседу.

— Горская!

Глеб Романович вслед мне кричит.

А всё, поздно. Я уже в домике спряталась. На все замки заперлась.

Встала под дверью и слушаю. Так, так. Зашел к себе. Дверью не хлопнул, значит, не сильно злой, а больше растерянный. Не то чтобы я наблюдаю за повадками соседа... Нет. Конечно, нет! Честное слово, не нужен он мне.

Просто наблюдать мне больше не за кем, вот и всё. На нашем этаже только наши жилые квартиры. Если грюкает дверь, то ясно, чья. На этаж выше или ниже мне не слышно, только Глеб Романович самый заметный, везде достает.

Теперь еще из-за него волноваться буду, что меня ни за что обвинят. Мало ли какой гадости наестся, а кто виноват потом будет? Кто?

Зато хоть радует, что Глеб в моем первом ужине будет искать подвох и бояться.

Так тебе, бойся, не доверяй!

Всегда рада стараться для дорогого соседа. Попроситься, что ли, к нему в гости? Жаль ведь пропускать это нервное зрелище.

У себя на кухне сажусь на высокий стул и спокойненько уплетаю за обе щеки свой такой же точно ужин. Пока нашла единственный плюс в ответке Глеба, что на еду почти не надо тратиться. Значит, будет больше денег оставаться на прогулки, на вкусняшки и всякие приятности.

На этом плюсы закончились. Ох-х.

Глеб ко мне точно цепляется. Ужасный вредный тип. Вот при чем тут лоток для животных? Не понимаю этих намеков. Наши домашние звери живут во дворе, гуляют и пасутся на воздухе, ломают заборы, сносят деревья. Зачем бы мы им покупали лоток? Это странным мне кажется и непонятным. Надо будет у тети спросить.

Еще так подумала, подумала и успокоилась — врет он все. А я нет, я честная девушка.

Звонок по телефону отвлекает от ругательств на соседа.

— Поля, Поля, нам надо Глеба спасти! — в трубку выкрикивает Ника слезливым голосом, и умоляет меня бежать срочно к соседу.

— Да что ему будет, — равнодушно бурчу я, вспоминая, как приятно билась для него отбивная.

— Поль, он мог упасть, понимаешь? Вдруг один валяется и не дышит? Я не могу до него дозвониться! А Дан говорит, что…

— Стоп, стоп, подожди! — вскакиваю я, перебивая однокурсницу. — Я же ничего еще не подсыпала, сама готовила, сама пробовала. Как человеку принесла ужин на подносе, а не в каком-то лотке! Не верь этому гаду!

— О-оу… какой еще ужин? — голос у Ники мигом бодрее становится.

— Ну обычный, потом другое буду готовить. Завтра тебе расскажу, в какую ответку попалась.

— Да-да, лучше завтра, — поспешно соглашается Ника и как заорет: — Да-а-ан! Глебу будут ужины, а тебе на неделю — диета, за то что меня разыграл. Зачем вы такое выдумали, будто мы хотели отомстить?!

Согласна с Никой, во всем мужики виноваты. Нас обвиняют, а сами до икоты разыгрывают. Пока их не проучим, уже не успокоимся точно.

***

Глеб

С утра Полина забирает свой поднос. Чуть дверь мне не выбила с требованием вернуть, чтобы следующий ужин было на чем принести. Ощущение, что это лоток для домашних животных меня все же преследует. На всякий случай его вымыл вечером трижды, обработал спиртом и долго не мог успокоиться. Лучше куплю ей другой, но не факт, что эта вредина заменить согласится.

— И как вам мой ужин? Живы остались?

В лифте Полина интересуется с хитреньким блеском в глазах.

Вот после такого вопроса даже прислушиваюсь к себе. Вроде бы я в норме, но вдруг еще не понял… яд же и замедленного действия бывает. Что-то душно становится и потеет спина. Но вида не показываю, держусь здоровяком.

— Ужин неплохой, как видишь жив. А вечером я буду ждать тебя без опозданий. Только старайся побольше, — тон препода включается во мне, не дам девчонке спуску.

— Глеб Романович, а если я захочу гулять пойти?

Хоть бы день не смешила, собирался же строгим с ней быть. Ну вот, опять расхохотался.

— Горская, куда тебе гулять? Вокруг дома или беседовать со сторожем?

Фыркает недовольно и отворачивается.

Значит, я угадал. Ей лишь бы выдумками забивать мне голову. Но я же насквозь вижу всё. Смотрю, смотрю на упрямую соседку, на ее забавные эмоции, на волнистые волосы, на то что юбка могла быть и подлиннее… Да что со мной? Отравила зараза!

Предлагаю ради приличия (и только ради приличия!) ее подкинуть до академии, жду, что сбежит. Так нет же, семенит за мной до места парковки.

— Я не хотела с вами ездить, Глеб Романович, а потом так подумала, что как вашему повару мне нужна компенсация.

А с виду-то сама простота, невинный ангелочек. Хорошо, что я не доверяю внешности, иначе мог ведь обмануться. Горская Полина та еще штучка хитрющая.

По дороге соседка напоминает о своем чудодейственном компасе, а я и забыл о нем. Как закинул в бардачок, так и валяется. Правдоподобно вру, что компас в ремонте, магические вещицы сложно чинить. Полина на это кивает, что, мол, конечно, зря я не верил, она же говорила, что в компасе сбой.

После лекции у старшекурсников забираю компас из машины. Лучше пусть будет при мне, тогда точно смогу его отдать на замену стекла и Горская отстанет наконец-то.

— Гле-еб! Глеб, подожди, — меня догоняет Марго с приветливой улыбкой на алых губах.

— Чем могу быть полезен коллеге? — останавливаюсь я, не грубить же на глазах у снующих туда-сюда студентов.

— Лично для меня, ты и сам догадаешься, — бывшая выразительно хлопает дважды ресницами, затем искривляет губы в недовольную линию наискось. — Но для себя ты, похоже, совсем недогадливый.

— Маргарита Николаевна, куда мне без вашей заботы, — внутри себя ржу, собираясь идти в учебную часть.

— Зря, зря ты ерничаешь, Глеб Романович, — она тоже переходит на официальный тон. — Я видела, с кем ты приехал в академию. Ты же рискуешь, знаешь ведь правила!

— В этих правилах нет не подвозить соседей, остальное тебя не касается.

— Ну и дурак, — бывшая злобно шипит и, передернув плечами, уносится.

Достаю из кармана компас и проверяю на ней, направляя на спину. Потом оглядываюсь, вроде никто не заметил и психбригаду не вызвал. Пронесло.

Смотрю показания. Странно устроен компас, на бывшую показывает тучу.

Мда, мда… показателя «ведьма» нет, что имеем, как говорится.

Теперь я запутался. Хуже всего гроза, так я считал, дикарка тому подтверждение. Но что ждать от грозы понятно, а вот с тучей сложнее и не всегда угадаешь.

Проверить успеваю еще в том направлении, но компас не показывает четко на малознакомых студентов, зависает в разных положениях. А вот и четко! Облачко пошло, пошло, такого еще не было.

— Глеб Романович, здравствуйте. А я вас искала, — облачко приближается вместе с веснушками.

— Здравствуйте, меня терять не надо, — отвечаю любезно.

Это Леночка подошла, преподаватель иностранных языков и она же в моем списке кандидаток. Вместе идем в учебную часть, Ленка светится, я в раздумьях по поводу компаса и с чем на этот раз ее пирожки.

Она спокойная милая девушка.

Но я же решил, что внешность бывает обманчивой. Перед глазами тут же образ Полины с лотком и в купальнике. О Господи, когда мой бред закончится?

— У вас все хорошо? Так на меня посмотрели, что я испугалась, — у коллеги задрожал и без того тонкий голосок.

— Лена, сегодня хорошо. А вот вчера… ты заметила перед лекциями мой синий затылок и почему промолчала?

— Просто я не сразу придумала, как вас похвалить, такая красота получилась. Я тихонько любовалась, пока вы в ноутбуке печатали.

Леночка все-таки добрая. Хотел на нее спустить часть собак, но куда их, любовалась же все-таки. Без смеха, как некоторые, и без ответок.

Чешу затылок и прикидываю, что сегодня собирался в бассейн. Туда же придет и Полина, потом скажет, что это я за ней повторяю, цепляться хочу и подглядывать. Делать мне больше нечего!

Но помешательство надо скорей устранить и понять, что дело не в соседке, переключая внимание.

— Леночка, у вас есть оранжевый купальник?

— Глеб Романович… — глаза у коллеги выкатываются, словно овальные блюдца. — Я поищу, поищу, но можно узнать, а вам зачем?

— Хотел пригласить тебя со мной поплавать в спортклубе. Дресс-код там такой ввели, потому и спросил.

Ну не говорить же, что я хочу выкинуть лишнюю тягу к соседке. Зато как обрадовал Леночку. Она приложила ладони к груди, а взгляд такой щеняче-счастливый, будто мы не просто плавать пойдем, а к свадьбе готовиться. Начинаю жалеть, но, кажется, поздно...

— Так неожиданно и та-а-ак приятно, - с придыханием соглашается коллега. - Если не найду такой купальник, то куплю. А вы меня плавать научите? Вы станете моим долгожданным тренером!

— Эээ… я не тренер, - пытаюсь внести ясность, но Лена уже поплыла далеко и не слышит.

— Спаси-и-ибо! Спаси-ибо! Вы самый лучший мужчина, Глеб Романович! Я знала это, знала!