Глава 23

Может ли всё болеть, если ты всю ночь спал, не пьянствовал, и тебе еще нет семидесяти? Вполне, если идти три дня след в след за Астером, у которого длина шага переваливает за метр. Такая простая истина обрушилась, как глыба льда и заставила задуматься, что, возможно, я уже не так молода, как представлялось.

Практика оказалась непростой. После портала нам открыли тропу к последней точке, где был всплеск, и сработали сигналки. Мы их обошли, я покладисто все записала и… началось. Туман появился резко. За секунду он сгустился, поднялся почти до пояса и закрутился вихрем, превращаясь в опасную фигуру. Первым среагировал Том. Он бросился вперёд, выпуская когти и скаля клыки. Сразу же вокруг возникли щиты, а Астер с Даном быстро развеяли возникших призраков. Но это было лишь начало. В первый день мы встретились с ними четыре раза. Во второй и третий около шести. Мы были постоянно начеку и почти не разговаривали. И только вечером, за охранным контуром на почтительном расстоянии от болот, расслаблялись. Ели, смотрели на костер и немного играли в скир. И несмотря на то что прошло всего три дня, казалось, что мы так живем несколько месяцев.

Хотя в целом Астер нас берёг. Нас не торопили, обед начинался почти по расписанию, но было тяжело. Я каждый вечер шептала заговоры, поила всех прихваченными зельями и сделала отвар, придающий сил. Но все равно к моменту, когда Дан доставал колоду карт, накатывала жуткая усталость. Я проигрывала чаще графа и Салганта, вместе взятых. И, если бы мы ставили одежду, на мне, вероятно, давно бы ничего не осталось. Но мы играли на жёлуди.

В первый день Дан расспросил Салганта о только ему ведомых желудях, из которых делают тоники для кожи. И теперь мы все их собирали. Почти развлечение.

Вообще, Дан оставался единственным кому почти всё нравилось. Граф как всегда придерживался нейтралитета, не подозревая об этом, просто сохраняя обычное каменное выражение лица. Страдали в основном мы с Салгантом. Эльф в этот раз болезненно переживал поход в болота. Его магия откликалась очень слабо, и он глубоко грустил. Часто мы шли с ним рядом, тихонечко вздыхая и жалуясь, каждый о своем. Он о деревьях, которые молчат и земле, которая ворчит, я о натертых ногах и далекой мягкой кровати. Мы напоминали двух старых кумушек, не забывающих ни одной своей болячки. Переговаривались, пытались поднять себе настроение как-то, но, в основном, мы шли, собирали желуди и уютно молчали. Хотя, возможно, не только болота так влияли на Салганта. Его не отпускала та размолвка Амисал и Галатэля. И бесполезно было что-тс говорить. Для него оказалось ударом, что его отец и дядя могут не разговаривать из-за поступка его матери.

В конце бала, который сейчас казался чем-то очень давним и далеким, последние два танца мы кружили с Салгантом. Он даже пытался меня развеселить, но потом опять загрустил. То, что он продержался почти два танца, возможно, заслуга Галатэля, который сам меня к нему подвел и тихо сказал несколько фраз. После чего Салгант уже не казался слишком задумчивым, даже о чем-то мне рассказывал. Но завершился вечер опять отрешенностью в его чистых глазах. Правда, к тому моменту я уже устала, и мне было все равно. Поэтому не обратила внимания на то, как он снова ушёл в себя.

Вот и сейчас он опять выглядел очень подавленным, почти как на балу. В свете вечернего костра глаза стали еще больше и намного темней. Правда, его бледный вид как-то не вязался исключительно с плохим настроением. Я наклонилась к сидящему рядом эльфу и тихо спросила:

— Салгант, с тобой всё в порядке?

— Я почти не чувствую лес, — слабо проговорил он. — От этого больно.

Салгант прошептал, что-то похожее на заклинание, и еще сильнее побледнел. Ни с того ни с сего его начала бить мелкая дрожь. Она была почти незаметной, но он прикрывал глаза и задерживал дыхание, чтобы ее унять.

— Мне кажется, так не должно быть, — подсела ближе и взяла его прохладные руки. Заговоры ложились один на другой, но они практически ничего не изменили. По-прежнему по его телу пробегала дрожь.

— Салгант, надо сказать Астеру.

Ни разу не было такого, чтобы заговоры не меняли состояние человека, а здесь как будто, я вообще молчала. Чувствовала себя пугающе бессильной. Возможно, с эльфами не так как с людьми. Только вот зелья ещё вчера Салганту помогали так же как и всем.

Эльф с запозданием кивнул, но никого не позвал, да и сам не пошел к Астеру, разбирающему свой рюкзак. Я не выдержала, еще раз попробовала заговоры, но опять безрезультатно. Салгант прикрыл глаза, пытаясь, видимо, расслабиться, но дрожь не прекращалась. А дышать он начал тяжелее и закрыл глаза. Я перепугалась.

— Профессор! Профессор! Салганту плохо, — от моего звонкого голоса в темноте вспорхнули птицы, и все собралась около эльфа, который тоже встрепенулся.

Конечно, с открытыми глазами он выглядел не так пугающе, но дрожь вполне оправдывала мой крик и беспокойство. Астер долго выспрашивал у Салганта, что болит, когда началось и прочее. Узнал у меня насчет заговоров с зельями, и помрачнел.

— Салгант, надо сообщить вашим, пусть открывают тропу, — эльф попытался что-то сказать, якобы он и сам может, но спорить с хмурым Астером бесполезно. — Если вы не сообщите своим, мы пешком пойдем обратно, через лес, а не через болота и сами доставим вас к целителю.

Нехотя эльф кивнул и мимо нас пронесся легкий порыв ветра. Я рассчитывала, что моментально рядом с нами появится либо Тиэл, он бы не оставил сына, несмотря ни на что, либо сам Галатэль, но никто не пришел. Астер понявший, что сию минуту ничего не произойдет, отправил нас всех заниматься ужином, а сам остался с Салгантом.

Мы быстро перекусили и опять вернулись к ожиданию. Сидели вокруг дрожащего эльфа довольно долго. На небе уже ярко горели звезды, и сиял месяц, когда послышался шорох и к нам скользнул незнакомый эльф. Он тоже был бледен, но уверенно стоял на ногах, правда, когда увидел дрожащего Салганта, споткнулся и чуть не упал.

Он выдернул его руку из моей ладони, как будто я могла навредить. Сказал несколько слов о бестолковости Салганту и резко поднял нашего друга на ноги.

— К вам пришлют кого-нибудь, ждите на этом месте! — скороговоркой приказал этот незнакомый эльф и закинул руку Салганта себе на плечо.

Несмотря на хрупкость телосложения, он довольно легко пошел с ним опять к лесу, тут же открывая тропу. Астер еле успел узнать о самочувствии Салганта и еще что-то. И вот уже их нет. А мы одни и стеклянно смотрим на лес, в который ушли эльфы. Прошла минута, другая, а мы все смотрели в одну точку. Темнеющие на фоне неба силуэты деревьев, как будто поняли, что мы остались без хозяев и тревожно качнулись. Граф, стоявший сразу за Астером, в ожидании, что вот-вот откроется еще одна тропа, повел плечами, как от сквозняка. Слишком человеческое движение графа, позволило отвести взгляд от тревожных деревьев и вернуться к действительности.

— Профессор, с ним все будет хорошо? — тихо спросила у Астера.

— Думаю, да. Честно говоря, не рассчитывал, что болота так на него повлияют, — он обернулся и хмуро окинул нас взглядом. — Кто-нибудь еще чувствует себя плохо?

Мы синхронно покачали головами, но профессор все равно не успокоился. Он заставил всех выпить еще восстанавливающих зелий, попросил меня сделать отвар, а графа наполнить амулеты, которые немного разрядились. В общем, нас постарались занять, отвлечь от мыслей о Салганте и болотах. И это, наверное, удалось бы, если бы не макушки деревьев колышущиеся в безветренную погоду. Мы долго что-то делали и только когда глаза сами начали закрываться, легли спать. Так и не дождавшись того, кто к нам должен был прийти.

Утром по-прежнему никто не появился. Мы без энтузиазма позавтракали и медленно за собой убрали. Затушили костёр, помыли котелок, туго скатали одеяла и сели на бревна. Общая напряженность чувствовалась даже с закрытыми глазами, а если присмотреться, так вообще можно было заискриться от задумчивого сжимания зубов.

Астер сосредоточенно что-то черкал в своих записях. Граф с самого утра устроился рядом со мной и просто сидел, уставившись в одну точку. Дан молча тасовал карты, а я рассматривала лес. При свете дня деревья не казались столь пугающими, даже, несмотря на свой странный шелест. Правда, смутная тревога все равно сидела внутри и не давала покоя. Что с Салгантом? Могла ли я ему навредить? Почему эльфы так задерживаются? И, в конце концов, что же с этими болотами не так?

Хотелось обо всем этом поговорить с Астером, но и дураку было ясно, что он знает не больше нашего. К тому же профессор сегодня был слишком мрачен. Под его хмурым взглядом вспоминались все десять приемов маскировки при встрече с воскрешенным, и появлялось отчетливое желание закопаться в листву.

Ожидание затягивалось. Почти на каждый шорох мы синхронно поворачивали головы и высматривали кого-то. Через какое-то время Дан молча сдал карты на троих и вопросительно поднял брови. Это было привычно и мы с графом тут же поддержали игру. Она, конечно, не клеилась и после двух кругов скатилась в какое-то детское перетягивание карт. Но это молчаливое безделье нас поглотило на добрых два часа.

— Собираемся, — Астер захлопнул блокнот с записями и решительно поднялся. — Маккэлинт, стаскивайте вещи в середину, Риверс ставьте сигналки на контур и создайте какое-то подобие привязки к себе, слышал, созидатели такое могут. Вуд подберите несколько крупных камней. Через пять минут выходим к болотам.

Астер тем временем развернулся к своему рюкзаку, а мы моментально засуетились. В ожидании самое ужасное — это безделье. Поэтому, как только представилась возможность сменить высиживание чуда на активное собирание камней, я почти побежала вперед. Мы с особым рвением выполнили все распоряжения и через пять минут сами построились перед Астером. Профессор одобрительно нам кивнул и положил сверку кучи нашего добра записку в две строчки. Он встал напротив нас и заложил руки за спину, как настоящий полководец перед солдатами.

— Не вижу смысла дальше бесцельно ждать. Мы идем к болотам и пока светло постараемся сделать больше, чем обычно. Попробуем поймать туман, для дальнейшего исследования. Очевидно, что он каким-то образом влияет на эльфов, а, значит, нелишним будет поймать образец. Сетями будем заниматься втроем — Риверс и Маккэлинт, вы работаете со мной. Вуд на вас остается защита. Но днем призраки практически не формируются, а, значит, вам просто нужно быть внимательной. Риверс, все получилось с сигналками?

Граф кивну и Астер удовлетворенно погладил бороду.

— Если появятся эльфы, мы об этом узнаем. Значит, выдвигаемся.

К ближайшему болоту, у которого вчера провели довольно много времени, мы подошли бодрым строевым шагом. Я и Том остались как бы на суше, а остальные подобрались к самой кромке чавкающего болота. Днем это место не казалось чем-то опасным. Солнце ярко высвечивало все кочки на болоте. Они немного блестели и создавали в какой-то степени приятную картину запутанных и подтопленных дорожек.

А лес был спокоен. Теперь я прислушивалась к нему с особым вниманием. Близкая вода еле слышно шептала и не было в этом ничего противоестественного. Хотя, мне казалось, я должна чувствовать какую-то надломленность, если здесь были проблемы. Природа, когда ей плохо, не молчит. Свою роль, конечно, могла сыграть моя ведьминская нечувствительность. Но я все равно прислушивалась, присматривалась и старалась что-то уловить. Заодно осматривала окрестности, медленно вышагивая вдоль болота.

Ловчие сети пока никто не натягивал. Астер долго что-то объяснял парням, а потом указал Дану на дальний край болота. Граф вместе с профессором склонился над листочком. К своему удивлению, я поняла, что Фицуильям пытается изменить расчеты Астера. Вероятно, это все было по делу, потому что его слушали и не перебивали, и в чем-то соглашались. Хотя чему я удивилась? Созидали вообще мастера на выдумки.

В лесной тишине, я немного терялась и чувство времени мне почти отказывало. Даже примерно я не могла представить, сколько уже брожу вдоль болота. Мне казалось уже давно, но никто еще не приступил к сетям.

Дан маялся на своем краю, пробуя зачем-то арканы, а спустя несколько минут подошел ко мне.

— Красавица, — как-то напряженно начал он. — Пока у нас выдалась свободная минутка, не могла бы ты мне помочь с одним делом.

— Каким?

Дан взглянул на Астера и решительно продолжил:

— Нужно достать одну ветку из болота. Профессор говорил, что боевикам лучше туда не соваться, а вроде как ведьмы переносят эльфийскую магию нормально. Дело пяти минут.

— Так, — я внимательно посмотрела на Дана, и внутри родилось очень нехорошее предчувствие. — Что за ветка? И зачем она тебе?

— Понимаешь, — он в несвойственной для себя манере замялся. — Я тут потолковал с эльфийским целителем на балу о травах. Мировой мужик, хочу сказать. Короче, он предложил отдать мне все травы, за ветку, которую можно достать на болоте.

— Так, — предчувствие теперь почти переросло в уверенность. — А случайно, у этого целителя на голове нет такого странного пучка?

— Есть, — Дан тоже что-то начал подозревать.

— Дааан, — убито протянула я. — Это самый вредный эльф, который только существует! Почти уверена, он тебя надул или разыграл. Вообще, ты должен был понять, что если тебе за одну ветку предлагают все травы — это странная сделка.

— Не надо меня учить делать дела, — к Дану вернулась обычная уверенность. — Мы обменялись клятвами и сделка состоится. Он мне, между прочим, в помощь нанес знак, чтобы я мог найти нужное и его забрать. Там и всего-то нужно чуть-чуть шагнуть в болото, только носки сапог замочить. Бросишь аркан и всё.

Я не знала, что говорить. У меня в голове стояла картина того, как мы тащили эльфийского целителя из болота, обнимающего корягу. Веревкой. Всеми вместе. Включая трехсоткилограммового Тома.

— Красавица, ты, кажется, просила работу. Так вот она, — и Дан широким жестом указал на болото.

Работа всё же бывает разной. И ситуации тоже. Сколько бы я сама себя не считала почти ребенком, всегда выбирающим шалость, в болота лезть не собиралась. Только вот в чем проблема: стоит мне об этом сказать и у меня больше не будет никакой работы. Поэтому я молчала, а Дан и так, кажется, все понял.

Астер крикнул, что все готово, и мы с Даном вздрогнули, отводя глаза друг от друга. Интересно, как Дан собирался что-то доставать из болота на глазах у Астера? Профессор бы точно заметил двух своих адептов бросающих арканы на краю болота.

Боевика вернули на исходное место. После небольшой паузы, началось колдовство, а я опять пошла вдоль кромки. Над болотом гулял слабый ветерок, лучи мягко падали на одиноко торчащие травки. И не скажешь, что это опасное место.

Граф взмахнул руками, и все торчащие травинки на секунду пригнулись. Раздался какой-то дребезжащий звук, и они вновь выпрямились. Но судя по напряженным рукам, он все еще держал заклинание. Астер тоже взмахнул руками и двинулся в сторону Дана.

Примерно до обеда они ставили хитрые сети, изящно взмахивая руками. А я бродила, сидела на пенёчке и щекотала чрезвычайно серьезного Тома прутиком. Само собой, за периметром тоже следила. Подкачала резерв до нормы у Дана, потом чуть-чуть помогла Астеру и на этом моя миссия была окончена. Как и предполагалось, днём призраки где-то пропадали, и охрана в моем лице могла спокойно чесать саблезуба.

Не торопясь, мы вернулись к лагерю, пообедали, даже вроде бы завязался какой-то разговор. Но в целом у болота было как-то живее, чем рядом с котелком. Здесь мы принимались ждать и поглядывать на лес. Даже профессор смотрел в сторону деревьев, но не как мы с тоской, а с отчетливой злостью. Наверное, поэтому он и не захотел оставаться на месте. Когда солнце покатилось к закату, Астер опять решил идти к болотам. Он намеривался ловить туман на месте, еще до того, как сработают сигналки. Расставленные сети вроде бы должны были замедлить формирование призраков, и позволить нам взять образцы.

Дан больше не пытался со мной заговорить, хотя и не делал вид обиженного человека. Вел себя как обычно, но почему-то казалось, что он вычеркнул меня из списка своих возможных друзей и уж точно из коллег и партнеров. Вместе с тем крепла уверенность, что палку он не оставит.

Как только подошли, Дан внимательно осмотрел место, где предположительно она лежала, и пару раз закреплял аркан на ближайшем дереве, явно что-то просчитывая. Его игры с арканом, конечно, не ускользнули от Астера, но Дан отбился просто «тренировкой навыков».

В надвигающихся сумерках болото уже не выглядело безобидным, тем более со всех сторон слышался скрежет. Правда, призраки не формировались. Туман, медленно поднимаясь, как будто проходил через решето и испарялся. Минут десять мы стояли у кромки и ждали, когда же что-то поймается. Том, сосредоточенно бегавший в ожидании призрака, как будто расстроился. И, в конце концов, примостился у моих ног, якобы печально вздыхая. Все-таки актерские таланты воскрешенного саблезуба вызывали множество вопросов.

— Так, — резко сказал Астер. — Надо приподнять сеть. Немного, на два-три сантиметра. Вуд, ваша задача держать наготове камень и не забывать про щит.

Они быстро рассредоточились, на ходу разминая пальцы. Дан, при этом, выглядел очень довольным. Как будто вдруг его задачка решилась, без его участия. И это настораживало сильнее, чем призраки под сетью.

Заклинание произнесли одновременно, и по болоту пошла рябь. Сплошной покров из еле заметных мелких линий дернулся вверх и замер. Туман, почувствовав свободу, загустел, а со всех сторон послышался издевательский скрип.

— Вуд, щит! — Астер держал сеть и ждал. Остальным тоже было чем заняться, у краев сети клочковатый туман уже превращался в руки.

Мое заклинание накрыло только ближайшего ко мне Дана. Астер, конечно, тренировал нас растягивать щит, но даже не все боевики могли закрыть больше трех метров, что уж говорить о ведьмах. Бросить на кого-то отдельную защиту задача еще более сложная и под силу едва ли кому-то кроме профессора, да и то на короткое время.

Огляделась, понимая, что прикрою только одного. Но к графу уже спешил Том, за него можно было не переживать. Один вид как бы голодного саблезуба мог заставить развеяться не только призрака, но и вполне материального человека.

Немного постояв под щитами, мы все как-то расслабились. Никто не формировался, а единичные руки быстро испарялись. Что нам, безусловно, нравилось, но совсем не устраивало Астера. Поэтому опять начался подъем сети. По миллиметру и с остановками. Профессор хмурился, мы строго выполняли команды, и я совсем прекратила волноваться по поводу Дана и его палки. В такой кропотливой работе просто не было ни секунды на глупости. Тем более, как только село солнце, появились очень даже плотненькие призраки. Сеть покрывала лишь самую топь, и никак не могла остановить туман, поднимающийся по краям. И в скором времени работы хватало всем. Я стала реальным щитом. Бросала камни, прикрывала Дана, к резерву которого Астер на время подвел подпитку сетей. Сам он занялся ловлей образцов. Граф же на своем краю плел какие-то непонятные заклинания. Сеть от его колдовства медленно разрасталась, изгибаясь и плотнее прижимая туман по всей площади, кроме места, где стоял Астер.

Мы, наверное, работали почти на пределе. А вот Том, кажется, забавлялся. Одного тщедушного духа он гонял почти пять минут. Радостно щелкал зубами. То в один прыжок догонял, то отпускал дальше биться и протяжно выть в наши щиты. Это был последний призрак. Графская сеть успешно разрослась и закрыла еще один большой кусок болота. Так что на гонки саблезуба за недокормленным призраком мы смотрели, переводя дыхание, после тяжелой работы.

Астер успешно взял образцы и как только Том закончил издеваться над болотником, мы вернулись в лагерь.

Тягучая усталость разлилась по телу и как-то отодвинула на второй план мысли об эльфах. Если именно этого добивался профессор, то ему удалось. Наш традиционный ужин прошел в спокойном молчании, а затем перетек в такой же спокойный скир. Граф опять сел рядом. Он вообще старался далеко от меня не отходить без прямых указаний Астера. Даже спать ложился ближе, чем допускали, по его мнению, приличия. То есть примерно в двух метрах от меня. Видимо, так я должна была чувствовать себя в безопасности.

Астер в свете магического огонька что-то рассчитывал в блокноте, а наша троица бестолково играла в карты. Но не хватало какой-то малости, чтобы скир как-то занимал и отвлекал от очень хмурого лица профессора. Ему сейчас наверняка хуже остальных, сил он потратил в разы больше, пока загонял кое-как сформированный туман в зачарованную колбу. К тому же, если эльфы не появятся в ближайшем будущем, вся забота о нашем существовании в этом лесу окончательно ляжет на Астера.

— Вы знали, что ваша подвеска, это некий амулет защиты? — вопрос, заданный графом вывел меня из задумчивости, и я проследила за его взглядом. Неосознанно я крутила в пальцах свою кронжу-колибри и Фицуильям сейчас очень внимательно ее рассматривал.

— Позволите? — он отложил карты и протянул руку, и я без колебания сняла свою птичку. Скир был моментально забыт. Даже Дан начал складывать свои жёлуди в мешочек.

— Вообще, у нее другая функция, — начала я.

— Стабилизация силы, — закончил за меня граф, рассматривая подвеску, которую уже видел, но так пристально рассматривал впервые. — Но так же здесь есть элемент защиты, точнее был. Возможно, он сюда попал случайно. У каждого созидателя есть какая-то основа, на которой ему легче строить новое заклинание. Эта основа и могла служить защитой, хотя в целом плетение отвечало за стабилизацию.

— Это возможно. Мой отец даже печку зачаровал так, что она кусается. Не смейтесь, я не вру. У моего конюха до сих пор остались следы, после того как он раньше времени пытался вынуть жаркое. Кухарке даже не надо ложкой по рукам бить, печка всё сама.

Граф почти улыбнулся, правда, не отрывая взгляда от колибри.

— Знаете, я был бы за вас спокоен, если бы защита этого амулета действовала. Она странная, но может помочь. И, я думаю, что смогу его починить. Разрешите взять его на несколько дней? — он поднял на меня живые, горящие глаза и широко улыбнулся, как будто знал что-то, недоступное другим. Что-то такое, от чего жизнь становится ярче, а чувства острее. Полный воодушевления взгляд скользнул к моим губам, расплывшимся в ответной улыбке. Казалось, еще секунда и граф наклонится к моему лицу.

— Адепты, — отвлек нас Астер и граф резко от меня отвернулся. — Завтра утром мы выдвигаемся назад.

Никто не пошевелился. Лично до меня слова доходили медленно, запинаясь на каждом вздохе. Мы же только что сидели, и было все так спокойно, а теперь… Чужой лес, к тому же эльфийский. Никто не знает дороги и примерного местоположения дворца Правителей. Карту нам никто не предоставил. Да и что-то я сомневаюсь в том, что она вообще существует. Зачем она тем, кто открывает тропы и понимает Лес?

— А эльфы? — напряженно спросил Дан.

— Их нет, и мы не знаем почему. Вестника отправить мы не можем. Как вы понимаете, обычный намокнет и затеряется, а вблизи нет почтовых башен. Бессмысленно ждать, когда у нас с вами ограниченное количество еды, и мы не знаем, что случится, если начнем охотиться у эльфов.

Астер не выглядел, как человек решивший это спонтанно. Было стойкое убеждение, что он как будто готовился к непредвиденным обстоятельствам. Что подтвердила следующая его фраза:

— Я взял с собой карту границ независимых княжеств и Западного королевства эльфов.

Мы как раз находимся на этой границе. Как вы понимаете, со стороны эльфийского леса ничего не видно, только общие очертания и некоторые глубокие болота. Но так как мы идем по этой самой границе, можем кое-что предположить, — он достал карту и передал нам, каждый ее повертел, но довольно быстро она вернулась к Астеру. — Мы будем идти по тому маршруту, по которому уже шли, то есть по болотам. Там где ставили сигналки и сети. Попробуем по ним добраться до Дома Салганта. Конечно, с корректировкой на карту. Заранее хочу предупредить — это будет долгий путь.

Слов ни у кого не было, а вот Астер и не думал останавливаться и давать нам передышку, чтобы обдумать новости.

— Вуд, у меня к вам просьба, — по интонации, правда, это не было похоже на просьбу. — Вы сможете увидеть звериные тропы?

И как на это ответить? Знаете, я такая ведьма, которая только по названию, а по сути, мне бы ружье и коня?

— Не знаю, профессор, — ответила я. — Не пробовала. Но я могу попробовать.

— Пробуйте, — согласился он и спокойно начал раскатывать одеяло, потом поднял голову и уточнил. — Вопросы есть? Ну, раз нет. Отбой!

И хмурый Астер профессионально завернувшись в одеяло, лег спать.

Ночь была тихой. Никто будто не шевелился, как упали, так и замерли под одеялами. А может и правда уснули. Я же половину ночи проворочалась и забылась, кажется, лишь на несколько минут. Открыла глаза, когда появился первый намёк на рассвет и четче проступили тени под незаметно светлеющим небом.

Только спустя минут десять поняла, почему проснулась. Лес или вода, как будто тянули меня куда-то. Полночи я прислушивалась к ощущениям, к миру, выискивала вроде бы как звериные тропки, хотя даже приблизительно не представляла, как это делать. Возможно, такое проходят на третьем курсе, или вообще не изучают. Потому что объяснять какие-то непонятные чувства, которые легко принять за фантазию, гиблое дело. И даже, когда я полночи вроде бы настраивалась на свои ведьминские ощущения, все равно не сразу поняла, что происходит. А меня действительно тянуло в сторону болот.

Я села и зачем-то посмотрела в темноту, туда, где как будто скрипело. Почему меня тянет к трясине? В поисках ответа обернулась к парням, спящим неподалеку. Граф как обычно по-детски подложил руки под щеку. Я его видела нечетко, но эта поза была настолько привычной, что и в темноте было ясно, как выглядит Фицуильям во сне. Дан же завернулся с головой, как куколка. Хотя обычно он высовывал руки и ноги, будто одеяло ему было мало.

Сердце сбило ритм, я внимательнее присмотрелась к Дану. Холодея, встала и, прыжками преодолев расстояние до него, дернула одеяло. Под ним лежала скатанная одежда и мешочек с желудями.

Сразу все встало на свои места. Лес тянул к болотам не просто так и не потому, что я искала тропы. Он недовольно шептал, чтобы я поторопилась и забрала своего глупого человеческого друга. Ему могла грозить опасность. Утром призраки появляются крайне редко, но сейчас еще слишком темно и может случиться все что угодно.

— Профессор, — я с силой потрясла плечо Астера и чуть не стукнулась с ним лбом, когда он сел, резко открывая глаза, пугающе большие и сонные. — Профессор, Дан пошел к болотам. Один. Плес шепчет. Что-то будет. Пожалуйста, пойдемте.

Астер поднялся, возможно, еще плохо понимая, что происходит. Но вычленил важное и посмотрел на одеяло Дана. Моментально разбудил графа, свистнул Тому, и мы быстро пошли вперёд.

— Что там с лесом, Вуд? — сгоняя последний сон, спросил Астер.

— Сложно объяснить. Но я проснулась от того, что меня тянуло к болотам, потому что там человек и ему грозит опасность.

— И зачем он только полез к болотам ночью? — мрачно пробубнил профессор.

— Может быть, его завлекли местные духи? — опережая меня, вставил уже собранный и совсем не сонный граф, застегивая на ходу куртку.

— Нет. Уверена, он пошел за палкой, — других вариантов не было. Узнал, что утром мы уходим и полез. Выбрал более или менее безопасное время, когда никто не увидит, и призраки не формируются и пошел.

— Вы поясните? — нетерпеливо спросил Астер, ускоряя шаг, так что мне пришлось почти бежать за ним.

— Помните, на прошлой практике эльфийский целитель нашел в болоте какую-то редкую корягу? — Астер даже сбился с шага и повернул ко мне голову. — Наш Дан на балу договорился с этим эльфийским целителем, что принесет такую же. Вчера он ее увидел здесь. В болоте.

Дальше мы уже бежали. Кажется, профессор знал немного больше чем мы, потому что новость его очень расстроила. То ли от того, что Дан может угодить в болото, то ли та коряга кусалась.

Обиднее всего было то, что наш забег никому оказался не нужен. Дан спокойно висел над границей болота и бросал арканы. Присмотревшись, я увидела магические линии всё тех же арканов, тянущиеся к двум деревьям, одно из которых стояло у дальнего края болота. На них и висел Дан. На подпитку заклинаний сил уходило больше, чем могло показаться. Минут через пять даже у такого сильного боевика резерв будет пуст.

Я думала, Астер сразу начнет его отчитывать. Но вместо этого он осторожно двинулся вперед и показался Дану, так что бы он его увидел и не потерял концентрацию. Кажется, даже собирался страховать.

Мы с графом остались на месте, следя за нервными движениями Дана. Он не потерял концентрацию, когда увидел профессора, но ощутимо заволновался. Хотя я бы на его месте наоборот успокоилась, с такой-то страховкой.

Мы стояли от них на приличном расстоянии и первыми увидели медленно ползущего призрака от дальнего края. Он обогнул сеть, которой до сих пор было прикрыто болото, и направился в сторону Астера. Мы с графом одновременно крикнули. Голоса спугнули каких-то птиц и дернули Дана. Он качнулся в своих арканах и чуть царапнул ногами болото. Но Астер тараном вынес его на тропинку. Тут же прикрываясь щитом.

Таран прошелся по сети, и в ней появилась дыра. Небольшая, примерно с кулак. Но из нее как дым повалил туман. Он быстро распался на несколько фигур, которые с сумасшедшей скоростью полетели к нам. Дан с трудом поднялся на ноги, Астер еле успел поставить тройной щит. А мы с графом слаженно отбежали и закрылись, выискивая камни в карманах.

Бросили, призраки развеялись, и мы уже спокойно помогли Тому, попавшему задней лапой под какой-то корень. Ничего нигде не скрипело и казалось, всё кончено. Но вдруг, в тени дерева, вырос высокий зеленоватый и очень плотный болотник. Я толкнула готовый щит вперёд, чтобы его отодвинуть и повесить на камень заклинание, но призрак уперся и вынул сверкающую шпагу. Очевидно, перед нами был вовсе не призрак. А реальный эльф с оскаленными зубами и шпагой наперевес.

Он выбежал к нам с криком и за ним с таким же криком появился еще один. Они были как братья. Светловолосые, гибкие и до дикости злые. Шпага первого вспорол мой щит, как тряпочку. Но я, натренированным движением пустила в него пульсар. Закрылась и тут же создала серию, которую и бросила туда же. Его шпага описала круг, как бы закрывая от атаки. Но у меня получились немного нервные и сумасшедшие заряды, сорванные с поводка потоком силы. Все-таки не каждый день в меня тычут шпагой злые эльфы, это очень волнительно. Так что эльфа я расстреляла огнем и его волосы задымились. Правда, на нем оказался очень сильный амулет и особого вреда мои пульсары не доставили, только отвлекли.

Что тоже было неплохо. Наш медлительный граф уже закончил что-то шептать и готовил мощную атаку. Рядом со мной даже воздух вибрировал от его заклинания. Дан видел, что граф занят нашим спасением и отвлек другого эльфа парой зарядов. Он выиграл несколько десятков секунд, но совсем обессилел и даже щит поднял с трудом. Астер завяз с Томом у призраков. Их взяли в кольцо и давили на защиту.

Наконец граф перестал шептать и тихо сказал:

— Ложитесь.

Над нашими головами разгорелся пожар, во все стороны полетели искры и пламя. Одного из эльфов замотало огнем, как нитками, прижимая руки к телу и к слову совсем не опаляя. Второго заклинание не достало, он извернулся и прыгнул за деревья, корни которых подозрительно зашевелились и полезли из-под земли. Зато огонь отбросил призраков, куда-то за границу ловчей сети.

Пора бы было выдохнуть, но не судьба. Меня вздернуло вверх и я с испуга бросила таран, кажется почти в своих. Я висела не так чтобы высоко, но видела все, как на ладони. Астер добежал до Дана, граф начал плести еще одно заклинание, нацеливаясь на меня. А вот у эльфов случилось пополнение. Еще один светловолосый, но почему-то без шпаги появился как будто среди дорожки и сразу же попал под огонь Астера. Я отвлеклась, потому что меня резко дернуло вниз, и эльф со шпагой зло сказал:

— Не пищи и успокойся, сейчас тебя выпушу.

На всякий случай кивнула, а он заставил ветки меня опустить и собирался, видимо, еще поговорить. Да, самое время поболтать с эльфом, у которого перекошено лицо. Как только я почувствовала свободу, по давнему совету моего учителя двинула ногой в пах. Шпага из рук эльфа выпал, и я ее подобрала на всякий случай. Страдальческое лицо эльфа вытянулось, и он даже булькнул что-то. Наверное, подумал, что заговоренную шпагу никто не может трогать. Типичный неуч, но читать лекции о ведьминской силе времени не было. Там же шел бой. Шпага мешалась, и я сунула ее под мышку, чем вызвала еще один приступ праведного то ли гнева, то ли слёз у эльфа. Но мне было не до сантиментов, я стянула с волос шнурок и быстро наложила самое просто заклинание пут. Эльф не сопротивлялся, пока я завязывала узлы на его запястьях. Смирился, видимо, с судьбой.

— Профессор! — крикнула я над ухом пленника, отчего тот вздрогнул и с ужасом обернулся ко мне. — Я схватила эльфа!

Там еще что-то полыхнуло, грохнуло, а потом в тумане от развеянного призрака показался другой эльф. Мой пульсар сорвался даже раньше, чем напитался силой и получился слишком слабым. Но эльф покачнулся, схватившись за грудь. На меня ошарашенно смотрел Галатэль, которого я не узнала в рассветных сумерках.

Шпага снова шлепнулась на землю. Пленный эльф страдальчески вздохнул.

— Рей, — слабо улыбаясь нашей пантомиме, проговорил Галатэль. — Отпусти, пожалуйста, Лаэриля и верни ему шпагу. Это семейная реликвия и одна из трех, оставшихся нам от древних.

Без лишних размышлений и жалоб о том, что эльфы на нас напали. Я моментально подлетела к пленнику и распутала руки. Про себя решила, что Галатэль лучше знает, что делать со своими эльфами.

— Извините, — сухо сказала, подняла шпагу и протянула эльфу. Но тот не успел подставить руки, снова послышался шлепок обычной железки, а не какой-то там реликвии, о землю. Мы оба наклонились, но в этот раз эльф выдернул эфес их моих пальцев, как будто слышал, что я подумала о его шпаге. Он прижал ее к груди, как что-то очень хрупкое.

— Вуд! — прогромыхал голос Астера и многострадальная шпага плашмя легла между нами с эльфом. Он трепыхнулся, но выждал пару мгновений прежде, чем поднять свою порядком запылившуюся и поваленную реликвию. Воровато оглянулся и как только к нам вышел запыхавшийся и огромный Астер, постарался спрятаться за шпагой. Да, профессор грозен. Но я-то знаю что, во-первых, его зовут Тосси, а во-вторых, он же сюда бежал ко мне, значит я вне подозрений и его хмурости. Так что спину распрямила, хотя ножки немного подрагивали.

— Вижу, все в порядке, — устало проговорил он, рассматривая прячущегося за шпагой эльфа и гордую меня. — Г алатэль, думаю, нам пора всё обсудить…

Прикрываясь щитами от появляющихся то тут, то там призраков мы вернулись к лагерю. За охранным контуром все почти попадали на землю. С тревогой я заметила, что эльфы выглядели слишком бледно. Тот, которого я взяла в плен, вообще, еле сидел. Он старался не сутулить плечи, но при этом опирался на свою семейную реликвию. Галатэль тоже выглядел измотанным. Я присматривалась к нему, пока они с Астером тихо говорили о Салганте. Мне не нравилось то, как он стоит, перенеся вес на одну ногу и то, как переводит дыхание перед длинными фразами. Сразу вспомнился неосторожный пульсар, угодивший ему в грудь.

— Почему напали? — тихо уточнил Астер. Они с Галатэлем стояли недалеко, не выходя за контур. Там виделись рассеивающиеся призраки, и никто не хотел уходить из-под защиты. Экран они не ставили, видимо, боясь потревожить хорошо установленный контур.

— Как понимаю, это случайность, — ответил Галатэль, оборачиваясь к своим эльфам.

— Мы защищались и пытались сказать, что пришли за ними. Но люди глупы, — четко проговорил эльф тоже со шпагой, но вероятно не с такой раритетной, как у моего пленника.

— Вы выбежали с криком и размахивали шпагами, — возразила, встречаясь с холодными глазами эльфа.

— Вы пытались задавить меня щитом, — громко проговорил он. — Мне надо было ждать, пока меня раскатает по земле?

— Откуда бы у меня взялись такие силы? — возмутилась я. — Никто не собирался вас плющить. Я приняла вас за призрака и хотела просто отодвинуть! Но вы зачем-то вскрыли мой щит шпагой! А потом и закричали.

— Я пытался до вас донести, что мы пришли забрать вас. Но люди слишком плохо слышат, — раздраженно проговорил он и, кажется, нарывался на еще один бой.

— Хватит! — жестко осадил эльфа Галатэль, во всяком случае, смотрел он на него, но и на меня одно его слово подействовало как отповедь. — Никто никого не хотел напугать. Это стечение обстоятельств. Профессор о чем вы хотели поговорить?

— О болотах и о том, что адептов нужно отправить домой, — это заявление, кажется, удивило только самих адептов, а Галатэль как будто предвидел такой исход.

— Я рассчитывал, что вы закончите обход до конца и привел подкрепление, — он качнул головой в сторону бледных эльфов со шпагами. — Предполагал, что вы захотите отправить домой только девушку.

— Нет. Я вам еще в прошлый раз говорил, что с вашими болотами должны работать боевые маги и за последние три дня в этом убедился. Я не зря просил разрешение для семи человек. Но вы одобрили лишь одного.

— Ваши боевики агрессивны, — спокойно ответил Галатэль, встречая мрачный взгляд Астера. — Слепки аур показали, что они склонны к разрушениям. В нашем Лесу таким не место. И я почти уверен они чувствовали бы себя здесь… некомфортно.

— Что-то я не заметил, чтобы вы со своей боевой магией чувствовали себя некомфортно, — пробубнил профессор и сразу поморщился, понимая необоснованность своей эмоциональной фразы.

— Я — эльф. И то, что могу пользоваться боевыми заклинаниями, не говорит о том, что моя магия то же самое, что ваша человеческая, — Галатэль перевел дыхание и продолжил уже более мирно. — Значит, продолжать исследования не будете?

— Продолжу, но в лаборатории. Я взял образцы.

— Я имею в виду, будете ли дальше искать источник магии, которая так повлияла на болота и на эльфов, — Г алатэль тяжело вздохнул и принялся объяснять. — В этой местности наша магия почти не действует. Чтобы попасть к вам, мы сутки открывали тропы и попадали в разные места, пешком шли обратно и только сейчас смогли пробиться. К тому же эта чужеродная магия как-то меняет наше восприятие окружающего… Во всяком случае, объяснить этот странный бой могу только так. Я и сам не сразу понял, где — кто, а вы чем-то напоминали призраков. И мне важно знать, что это за магия, которая так на нас влияет и как она попала на наши болота.

— Как попала, я и так могу сказать, — спокойно ответил Астер. — Судя по картам, здесь проходит граница с независимыми княжествами. По границе бежит речушка. Вероятно, кто-то передал магию или магические амулеты через воду. На это частично указывает и остаточный след.

— Точное место сброса можно установить?

— Скорее всего, нет.

Г алатэль и Астер замолчали, каждый по-своему хмуро разглядывая ближайшие деревья.

— Если я вам предложу работу на время, скажем, вашего отпуска, согласитесь? — наконец заговорил Правитель.

— Хотите, чтобы я закончил начатое? Одному это, увы, не по силам.

— Я дам в сопровождение нескольких эльфов и попрошу одного из своих друзей вам помочь.

— При всем уважении, от эльфов на болотах мало пользы, — он выразительно перевел взгляд на бледных спутников Галатэля. — Да и ваш знакомый, простите, даже если он боевой маг, всего один. А это не выход. Тем более если всё надо сделать быстро.

— Во-первых, мой друг не просто боевой маг, а один из лучших в вашем королевстве. А эльфы, о которых я говорю, будут под родовой защитой. Это не значит, что они будут чувствовать себя идеально, но лучше, чем мы сейчас. К сожалению эльфов, которые могут пользоваться подобной древней магией всего пятеро, а согласятся помочь, вероятно, только трое. Но и их будет достаточно для исследований. А я уверен, вы как любой человек науки жаждете узнать все о наших странных болотах. Человеческому профессору, специализирующемуся на мертвой материи вряд ли еще когда-то выпадет шанс понять, как образовались мертвые болота в живом эльфийском лесу.

Галатэль ловко поймал профессора. Астер не упустит шанса исследовать такую аномалию. Несмотря на то, что он молчал и усердно хмурился, по тому, как его взгляд заметался в предвкушении по тропинке, уходящей к болотам, ответ стал очевиден. Выждав еще немного, он кивнул, уточнил сроки и согласился вернуться уже без практикантов, сразу, как только напишет заявление на отпуск. Наша участь была решена. Как только эльфы окрепнут, нас постараются переправить во дворец, а оттуда откроют портал в школу. Практика в эльфийском лесу неожиданно быстро подошла к концу. Хотя, конечно, за эти три дня мы сделали больше, чем за все время прошлого здесь пребывания.

Эльфы сидели с нами у костра и, не мигая, смотрели в пустоту, изо всех сил сдерживая стоны. Я видела такое однажды. После обязательной для всех боевиков тренировки на шпагах Карл пришел к нам с нулевым резервом. Примерно час он вел себя, как обычно, а потом его накрыл откат от атакующих заклинаний. Если их формировать из последних крупиц силы, то они эхом возвращаются в тело, заставляя морщиться от неприятной дрожи. Бои на шпагах у них проходили регулярно, почему они при этом использовали столько магии Карл так и не сознался, скорее всего, это был очередной страшный секрет боевиков.

Двух эльфов примерно так же как когда-то Карла незаметно трясло. И только Галатэль ничем не выдавал своего состояния и продолжал что-то тихо обсуждать с Астером, но теперь уже сидя. Галатэль был ужасно бледным, и мне отчаянно хотелось ему помочь. Но когда все решили немного отдохнуть, взялись за одеяла и устроились, я предложила помощь не ему, а своему пленному эльфу. С одной стороны чувствовала ответственность за «добычу», с другой сразу подойти к Галатэлю тоже было бы неправильно. В принципе, как и то, что я предложила помощь не своим, а чужим.

Пленённый мной эльф под весёлым взглядом своего Правителя согласился и протянул руку. Недоверчиво смотрел, когда я шептала и вздрогнул, когда положила ладонь ему на лоб. Но результатом остался доволен, дрожь почти ушла, а силы начали быстрее восстанавливаться. Второй эльф перенёс всё с закрытыми глазами и даже не поблагодарил. Всё это время Галатэль сидел, облокотившись о бревно, и усмехался, глядя на своих спутников. Его бледность очень бросалась в глаза. От природы очень светлая кожа, сейчас стала белой, как лист хорошей бумаги. А его серебрящие снежные волосы только подчеркивали ровность этого цвета. От обычной живости только и осталась, что ухмылка.

Я решительно подсела к нему, вытягивая ноги. Для циркуляции силы, особенно когда собираешь накладывать несколько заговоров, важна удобная поза. К тому же где-то здесь я и собиралась остаться, у этого бревна было очень удобно. И если лечь вдоль него, со спины не будет поддувать. Я взяла руку Галатэля. Холодную и тоже бледную. Два заговора легли без проблем, осталось пошептать самую малость, и я переместила ладонь на прохладный лоб.

— Подожди, — Галатэль отвел руку и без разрешения улегся головой на мои колени. — Всё, теперь можешь лечить.

Он прикрыл глаза. Это была, конечно, наглость, но я ничего не сделала. Он выглядел по-прежнему бледно, но, кажется, был очень доволен собой. Вокруг все уже давно укрылись одеялами и даже если обратили внимание на поведение Галатэля, то никак не отреагировали. А я, словно завороженная, осторожно коснулась лба, шепча заговор. Вслед за добрыми словами, рука скользнула по его волосам. Они были атласно гладкими и пальцы сами зарывались, немного массирую голову. Добрые слова шептались тоже как будто без моего участия. Потому что я в это время смотрела широко открытыми глазами на четкие линии. В каких-то двадцати сантиметрах от моего лица лежал расслабленный эльф. С тонкими чертами, острыми скулами и подрагивающими губами.

Он позволял себя гладить. И не убрал моих рук, когда я осторожно очертила острое ухо. Вспомнив еще один полезный заговор, опять взяла его руку. Переплетая его длинные и расслабленные пальцы со своими, шептала и рассматривала изящную кисть. Вернулась к гладким волосам, осторожно накрутила на пальцы прядь. Уголки губ Галатэля дрогнули, в намеке на улыбку. Это была слишком завораживающая игра. Последний раз скользнула пальцами по волосам и аккуратно переложила голову эльфа на землю. Он лишь шепнул: «спасибо», и перекатился на свое одеяло, расстеленное рядом.

Несколько секунд я еще смотрела на длинную фигуру, а потом пошла к своим. К Астеру, который спал, к графу, который напряженно ждал и к Дану. Вот ему действительно было плохо, он скукожился под одеялом и медленно дышал. Его резерв был совершенно пуст, и как только я поделилась силой, он наконец-то смог выровнять дыхание и нормально лечь. В руке он сжимал перекрученную палку.

— Ты ее все-таки достал?

— Конечно, теперь еще бы поговорить по душам с тем целителем, — почти в обычной манере проговорил он, хотя голос был еще слаб.

Я сокрушенно покачала головой. Дан неисправим. И еще мне бы очень хотелось присутствовать при этом разговоре. Пошептала еще немного и поднялась на ноги.

— Спасибо, красавица.

Он как будто моментально заснул. Не удержалась и щелкнула его по носу. Дан улыбнулся, крепче прижимая палку к себе.

А я взяла одеяло и легла, как обычно, на расстоянии от графа. К удобному бревну все-таки не вернулась.