Глава 27

Глупо улыбаясь, я расфокусированно прошлась взглядом по толпе. Гыыы…

Кхм-кхм…Надо срочно брать себя в руки! У меня тут Ритуал Демонстрации силы, как-никак намечается! Эх. Надо вести себя, как любой другой приличный Демон- типа я офигенно опупенен и зело могуч! Нет. Судя по всему, опять с лицом что-то не то. Тетя, вон, удивленно бровки вскинула. Церемониймейстер, по моему, терзается муками, как бы тактично у меня уточнить, не приспичило ли мне в нужник. Или, не дай Тьма, рожать.

Вздохнула. Мда. Игры мордой лица это, все-таки, не мое, Надо это признать.

Потому, приступим:

— Прошу вынести клетку! — попросила я.

Специально подготовленные лакеи тут же, на двух руках, вынесли в круг накрытый покрывалом предмет.

— Для начала, хочу узнать у присутствующих, знаете ли Вы, кто такие въёльты и чем они опасны?

По толпе прошел робкий смех и перешептывания.

— Деликатес? — неуверенно уточнила одна из приглашенных дам.

— А опасны, соответственно, несварением! — рассмеялся ее спутник, заражая своим смехом собравшихся.

Я терпеливо переждала взрыв всеобщего веселья, снисходительно улыбаясь:

— Что-то еще о них известно? Может кто-то держит их дома?

— А как же! В леднике есть парочка! — продолжать мочить коры местный юморист.

— Ясно- весело отозвалась я- В таком случае, у меня для вас есть несколько удивительных открытий. А Вы, уважаемый, могли бы мне помочь. Пройдете ко мне в круг для помощи в демонстрации?

— В круг к Демону в Ритуале? — ошеломленно уточнил он, сразу растеряв свой позитивный настрой- Почему я? Я чем-то не угодил Сумрачному Гиёну?

В ответ, я только снисходительно ухмыльнулась и, ловким движением руки, сдернула покрывало. Толпа изумленно ахнула и тут же зашлась смешками и комментариями.

В сравнительно небольшой клетке, на жестком полу, умильно жались друг к другу мои жестокие кадеты- то есть все десять пушистых сиреневых котят. Вообще-то, сперва они сидели на двух огромных мягких подушках. Но, судя по всему, в пути их застало время ужина. А может бархат обивки оказался нужного урожая. В общем, подушек уже небыло и в помине. А вот довольные котята были.

Я аккуратно открыла дверцу клетки, выпуская на волю отряд смерти. Киски тут же, неуверенно, начали выползать наружу.

— Вы все еще отказываетесь? — с доброй улыбкой уточнила я.

Мужчина рассмеялся и уточнил:

— Демонстрировать будут зверушки? Вы принимать истинную форму не планируете?

— О, нет! Боюсь, что представленная сейчас форма и есть истинная- смущенно развела я руками- Я не Демон.

В зале поднялся недоуменный ропот.

— Но, поверьте, мне есть что продемонстрировать. И, думаю, сомнения в моей силе отпадут сразу у многих! — договорила я, повышая голос.

— Ну, раз так, Претемная Диле, я не вижу причин отказать Вам- с шутовским поклоном отозвался мужчина и смело шагнул в круг, тут же принявшись кланяться высокой публике, под их смешки, свист и аплодисменты.

— Приступим- тем временем оповестила я- Хочу сразу успокоить присутствующих- меня заверили, что въёльты не смогут покинуть круг. Так что безопасность каждого из вас, за исключением моего уважаемого ассистента, гарантирована!

— Вы имели в виду безопасность Ваших въёльтов, конечно, Ваша Сумрачность- продолжал упражняться в стендапе несчастный- Но уверяю Вас, никто не посмел бы без спроса скушать Ваш завтрак.

Толпа грохнула слаженным хохотом. Я посмотрела на Бальте, который, в ярости, неимоверным усилием воли держал себя в руках. Хотя его алые глаза и плотно сжатые губы без слов говорили, как ему не терпится вырвать кадык зарвавшемуся хохмачу, который совершенно потерял границы, насмехаясь над его Диле. Я успокаивающе улыбнулась Гиёну и чуть заметно кивнула- пусть знает, что это всеобщее веселье мы с тетей предвидели. Тем сильнее будет контраст…

Взмах моей руки, и маэстро опускает руки на клавиши. Говорят, это довольно популярная сегодня мелодия. Каждый из присутствующих знает ее. Может предугадать изменение тональности, или какая рулада последует за следующим пассажем. Тем приятнее наблюдать, как меняются их лица, когда, точно следуя аккомпанементу и моим тихим командам, котята водят хороводы, быстро перестраиваются в сложные фигуры, меняются местами и перепрыгивают через спинки друг друга.

— Все это кажется милым, не так ли? — чуть громче говорю я, заглушая музыку- Но въёльты не так безобидны, как кажется на первый взгляд. Это опасное оружие. Это смерть, которая крадется на мягких лапках. Вы готовы умереть от зубов этих малышей, мой друг? — обращаюсь я к невольному ассистенту.

— За Вас, Ваша Сумрачность, без колебаний! — все еще шутя, кланяется он.

— Голос- негромко произношу я команду, делая шаг назад.

Аккомпанемент внезапно смолкает, обрываясь на совершенно нелогичной ноте, потому что воздух вокруг вдруг всколыхнулся и зазвенел тысячей хрустальных струн. Осколки солнечных бликов осыпались вместе с песней маленьких котиков, пронзая до самой сути, наполняя и топя в нежности. Каждый из присутствующих на мгновение перестал дышать, чтобы уже в следующий миг жадно глотнуть воздух, и тут же захлебнуться голосами сиреневых фей. Сердце сжалось от переполняющих его чувств. Где-то в районе солнечного сплетения задрожала и, с мелодичным звоном, оборвалась струна, которая удерживала душу в теле, на этой земле. И вот уже эфирная субстанция стремится ввысь, под облака, вслед за уплывающими голосами, которые рождают музыку сфер, песню Фениксов…

— Да твою-ж мать!

Ну вот почему, как только я вся такая погружаюсь в поэзию момента, тут же находится тварь, которая меня из этого момента за шкирку вытаскивает и прямо носом в быт, в серость, в реальность!

— А…Прости, моя хорошая! Ты совсем даже не тварь! Ты моя девочка ненаглядная! — ласково бормочу я вовремя подошедшей Фиалочке, которая своими, уже такими родными коготками ловко так прошлась по моей нежной, недавно проэпилированной ноге. Больно, кстати!

Но что такое боль, когда у меня тут лежит нечаянная жертва бесноватых котят! Вон, облепили уже всего, как комары нагое тело на речке в Псковской обрасти. Глазки наивненькие, ротики кровожадненькие. А из ротиков вторая челюсть торчит…

Вы-ж мои ми-ми-мишечки!

— Тишина- внятно произношу я, не позволяя себе заново погрузиться в эйфорию их пения- На место!

Котики молчаливо и без пререканий стайкой следуют в клетку. Надежно запираю дверцу, как только последний хвостик оказывается внутри, и поднимаю глаза.

Бывали ли вы на деревенском кладбище? Это я к тому, что там тишина менее выраженной будет, если что. Там и птички всякие, и кузнечики… У нас же образовался звуковой вакуум!

Потом раздался первый звук. Это с пола поднимался, стеная, белый, как полотно, мужчина. Ужас, застывший на его лице, на какое-то мгновение окатил меня жгучим стыдом.

— Все в порядке, уважаемый? — тихо спросила я, делая шаг к нему.

Мужчина дернулся и, непроизвольно, отполз к краю круга. Я замерла.

Ну, что-ж. Сейчас, главное, закрепить результат и дать им осмыслить произошедшее:

— Есть среди присутствующих те, кто смог противиться песне въёльта?

Ответом, все так же, была лишь тишина.

— Может быть кто-то из Высших Демонов или их Диле смог противостоять их пению?

Тишина.

— Тогда, может, были те, кто не видел, что делают въёльты с теми, кого смогли обездвижить своей мелодией? Или кто-то не до конца осознал, чем грозит маленький сиреневый котик огромному могучему Демону?

— Они слушаются только Вас? — раздался тихий невнятный голос Гиёна Ледяного края.

— Именно- уверенно ответила я, кивнув для весомости- И эти, и любые другие въёльты мира. И нет Демона, способного противостоять их голосу. Не зависимо от силы его истинной формы.

Я обвела взглядом собравшихся:

— Так что, думаю, мне не нужно быть Демоном, чтобы оставаться достойной своего Гиёна. Дальнейшие доказательства, уверена, тоже не потребуются- хмыкнула я- С этим легко справится моя ручная зверушка.

В толпе раздался одинокий хлопок. Потом еще один. И еще. И вот уже зал рукоплещет. Хотя на лицах напряжение, испуг и обреченность.

Да, дорогие. Теперь в этом зале есть тот, кому плевать, у кого из вас больше рога. И этот кто-то- просто маленькая сиреневая киса. И, даже, не одна!

А, между тем, мне предстоял второй ритуал. И он волновал меня куда больше!

Самое забавное, что я, вообще-то, хорошо пою. В ноты попадаю, не «даю петуха». У меня приятный голос и большой охват октав. Музыкальное образование за плечами, опять же. Хоть и домашнее. Но выступать перед публикой…

О! Печенька! В смысле, что краем глаза я засекла пробегающего в непозволительной близости от круга официанта и тут же, движением опытной кобры, сцапала с его подноса еще бокальчик хена.

Кстати, оказывается, на вкус приятненько. Пряно так и холодит, как мятка. Мда.

Еще заметила, что брови Бальте при этом взлетели вверх настолько, что, по моему, зацепили рога. Сердится на меня. Снова печалька. Надеюсь, мое выступление его хоть немного задобрит.

Песню я выбирала не долго, но вспомнила о ней далеко не сразу. Пару шлягеров нашего мира тетя сразу забраковала- то текст слишком откровенный, то музыка не пронимает. В этой песне, музыка ее зацепила похлеще пения въёльтов! А слова я просто переделала- привет институтской самодеятельности! Ну, не посадят же меня за плагиат в зазеркалье! Надеюсь, по крайней мере…

Маэстро и правда оказался просто гениален! А уж возможности местных инструментов! То, что у нас достигают путем долгих аранжировок в специальных компьютерных программах, здесь делали легким нажатием педалей и комбинаций клавиш на аналоге рояля. Хотя, у нас вот тоже синтезаторы есть…Но это, все-таки, слегка не то! Там нужно сперва басы задать, например, установить ритм, попасть в такт, плюсуя к басам ударные и так далее. А здесь прямо в процессе импровизации. Сложно, но охрененно!

В общем, получилось миленько, я бы сказала. А вот тетя рыдала навзрыд! Прямо с икотой, соплями и испорченным корсажем! И так все пять раз, когда слышала песню. Да что я говорю- плакал маэстро и скрипач. Прятал слезы (но я — то видела!) местный ударник! Оказывается, таких слов своему Гиёну вообще ни одна Диле никогда не дарила! Тут же, у них, вся тема в вечном противостоянии! Женщин силком заставляют отдаться под чью-то власть, мужчин заставляют спать с неприятной Диле. Удача, если хотя бы одна из сторон, хотя бы одной из своих половин терпит супруга. А тут такое…Поэтому, более откровенные любовные признания в других песнях тете и не понравились- типа вообще совсем не жизненно и не натурально. Такого просто даже в теории быть не может. Как летающие крокодилы…

Вот скажи вам, что сегодня последний вымер. И что? Вы их знать не знали. Ну вымерли- туда им и дорога. Другое дело, например, пандочки! Их все видели; наблюдали, как их кормили; умилялись; переживали процесс рождения малыша в Бельгийском зоопарке…О таких можно и поплакать, ежели чего. Ну, или амурские тигры, которых Президент кормил. Тоже очень трогательно.

Так вот, возвращаясь к нашим баранам. То есть, Демонам.

Сейчас вся эта, еще не пришедшая в полновесное сознание толпа, выжидающе уставилась на меня. Даже с испугом, наверное, И правда интересно, что еще эта рыжая отмочит? Даже Бальте напрягся. Наверное думал, что, зная мой характер, сейчас я достану любимую сковородку и начну демонстрировать свои заслуги в кулинарии, Типа: «Дорогие мои, сегодня мы узнали много нового и интересного о маленьких въёльтах. А теперь, мы научимся их готовить! Итак, возьмите пару луковиц среднего размера, самого склизского ириса (буэ-ээ-э) и сиреневую жопку котика…»

Бедный. Как же тяжело ему живется, в постоянном страхе за мою неадекватность!

Как только аккуратно унесли клетку с моими зверушками, Маэстро поймал мой взгляд через толпу. Я легко кивнула и музыка снова заполнила зал.

Кстати, сперва все дернулись в ужасе. Мда…Видимо, теперь у них на музыку вообще неадекватная реакция будет! Этого я не учла…

Но, уже секунду спустя, лица присутствующих разгладились и Демоны застыли, прислушиваясь.

Тетя не ошиблась, оценив песню с учетом вкуса современников. Даже уступительный проигрыш уже явно всколыхнул в их сердцах приятные эмоции. Мой Гиён и тот слегка улыбнулся.

Все, видимо, ждали очередного танца. А я вздохнула поглубже и, не отводя глаз от Бальте, запела!

Наверное, я бы, все-таки, не смогла сама написать песню. Тем более, передать в ней столько эмоций. А вот переделать стихи, подобрав нужную мне музыкальную историю- это легко. Может и коряво, зато от души:

Да простит меня Андрей Губин, за безбожную эксплуатацию его песни «к Алине». Но если бы он с сейчас видел слезы, застывшие в глазах растерянной толпы, неверие и неземное счастье во взгляде моего Демона и трясущиеся, от сдерживаемых рыданий, губы Нии…Я думаю, что наказал бы он меня не сильно. Где вы, лихие девяностые? Давно я не видела на лицах людей столько чистых и светлых эмоций, от прослушивания ванильной попсы! Правда, песня мне и самой нравилась. В свое время. Но их реакция…

Особенно учитывая тот факт, что в этот момент кристаллы силы вдруг засветились и обдали меня алыми всполохами. Все замерли. Женская половина голодными взглядами прошлась по моей фигуре от кончиков босоножек до рыжих волос. И подавилась изумленными вздохами! На моем теле не отразилось ни единой красной вспышки! Видимо, учитывались только свежие травмы, связанные с принуждением к Ритуалу? Потому что, царапина на моем порезанном только что пальце тоже не сияла!

Ох, что стало твориться с толпой! Взгляды, полные недоверия, восхищения и благоговения, буквально штабелями свалились на…Бальте!? Да на него смотрели, как на реинкарнацию Кришны! Как на воскресшего Святого Клауса, блин! Странно, что на колени перед ним не бухнулись!

Хотя, кто-то из рядом стоящих, вроде, порывался. Этого удержал Рей, путем хватания его за шкирку и поднятия над землей.

Я чуть слова не забыла, пока все это наблюдала! А песню- то надо было допеть!

Там еще был последний куплет, но его я не спела- там грустно и про расставание. Так что мы его урезали. Но и этих слов хватило. Стоило стихнуть музыке, как в зале повисла уже знакомая и такая родная тишина. Надеюсь, это хороший знак? Потому что если нет…

И вот, в этот момент, кристаллы вокруг погасли. Снова засветились теплым светом канделябры и люстры. А рядом со мной, неожиданно, начал прямо из ниоткуда, образовываться клубок черного дыма, разрастаясь и бурля.

Толпа ахнула и, как подкошенная, рухнула на колени. Я же замешкалась, испуганно всматриваясь в наливающееся непроглядной чернотой облако.

Несколько секунд, и вот уже, над паркетом клубится и переливается всеми оттенками мрака огромный такой кусок черной дыры. Слава Богу, кто-то, особенно смелый, подполз ко мне сбоку и дернул вниз за подол. Я опустила голову- снизу на меня испуганно вращал глазами насмерть перепуганный церемониймейстер:

— Князь! — прошипел он, указывая взглядом в сторону черного дыма.

Я удивленно выпучила глаза, но, все-таки, рухнула на пол.

Это что, специальный княжеский портал такой? Сейчас оттуда вылетит птичка? В смысле, выскочит яичко? Ну, вы меня поняли- явится Великий и Могучий собственный персоной?

Но мгновения шли, а из черной дыры никто не появлялся. Зато, неожиданно, прямо в моей голове, раздался гулкий бас:

— Рад, что Вы соизволили, все-таки, пасть ниц, Ваша Сумрачность. И позвольте приветствовать Вас на Балу Темной ночи!

— А? Что? Где? — перепугалась я, вытаращив глаза и испуганно оглядываясь по сторонам.

В голове кто-то демонически захохотал. Я окончательно впала в панику и замерла, пытаясь смириться с нагнавшей-таки меня шизофренией. «А может это последствия сотрясения мозга? Теперь у меня там опухоль и кровоизлияние, которые и рождают странные галлюцинации. Может я вообще сейчас все еще лежу дома под кроватью и никого не трогаю. И нет в моей голове никакого глюка…»

— А вот за Глюка можно и в казематы, дорогая Диле! Слово незнакомое, но мыслеобразы у Вас весьма нелицеприятные. Можем посчитать за оскорбление венценосной особы.

«Твою-ж мать!»

— А это можем посчитать за нанесение оскорбления Матери правящей Фамилии и за угрозу сексуального насилия над ней.

— Что-же мне теперь вообще не думать? — буркнула я.

— А думать приличные вещи не вариант? — язвительно уточнили в голове.

«А вы, часом, с моим Гиёном не родня?»

И снова веселенький демонический смех заполнил пустоту в моей черепушке. Ну а что там у меня еще может быть? После того, как я, потеряв всякие намеки на инстинкт самосохранения, препираюсь тут с Князем Тьмы. Это же он изволит так общаться, вероятно?

— Кажется, учитывая Ваш характер, Нам всерьез следует рассмотреть необходимость представить Бальтезара к награде за заслуги перед Княжеством, Истинную Силу и защиту Правящей Фамилии от сторонних агрессоров- веселился голос.

«Это от кого же?»- мелькнула язвительная мысль.

— От Вас, Ваша Сумрачность, Вы правильно подумали! Забрав Вас себе и взяв, тем самым, на себя весь удар, он, думаю, просто спас мир!

«Ах ты ж ссс…»- решила не додумывать. Отвлекала себя на единорогов, ромашки и радугу.

В голове хмыкнули.

«А Вы появляться не планируете?»- несмело, мысленно уточнила я.

— А Мы уже появились, Дорогая Диле! — весело отозвался голос.

— Где? — в шоке уточнила я, поднимая голову и глядя на пятно тьмы.

— Приветствуем вас, мои верноподданные, на ежегодном Балу Темной Ночи! Надеюсь, сегодняшняя ночь принесет нам еще немало приятных сюрпризов! Отдельно, Хотим лично поздравить Сумрачного Гиёна со вступлением в брак! Мы рады, что именно во время Нашего правления Тьма решила явить Нам чудо истинного выбора Высшего Демона! И, со всей сердечностью, Приветствуем Её сумрачность при Дворе! Она доказала, что своей силой достойна одного из лучших из нас! А своим Ритуалом Принятия и Подчинения оказала Нам великую честь, лично лицезреть, как выглядит добровольное согласие на главенство по настоящему сильного супруга! А сейчас, пусть начнется Бал!

По внимательным лицам присутствующих, я поняла, что этот спич слышали уже точно абсолютно все! А вот что касается нашего предыдущего диалога… Надеюсь, что его, все-таки, нет!

— Конечно нет, дорогая Диле- насмешливо согласились в голове- Иначе какой Мы Князь, если не Можем самолично решать что и кто может слышать?

«Интересно, теперь он во все мои мысли будет влезать?»

— А как же! В любое интересное мне время. Иначе, что Мы за Князь, если мысли Наших подданных станут для Нас секретом?

«Да твою-ж мать!»

— Повторяетесь, милая. Мы надеялись, Вы способны уловить намек с первого раза.

— Прошу прощения, Ваша Непроглядность- вовремя вспомнила я обращение к Князю Тьмы и, вторя толпе, поднялась с колен и изобразила глубокий церемониальный реверанс.

Присутствующие, разом, зашевелились и расступились в стороны, образуя ровный проход к дальнему концу зала где, на возвышении из трех ступеней, стоял вычурный золоченный круглый подиум. К нему-то и двинулось, медленно плывя по воздуху, черное облако. Оно легко разместилось где-то над ним, и зависло, мягко колыхаясь и меняя очертания время от времени.

— О чем вы беседовали с Князем? — раздался за моей спиной напряженный голос Бальте, когда в зале вновь наступило оживление, а музыканты взяли первые аккорды бального танца.

— А где Князь? — заторможенно уточнила я.

— На троне, Кара. А, перед этим, судя по всему, мило беседовал с тобой. Так о чем же?

— ЭТО Князь?! — в ужасе уточнила я, кивая подбородком на кусок мглы и игнорируя предыдущий вопрос.

— Да- нетерпеливо подтвердил Гиён.

— Да, это Мы. Единственный и неповторимый- со смешком повторили в моей голове.

Я молча выхватила с подноса мелькнувшего официанта очередной бокал хена и мгновенно опустошила его.

— Куда?! — испуганно воскликнул Демон, пытаясь перехватить мою руку, но было уже поздно.

Краем глаза я еще заметила плотный поток Гиёнов и ошеломленных Диле, которые двинулись в нашу сторону с твердым намерением пообщаться. Где-то среди них, я увидела и гордое личико тети Нии. А еще удивленное лицо Рея. А потом толпа вокруг меня, вдруг, закружилась неясным хороводом, свет замигал и стал меркнуть. Чей-то испуганный голос звал меня по имени. Кто-то тряс меня за плечи. А я, тем временем, уже счастливо отбыла в страну забвения на поезде весьма несвоевременного обморока.

Эх, классный ты напиток, хен!

Знаете, что самое плохое утром после пьянки? Не, совсем даже не похмелье. Самое ужасное, это память! Потому что она, сука, возвращается! Лучше бы накануне возвращалась вменяемость! Но хрен! И это после обычного алкоголя память возвращается, иногда, не вся. А вот волшебный напиток хен, в этом смысле, как оказалось, свято хранил каждую крупинку пережитого позора. Дебильный галлюциноген!

Итак, что мы имеем из аналов истории за вчерашний вечер?

Сперва я, практически сразу, вернулась из обморока. Что для меня нормально- именно так и происходит смена шока на накопительный эффект неумеренного потребления алкогольных (или, данном случае, каких то других, возможно наркотических) веществ.

— Все нормально! Батя снова с вами! — заорала я, поднимая в успокаивающем жесте вверх свои руки.

Придерживающий меня за локоток Бальте испуганно отшатнулся. Подошедшая, было, толпа отступила на шаг. В голове раздался сдавленный смешок.

Вот он то и ввел меня в раж! Я прямо взбесилась! Еще будут тут всякие облака у меня по голове шарить! Даешь свободу мысли!

И просто их отключила. Типа, если их там нет, то и подслушивать нечего! Да, есть у нас, в бубен пьяных женщин, такая полезная функция организма- полное отключение головного мозга. Потому, все дальнейшее действие, я наблюдала, словно со стороны!

Вот я бегу, задрав подол, практически, до пупа, в центр зала, прямо сквозь ровные ряды Демонов, танцующих местный полонез.

За мной следом, быстрым шагом идет Гиён. Сбоку, пытается отрезать мне пути к бегству верный Рей. В углу плачет тетушка, пытаясь пустить слух, что меня опоили.

— Все нормально, тетя! — ору я ей с другого конца зала, козочкой прыгая между танцующими парами и уворачиваясь от цепких рук Рея и Бальте.

Вот я хватаю за руки первых попавшихся Демонов и требую, чтобы музыканты «сменили пластинку». Пытаюсь научить высший демонический свет танцевать кан-кан. «Свет» учиться отказывается и пытается со мной не контактировать. Это обидно! Однако, их судорожные попытки сбиться в плотную кучку, подальше от меня, снова мешают Бальте поймать меня за руку.

Слышу чей-то шёпот, что Князь этого не потерпит.

С воплями: «Где Князь? Князя не видели?» сразу мчу в сторону трона. Спасибо, что напомнили, кто тут у нас враг номер один! Бросившийся мне наперерез Рей спотыкается о подло подставленную мною-же подножку и, удивленно, едет дальше на пузе по гладкому паркету зала.

А я, тем временем, с гиканьем перепрыгиваю его скользящее тело и добегаю- таки до сгустка мглы на подиуме. Меня охватывает прямо нечеловеческое веселье!

— Князь, ты где там? Выходи! — прыгаю я вокруг облака.

— Лоша-а-дка! — ору, засовывая голову по самые плечи прямо в черное облако.

— Ёжи-и-ик! — снова кричу я, обежав подиум с другой стороны и опять сунув в него голову.

И так, сука, четыре раза…

Пока меня, прямо за подол, не стаскивают с постамента.

Облако дрожит и мерцает грозовыми вспышками. Вокруг него трещат электрические разряды и распространяется запах озона и гари. Мгла начинает расти, выходя за границы своего трона. Толпа, в страхе, рухает на колени!

А я на мгновение тоже замираю, с открытым ртом, глядя на эти фейрверки, а потом…

— Бл. ть, пожар! Горим! — пользуясь всеобщим падением воплю я, срывая с ближайшего окна тонкую портьеру. И, тут же, начинаю, со всей дури, лупить ею, прямо по пытающемуся продемонстрировать свой могучий гнев Князю.

Думаю, со времен возникновения Изначальной Тьмы никто и предположить не мог, что произойдет нечто подобное! Потому, никаких установленных порядков, как действовать в возникших обстоятельствах, ни у кого просто небыло! Толпа замерла и онемела! Никто не спешил на помощь. Причем, ни Князю, который, дергаясь, метался под плотно свернутой тканью из стороны в сторону. Ни мне! Это меня особенно злило. Ведь пожар-то быстрее тушить сообща! Совершенно отчаявшись дождаться помощи от застывших в коллективном параличе демонов, я, с матом, схватила с рядом стоящего столика хрустальную чашу с ягодным пуншем и вылела его прямо на пульсирующий яростью комок мрака.

И вот в этот момент меня накрывает с головой та самая занавеска! Кто-то плотно спеленывает меня ею, хватает на плечо, как кулек с мукой, и несет прочь! Лежать неудобно- больно животу. Кровь приливает к, и без этого, активно кружащейся голове. К горлу подкатывает тошнота. Я ору матросским матом, пытаюсь вырваться. Но держат меня крепко. Настолько крепко, что, видимо, где-то внутри у меня пережимается какая-то артерия. И я, наконец, с облегчением, отключаюсь, покидая царство сознания…

Так и не переставая жмуриться, я издала полный боли стон. Мне кажется, это конец. Чудо, если сейчас, открыв глаза, я обнаружу себя не в казематах Его Непроглядности. И если это не последний час моей жизни перед публичной казнью. Хотя, судя по всему, что я вспомнила, надежды на чудо ох как мало.

— Боже мой, пусть я умру без мучений! — хрипло простонала я, всхлипывая и закусывая ребро своей ладони.

==============================================

* В тексте использованы измененные стихи песни А. Губина «к Алине» (альбом «Всегда с тобой» 2002 г) Автор рекомендует найти песню на просторах интернета и прослушать, желательно в наушниках, можно даже напевая измененный текст. Почувствуй себя попаданкой!