Глава 5. Мы так похожи!

То, что громила обиделся, было видно невооруженным взглядом. Лицо скуксил, на меня не смотрел, вздыхал громко и осуждающе, а я продолжала попытки мыслить логически:

– Мы знакомы меньше суток, разве можно за такое короткое время понять, что именно я тебе нужна? – спросила, не отставая от мужчины и следуя везде за ним.

– Да.

– Но это глупо, – возмутилась и одернула себя.

– Не глупо.

– Но как ты понял? – мой голос звучал спокойно, а руки от напряжения и возбуждения выписывали невероятные магические пасы, которым позавидовал бы любой фокусник.

– Я унюхал, – двумя слова Кьерн отправил меня в долгий молчаливый нокаут.

За это время мужчина погремел чем-то на кухне, прикрыл свое совершенное тело абсолютно ненужной футболкой, накинул куртку, сунул ступни в огромные садовые ботинки и вышел на улицу.

– Он меня унюхал, – повторила я, хихикая. Оттянув ворот мужской рубахи, втянула воздух, силясь понять, что же могло его привлечь. – Какой же бред, – присела на подлокотник кресла и ждала возвращения.

Нет, я, конечно, попыталась воспользоваться возможностью сбежать, но стоило мне приоткрыть дверь, как мохнатый бегемот, приставленный охранять, поднял свою голову и выразительно гавкнул, а хозяин бегемота не менее выразительно крикнул: "Закрой дверь, простынешь!"

Кьерн отсутствовал три-четыре минуты. За это время я успела обежать первый этаж в поисках хоть какого-нибудь средства связи и даже успела обрадоваться и тут же расстроиться, обнаружив телефонную зарядку, без самого главного – телефона.

Мужчина вернулся с охапкой дров, сгрузил их у камина, скинул куртку, а я не унималась:

– Кьёрн, у тебя есть дети?

"Ты уже представила, как он обнаженным по пояс в тени раскидистой березки дрова рубит? –  не унималась моя хамоватая половина. – Я вот представила, как его сильные пальцы сжимают…"

– Нет, – он аккуратно складывал деревяшки.

– А любимая?

Я отвела от мужской спины взгляд и тем самым заставила Ирэн замолчать.

– Есть.

Услышав ответ, я подпрыгнула от радости.

– Ну вот, она же обидится, обнаружив в твоем доме чужую женщину.

– Не обидится.

Прогрессивные же у них отношения…

– Ты никогда не увидишь в этом доме другую женщину, Ир-р-рина, – Кьёрн чиркнул огромной, под стать его ладоням, спичкой.

Так это он обо мне говорил?!

– А-а-а, – я понимающе протянула. – Это хо-ро-шо, – растянула слова, наблюдая за реакцией, – ты верный, мне очень приятно.

Мужчина кивнул, разжигая камин.

– Верный, – подтвердил громила. Обернулся и посмотрел на меня с нескрываемой радостью. – Сейчас дом хорошенько протопится, и фильм смотреть будем.

– Ага-а-а, – еще раз понимающе протянула. – У нас свидание будет. Да?

– Свидание, – разулыбался Кьёрн.

Ну что ж, подыграем!

Почему я сразу не сообразила, что нужно соглашаться? Ведь сколько мамой статей прочитано о насильниках, сколько передач пересмотрено…и в каждой говорилось: если поддерживать того, кто пытается воплотить на вас свои извращенные фантазии, то, возможно, он потеряет к вам интерес, или вы заработаете чуточку доверия. И то и другое мне пригодится!

– Люблю смотреть фильмы, – я молола чушь, но, кажется, Кьёрну было все равно, он слушал и согласно кивал. – Дома смотрю, в кино хожу, – а поддерживать разговор оказалось-то не так просто. – А ты любишь? – сползала с подлокотника на сиденье дивана.

– Люблю, – ответил и замолчал.

Нужно было ведьме загадывать чуть более разговорчивого мужчину.

– А какие фильмы любишь? – спросила я, обнимая себя руками под внимательным взглядом.

– Комедии, – признался Кьёрн. – Романтические комедии, – добавил стеснительно.

Действительно, что еще мог любить мой идеал?..

– Ой, как замечательно, мы с тобой так похожи, – я восторженно хлопала ресницами.

Хамоватая Ирэн слушала и беспрерывно и осуждающе цокала в моей голове: “Мы так похожи… – передразнила. – Угу, и не только любовью к комедиям, но и весом, – ударила по самому больному. – Ты посмотри в его красивые зеленые глаза, он же верит! Мы словно обманываем ребенка. А это даже для меня слишком!”

– Хочешь, – Кьёрн растирал ладони над пламенем, – я принесу что-нибудь вкусное, – поднялся, не глядя нащупал на каминной полке пульт. – Или сделаю чай, – экран медленно пополз по стене вниз.

"Да он же просто чудо!" – восторгу Ирэн не было предела.

– Нет, спасибо. Я и так, – я похлопала себя по животу и бедрам, а громила таращился. Продолжительно, с непониманием. – Лишний вес у меня, хочу вернуть прежнюю форму, – пояснила, пока мозговой процесс окончательно не сломал мужчину.

– У тебя все идеально, – пробасил тот в ответ, вместе со мной разворачивая диван к экрану. – Я не часто принимаю гостей, – задергивал плотные шторы, а на экране мелькнули первые кадры фильма. – Работа у меня круглосуточная.

Кьёрн присел рядом, словно "ботаник" за школьной партой. Спина прямая, руки мирно лежат на коленях, смотрит только прямо.

– А я уже видела этот фильм, – зачем-то я призналась. – Но с удовольствием посмотрю еще раз, – улыбнулась, видимо, слишком широко и приветливо.

– И я видел, – громила шумно выдохнул, расслабленно развалился, сгребая меня в охапку и укладывая на своей широкой груди.

"Вот тебе и скромный школьник", – хохотнула Ирэн.

Огромная лапища гладила по моим волосам, а в груди Кьёрна раздавался довольный рокот. Как мурчание здоровенного кота – так, наверное, мурчат тигры.

– Я давно тебя ждал, Ир-р-рина, – шептал, его лапища спустилась по плечу и уже ласкала талию.

"Шустрый школьник", – фыркнула Ирэн.

– Так я никуда не уходила, – бормотала, распластанная по горячему телу.

Я чуть вильнула бедрами, намекая, что не стоит так торопить события, и мужская ладонь поползла вверх.

– Ир-р-рина, – Кьёрн убрал пряди с моего лица, гладил по волосам. – Ир-р-рина, – продолжал урчать.

А я напомнила себя залюбленного кота, которому после долгого расставания хозяин старается стянуть глаза на затылок и умиляется получившейся при этом кошачьей морде.

Кажется, у меня не только брови ползли вверх от усердных ласк, но и верхняя губа подергивались, обнажая зубы.

Я уже хотела возмутиться, как мужские пальцы закопались в мою шевелюру, и я, к своему стыду, блаженно застонала.

"Тревога! – заорала Ирэн. – С ума сошла?! Я же шутила, что мы этого красавчика оставим себе. Нельзя! Фу! У нас ребенок дома! – а крепкие пальцы вытворяли что-то невероятное, заставляя меня постанывать и закрыть глаза. – Хьюстон, у нас проблема! Огромная двухметровая проблема!» – не унималась Ирэн.

– Я подыгрываю, – пролепетала я невнятно, полностью расслабляясь. Это надо же, какие умелые пальцы?! Такие сильные и одновременно нежные и ласковые. – Боже-е-е, – совсем неприлично застонала в голос.

“Ира, – рявкнула Ирэн, – соберись! Ира, воздушная тревога! Атака! Нападение на базу! Маньяк-красавчик тянет к нам свои губы”.

– Что? – я распахнула осоловелые глаза, приподняла отяжелевшую голову и своими губами столкнулась с мужскими.

“О-о-ох”, – только и протянула ошарашенно Ирэн, а я и пискнуть не успела, да и не старалась, честно говоря. Полностью растворилась в поцелуе. Настойчивом, требовательном, чертовски умелом и до мурашек приятном.

А сквозь тихий гул в моей пустой голове пробивались истеричная Ирэн: “Ты что творишь? Ира, очнись! Тебе нужно было только немного подыграть!” – вопила не хуже сирены.

Действительно, а что это я? У меня сын дома, а я тут неизвестно с кем, занимаюсь неизвестно чем, хотя – известно… но это ничего не меняет!

– Хватит! – пискнула и заработала локтями, слезая с мужчины. Но Кьёрн был упорней и сильней меня. – Хватит, я тебе кто?..

– Ты моя женщина! – громыхнул в ответ мужчина.

– А обращаешься ты со мной, как с пр… ну, ты понял, – я гневно поджала губы и презрительно сощурила глаза.

Громила был на удивление совестливый. Разжал свои руки-тиски, и я колбаской скатилась с мужской груди прямо на пол, ударяясь о низкий стол.

– Больно? – лапищи ухватили меня за плечи, усадили на диван. – Ир-р-рина, прости меня, – Кьёрн дернул рукав клетчатой рубашки.

– Ты зачем все время портишь одежду?.. Корсет, теперь рубаха.

– Рану нужно осмотреть, я чувствую кровь. Ну вот, – покачал головой, – ссадина. Сейчас я сбегаю, – мужчина в прямом смысле сбегал куда-то и расставил передо незамысловатое содержимое аптечки: йод, бинт, вата, пластырь и жгут. Хм, суровая мужская аптечка. Сдохни или умри. – Сейчас обработаю, –   вскрыл упаковку с ватой, отщипнул кусочек. – Будет больно, – предупредил, откручивая пузырек с йодом. – Фу-у-у, – бережно дул на мой локоть. – Все, – оторвал зубами второй кусочек пластыря и залепил рану.

“Ты “спасибо-то” скажи, – хамоватая Ирэн не давала мне расслабиться. – Мы бдительность притупляем, забыла?”

– Спасибо, – я просипела.

До чего же он бережный и нежный… я Васе так ранки не обрабатываю, как сделал это сейчас Кьёрн. Почему нам не встретиться при других обстоятельствах?.. Нормальных…

– Идем, я тебе одежду подберу? – громила повел меня наверх. – Ты в душ хочешь сходить? – заботливо поинтересовался. – Я тебе помогу искупаться, – добавил, глядя на меня честными-пречестными глазами.

Еще утром я бы ответила, что не собираюсь здесь задерживаться, а сейчас фыркнула, изображая крайнее возмущение с нотками стеснения:

– Кьёрн! – давила на имеющуюся совесть похитителя.

Мужчина забавно затоптался на месте, поглядывая на меня:

– Но одежду я тебе найду, – открыл низкий шкаф. Нет, шкаф был обычных размеров, но рядом с Кьёрном он смотрелся детским. – Колется, – повертел в руках рубаху. – Нельзя тебе такое носить, кожа нежная. А вот эта, – достал очередной клетчатый рулон ткани и потерся о него лицом. – Бери, ткань очень мягкая.

– Спасибо, – приняла одежду.

Громила посмотрел на мои бедра, а я, краснея, потянула порванную рубаху вниз.

– Большие будут, – развернул спортивные штаны. – Подтяни тут, – дернул за шнурок.

– Спасибо.

– Это, – Кьёрн вскинул ручищу и почесал растерянно затылок, – я выйду, да?.. Ты же будешь переодеваться?

– Буду, – согласилась, не представляя, как провести еще хотя бы час в колготках и комбидрессе.

– Ну… я выхожу? – лапища продолжала лохматить темные волосы.

– Иди-иди.

– Иду, – широкая ладонь взялась за дверную ручку. – Жду внизу, – мужчина протиснулся в приоткрытую дверь и не торопился ее закрывать.

– Ты что-то забыл? – я невинно поинтересовалась.

Громила продолжал пожирать меня глазами, сейчас и не вспомню, когда на меня последний раз так смотрели… когда только начинали встречаться с Михалевским? Нет, точно не смотрел.

"Да никогда! – рявкнула Ирэн. – Да никогда и никто на тебя так не смотрел! Когда последний раз у тебя пылали щеки, а не закатывались глаза к мозгу от мужского взгляда?"

А разумная часть меня противилась романтичному настрою Ирэн – напоминала, что наше знакомство с Кьёрном странное, а обстоятельства моего нахождения в его доме еще специфичней.

– Я спущусь, – сказала я мужчине.

Переодеваться я не спешила. Казалось, что вот-вот распахнется дверь, а за ней громила невинно хлопает самыми красивыми на Земле зелеными глазами.

Прижавшись ухом к деревянному полотну, я затаила дыхание, прислушалась – тишина. Я вернулась вглубь комнаты, распахнула дверцы шкафа и спряталась за ними. А теперь самое интересное – снять комбидресс…  тараща глаза, присела в дурацкой позе: эдакой смеси скрученного радикулитом дядя Коли с нижнего этажа и совсем неграциозном плие.

Щелк. Щелк.

– Чтоб тебя! – ругнулась, дергая последнюю кнопку.

Грохот, скрип лестницы, и голос Кьёрна из коридорчика:

– Ирина, что случилось?

Дверь пришла в движении, а я же завизжала:

– Не заходи!

– Хорошо, – опешил мужчина.

– Я сказала, не заходи, – я выпрямилась и свела плотно колени.

– Да я понял, – дверь замерла. – Может, тебе?..

– Нет!

– Ну, ладно.

– Сама справлюсь, – ворчала, со злостью дергая последнюю кнопочку.

Кнопка сдалась только с треском ткани – не страшно, больше я точно никогда не надену этот наряд. Спасибо, но хватит с меня переодеваний.

– Я тебе носки чистые принес, – мужская лапища показалась в спальне и исчезла, закидывая носочную “улитку” на кровать.

– И что мне с этим делать? – развернула и держала в руках шерстяные гольфы. Я чувствовала себя ребенком, который тайком захотел примерить папины вещи – закрыла створки шкафа и осмотрела себя – а это приятно, вот так выглядеть в мужских вещах, хрупко и мило. Очень приятно!

“Еще один плюс похитителю со странным именем”, – жужжала Ирэн.

– И минус, что он явно без фонаря в голове, – я ответила хамоватой половине.