Часть шестая. Эмма

По дороге в дом его родителей мы с Крамольским совершенно не додумались обсудить то, что мне нужно будет делать. Даже легенду о своем знакомстве не придумали. И теперь, находясь в обществе окруживших меня любопытствующих родственников жениха, я проклинала свою забывчивость.

Хотя находчивости меня никто не лишал. Другое дело, что я не совсем понимала, чего именно ждет от меня Крамольский. Знала лишь, что мне нужно отпугивать его потенциальных невест, а вот в случае с родственниками… вряд ли он хотел, чтобы я произвела на них дурное впечатление.

— И как же вы с Владиком познакомились? — с пристрастием допытывалась его мать, представившаяся Инной Владимировной. Остальные женщины, окружившие меня, точно стая воронья, лишь молча смотрели. Я быстро поняла, что в этой компании мать семейства — главарь. И именно она будет задавать тон нашему разговору и тому, как будут относиться ко мне другие.

На вид это была милейшая женщина, надо сказать. По факту же она оказалась настоящим Гитлером в юбке, и ее светлые глаза, чуть выцветшим серым оттенком напоминавшие глаза сына, смотрели на меня как два ружейных дула.

— Нам помогла счастливая случайность, — вежливо улыбнулась я в ответ. Раз мы с «Владиком» ни о чем толком не договорились, я решила придерживаться версии, наиболее близкой к истинной. — Однажды он просто позвонил в мою дверь и… это была любовь с первого взгляда! — мечтательно закатила я глаза.

— И зачем он позвонил в вашу дверь? — продолжала допытываться мать Крамольского.

— Просто ошибся адресом, — пожала я беззаботно плечами. — Но это лучшая ошибка, что случалась со мной в жизни! — призналась задушевным тоном.

— Ну еще бы! — фыркнула Инна Владимировна. — Кому нужна женщина с прицепом!

Теперь уже она меня рассердила. Особенно сильно задевал тот презрительный взгляд, которым она одарила Лису.

— Не понимаю, о чем вы, — сухим тоном откликнулась я, при этом держа на лице дежурную улыбку.

— Об этом, — кивнула гарпия на Алису.

Ну, это было уже слишком! И так как стало вполне ясно, что мамаше дорогого жениха я не понравилась, сдерживаться далее я не стала.

— Это не «это», — заметила я сладчайшим голосом, — а моя дочь. Женский род. Русский язык, первый класс.

Эта колкая ремарка доходила до Инны Владимировны добрых полминуты. А когда наконец долетела по адресу, гарпия стала аж пунцовой. Вероятно, то, что его мать заметно поменяла цвет кожи, заметил и сам Крамольский, потому что прежде, чем Инна Владимировна успела как-то отреагировать, он нарисовался рядом. Положил свою руку мне на талию собственническим жестом, и я тут же ощутила, как к телу прилил внезапный жар. Совершенно неуместный сейчас. Да и в любое другое время — тоже!

— Папа, где ты был? — тут же поинтересовалась Алиса, которая до этого момента стояла, непонимающе хмурясь от всего происходящего.

— Эта девчонка называет тебя папой?! — возмутилась Инна Владимировна, а я на миг похолодела. Вот блин! Как же отучить Лису обращаться так к Крамольскому?

Но долго теряться я не стала. Снова растянув губы в улыбке, заметила:

— А почему нет? Мы ведь уже почти одна семья! И скоро узаконим свои отношения, правда, любимый?

Повернувшись к Крамольскому, я заглянула ему в глаза, изобразив восторженно-счастливый вид.

Усмехнувшись самым краешком губ, Влад кивнул:

— Конечно, милая, — и, не растерявшись, прижал меня к себе крепче, при этом его рука с моей талии сползла до самой задницы, которую он сейчас беззастенчиво щупал. Вот засранец! Нужно будет потребовать с него дополнительную оплату за эти поползновения!

— Мне так повезло, — радостно пропела я. — Владик просто обожает Алису! Он будет таким прекрасным отцом для наших детей!

- Каких детей?! — цвет лица Инны Владимировны резко поменялся на белый.

— Такие маленькие, сладенькие пусечки, — просюсюкала я.

— Вы что… в положении? — ужаснулась мамаша Крамольского и промолчать я ну просто не могла!

— Вполне возможно, — сообщила я доверительным тоном. — Мы, скажу я вам по секрету, вовсю над этим работаем!

— Как? — выдохнула Инна Владимировна и я удивленно округлила глаза:

— Вам в подробностях? Про все позы рассказать?

Тут ей, похоже, поплохело окончательно.

— Сережааааааааа! — возопила она на весь сад. — Где мои таблетки?!

Мне, возможно, следовало испытывать раскаяние, но ничего подобного я не ощущала. Не я это начала, и не следовало гарпии оскорблять мою дочь!

— Что случилось? — сам виновник торжества, с которым мы познакомились мимолетом чуть раньше, поспешил на помощь супруге. А та, закатив глаза, умирающим тоном выдохнула:

— Уведи меня отсюда, Христа ради!

Едва они успели отойти, и я повернулась было к Крамольскому, чтобы извиниться на всякий случай, как привалила новая напасть. К нам подошла его сестра Лена, ведя за собой какую-то девушку. Которая, едва мазнув по мне взглядом, тут же подалась к Владу, изогнувшись так, что ее перезревшие арбузы едва не выпрыгнули из весьма открытого выреза платья.

— Влад, это Роза, я тебе о ней говорила, — пояснила Лена, а я каким-то пятым чувством ощутила, что сейчас будет что-то интересное. Очевидно, настало время быть в полной боевой готовности.

— Лис, беги поиграй с другими детьми, — шепнула я, наклонившись к дочери. Вряд ли то, что будет происходить в дальнейшем, годилось для детских ушей.

Алиса покорно отошла, а я, выпрямившись, обнаружила, что девица уже скалится на Влада, как лисица, заметившая добычу.

— Я так мечтала с тобой познакомиться, — промурлыкала она, едва не прижимаясь всем телом к моему, на минуточку, жениху. Пусть и фиктивному!

— Очень… приятно, — откликнулся он, но получилось как-то двусмысленно. Видимо, осознав это, Крамольский кинул на сестру недобрый взгляд:

— Лена, я же сказал….

Дожидаться, когда дело дойдет до того, что эта фифа сунет свои спелые плоды Владу прямо в нос, я не стала. Привлекла его к себе и, взмахнув ресницами, проворковала:

— А вот мне не очень приятно, когда на мой крючок претендуют посторонние вешалки.

Влад только брови поднял от такого поэтического сравнения. Розочка же оглядела меня чуть более внимательно и с издевкой выдала:

— Любой уважающий себя крючок не захочет, чтобы на него вешали дешевые вещи. Это что, платье с рынка, милочка?

— Хотите попросить адресок? — откликнулась я ей в тон.

— Вот еще! Я предпочитаю только брендовые вещи!

— А я предпочитаю людей, которые не судят других по одежде. Лучше иметь дешевые вещи, чем быть дешевкой внутри, — парировала я.

Розочка так задохнулась от возмущения, что едва снова не выронила арбузы из выреза. И, чтобы добить ее окончательно, я обняла Крамольского за шею и выдала:

— Вот мой Влад совсем не такой! Он и внутри, и снаружи ого-го! А какой он затейник в постели! Не могу дождаться, когда мы с ним останемся наедине!

Последние слова я проговорила Крамольскому почти в самые губы. А в следующий момент со смесью ужаса и возбуждения поняла, что он меня целует.