Глава 25

Риша – Пап, а этот твой враг… он кто вообще? Я задаю этот вопрос прямо с порога. Я хочу знать! Я столько всего передумала и так переволновалась за последние пару часов… Неопределенность – хуже всего. Не знаешь, что делать, что говорить. Бесит! Я очень хотела поделиться своими волнениями с Сережей. Прямо язык чесался! Но в последний момент меня как будто что-то остановило. Чуйка сработала. Сейчас я узнаю, можно ли ей доверять… – А что? – с подозрением спрашивает отец. – Это что, тайна? – злюсь я. – Я думал, ты знаешь. – Ты мне не говорил. Он удивленно и растерянно моргает. Да, я тоже удивлена и растеряна! Как так вышло, что я не знаю? Наверное, все давно в курсе! Даже Ваня уверенно выдает имя. А я… я одна как в танке! Да, отец всегда меня оберегает и старается держать подальше от своих дел. Но тут дело касается меня. – Сергей Северский, владелец клуба “Торнадо”, – произносит он. Бум! Внутри меня как будто что-то лопнуло. В голове или в сердце. Или в ушах… Звенит так, что мне дурно. Физически подташнивает… Это правда. Мужчина, в которого я влюблена – враг моего отца.Я ослышалась? Знаю, что нет. Тот, кого он ненавидит. И кого опасается. От кого оберегает меня… Если бы он знал, где я сейчас была! Его бы хватил инфаркт и инсульт. Я даже представить боюсь, что бы было, если бы он знал… А ведь он говорил! – внезапно вспоминаю я. Когда я вернулась из клуба после настойки. Отец говорил, что хозяин “Торнадо” – та еще гнида. И что все проблемы из-за него. Но я тогда пропустила это мимо ушей. То ли настойка сделала меня глухой и тупенькой. То ли влюбленность… – Сережа… – мой папа произносит это имя с таким отвращением, как будто ест живую жабу. – Нормального мужика не могут звать Сережей. Я лишь ошарашенно молчу в ответ. Вот это заявление! – Ненавижу Серег! Были времена, когда Серега Краснов моей крови попил. Царствие ему небесное. Теперь этот ушлепок… Что ни Серега – то гандон! * * * Я не помню, как поднялась наверх. Как вошла в свою комнату. Как разделась и приняла душ. Все как во сне. На автомате. А сейчас я сижу на кровати. В пижаме и с мокрыми волосами. Зачем я их помыла на ночь? Завтра проснусь со спутанной копной на голове… Сижу, смотрю в телефон. На сообщение от Сережи. “Зайка, ты как?” “Хорошо”, – отвечаю все так же на автомате. “Я уже соскучился”. “Я тоже”. – Ариш, ужинать будешь? – в комнату заглядывает мама. – Нет, что-то не хочется. – Чего так? – Я не голодная. Хотя вообще ничего не ела этим вечером. Мы с Сережей собирались пить кофе, а вместо этого… Боже… Вспоминаю все, что происходило в его огромной кровати. По телу проходит горячая дрожь. Я снова хочу его! Несмотря ни на что… – Ариш, у тебя все хорошо? Мама заходит в комнату. Я киваю. Нет! У меня все очень плохо! Я в шоке и в ужасе. И – я плавлюсь от нежности и страсти… Я не знаю, что мне делать! Мама садится рядом со мной. Я выключаю экран телефона, чтобы спрятать сообщение. Она обнимает меня. А у меня вдруг слезы из глаз… Просто катятся по щекам. Я изо всех сил стараюсь их скрыть. Но не уверена, что получается… Я вообще не плакса! Я очень редко реву. Почти никогда. Если мне больно, страшно, если что-то не получается – я просто стискиваю зубы и терплю. Я – кремень. Я сильная и выносливая. Но сейчас… – Ариша, солнышко, что случилось? – Ничего! – всхлипываю я. – Ну и ладно. Мама просто обнимает меня, гладит по голове, по спине… Как в детстве. И я просто реву, уткнувшись в ее плечо. Не очень долго. И не очень сильно. Кажется… Но все же – чувствую такое облегчение, когда слезы, наконец, заканчиваются. – Влюбилась? – неожиданно спрашивает мама. Я киваю. Как она догадалась? – А он? – Он тоже… кажется… То есть, мне не кажется. Он точно… Он сам сказал, что влюблен! Мой милый, нежный, трогательно заботливый и невероятно деликатный парень. Сережа… Для меня он такой. А для моего отца – гнида и гандон. А он, между прочим, зовет меня Зайкой. Так же, как папа зовет маму. Интересное совпадение… Столько, блин, интересных совпадений! – Но все сложно, – говорю я. – Так обычно и бывает, – задумчиво произносит мама. – Мам, ну почему все так сложно? – вырывается у меня вопль отчаяния. – Знаешь, Ариш… Может, все не так уж и сложно, как тебе кажется. Ага, конечно! Скорее, все не так просто, как ты можешь подумать. Ты, наверное, думаешь, что я страдаю из-за каких-то придуманных причин, из-за собственной неуверенности, ревности или чего-то такого. Так вот, все совсем не так! Мои сложности – самые что ни на есть настоящие. Как в какой-нибудь трагедии. Шекспир отдыхает! – Пойдем чаю попьем, – произносит мама. И мы идем на кухню. Где я нечаянно съедаю суп, который мама ставит передо мной со словами: – Горячего поешь. Потом на столе появляется жареная рыба. Ненадолго. Она тоже исчезает в моем желудке. Вместе с зеленым салатом. А потом я вспоминаю, что пришла попить чаю… И пью, конечно. С шоколадными печеньками. И с мамой. Которая улыбается. – Я так и поняла, что ты вообще не голодная. И я, несмотря ни на что, смеюсь! Над собой. Над своим неубиваемым волчьим аппетитом. Над ситуацией. Это же… кому рассказать – не поверят! Мой отец волнуется за меня, боится, что меня украдет его злостный враг Сергей Северский. А я в это время, дома у этого самого врага… лишаюсь невинности. И ни о чем не жалею! – Папе не говори, пожалуйста, – прошу я маму. – Почему? – Он же начнет… Что-нибудь обязательно начнет! А мне не надо. Я хочу просто… Мне надо самой разобраться. – Я понимаю, Риш. Ладно, не скажу. – Обещаешь? – Обещаю. Я знаю, у них очень доверительные отношения, они друг другу все рассказывают. Но если я попросила, она будет молчать. А мне, правда, надо самой во всем разобраться…