Глава 6

Тимофей

Сегодня, рано утром, родители улетали за границу, и мы с Леной приехали в аэропорт, чтобы проводить их. Пока мама копошилась со своей сумкой, а отец пошёл к стойке регистрации, сестра толкнула меня в бок.

— Что?

— Я оторвался от телефона, в котором благополучно завис минут на десять просматривая свежие новости.

— Смотри, — она кивнула в сторону выхода. — Это же твоя Алиса.

Я посмотрел туда, куда мне указала Лена.

И вправду Алиса. Не понял.

— Она что, уже прилетела? — шёпотом спрашивает меня Лена.

Наверное, боится, что мама услышит, нервничать начнёт. Но зря она боится за маму, потому как нервничать начинаю я.

— Сейчас узнаем, — я набираю ее номер и нажимаю кнопку вызова.

В ответ голос робота сообщает, что абонент находится в роуминге, но трубку так никто и не поднимает.

Вокруг меня начинает сгущаться воздух и глаза застилает чувством ярости. Мне хочется о стену разбить этот долбанный телефон, хоть и с трудом, но все же я сдерживаю себя от этого порыва. Всё-таки рядом родители.

Ладно…

Я тут же набираю Алису по WhatsApp, параллельно наблюдая за ней и ее действиями.

Хочется крушить и ломать все вокруг себя, но я терпеливо жду.

Гудок, ещё один…

Алиса не спеша открывает свой клатч и достает телефон. Несколько секунд крутит его в руках, а затем наконец-то отвечает, как ни в чем не бывало.

— Алло! Тим, малыш, привет! — нежным голоском поёт она мне в трубку.

От ее наигранного голоса меня просто сейчас вырвет. Но я до боли сжимаю зубы, выдыхаю и спокойно отвечаю: Привет, Лисёнок! Как твои дела? — со всех сил держусь, делая вид, что я абсолютно спокоен.

— Все замечательно. А у тебя? Я так соскучилась.

Да уж вижу! Прям исстрадалась вся.

— Прекрасно. Алис, когда ты возвращаешься домой? — ещё чуть-чуть и телефон просто треснет в моей ладони.

— Малыш, пока не знаю. На днях лечу в Ниццу.

В хуицу! — хочется заорать ей в ответ.

— А-а-а-а… в Ниццу значит. Понятно. А я соскучился по тебе. Хочешь, прилечу?

— Я тоже по тебе соскучилась, но я же не одна живу, а с девочками. Мне кажется, что это будет как-то не уместно.

Она начинает кому-то махать рукой.

— Ну все любимый, буду заканчивать, хочу прилечь поспать. Люблю тебя!

Она отключает вызов, а я вижу как к моей Алисе подходит какой-то хмырь в зелёном пиджаке и светлых брюках. Он обнимает ее за талию и целует. При чем, совсем не по-детски так, а по-взрослому.

— Лен, я на минуту, — бросаю сестре и быстрым шагом направляюсь к своей пока ещё девушке.

— Тим, стой! Не делай глупостей! — хватает она меня за рукав.

— Пусти. Я ничего делать не собираюсь, — отталкиваю сестру, а она снова цепляется мне в руку.

— Господи, зачем я тебе только сказала? — причитает она. Родители смотрят. Маму пожалей!

— Лена, я ничего плохого делать не буду. Успокойся.

Или буду. Посмотрим по обстоятельствам. Потому как, именно сейчас мне хочется убивать.

Два шага и я оказываюсь перед Алисой.

— Привет, Лисёнок! Я смотрю ты задницей ворочаешь, уснуть не можешь.

Алиса цепенеет и судорожно отталкивает от себя обнимающего ее мужика.

— Тим, я… — начинает нервно запинаться она, — я все объясню. Это… это… это все не то, что ты сейчас подумал. Это мой друг Пьер. Он француз.

— Правда? — спрашиваю с иронией. — Вот я тупой оказывается! Я-то смотрю, как он тебя оказывается по-дружески, облизывает.

— Тим, успокойся, — начинает свою шарманку сзади подбежавшая Ленка.

— Лен, все хорошо. Я спокоен как удав, ты же знаешь, — сам не верю в то, что сейчас несу.

Мужик этот начинает говорить что-то на французском, а Алиса ему отвечает.

Черт! Жаль я не понимаю, о чем они треплются.

— Тим, у родителей регистрация началась. Давай их проводим нормально, а там дальше разбирайтесь, как хотите, — хватает меня за руку Лена.

— Спасибо, — шепчет Алиса, видимо моей сестре.

— Не ожидала от тебя. Не ожидала, что ты такая дрянь, — отвечает ей Лена и смотрит так, что если взглядом можно убить, то она бы с удовольствием это сделала.

Мне трудно сдерживать себя. Но все же, я беру под контроль свои эмоции и возвращаюсь к родителям.

Мы прощаемся. Они дают нам последние наставления и идут на паспортный контроль. Ну, а мы с Леной выходим на улицу.

Я стою молча и кручу в руках брелок от машины.

— Пообещай мне, что ты не наделаешь глупостей. Не пойдёшь бить морду этому мужику. Не уйдёшь в запой. Не пропадёшь в стриптиз-баре. И я не буду искать тебя с полицией.

Я ничего не отвечаю, а все также молчу и смотрю в одну точку.

— Тим, что ты будешь сейчас делать? — спрашивает сестра.

Наверное, взывает к моей совести. Или к благоразумию.

— Работать, — !отвечаю я и не прощаясь иду к своей машине.

Нет у меня сейчас желания разговаривать.

— Созвонимся, — бросаю на прощание.

Я реально буду работать, как минимум до вечера. Сегодня у меня важная встреча с Валуевым Тагиром Джаббаровичем. Одним из самых богатых людей в нашем городе.

Хочу взять крупный строительный проект жилого комплекса в Дагестане. Ещё несколько мелких текущих проектов висят не законченными.

В офис прихожу я злой как черт. Меня все дико раздражает сейчас. Хочется все рушить и крушить под своими руками. Даже не успеваю зайти в кабинет, как звонит начальник охраны напрямую и сообщает, что ко мне прорывается девушка. По описанию похожа на Алису.

В голове одни матерные слова и желание послать всех, но я все же спускаюсь и захожу в комнату охраны.

Алиса сидит заплаканная, с потекшей тушью на лице.

Я жестом прошу охранника выйти, и он послушно выполняет. Выходит, плотно закрывая за собой дверь. Сажусь напротив. Несколько секунд молчу.

Зачем ты пришла? — спрашиваю и давлю ее взглядом.

Она молчит. Не поднимает головы. Смотрит на свои дизайнерские туфли.

— Мне повторить? — я не сдерживаюсь и повышаю голос, больше напоминающий рык.

— Поговорить, — коротко отвечает.

Хм, смешно!

— Нам есть что обсуждать?

— У меня с ним ничего не было, — отвечает, не поднимая глаз.

— Ну, конечно. Я же видимо на дебила похож.

Я резко поднимаюсь и начинаю ходить по комнате как тигр, которого заперли в клетке.

— Правду. Я хочу знать даже самую горькую правду. Скажи мне ее хоть раз, — нависаю над ней.

— У меня с ним ничего не было, — отвечает словно заезженная пластинка.

А у меня заканчивается терпение.

— Ну да. Не было… не приходи больше ни сюда, ни домой. Твои вещи, которые в моей квартире, я отправлю курьером.

— Тим… — !она ещё что-то говорит, но я ее уже не слышу и выхожу в коридор.

Как раз в это же время встречаю в холе Валуева.

Валуев приезжает не один, а со своими сыновьями — тупоголовыми отморозками, которым до отца ещё расти и расти. Мы поднимаемся ко мне.

С трудом заставляю себя переключится на работу.

Окончательно добивает появление в кабинете Арины. Я замечаю, как они облизываются, разглядывая ее и это приводит меня практически в бешенство.

Какие уж там финансовые модели и бизнес-планы. У всех присутствующих скакнул уровень тестостерона в крови от одного взгляда на этот разрез сзади и длинные шпильки.

Блин, она что специально это делает?

Вырядилась ещё, как новогодняя елка. Лучше бы в парандже пришла на работу.

Я быстро выпроваживаю ее из кабинета. Не хватало ещё, чтобы эти джигиты поимели мою сотрудницу в своих фантазиях.

Когда ушёл Валуев, я решил сделать ей моральную взбучку. Даже особо не изощрялся, а она взяла и заплакала.

Нет. На сегодня с меня хватит женских слез. Надо расслабиться.

Я беру в руки свой телефон и пишу сообщение:

«Привет! Надеюсь, соскучится не успела. Приеду через час. Жди.»

Мне надо срочно выпустить пар, иначе я чувствую, что просто взорвусь. У меня есть два варианта дальнейшего развития событий. Первый — пойти в клуб и оттянуться там с какой-нибудь девицей, а то и не одной. Второй — пойти и напиться туда, где меня любят. Второй вариант оказывается более привлекательным. Тем более что сестра очень переживала по этому поводу. Так пусть теперь сама и расхлебывает.

По пути в гости я захожу в ближайший супермаркет, чтобы прикупить алкоголь. Много алкоголя. Сегодня именно тот день, когда надо напиться до потери сознания.

Набрав кое-каких деликатесов, я захожу в ликёро-водочной отдел и натыкаюсь там на своего друга детства.

— О-о-о, какие люди! Тимоха… — мужчина искренне улыбается и жмёт руку.

— Серега!

Мы с Серегой ходили вместе на самбо. Дружили несколько лет, пока мы с родителями не переехали в другой район и общение, естественно, оборвалось. Сергей крепкий, невысокий мужчина, спортивного телосложения.

— А я смотрю, ты или не ты? Здарова! Сколько лет мы не виделись? Лет пять? Десять?

— По-моему все двадцать! — мы обнимаемся по-дружески и хлопаем друг друга по плечу. — Ты каким ветром здесь?

— Я к сестре еду. Напиться охота. А ты?

Сказать, что я рад нашей встречи, ничего не сказать.

— А я с женой поссорился… и вот тоже выпить решил, — он показывает бутылку коньяка в своей корзине.

Это судьба.

— Так. Все. Едем вместе к моей сестре. Будет веселей.

Я бросаю в свою телегу несколько бутылок элитной водки.

— Оставь это здесь, — показываю на его коньяк.

— А это удобно? — мнётся друг.

— Удобно!

Мы идём на кассу. По пути я предупреждаю сестру, что приеду не один.

Спустя четверть часа Лена радостно встречает нас с Сергеем. Дети уже отдыхают в своих комнатах, ну, а мы располагаемся на просторной, светлой кухне. Лена намудрила разных закусок, так что вечер обещает быть душевным.

Душевность… вот чего мне так не хватало за границей. Нет у них понятия душевности. Нет и, наверное, никогда уже не будет.

Уничтожая зелёного змея и Ленины харчи, мы сидим за круглым столом.

— Ну, что ты? Как ты? Как живешь? — сестра тянет Сергея на разговор, пока я бесцельно перебираю струны на гитаре.

Гитара — это главный атрибут каждого застолья в нашем доме. В основном на гитаре играю я или отец.

— Женат. Один ребёнок — девочка. Свой небольшой бизнес. Все как у людей, — говорит Сергей, а затем выпивает рюмку водки.

Мы сидим все уже слегка охмелевшие.

— А я вот не женат, — говорю и смотрю в свою пустую рюмку. — Квартира есть. Машина есть. Дело есть. А жены нет, — тяжело вздыхаю. Да что там жены, даже невесты теперь нет.

Тянусь рукой к бутылке и снова всем наполняю до краев рюмки.

— А моя меня так достала! — чуть ли не стонет мой друг. Все. Труба просто. Следующий этап в жизни — эмиграция.

— Почему? — наивным, выпившим голосом спрашивает Лена.

— Купил квартиру — маленькая. Купил побольше — хочу дом. Купил дом — за городом жить не хочу. Продали дом, уехали в столицу — климат плохой. Вернулись. Спрашиваю ее — где ты хочешь жить? Она мне говорит, что в Барселоне. Все, брат. Хана! Дальше только эмигрировать куда-то.

— А Алиса в Риме жить хотела…

Воспоминания про сегодняшнее утро, больно, словно лезвием полоснули меня.

Мы чокнулись рюмками и снова выпили.

— Бабы — зло! — пьяным голосом произнёс Серега.

— Ч-ш-ш, — я приложил палец к губам и кивнул на Ленку.

— Пардон! За столом дамы, — словно гусар Сергей склонил голову перед сестрой.

— Да-а-а… — протянул я. — Бабы — зло! И это зло окружает нас везде, даже на работе.

— Кстати, — наконец-то подала голос Лена, — ты помощницу себе нашёл?

Я снова провёл рукой по струнам.

— Пока что, у меня за помощницу Воронцова.

Лена на секунду задумалась.

— Подожди-ка, а это случайно не та, которая кадровичка?

— Угу, — кивнул я, напевая себе что-то под нос.

— Ты меня удивляешь, — сестра откинулась на спинку стула. Как ты ее уговорил на это?

— А что тебя так удивляет?

— Странно просто. Быть начальником отдела, а стать простой помощницей.

— Значит я умею быть убедительным.

— Эх… была и у меня одна Воронцова, — задумчиво произнёс Сергей. Моя первая любовь. Ариной звали. Глаза большие. Губы пухлые. Не женщина — огонь!

Мы с Леной молча переглянулись.

— И что с ней случилось? — продолжила развивать тему сестра.

— С кем? — друг облокотился одной рукой на стол.

— С Воронцовой, — любопытство заиграло в ее глазах.

— А-а-а-а… да ничего не случилось. Влюбился в неё в старших классах. Дружил. Ходил. Ждал. Потом устал ждать. Плюнул и пошёл по девкам. Это сейчас я осознаю, каким мудаком был, а тогда казалось, что, дело молодое, обыденное. Спустя время встретил ее снова. У неё уже ребёнок был. Замуж она так и не вышла.

— Так у этой тоже вроде… — сестра запнулась, — продолжай.

— А что тут продолжать!? С женой все плохо, постоянные ссоры и недопонимания. А тут Арина — молода, красивая, не замужняя. И я снова к ней ходить начал. Цветы носил. Под подъездом ждал. Под дверью караулил. Придурок! Жену с ребёнком бросить хотел. И все из-за неё заразы. Засела в моей голове так, что щипцами не достать.

— А она что? — Лена облокотилась о поверхность стола.

— Что-что… Она меня даже на порог не пустила. Сказала: не пришёл ты ночью, так на хрен ты мне нужен днём! Иди и живи со своей семьей.

Узнаю характер.

Я невольно улыбнулся. У меня почему-то появилось чувство гордости за Арину.

— Прямо так и сказала? — удивилась Лена.

— Слово в слово. Раз уж изначально не сложилось, то и незачем заново начинать. Вот так-то. Давайте лучше выпьем!

Когда наш вечер подошёл к концу, мы вызвали Серёге такси и отправили его домой. Я же устроился в гостевой комнате.

Стук в дверь.

— Войдите! — я уже лежал в постели заложив руки за голову.

— Вот тебе чистые полотенца, — сестра положила банные принадлежности и села на краю кровати. Хотела тебя кое о чем попросить…

— Попроси.

— У меня друзья клуб открыли и проводят там вечеринки знакомств. Мне самой стыдно туда идти. Пойдём вместе в эту пятницу?

Не до знакомств мне сейчас, но как я могу ей отказать?

— Хорошо. Пойдём. Все только ради тебя!

— Спасибо и спокойной ночи! — она поцеловала меня, как маленького в голову и выключив ночник, вышла из комнаты.

Вечером в пятницу я отпустил Арину пораньше с работы к врачу, а сам поехал к сестре, чтобы забрать ее и уже вместе отправится в клуб.

Вся задумка данного формата знакомств мне казалась какой-то бредовой, но раз уж я пообещал — надо слово своё держать. Мы приехали в клуб, там нас сестрой развели и усадили в разных углах огромного темного зала. Меня за столик номер три, где уже сидела полногрудая блондинка Анна. А Ленку, куда-то в самый конец.

Девушка мне попалась очень сексуальная. У меня возникло ощущение, что она пришла сюда сразу после съёмок в плейбое. Я был под приятным впечатлением ровно до того момента, пока она не открыла свой рот. Который нужен ей явно не для бесед.

Я живу в современном мире и конечно же знаю, что девушки в погоне за красотой накачивают губы, жопу, грудь. Но, черт возьми, я не знал, что при этом у них выкачивают мозги.

Ладно. Бог с ней, с этой Анной. Проехали.

Я дождался сигнала и пересел за стол номер четыре, где скучающе зевала рыжеволосая бестия. В отличие от предыдущей, у этой вроде как интеллект в глазах проскальзывает.

— Здравствуйте! Меня зовут Тимофей, — я представился и сел рядом возле неё.

— Здравствуйте! Инга, — она подала мне руку для поцелуя, но я просто пожал ее в ответ.

— Чем увлекаетесь? — начал я.

Надо же с чего-то начинать беседу.

— Я работаю в салоне красоты и у меня на увлечения особо времени нет.

— А после работы, неужели вас совсем ничего не интересует?

Она тяжело вздохнула.

— Какие уж тут интересы?! Бывает прейдешь домой, вся уставшая, голова болит, одна радость вытянуть на диване ноги и фильм какой-нибудь посмотреть.

Капец! Семь минут треша мне обеспечены.

— И какие же фильмы вас интересуют?

Пытаюсь тянуть этот разговор на себе.

— Сейчас подсела на фильм «Пятьдесят оттенков серого». Не смотрели?

А с виду столько интеллекта в глазах.

— О чем там сюжет, не напомните?

— Там один мужчина молодой, красивый, миллионер полюбил невинную девушку и…

Но она не договорила, так как я перебил ее.

— Что-то припоминаю. Это, когда один мужик начал много зарабатывать, так как понял, что садизм не для всех и добровольно никто это терпеть не будет. В результате чего, женщин он сможет только покупать. И про продажную тварь, которая повелась на его деньги. Иначе будь он обычным продавцом из магазина, она послала бы его куда подальше с такими предложениями.

Что-то меня накрыло. Сорвался на невинной девушке. Стало стыдно.

Прозвучал сигнал и я, с уже подпорченным настроением, подошёл к столу номер пять.

И тут, бинго!

Нет.

Это не бинго.

Это фулл-хаус! Стрит-флеш! Рояль- флеш, в конце концов!

Я увидел перед собой Арину. Тут самую несчастную женщину, которая очень спешила к врачу, а сейчас сидит тут передо мной вся при полном параде.

Как же ты вовремя, радость моя!

— Добрый вечер! — с трудом сдерживаю себя, чтобы не рассмеяться от счастья.

Она не смотрит на меня, но по реакции понимаю, что голос узнала.

Боится. Видать, грешок за свою ложь чувствует.

— Какая встреча! — говорю и расплываюсь в довольной улыбке словно Чеширский кот.

— Я сплю и это мой ночной кошмар, — говорит официанту, но я-то понимаю, что эти слова адресованы как раз таки мне.

О-о-о-о! Милая, ты права. Именно я твой страшный сон и ночной кошмар.

— Как здоровье? Не хвораете ли часом! — спрашиваю, не скрывая своего ехидства.

Сейчас я буду мстить. Именно мстить. За все ее юбки, туфли и эти чертовы чулки в крапинку, которые половину офиса сводят с ума. За дагестанцев, которые чуть ли не пометили мой кабинет. И за мою последнюю ночь, посреди которой я проснулся от дикого стояка в штанах, потому как во сне я видел свою голую помощницу.

Все выделенное нам время я провоцировал ее и попросту издевался. Я издевался и наслаждался ее реакцией. Честно скажу, что не ожидал от неё такого ангельского терпения. Правда под конец, когда между нами начал встревать этот левый мужик и я готов был вспомнить другие методы решения спора, но эта коза вылила мне на голову бокал вина и ушла.

Программа «достать по максимуму» была выполнена, а на душе было гадко.

И беда то вся в том, что я сам до конца не понимал, чем я руководствовался. Что это было? Злость на ее враньё? Обида на всех баб? Или может ревность? А может все вместе?

Чтобы хоть как-то реабилитироваться в глазах Арины, я догнал ее и довез до дома. Провёл до квартиры.

Там, возле ее двери было какое-то наваждение. Мне до одури хотелось прижать ее к стене и запустить свои руки под этот чёрный, широкий пиджак. Ещё чуть-чуть и клянусь, я бы набросился на неё. Даже не знаю, что меня остановило в тот момент, благоразумие или ее соседка. Хотя, надо быть честным и прежде всего перед самим собой. Меня остановил страх быть отвергнутым. После поступка Алисы, моя оценка и так упала ниже плинтуса. Она задела мое самолюбие. Конечно, я никогда не был голубем мира, но и такого уж точно не заслужил. Алиса мягко стелила, но оказалось жестко спать.

Арина же совсем другая. Мне нравится, что она не поёт мне сладкие речи. Мне нравится ее прямота и даже временами дерзость. Мне нравится ее непредсказуемость.

И сейчас, в пятничный вечер вместо того, чтобы поехать домой или куда-нибудь к друзьям, я сижу в своей машине и пялюсь на чужие окна, пытаясь угадать какие из них ее.

Все.

Без комментариев.

Походу я попал.

Я беру ее прямо здесь, в этом темном подъезде старой сталинки. Опускаюсь руками по ее бёдрам и поднимаю вверх юбку. Затем, разворачиваю Арину лицом к окну, прижимаю ее ладони к холодному стеклу и вхожу в неё сзади.

Вокруг тихо и темно. Никого нигде нет. Мы одни на лестничной клетке.

Я трахаю ее. Трахаю медленно, растягивая удовольствие. Она стонет громко. Хрипло. Практически задыхаясь. А иногда срываясь на крик. Я с силой сжимаю ее нежные бёдра. Девушка дрожит в моих руках. Ей немного больно, но так ещё интересней. Вкусней. Я утыкаюсь лбом в ее макушку и втягиваю ноздрями сладкий аромат ее волос. От ее запаха у меня напрочь сносит крышу.

— Нежнее… — шепчет Арина и я выжимаюсь в неё всем телом.

— Вот так? — я провожу руками по ее груди.

— Да, — стонет она. Тим, Тим… что это?

— Где? — спрашиваю, не прекращая своих движений.

— Это… Слышишь?

И я слышу. Слышу настойчивый звонок в дверь.

В мою дверь.

Сон мгновенно рассеивается, оставляя за собою ноющее чувство внизу.

Тяну телефон с тумбочки. На экране суббота, семь часов утра.

Черт! Кому я, мать вашу, понадобился в такую рань?

Я вместе со своим болезненным стояком, откидываю одеяло и поднимаюсь с кровати. Выхожу в коридор. По пути одевая футболку и домашние штаны. Подхожу к входной двери. Тру свои ещё сонные глаза и смотрю на экран домофона. На экране вижу зрелого, слегка полноватого мужчину в сером дорогом костюме.

Капец!

Алиска, видимо, решила подключить всю свою тяжёлую артиллерию.

Господи, ведь взрослые же люди!

Я открываю дверь и впускаю Эдуарда Владиславовича внутрь.

— Доброе утро, Тимофей! — говорит мужчина и тянет руку для приветствия.

— Доброе, — отвечаю и жму ее в ответ. Чем обязан в такую рань?

Друг моих родителей, а по совместительству отец Алисы, стоит передо мной при полном параде.

Интересно, во сколько он сегодня встал? Наверное, часов в пять, а может и раньше.

— Я думаю, ты понимаешь из-за чего я здесь, — говорит он и тянет себя за узел галстука, как будто тот давит и мешает ему дышать.

— Честно говоря, Эдуард Владиславович, не совсем, — я откашливаюсь и жестом приглашаю его пройти на кухню.

На улице затянуло небо тяжелыми, грозовыми тучами, поэтому приходит включить свет. А то темно, как у него в одном месте.

У меня и без того вся квартира в тёмных тонах. Я вообще люблю чёрный цвет и натуральное дерево.

Мужчина располагается за столом, а я подхожу к кофемашине.

— Кофе? — спрашиваю и достаю с полки чашку.

— Благодарю, — отвечает отец Алисы. Если можно, с молоком.

— Конечно.

Кофе льётся в прозрачные чашки, а его терпкий аромат заполняет мою кухню.

— Ну так, о чем будет идти речь? — я ставлю перед ним чашку и сажусь напротив.

Он снова дёргано себя за галстук. Будто не знает с чего начать. Слова подбирает.

— Тимоша, мы с тобой знаем друг друга много лет, — он отпивается кофе и ставит чашку обратно. Мы с твоим отцом старые друзья. Ты знаешь, как я тепло отношусь к тебе и вашей семье.

Ой, сейчас начнётся. Мне хочется заткнуть себе уши, а ещё лучше выставить его за дверь. Но, из-за уважения к отцу, я никогда не позволю себе это сделать.

— Прошу вас, ближе к делу.

А хочется сказать: «Давайте закончим этот цирк, где я в роли главного клоуна.»

— Вчера позвонила Алиса вся в слезах и сказала, что вы поссорились. Она очень переживает. Поверь мне. Я знаю свою дочь.

Да я тоже думал, что знаю вашу дочь.

— Я вам верю, Эдуард Владиславович. Но дело то все в том, что мы расстались, а не поссорились. Надеюсь, причина вам известна?

Он молча кивнул.

— Значит известна.

— Она сказала, что между ними ничего и никогда не было. Это просто ее друг.

Ах-ах-ах… Да там сразу было видно, что между ними, ну вообще ничего. Так подышали одним воздухом рядом.

Неужели они, реально, думают, что я лох печальный? Скажите, когда я успел заработать себе такую репутацию?

— А Алиса не сказала вам, что врала мне о том, что она якобы улетела за границу?

Между нами повисает неловкая пауза, а я по взгляду понимаю, что он в курсе.

— Она оправдывает это тем, что ей просто хотелось отдохнуть.

— От чего отдохнуть? От меня?

Я с такой силой ставлю свою чашку на стол, что она трескается пополам и горячая жидкость начинает течь мне на штаны.

— Черт!

Я поднимаюсь со своего места и иду за полотенцем.

— Тимоша, Алиса молода и ещё очень глупа. В молодости все совершают безрассудные поступки, а потом каются.

Я вытираю сначала стол, а потом себя.

— Эдуард Владиславович, при всем уважении — мы с Алисой сами разберёмся в наших отношениях.

Мокрая ткань неприятно липнет к ноге.

— Ты знаешь, как это больно, молча наблюдать со стороны, когда твои дети делают огромную ошибку и рушат своё счастье, и своё будущее.

— А ещё больнее быть с женщиной, которая от тебя устала.

Я бросаю полотенце на столешницу.

— Я прошу тебя, ради нашей многолетней дружбы с Петром, поговори с ней. Выслушай ее. Дай ей шанс все объяснить.

Мне не то, что говорить, а даже думать противно обо всей этой ситуации.

— Хорошо. Я обещаю, что подумаю над вашими словами.

И ещё раз, через свои мозги пропущу все вот это дерьмо.

Он поднимается и идёт к двери. Я следую за ним.

— Я надеюсь, что ты меня понял.

— Всего доброго, Эдуард Владиславович, — я открываю перед ним дверь.

Ну и денёк начался. По шкале хреновости — двадцать из десяти.