Глава 4

Арина

— Это все не то. И это. И это.

Наверное, десятая по счету юбка летела на кровать, в ту самую кучу, где уже валялись мои рубашки вместе с брюками.

— Это все, как из бабушкиного сундука, — возле открытого шкафа стояла запыхавшаяся Лиля.

— Не начинай. Нормальные вещи.

Я взяла одну из юбок в руки, встряхнула и приложила к себе. Посмотрела на своё отражение в зеркале.

— Обычная классика. И кстати, всегда актуальна.

Лиля подошла сзади и смерила меня взглядом.

— Хрень это, а не классика! Сейчас ко мне пойдём. Подберем тебе что-нибудь нормальное. Чтобы не стыдно было завтра в офисе показаться.

— Вот только не надо обижать мои вещи и мой вкус. Я нормально одеваюсь и совсем не старомодно!

— Вот именно детка, — она обняла меня за плечи, — нормально. А надо одеваться с лоском. Раз уж даже такой мужчина, как Тимирязев младший, делает тебе замечание по поводу твоего внешнего вида, то стоит над этим задуматься.

— Ты то откуда знаешь, какой он мужчина? — я развернулась к подруге и отбросила юбку все в ту же кучу.

— В интернете посмотрела. Красавчик он, однако, — она вздохнула с ноткой легкой грусти.

— Надо же! В интернете она посмотрела! Слышала бы ты его в офисе детка, ты бы сейчас таковым его не считала.

Я иронично хмыкнула.

— Он — озабочены хам! И думает скорее не тем, что между ушами, а тем, что между ногами. И, честно говоря, мне плевать на его мнение.

— Ну, не обижайся, — Лиля расплылась в примирительной улыбке. Я же хочу как лучше. У меня столько вещей без дела лежат. А так, ты их хоть выгуляешь. Идём ко мне и выберем тебе отпадный наряд на завтра.

Отказать ей сейчас, словно котёнка на улицу выбросить.

— Ладно. Уговорила. Но вещи у меня нормальные!

— Да вещи нормальные. Кто ж спорит то?

Минут через десять я стояла в Лилиной спальне одетая в узкую чёрную юбку-карандаш с разрезом до самой ж… попы, от какого-то крутого дизайнера, белую, полупрозрачную, шёлковую блузку с впечатляющим декольте и обутая в чёрные лодочки на высоченном каблуке.

— На, — Лиля, с довольной миной на лице, протянула мне новую пару чёрных в крапинку чулок, — маленький презент.

Я покрутилась перед ее огромным зеркалом в белой витиеватой оправе.

Нет. Я не выглядела вульгарно. Скорее сексуально. Очень сексуально. И если бы я хотела соблазнить какого-нибудь папика, то такой наряд был бы как раз кстати. Подозреваю, что именно таким внешним видом Лиля охмурила когда-то Серафима Ивановича — царство ему небесное.

— Лиль, ты, конечно, не обижайся, но тебе не кажется это как-то слишком? — я повернулась к ней лицом.

— Слишком что? — она недовольно сложила руки на груди.

— Ну… слишком откровенно, что ли.

— Может ты хотела сказать — слишком сексуально? — она подошла ближе и сердито ткнула мне в руки чулки.

— И это тоже.

— Как сказал Зигмунд Фрейд: «Миром правят жажда власти, секс и чувство голода». И сейчас в этом наряде ты, источаешь секс. Дорогой секс. Понимаешь?

Я снова посмотрела на себя в зеркало.

— Но я же не на торги себя выставляю.

Меня почему-то обидело такое сравнение.

— Завтра в офисе, все мужики будут валяться у тебя в ногах. И шеф тоже. Вот увидишь.

Ну выгляжу я и правда очень дорого.

— Думаешь?

А может и так. Пусть знает, что я не какое-то там барахло, об которое можно ноги вытирать.

— Уверена! Так что, ты не тупи. Бери вещи и шуруй в них на работу, а завтра я тебе ещё что-то интересненькое подберу из своего гардероба.

Ну на том и порешили. По наставлению Лили, я выполнила все ее предписания и указания. Даже обула ее шпильки и накрасила губы красной помадой.

Все было бы ничего, вот только я не привыкла к таким каблука. Пока доковыляла в них до машины, то поняла, что уже устала, а ещё надо высидеть день в офисе.

На этот раз я не опоздала и ровно в восемь двадцать, уже сидела за своим рабочим столом. Шефа ещё не было. До его прихода я разложила всю входящую корреспонденцию, отправила ему на почту договора для новых проектов, дала указания по работе своему отделу и даже успела послушать свежие сплетни, так сказать из первых уст. А точнее от Ирочки — секретаря Николая Егоровича.

Не помощница, а золото!

Ближе к десяти в приёмной появился босс. Сказать, что он был зол — ничего не сказать. Он пронёсся мимо меня словно ураган, попутно крикнул слово — «кофе» и громко хлопнул дверью своего кабинета.

Видимо здороваться его, реально, не учили.

Я поднялась со своего места и даже ещё не успела подойти к кофемашине, как снова услышала хлопок двери и голос шефа за спиной.

— Буду через час! — крикнул он и скрылся за входной дверью приёмной.

Интересно, кто же ему так с утра настроение испортил?

Я вернулась на своё место. Пока его не было, я отобрала новые резюме на должность его помощницы и назначила собеседование. Если, даже, он будет очень занят, то я, как начальник отдела кадров, сама его проведу. И плевать на то, что он там говорил.

Ровно через час он вернулся. Но вернулся не один, а в компании ещё троих мужчин не русской национальности. Один из них был в возрасте — лет за шестьдесят, а двое других помоложе. На этот раз Тимофей Петрович был поспокойнее.

— Арина Николаевна, сделайте нам всем кофе, — сказал шеф и даже не взглянул в мою сторону.

— Пожалуйста! — еле слышно пробормотала я себе под нос.

— И до обеда нас не беспокоить.

Сие не применено, барин!

Поставив чашки с ароматной стопроцентной арабикой на поднос, а поднос взяв в руки я, тихонько постучав, вошла в кабинет. Мужчины, которые до этого, что-то громко обсуждали, одновременно замолчали. Тот, который по старше, оценив меня с ног до головы и обратно, поправил узел своего галстука и громко сглотнул. Двое других просто жадно осмотрели мое жертвенное тело.

Медленно пройдя по кабинету, я подошла к столу и поставила на него поднос. Для этого мне пришлось слегка наклонится, и я тут же почувствовала их хищные взгляды, своим разрезом сзади.

Брррр!

Мерзкое чувство. Я ожидала совершенно другого эффекта.

Пока меня оценивали сзади, шеф смотрел на меня спереди. И взглядом таким, совсем нехорошим. То ли с плохо нескрываемой злостью, то ли с отвращением.

Ладно. Переживу и это. Надеюсь, он не будет комментировать данную ситуацию.

— Спасибо, Арина Николаевна! Дальше мы сами, — прорычал.

Если бы мог, то, наверное, зубы искрошил от злости.

Честно говоря, мне и самой не хотелось задерживаться в компании этих похотливых самцов. И поэтому я быстро ретировалась из кабинета.

Конечно, слово «быстро» — это громко сказано. На таких каблуках это было трудно.

Вернувшись к себе, я устало плюхнулась в своё кресло и облегченно сбросила туфли. Ноги с непривычки начинало дико жечь.

Дело близилось к обеду, когда в приёмной появилась Ирочка со стопкой документов в руках.

— Ариша, выручай! Ксерокс полетел, а ты единственная на этом этаже, у кого есть запасной. А мне бегать вниз совсем не охота, — и не дожидаясь ответа, она поставила эту кипу бумаг передо мной.

Я не успела даже рот открыть чтобы что-то возразить, как она выскочила из приёмной.

— В двух экземплярчиках. Чмоки! Буду должна! — это она прощебетала уже в коридоре.

Ладно. Могла бы ее послать, но не буду. Делать сейчас все равно особо нечего.

Я обула обратно свои злосчастные туфли и терпя сквозь зубы боль, доковыляла в них до ксерокса.

Я нажала кнопку, и адская машина заревела, выплевывая лист за листом. А в моей голове всплыли слова из песни «… По лицу роса. Я к тебе босая

За тобой бегу на край света босая!..».

Босая!

Как же мне хочется выбросить эти чёртовы туфли в ближайшую помойку и остаться босой. Все мои мысли занимала боль в ногах. Которая только то и делала, что нарастала с каждой минутой все больше и больше. Чувствую, что ещё чуть-чуть и я начну выть от боли, словно дикий зверь.

Двери кабинета в который раз за сегодня распахнулись и мужчины начали выходить один за другим, параллельно бросая взгляды в мою сторону и о чём-то перешёптываясь на своём языке.

Тот, который был самым старым, подошёл ко мне.

— Было приятно познакомится, Арина! — произнёс он с восточным акцентом и взяв меня за руку поцеловал ее. Надеюсь мы ещё встретимся, — сказал пожирая глазами мое декольте.

Трындец!

Разве что в следующей жизни!

Я ничего не ответила, но и сдержать нервный смешок не смогла.

Он смотрел на меня с такой похотью в глазах, от чего мне захотелось спрятаться где-нибудь за ксероксом.

Где-то читала, что женщине очень трудно выдержать взгляд, хотящего ее мужчины. Теперь я поняла, какого это на практике.

Но все это херня, в сравнении с этой пыткой моих ног, которую я терплю уже битый час.

Когда последний из них пожал руку боссу и за ними, наконец-то, закрылась дверь, я услышала раскат грома по приёмной.

— Арина! Ты что себе позволяешь?

Он не кричал. Нет. Он орал, как бешеный. Мне казалось, что дрожали даже стёкла в оконной раме.

Он кричал, а я молчала. Молчала и только смотрела на него. Смотрела на него, а думала о туфлях.

О, Боги!

В какой-то момент, в перерыве между чтением морали по поводу моего внешнего вида и страданиях о репутации нашей фирмы (кто бы говорил!), я не выдержала и по моей щеке побежала одинокая слеза.

Тимофей увидел это и замолчал.

— Ну… это не повод для слез. Не стоит из-за меня так расстраиваться, — он подошёл ко мне ближе.

Мне даже показалось, что он хочет успокоить меня.

— Да при чем здесь вы? — и слеза уже текла со второго глаза.

— В смысле, при чем здесь я? — от возмущения его щеки практически раздулись.

— Туфли!

Я посмотрела на свои ноги и недолго думая, с громким стоном, отбросила их в сторону. В ту же секунду мои ступни ощутили приятную прохладу. Подняла голову вверх и закрыла глаза. Какое облегчение. Я бы сказала — блаженство.

Все! Решено. Так и поеду домой. Босая, но зато такая счастливая.

— Ой! Здравствуйте, Тимофей Петрович! — в реальность бытия меня вернул голос Ирочки. Ариш, вижу, ты — все.

Да я все! Это правильно обозначение данной ситуации.

— Угу.

Ирочка шмыгнула мимо меня, попутно оценив мой внешний, заплаканный вид.

Ну все. Завтра пойдут сплетни. Да здравствуют сплетни!

— Буду должна! — она взяла в руки стопку бумаг втрое больше предыдущей и хотела уже было выйти, как шеф ее остановил.

— Ирина, вы как раз кстати, — он потянулся к внутреннему карману своего пиджака и достал оттуда несколько купюр. Вот. Возьмите и сходите в ближайший магазин. Купите мягкие тапочки.

— Кому? — захлопала она наивными глазами.

— Арине Николаевне, — он кивнул в мою сторону. Иначе, чувствую, она до вечера не доживет.

Ирочка несмело взяла деньги, не забыв спросить меня о размере ноги.

— А вы, Арина, сядьте с ногами на диван, а то простудитесь. Мне сейчас ваш больничный ни к чему. Проект большой взяли. Работы будет много.

Да уж, прям все мужики у моих ног! Ничего не скажешь.