Глава 36. Ревность

Казимир

Неужели отблески ревности? Она ревнует меня к Зарине?

Не знаю, что отразилось на моем лице, но оно явно испугало Каридад.

Так, спокойно, нельзя вспугнуть удачу! Пусть она привыкает ко мне, столько ждал – подожду еще. Лишь бы обезопасить девушку!

— Будущее Зарины меня не касается, ты права, но и зла я ей не желаю. Сестра Ясногора – замечательная девушка, благородная, добрая, поэтому она и согласилась на фиктивную помолвку. Мы оба тянули время, и в итоге вырвались из-под власти родителей, обрели шанс создать семьи с теми, кого любим, а не с теми, кого нам подсунули семьи. Зарина знала о моих чувствах к тебе, и помогла. Ясногор дал слово, что, когда он станет главой рода, она сама выберет себе супруга. И мы преуспели, наш дерзкий план увенчался успехом: я женился на тебе, о чем в юности и мечтать не смел, но Зарина угодила в ловушку. Обещание Ясногора обернулось против нас всех.

Несколько минут Каридад усваивала информацию, и, судя по румянцу на щеках, мое любовное признание нашло отклик в ее сердце. Но она постаралась скрыть от меня смущение, и спросила о другом:

— Господин Кварц и есть твой враг, верно?

— Да, он состоит в оппозиции.

— Думаешь, он специально ухаживает за сударыней Деннициной? А вдруг он действительно влюблен, и их брак поможет наладить отношения с Агатисами?

Покачал головой, отвергая столь нелепое предположение.

— Ты не знаешь этого дракона. Если он женится на Зарине, девушка станет разменной монетой в нашей с Кварцем борьбе. У него появится рычаг давления на Ясногора, моего лучшего друга и ближайшего союзника. Тем более он знал правду о фиктивной помолвке, и не раскрыл ее. Как думаешь, почему? Узнай мой отец правду – помешал бы. Да и удар по репутации был бы болезненным.

— Так может потому, что действительно любит Зарину?

— Он хотел выдать за меня свою сестру, это могло бы помирить наши семьи. Ну и не пришлось бы жениться на Деннициной. Теперь наше противостояние обострилось, он заручился поддержкой оппозиции, и настаивает на возвращении домой. Если повернем – сгинем вместе с Южным материком. Поэтому нам нужно быть сильными, и продолжать плыть вперед.

— Из-за него ты приставил ко мне охрану?

— Кварц понимает, что только через тебя сможет достать меня. Любимая женщина занимает в сердце мужчины особое место, твоя боль будет для меня сокрушительной.

На этот раз она побледнела.

— Насколько все серьезно?

Не хотелось ее пугать, но пусть лучше знает правду, и бережет себя.

— В случае моего проигрыша ты станешь трофеем для Оникса, младшего из Агатисов. Он воспылал к тебе такой страстью, что я едва не убил его на месте, ощутив черное чувство.

— Так ты признаешь, что у твоего рода есть такая способность!

— И ты знала об этом, верно?

— Догадалась. Ха, а ведь мой дядя ошибался! Он думал, с тобой я буду в безопасности.

— Возразить нечего. Могу лишь дать слово, что уничтожу всех, кто попытается тебя обидеть.

— Как Ясногор дал обещание своей сестре? – выразительно выгнула левую бровь. – Очень легко вы раздаете обещания.

Ее несговорчивость не обескуражила, но повторно объяснять расклад не стал. Каридад умная, прекрасно все понимает, но не может не язвить мне. Ну и хорошо, пусть выплескивает эмоции, лишь бы не была безразличной. Рано или поздно все равно устанет сдерживать чувства, времени у нас много.

— Давай поужинаем, – предложил, чтобы разбить тишину.

Драконица пожала плечами, словно предоставляя мне право действовать. Служанки предусмотрительно заказали новый ужин, и спустя десять минут мы сели за стол. Каридад изящно орудовала столовыми приборами, все в ней меня восхищало, и сам этот момент показался волшебным, словно оживший сон. Она заметно расслабилась, перестала хмуриться, и даже поделилась своими наблюдениями, сделанными на палубе:

— Почему они так наряжаются? Колонисты должны помнить, что их ждет на берегах Норгратера, и проявлять уважение к тем, кто остался позади.

— Они помнят, в этом все дело. Скоро нам будет не до веселья, красивые платья и ожерелья надолго отправятся в сундуки. Считай это последней возможностью вдохнуть полной грудью перед долгим заплывом. И, прошу, не игнорируй фамильные драгоценности Хорсов, они твои по праву.

Девушка смутилась, опустив взгляд.

— Драгоценности предназначаются супруге, а не...

— Кому? Разве ты не моя жена?

— Не совсем.

— Одно твое слово, и мы это исправим.