Глава 25

Богдан – Я бы хотела задать вам несколько вопросов касательно вашей дочери, – обращается в суде мой адвокат к бывшей жене. – Конечно! – Регина мерит меня и сидящую позади Агату презрительным взглядом. – Назовите, пожалуйста, дату рождения Майи, – прекрасная адвокат по семейным делам, которая с самого начала вела наше дело, смотрит на Регину без улыбки. – Вы шутите, что ли?! – бывшая жена, саркастично усмехнувшись, называет дату. – Хорошо. У Майи есть на что-нибудь аллергия? – Нет у моей дочери никакой аллергии, – Регина самоуверенно качает головой. – Я поняла вам. Тогда… как вы считаете, ваша дочь знает алфавит? – следующий вопрос. – Какой алфавит?! Ей же еле-еле три года! – возмущению бывшей, кажется, нет предела. – Назовите, пожалуйста, любимый мультфильм, любимую книгу и любимую игрушку Майи, – вежливость адвоката ничто не может перешибить. Здесь бывшая на секунду теряется, но, пожав плечами, всё равно отвечает на вопросы. – Позвольте предоставить суду видеозапись и бумаги, в которых содержатся ответы на вопросы, только что заданные истцу, – адвокат протягивает судье несколько листочков, подключает флешку, выбирает видео-файл и, пока он загружается, продолжает говорить: – У Майи подтверждённая аллергическая реакция на мёд и продукты пчеловодства, – показывает на соответствующую справку. – Это анализы, можете убедиться. Регина багровеет, сжимает губы так, что они превращаются в тонкую ниточку. – Посмотрим видео, – адвокат включает запись, и на экране появляется Майя. Мы записывали это видео буквально несколько дней назад. Я сам был ошарашен – Агата совсем недавно научила дочь песенке, которую сама знала с детства, и которая повторяет весь алфавит. Мотив запоминается просто на раз-два! Даже ко мне «прилип» и крутился в голове! Вот и сейчас на записи Майя поёт эту песенку и хлопает в ладоши. Не все буквы можно разобрать, но абсолютно точно понятно, что это действительно алфавит. – Что касается мультфильма, игрушки и книжки, тут есть запись видео, которое сделала опека при очередном посещении. И – надо же какой сюрприз! – ни один из ответов Регины не совпадает с действительностью. – Меняйте иск и уточняйте порядок общения, – цедит сквозь зубы тяжело дышащей, взбешённой Регине представитель опеки, сидящий за другим столом. – Права качать умеете, а дочь свою не знаете! Судья явно целиком и полностью на стороне опеки. А, значит, и на нашей. Я выдыхаю и откидываюсь на спинку стула. Предварительное решение выносят в мою пользу, как отца Майи. Регина вылетает из зала суда, словно ей юбку подпалили. – Думаешь, она будет пробовать требовать ещё чего-нибудь? – встревоженно спрашивает меня Агата, которая садится вместе со мной в машину. – Сомневаюсь, – качаю головой. – Чтобы теперь её иск удовлетворили, ей действительно нужно будет для начала провести много времени с дочерью, чтобы, так сказать, познакомиться. А она этого делать явно не захочет. Тратить столько времени, чтобы получить призрачные шансы на победу? Я оказываюсь прав. Регина в очередной раз уезжает из страны, уж не знаю, куда и к кому. И на последнем заседании, прошедшем без её присутствия, решение окончательно принимают в нашу пользу. – Отпразднуем? – обнимаю своих девочек, вернувшись домой. – Конечно! – Агата улыбается, щекочет Майю, которая заливается хохотом. А я нервно проверяю карман. Есть и ещё один повод для празднования… И когда после праздничного ужина Агата уводит дочку наверх, укладывать спать, торопливо готовлю всё необходимое. – Заснула? – встречаю девушку у лестницы, когда та спускается вниз. – Да, – Агата улыбается, закрывает за собой «калитку», которую всё же установили наверху перед ступеньками, и внизу, чтобы Майя случайно не упала. – Я… хотел бы кое о чём спросить тебя, – невольно сглатываю, волнуясь. – Пойдём? – Так серьёзно… – она кидает на меня встревоженный взгляд. – Что-то случилось? – Нет, я… просто вспомнил тут… – слегка улыбаюсь. – Забавно, но… мы с тобой так и не подписали договор! – Что-о?! – Агата смотрит на меня во все глаза, явно не веря происходящему. – Я тут составил… дополнение… Очень надеюсь, что мне не прилетит пощёчина до того, как я закончу. А идея сначала казалась неплохой… – Прочитай, пожалуйста! – протягиваю листок, и она берёт его трясущимися пальцами. Отведя от меня яростный взгляд, вчитывается в строчки. Выражение лица меняется… – Что это? – Агата прикусывает губу, но я вижу, что она пытается сдержать улыбку. – Мои обязанности, – улыбаюсь в ответ и опускаюсь на одно колено. – Любить, заботиться, холить и лелеять, в богатстве и бедности, в болезни и здравии… Постараюсь, чтоб в здравии, в конце концов, врач я или кто… Моя малышка всхлипывает. – Агата, начало наших отношений было абсолютно дурацким. Но я признателен тому договору, который мы так и не заключили! И спрашиваю тебя без всяких дополнительных подписей – ты выйдешь за меня замуж? – открываю коробочку и протягиваю ей кольцо. – Да! – Агата смеётся и плачет. Встаю и обнимаю её, не в силах выпустить из рук своё сокровище. Драконье сокровище! – Но, знаешь, подпись всё-таки придётся поставить, – она отклоняется, смотрит мне в глаза. – Нам обоим. В ЗАГСе. – Думаю, мы это переживём! – говорю уверенно и склоняюсь к её губам.