Глава 15

Арина

Сегодняшнее утро не предвещало мне ничего хорошего. Я проснулась поперек огромной кровати, да еще и в чужой квартире. Чертоги моей памяти пусты. А то, что и всплывает со дна хочется поскорее забыть и представить, что это все творил и говорил совершенно чужой и не знакомый мне человек. После вчерашней, почти полной бутылки коньяка, будь он не ладен, мое сознание пыталось быть стойким со всей силы, но получалось у него, мягко говоря, плохо. И в результате этого, меня сейчас мучает вопрос: где я и что вчера было?

Поднимаю одеяло и вижу, что я в мужской рубашке.

Черт! Провожу рукой — белье на месте. Но, от этого как-то не легче.

Откидываю белоснежное одеяло в сторону и медленно встаю. Осматриваюсь. Вокруг современная, дорогая мебель. Вся комната в темных тонах. Много дерева в интерьере. Шоколадные шторы, которые наглухо задернуты.

Кто мне скажет, который сейчас час, или лучше, какой сегодня день?

Я тихонько, на носочках подхожу к двери.

Мне сразу вспоминается анекдот:

— Где мы?

— К черту подробности! Кто мы?

Класс! Клоун года! О чем ты вообще сейчас думаешь падшая женщина? Что у тебя в голове?

Прикладываю ухо к деревянной поверхности. Прислушиваюсь. Из-за нее доносятся звуки работающего телевизора.

Так. Надо как-то от сюда выйти. Но в таком виде я не могу. Мне нужны мои вещи.

Снова осматриваюсь в попытке найти свои вещи. Но их нигде нет.

Еще раз прислоняюсь к двери и слышу тяжелые шаги за ней. Как испуганная кошка я бегу обратно на кровать, забиваюсь в угол кровати натянув одеяло до самого подбородка и жду. Чего именно, сама не знаю.

От страха я съёживаюсь. Не двигаюсь. Не дышу. Как в фильме ужасов, мой взгляд прикован к медленно опускающейся ручке и отъезжающей в сторону двери. Со всей силы зажмуриваюсь, боясь увидеть кто же там за ней.

— Вижу ты уже проснулась, — слышу до боли знакомый голос и открываю глаза.

— Тим… — облегченно выдыхаю.

Я и сама не ожидала, что буду настолько рада видеть именно его.

— Ты хотела увидеть кого-то другого?

Мужчина проходит по комнате. На нем как обычно дорогой костюм и идеально выглаженная рубашка. Все как с иголочки. За ним тянется шлейф горьковатого парфюма.

Я отрицательно мотаю головой.

— Нет. Точно нет.

Босс садится на противоположный край кровати. У него в руках чашка со свежезаваренным ароматным кофе. Он протягивает ее мне. Я беру ее и ставлю на прикроватную тумбочку.

— Спасибо. Мне бы просто воды.

— Тогда тебе придется выйти. Вода на кухне, — он смотрит как-то плотоядно на меня, от чего я сильнее натягиваю одеяло на себя.

А может это я себе придумываю, потому как в таком виде меня может захотеть, разве что кощей бессмертный. На голове гнездо, тушь слиплась на ресницах. Я, наверное, сейчас выгляжу как панда.

— Я не могу выйти в таком виде, — дергаю за ворот голубой рубашки.

— Арина, я тебя переодевал. Поверь, ты меня уже ничем не удивишь.

От стыда я роняю лицо в ладони, а Тимофей довольно улыбается в этот момент.

Издевается гад!

Но как оказалось, это было не самое страшное.

— Где мои вещи?

— Сохнут на балконе, — отвечает, складывая руки на груди, но улыбаться не перестает.

Прям удовольствие сейчас получает от того, что мне стыдно.

— Я… — мне не хочется произносить это в слух и Тим догадывается о чем, идет речь.

Нет! Нет! Нет! Боже, как стыдно! Как стыдно-то!

— Да. Ты не дошла вчера до ванной.

Я сейчас провалюсь сквозь землю. Можно я спрячусь за плинтусом?

Я падаю на подушки и с головой накрываюсь одеялом.

— Все. Я от сюда не вылезу! Буду лежать здесь, пока не умру от стыда.

— Ладно тебе. Еще задохнешься, — он тянет одеяло вниз. Дело житейское. У меня по молодости и не такое было.

— И часто?

— Лет эдак, до двадцати двух — миллион, миллион, миллион, алых Раз!

— Меня терзает один вопрос, — я вылезаю из-под одеяла.

— Я весь во внимании, — Тим не сводит с меня взгляд.

— Между нами что-то было? — спрашиваю и не знаю куда деть свои глаза.

Он несколько секунд помолчит, затем отвечает.

— Я некрофилией не увлекаюсь. Люблю, знаешь ли, женщин поактивнее, — он иронично отвечает и проводит рукой по своему небритому подбородку.

И я снова облегченно выдыхаю. Этот ответ для меня как камень с плеч.

— Пойдем. Проведу тебе небольшую экскурсию, пока не ушел на работу, — Тимофей встает и выходит в дверь. Я, одергивая подол рубашки, в стремлении сделать ее длиннее, иду за ним следом.

— Т-а-а-к, — тянет он. Где ванна ты уже знаешь. Чистые полотенца на полке внизу. Еда в холодильнике. Чай, кофе на полке слева. В общем все в твоем распоряжении. Ах, да! Вот ключ, — достает он его из кармана и кладет на стол. Будешь уходить отдашь консьержу внизу.

— Поняла, — отвечаю и заправляю локон волос себе за ухо. Тимофей следит за моей рукой, от чего я опять начинаю смущаться.

Он подходит ко мне настолько близко, что начинает практически дышать мне в затылок.

— Я, как большой свин, что-то не спросил, как ты себя чувствуешь?

Прежде чем ответить я наливаю стакан воды и выпиваю залпом. Наливаю еще один и уже с ним в руке отвечаю: паршиво, как будто меня переехал каток. Я ведь практически не пью крепкий алкоголь.

— Угу. Я вчера заметил, — говорит наиграно серьёзно.

— Это было в первый и последний раз.

— Верю. Но это не отменяет твоего штрафа в размере трехдневных окладов, — он взял со стола чашку, отпил свой кофе, отставил ее в сторону и отошел на безопасное расстояние.

— В смысле? Я же уволилась.

— Ты бы видела это заявление! Даже у меня от ошибок пошла кровь глазами, — он засмеялся, а я как провинившийся ребенок опустила голову. Сегодня у тебя один день за своей счет. Завтра жду на работе вовремя.

— Мне стыдно возвращаться туда, — отвечаю совершенно искренне.

— Если тебе от этого полегчает, то тебя никто не видел.

Да мне от этого даже дышать стало легче!

— Как это?

— Пришлось срочно провести общее собрание.

— И какой был повод собрания? — осторожно интересуюсь на какие же жертвы пошёл босс ради того, чтобы спасти мою честь.

— У нас скоро юбилей компании. Объявили конкурс на лучшую идею его проведения. Поощрительный приз — премия. Так что, вы Арина Николаевна, с завтрашнего дня займетесь приёмом письменных предложений. А сейчас проведи меня и закрой за мной дверь.

— Слушаюсь босс! — я шуточно отдаю честь.

— Не ёрничай, — и совершенно неожиданно для меня, он как ни в чем не бывало целует меня в висок. Затем берет свой кожаный портфель в руки и идёт в коридор.

А я стою по колена в шоке, совершенно не понимая законов этой хаосной вселенной.

Закрыв за Тимом дверь, я осталась совершенно одна в огромной квартире. Меня никто не смущал своим присутствием. Поэтому не торопясь, я приняла душ, привела себя в порядок, погладила высохшую одежду и вызвав такси уехала домой. Выходной день посреди недели оказался очень даже кстати и вместо того, чтобы побыть дома и отдохнуть я съездила в больницу и проведала Леонида Александровича. Благо он идет на поправку и к концу недели его планируют выписать. Затем отвезла гостинцы Ивану с мамой. Я-то думала, что сын по мне соскучился и будет просится домой. Но нет. У него появился новый друг — Максим из соседнего подъезда, который ходит на кружок робототехники и теперь они сутки на пролет собирают лего-роботов.

На следующий день я как ни в чем не бывало вышла на работу. Правда из-за тендера и обвяленного конкурса на проведение корпоратива работы у меня прибавилось. Два дня я крутилась как белка в колесе. Да и к тому же мои задачи, как начальника кадрового отдела, тоже никто не отменял.

Тимофей практически не появлялся в офисе и бегал по важным деловым встречам. Поэтому на личные темы мы не разговаривали. Я думаю, что это к лучшему. Не хочу ничего знать ни про Алису, ни о их отношениях. Как и придумывать себе, что, между нами, что-то может быть, давать ложные надежды и придумывать несбыточные мечты тоже не хочу.

Да нас Алисой даже сравнивать нельзя, что уж душой кривить. Там красивая, длинноногая двадцати пятилетняя принцесса с богатой родословной, да и очевидно с немалым приданым. И я — дама которой уже давно за двадцать пять, с растяжками на заднице и далеко не идеальной фигурой, с ребенком вместо приданого и старой разваливающейся сталинкой. Прям Джек-пот! Но не будем о грустном.

В честь выписки Леонида Александровича, моя мама решила устроить небольшой семейный праздник, а точнее праздничный обед. О чем предупредила, а точнее в приказном порядке заявила по телефону. Мне эта идея изначально показалась не очень уместной, но спорить с ней было все равно бесполезно. Тем более, что у нее очень упрямый характер, раз уж что-то решила, то всем миром не перепереть.

В субботу, одев более-менее приличное платье и сделав скромный макияж, я вызвала такси и уже к часу была у мамы. Не успев, переступит порог квартиры, я увидела две лишние пары обуви, мужскую и женскую. При чем они контрастно отличались друг от друга. Женские туфли были растоптанные, старомодной модели и на широкую ногу, а мужские наоборот очень стильные и новые.

— Мам, это что? — тихо спросила я, показывая пальцем в сторону чужой обуви.

— Ой, Аришенька, я забыла тебя предупредить. Я пригласила к нам мою давнюю приятельницу с сыном к нам на обед.

Я взяла маму под руку и потянула ее за собой на кухню.

— Ты опять? Снова за свое? — прошипела я, прикрывая за собой дверь.

— Да Бог с тобой! И в мыслях не было, — всплеснула она руками.

— Мама во-первых — не богохульствуй. А во-вторых — я в этих смотринах участие принимать больше не стану!

— Придумаешь тоже, — она махнула рукой, — какие смотрины? Так, посидим скромно, пообедаем и все. Ну не выгонять же мне их?!

Моя мама, сговорившись со своими сестра уже не раз проделывали такие штуки. С кем они меня только не знакомили. Женихи были разным. От засидевшихся под мамкиной юбкой кандидатов наук до холостых таксистов.

— Арина, я тебя прошу, веди себя прилично и проходи к гостям, — она приоткрыла дверь кухни указывая мне на выход.

Бросив на нее дюжину укоризненных взглядов, я все же прошла к гостям.

За столом уже сидел Леонид Александрович и о чем-то разговаривал с сидящей напротив тучной женщиной за пятьдесят. Она была одета в малиновое платье. С жестким начёсом на голове. Не углу с грустным лицом сидел Ваня. Еще бы! Моя мама напялила на него рубашку и застегнула ее на последнюю пуговку, а непослушные волос расчесала, сделав по центру пробор и прилизала их гелем для волос. В стороне повернувшись лицом к окну и держа руки за спиной, стоял молодой мужчина.

— Всем добрый день! — поздоровавшись я и натянула дежурную улыбку.

— Добрый, добрый, Ариночка! — женщина вскочила с места и подошла ко мне. Меня зовут Клавдия Матвеевна.

— Рада познакомится.

— А это мой сын. Марк подойди к нам! — окликнула она его.

В два шага мужчина оказался возле нас.

— Приятно познакомится, Арина, — он вежливо поцеловал мою руку, натянув такую же улыбку, как у меня и отошел в сторону.

По его поведению было видно, что эта идея ему тоже не по душе, как и мне.

Женщина вернулась на место, а я подозвала Ваню к себе.

— Вань, — шепнула я ему на ухо, — иди сходи в ванну и быстро смой с себя этот гель. Волосы подсушишь феном.

— Но бабушка запретила, — печально ответил он.

— А я твоя мама и говорю тебе — смой эту гадость и переоденься в удобную одежду.

Настроение сына заметно улучшилось и заулыбавшись, он в мгновение ока метнулся к себе в комнату.

— Леонид Александрович, предлагаю пройти на кухню к Людочке, — громко сказала Клавдия Матвеевна поднялась со своего места.

— Знаете, вы идите. А я пойду к себе прилягу. Слаб еще, — он поднялся, упираясь рукой о край стола. Было видно, что ему тяжело сидеть.

— Вас проводить? — я подошла к нему и взяла за руку.

— Нет. Не беспокойся, девочка. Я сам. Развлеки нашего гостя, а то он совсем приуныл, — ответил он и медленным шагом вышел из гостиной.

Так и сделаю. Сейчас я его развлеку, подумала я про себя.

Когда мы остались одни, я подошла к мужчине и поравнялась рядом с ним.

Всю это затею надо рубить на корню.

Набравшись смелости я обратилась к нему: Марк, вы знаете зачем мы здесь?

— Догадываюсь, — ответил он и печально улыбнулся.

— Я так понимаю, знакомство не входит в ваши планы. Впрочем, как и в мои, — я посмотрела на него: симпатичный, дорого одет, сразу видно не бедный, да и по всей видимости с интеллектом все в порядке.

Вряд ли он обделен женским вниманием.

— Все верно, Арина. Вы очень проницательная девушка, — он внимательно посмотрел на меня.

— Марк, я вижу, что вам все это не по душе. Впрочем, как и мне. Поэтому предлагаю перетерпеть этот обед и разойтись как в море корабли.

— Предложение принимается, — развернувшись он прошагал и сел за стол.

Спустя минут пять, неся блюда с горячим в руках, появилась мама, а за ней ее подруга. Поставив все яства на стол, женщины заняли свои места. За ними появился Ваня, в нормальной одежде и с привычной прической на голове. Мама недовольно посмотрела на него, но ничего не сказала. Леонид Александрович к нам так и не присоединился, он обедал у себя в комнате. Тем более, что после операции он на специальной диете.

За столом женщины о чем-то шептались и все время поглядывали в нашу сторону. Мы с Марком вели непринуждённые беседы о погоде и о природе.

Ваня, быстро наевшись отпросился к Максиму. А еще он попросил забрать его домой в воскресенье вечером. Ему скучно дома. У нас во дворе нет детей его возраста. А друзья со школы живут в разных районах.

— Кому еще чаю? — спросила мама, ставя на стол пышный пирог.

— Мне, — довольно улыбаясь ответила Клавдия Матвеевна и подала маме чашку.

— Марк? — спросила мама, наливая заварку в чашку.

— Благодарю, но должен отказаться, — вежливо ответил он.

— Почему? Вам что-то не понравилось? — она явно расстроилась ответом.

— Ну что вы? Все было невероятно вкусно! Просто, мне пора. Я приглашен на одно мероприятие вечером и туда нельзя опаздывать.

— Ах да! Маркуша идет на день рождения своего начальника, — ответила Клавдия Матвеевна, опережая своего сына. Маркуша, а почему бы тебе не взять с собой Ариночку? — своим предложением она поставила его в тупик.

Он задумался всего на секунду. Затем ответил.

— Конечно. Как я сам не догадался, мама? Арина, как вы смотрите на то, чтобы сопроводить меня на банкет? — развернувшись ко мне корпусом спросил он.

— Я? Э-м-м…

— Соглашайся! — радостным воплем перебила меня мама.

— Конечно соглашайся! — закивала Клавдия Матвеевна.

— Я как-то не одета для такого случая.

— Пустяки! Ты прекрасно выглядишь, — закудахтала мама.

Они проста давили на меня. Это не женщины. Это прессовальные машины какие-то.

Ладно. Соглашусь. Что мне терять? Главное выйти на улицу. А там разойдёмся с ним в разные стороны.

— А когда нам нужно выходить? — обратилась я к «Маркуше».

— Уже, — он поднялся из-за стола и подал мне руку.

Мы вышли из подъезда. Марк достал ключи от припаркованного рядом автомобиля и щелкнул брелоком открывая дверь. Он помог мне сесть на пассажирское сидение и закрыл дверь. Сам сел рядом и завел двигатель.

— Марк, предлагаю довести меня до ближайшей остановки. Оттуда я доберусь домой.

Мужчина практически поменялся в лице. Он, явно нервничая взялся руками за руль и сжимая его посмотрел в окно.

— Марк? Что-то случилось? — я хотела дотронуться до его плеча, но сдержалась в этом порыве.

— Арина, я должен вам признаться. Вы умная, современная девушка и должны меня понять.

Он дышал тяжело и часто. Слова давались ему с трудом.

— Я слушаю, — шепотом произнесла я.

— Вы не подумайте, дело не в вас или в ком-либо еще. Дело все во мне… просто… мне не интересуют женщины. От слова совсем. — он резко посмотрел на меня, пытаясь найти во взгляде призрение или осуждение и тотчас отвернулся к окну.

— Господи, всего-то, — я облегченно выдохнула. Марк, вы знаете я абсолютно спокойно к этому отношусь, — сказала я и в успокаивающем жесте провела рукой по его плечу. Клавдия Матвеевна об этом знает?

— Нет, — он отрицательно замотал головой. Никто не знает. И не должен, — и снова посмотрел на меня.

— Это не мое дело. Вы можете не переживать, что кто-то об этом узнает от меня.

— Дело не только в этом. На работе ест парень. У нас все взаимно, — мужчина сглотнул. Но между коллегами уже ходят слухи, и я хочу опровергнуть их. Арина, помоги мне. Претворитесь моей девушкой на один вечер. Я буду вам очень признателен за это.

Мне стало до боли жалко его. Взрослый мужчина, а из-за своих нестандартных предпочтений, под прессом всеобщего мнения в нашей стране, должен скрывать и врать всем, даже самым близким людям. От чего становиться еще печальнее.

— Знаете Марк, а ведь все имеют право на любовь. И совсем не важно какая она — преступная, запретная, неразделимая, — я взяла его холодную руку в свои ладони. Я согласна сыграть роль вашей девушки и предлагаю сразу перейти на ты. А то странно будет, если мы будем выкать друг другу.

— Спасибо, — ответил он и понес мою руку к своим губам. Это было не пошло, нет. Марк сейчас выглядел, как большой нелюбимый ребенок.

— Только мне кажется, что моя я одежда не соответствует для данного мероприятия. У нас есть пол часа?

— Конечно.

— Отлично! Отвези меня домой. Я быстро переоденусь. Обещаю — мы произведем фурор.

Пока Марк выезжает со двора, я с сумочки достаю телефон и набираю Лилю.

— Алло! — сонно отвечает она.

— Лиль, ты дома? Ты занята?

— Да, дома. Дремала, а что?

— Есть дело. Мне срочно надо красивое, вечернее платье.

— Поняла, — заметно оживилась она. Сколько у нас будет времени?

— Мало. Очень мало. Я бы сказала катастрофически мало.

— Поняла! Будем делать экспресс программу.

Я отключила телефон и спрятала его обратно.

Это конечно авантюра, но если я таким образом могу помочь человеку, то почему бы не помочь.