Глава 19. Старые раны

Каридад

Лекарь снова наведался к нам, оставил несколько бутылок с успокаивающими настойками, и посоветовал набраться терпения, так как колонистам его понадобится много. Не стала уточнять, что я не собираюсь покидать Южный материк; лишь учтиво поблагодарила, приняла лекарство, и собралась на работу.

— Милая, это неразумно, ты еще слаба, останься дома, прошу!

— Тетушка, неразумно – сидеть дома, пока Кратоны едва справляются с обязанностями. Пусть мир и рушится, я не позволю страху и всеобщей апатии изменить меня. Кто-то ведь должен блюсти долг, верно?

— А вдруг ты встретишься с ним? С Алесом Хорсом?

Ни один мускул на лице дрогнул, хотя внутри все скрутилось от боли.

— Этот дракон не имеет никакого отношения к нашей работе. К тому же сейчас у него полно забот, связанных с предстоящим отплытием.

На самом деле я жаждала встречи с ним, хотела оценить уровень врага, чтобы составить план мести, да и безделье никогда не прельщало меня. Скучно, отвлечься нечем, ничто не радует, словно все краски ушли из этого мира. Можно понять всеобщую меланхолию, но я не хочу захлебнуться ею; мне нужно выплыть, сделать полный вдох, и выполнить данное себе обещание.

Эта мысль не покидала меня, пока я ехала по пустому городу, такому оживленному еще недавно, и даже на работе не могла сосредоточиться. Перед мысленным взором стояло суровое лицо мужчины с серыми глазами, и каково было мое удивление, когда это лицо я увидела наяву...

— Здравствуй, Каридад.

Нет, не Алес, его сын. Надо же, как они похожи! Разве что у Казимира нет жестокости в глазах. Я могу представить его на поле боя, но не думаю, что он способен на убийство невиновных.

— Здравствуй. Если ищешь Вулко, он у себя в кабинете.

— Я хотел поговорить с тобой.

— Мне не нужны сплетни.

Мужчина не отреагировал, но я заметила искру в его глазах.

— Буду ждать на западной террасе. Не придешь ты – я приду сам.

Ошеломленно смотрела ему в спину, пока дракон уверенной походкой шагал по коридору. Ну, Хорс, все такой же наглец! Привык командовать, и не терпит возражений. Я могла бы пойти на принцип, но ведь он выполнил бы обещание, явился бы сюда снова, а мне не нужны слухи, и так коллеги косятся.

— Это же Казимир Хорс! – с мечтательной улыбкой сказала Лика Ольхова. – Откуда ты его знаешь?

Оттуда, что он и его семья стали моим проклятием!

— Мы учились вместе.

— Каким он был в юные годы?

— Не знаю, мы не дружили. Он все время проводил с Вулко Кратоном и Ясногором Деннициным.

— Наверняка он был благородным и храбрым, а девушки сходили по нему с ума. Так ведь?

Подтвердила, так как смысла убеждать в обратном не видела. Тем более драконицы действительно обожали его, а в кругу себе равных Казимир вел себя иначе, чем со мной.

Вскоре выпала возможность ускользнуть из кабинета, но вместо соседнего отдела я отправилась на террасу, где меня ждал Хорс. Он небрежно облокотился о перила, разглядывая город внизу, а я застыла, рассматривая его фигуру. Мужской красотой природа его не обделила, но раньше я замечала лишь его паршивый характер и грубое отношение ко мне. Из-за этого я практически ненавидела его, пока не поняла, что именно руководило им.

— Подойди ко мне, пожалуйста.

Все-таки изменения произошли. Раньше он никогда не проявлял вежливость в моем присутствии.

— Мне нравилось наблюдать отсюда за городом, но сейчас пустые улицы служат напоминанием о неизбежном.

Мужчина покачал головой.

— Скоро все вернется на круги своя, драконы продолжат жить как прежде, пока Южный материк не уйдет под воду. Мне не хотелось бы, чтобы ты ожидала среди них свой конец, но, если таково твое решение, я готов смириться. Позволь спросить еще раз, Каридад.

— Не нужно, я уверена в своем решении.

— Ладно. Я поговорю с Вулко, он уберет тебя из списка колонистов.

От его слов остался странный осадок: то он настойчиво требует, чтобы я отправилась в Норгратер, то обещает принять мое решение остаться.

— Ты удивлена? – спросил Казимир, хотя по лицу было понятно, он точно знает, что я чувствую.

— Удивлена. Но рада, что мое мнение наконец услышано и принято.

Не стала спрашивать, как он пришел к такому решению, ибо ощущала какой-то подвох с его стороны.

— Я уважаю тебя, Каридад, и не хочу расставаться врагами. В юные годы я настроил тебя против себя, и сейчас сильно об этом жалею. Могу ли я искупить вину? Что мне сделать, чтобы ты простила меня?

Ком в горле помешал заговорить, иначе я рассказала бы ему о своей боли, о трудностях юности, скорби, снедающей сердце прямо сейчас. Не смогла, не хватило смелости. Или же я испугалась, что после признания боль и ненависть уйдут, открывая место иным чувствам? Я не хочу поддаваться его чарам, не хочу влюбляться в серые глаза дракона, чей отец лишил меня родительской заботы.

— Казимир, повторюсь в очередной раз: мы не друзья. Я рада, что ты изменился, но все же эти изменения не повлияли на твою суть, а она всегда была чужда мне. Поговори с Вулко, пусть мое имя исключат из списков, и после этого будем квиты. Желаю удачи тебе на чужих берегах, но я останусь здесь, и лишь конец Южного материка разлучит меня с родной землей.

Он смотрел так пронзительно, что я развернулась, и побежала со всех ног. Сердце едва справлялось с потревоженной болью, но я заставила себя успокоиться, и до конца дня с непринужденной улыбкой разбирала скопившиеся документы. Каждый раз, когда кто-то заходил к нам, я испуганно сжималась, но это был не он.

Казимир ушел, как я и просила. Увы, облегчения это не принесло.