Глава 9

Фицуильям стоял спиной ко мне, склонившись к аквариуму с мышками. Я на мгновение замерла, переводя дыхание. Шла торопясь, мне хотелось застать его здесь, чтобы вручить небольшой подарок.

Еще утром поползли слухи о возвращении графа. Он, конечно, был не эльфом, но тоже считался школьной знаменитостью. Особенно после боя, где отличился и, к тому же, потерял силу. Поэтому я заранее сходила в комнату и взяла кольцо, выточенное из камня. Ровное, серое, отполированное до блеска и хранящее внутри магию моего отца. Я слабо представляла для чего оно нужно, но отец обычно надевал его, когда работал над сложными проектами или когда думал, что потребуются усилия при использовании магии созидания.

Целый день о Фицуильяме говорили, и я знала буквально всё о его передвижениях. И то, что после занятий он пошел к Астеру тоже.

Я сжала в кармане пиджака бархатный мешочек с кольцом и шагнула в лабораторию. Уже представляла, что граф подумает по поводу подарка от девушки, и какими словами скажет о недопустимости. Но вот только пусть попробует не принять.

— Вуд, почему вы одна? Где ваши друзья? — за своим столом сидел Астер, о котором я и не подумала.

— Сейчас подойдут, — быстро ответила ему и широко улыбнулась графу, уголки губ которого в ответ тоже дрогнули.

— Рад тебя видеть, — спокойно сказал он.

Я думала, за эти дни он должен измениться, но передо мной стоял все тот же Фицуильям. Возможно, он даже выглядел немного лучше, чем прежде. Во всяком случае, с точки зрения аристократов, у которых в почете чрезмерная бледность.

— Можете пока расположиться за столом, — сухо обронил Астер, прерывая наши с графом переглядывания.

Я прошла к аквариуму, раздумывая каким образом преподнести подарок. До этого я считала, что просто скажу, что решила отблагодарить его за мою колибри. Но видя привычную серьезность графа, передумала. Может не принять.

— Мне Салгант как-то рассказывал, что в этом аквариуме живет мой тёзка, — неожиданно сказал Фицуильям и повернулся опять к мышкам. — Но боюсь, я не могу его найти.

Я кашлянула и тоже посмотрела в аквариум. Как можно не заметить задумчивую мышь с гордым профилем? Она даже сидела не так как все, можно сказать, с прямой спиной. Ей бы приличный костюм и можно в высшее общество.

— Боюсь и я тоже не нахожу, — вежливо ответила я, радуясь, что смогла удержаться и не сказать правды.

Фицуильям усмехнулся и легко указал на гордую мышь. После чего повернул ко мне голову и чуть приподнял брови. Надо же — нашел и не считает это оскорблением. Я широко улыбнулась и наконец-то достала мешочек с кольцом.

— Фицуильям, я недавно обнаружила в доме вещь, которую мой отец использовал, когда колдовал, — я достала кольцо и показала графу. — Мне она точно не пригодится, но жалко оставлять ее без дела. Поэтому я хотела бы отдать ее тебе.

Я протянула кольцо, и граф его взял. Мне даже показалось странным, что он не отказался, ссылаясь на нормы приличия.

— Ограничитель силы, — задумчиво проговорил он. — Первый раз такое вижу.

— К тебе вернулась магия? — радостно спросила я, полагая, что только люди с полным резервом могут увидеть чужое колдовство.

— Ее крупицы оставались при мне, но не больше, — ответил граф. — Если я всё правильно понимаю это очень полезный инструмент. С помощью такой вещи можно, кажется, рассчитать, сколько затрачивается сил на заклинание и заранее выставить блок, чтобы не влить в заклинание больше. У созидателей с этим часто бывают проблемы, от этого одни и те же вещи у нас получаются довольно часто совершенно разными.

— И это кольцо может, скажем, не дать созидателю полностью исчерпать резерв? — спросила я, внутренне удивляясь, что вообще такое могло случиться. Но, тем не менее, с Фицуильямом это произошло.

— Скорее всего, — граф покрутил кольцо и напряженно посмотрел на меня. — Это подарок?

— Почти. Я действительно разбирала вещи и случайно наткнулась на кольцо. Но еще до этого я хотела тебя отблагодарить за колибри, она ожила и уже успела показать свой щит, — под его пристальным взглядом я начала нервничать, поэтому сказала, как есть. — Можешь считать это чем угодно и относиться как угодно, и думать про нарушенные правила и прочее, но просто возьми его.

Слушая мою тираду, он так и не отвел взгляда, а по окончании, так же рассматривая мое лицо, надел кольцо на свой указательный палец.

— Профессор, я надеюсь, эта просьба будет последней, — в лабораторию вошел Салгант. — Для меня это неприемлемо. Кровь эльфов — это не ингредиент. Надеюсь, на ваше понимание, поэтому уведомляю заранее: вместе со следующей просьбой о капле крови, вы получите отказ в посещении нашего королевства, а я благополучно вернусь в Лес и забуду об этой школе.

Казалось, он вылеплен из света. Холодного, лунного и мерцающего. Скулы четче очерчены, глаза чуть сужены и обычно приятный голос, как будто морозил. Сейчас он как никогда был эльфом. Не рассеянным красивым парнем, не смеющимся и золотым мальчиком, а холодным представителем своего народа.

— Рей? — он удивленно повернулся ко мне, а я уже привычно махнула ему рукой. Неосознанно, но благодаря этому знакомому жесту я сразу вспомнила, что передо мной в первую очередь друг, а не эльф. Да и он, кажется, перестал так мерцать льдом. Невоспитанность человеческих ведьм, вероятно, больно ударила по традиционной холодности эльфов.

— Салгант, я вас прекрасно понимаю, — спокойно ответил Астер, постукивая карандашом. — Но в нескольких работах, которые вы выбрали в качестве выпускных, используется магия на крови и вам в любом случае придется использовать свою кровь. Кроме того, профессор Студегор говорил, что вы все же выбрали его предмет в качестве факультатива и взяли тоже ритуалы с магией на крови.

— Это совсем другое, — холодно ответил эльф. — Это часть обучения и это лично мое решение. А от проектов я всегда могу отказаться, что и сделал. Теперь я участвую лишь в одном, где не используют магию на крови.

— Это зелье тоже часть обучения. И оно тоже может стать вашим выпускным проектом, если вы того захотите, — ответил Астер и тут же примирительно добавил. — Но если для вас это важно, я постараюсь найти заговоренный сильным магом агатит и больше не буду требовать вашего участия в ритуале.

Салгант почему-то бросил взгляд на меня и кивнул. Лил и Ильим пришли вовремя. Они немного стушевались на входе, но с их появлением в воздухе перестало висеть какое-то настороженное недовольство.

— И где последний? — поинтересовался Астер и встал из-за стола, ему вероятно уже надоело ждать.

— Простите профессор, мы не нашли Карла, — спокойно соврала Лил. На самом деле мы его видели, но умышленно ничего не сказали. До сих пор мы с ним даже ни разу не говорили, а Ильим и вовсе поменялся комнатами с одним из боевиков и теперь жил с каким-то ведьмаком-первокурсником.

— Понятно, — Астер опять сел за стол, написал что-то и отправил вестника, а потом снова встал и прошел к огромным шкафам с многочисленными полочками. Там стояли уже готовые зелья, лежали ингредиенты, просматривались амулеты и много чего другого.

Профессор взял заранее заготовленный ящик и водрузил его на стол. После чего пригласил нас присесть.

— Перед вами ингредиенты, которые нужно заговорить. Профессор Тэрволин утверждает, что вы все прекрасно знаете заговор распада, который помогает ингредиентам быстрее вступить в реакцию. У нас с вами до полуночи более трёх часов, так что можете работать не спеша, — сказал Астер и вернулся к своему столу.

— Адепт Риверс, Салгант подойдите, обсудим с вами кое-какие моменты.

Мы не мигая, смотрели в огромную коробку с множеством перьев, листиков и цветков, аккуратно разделенных картонками. Конечно, и я, и Лил, и Ильим знали заговор, но он требовал сосредоточенности и силы. Причем, накладывался на ингредиенты по отдельности. Каждый из нас помнил толстую спираль, которую сложно было разглядеть под листьями и перьями, и знали, что для этого зелья на всякий случай заготавливают всего с запасом. Но только сейчас мы осознали количество ингредиентов, которое для него нужно.

— Адепты, у вас какие-то сложности? — уточнил Астер, а когда мы неуверенно помотали головами, спокойно сказал. — Я помню, что при создании прошлого зелья вы воспользовались уже готовыми ингредиентами из моей лаборатории, но в этот раз вам придется приложить значительно больше усилий как того и требует сложное и опасное зелье.

Астер вернулся к разговору с Фицуильямом, а мы взялись за дело. Готова поклясться, со стороны профессора упоминание прошлого зелье было маленькой местью за обворованную лабораторию.

Заговорить каждое перо и отдельный листик — занятие для очень усидчивых людей. Коих среди ведьм нашлось бы не больше десятка, и то виной тому был бы их преклонный возраст. Но мы все же высидели полчаса и с удивлением обнаружили, что в лаборатории уже появился Студегорн и почему-то Дан. Встали размяться, но поймали взгляд Астера, возможно, вполне миролюбивый, но вгоняющий нас в ступор, поэтому сели на место и опять принялись шептать. В целом мы бы справились за полтора часа, но нас периодически отвлекал то красивый эльф, то мужественный Дан. Да даже Фицуильям, сидящий над расчерченным листом и почти ничем не выделяющийся среди мебели, кроме как скрипом карандаша. Но иногда так приятно минут пятнадцать, посмотреть на то, как другие трудятся.

— Вижу всё готово, — сказал через пару часов Астер, рассматривая коробку с заговоренными ингредиентами. — Тогда пора приступать к ритуалу. Сегодня как раз первый день после полнолуния. Идёмте.

Еще не отошедшие от долгого сидения, мы направились в школьный дворик. С нами зачем-то шел и Фицуильям, а за преподавателями на арканах мило тащились два мягких стула. Они противно скрипели ножками по полу и почему-то не подскакивали на поворотах.

Стоило нам выйти на свежий воздух, стулья замерли, а преподаватели сразу же сели. Нам коротко сообщили, что все усилия пойдут нам в зачет, а в случае Дана и Салганта эта работа может стать выпускной.

— Приступайте, — разрешил Студегор, доставая из кармана фляжку и поглаживая бороду.

Мы и приступили. Пока Салгант и Ильим занимались спиралью, я и Лил просто стояли в стороне. Нельзя сказать, что мы очень устали, но заниматься сомнительным зельем, которое в прошлый раз непонятно как получилось, никто из нас не хотел.

— Красавица, — рядом со мной встал Дан, приобнимая рукой за плечи. — Ко мне тут подходили двое наших. Они слышали, что ты знаешь заговор на хороший сон и хотят, чтобы ты пошептала его.

Я внимательно посмотрела на боевика и призадумалась. Заговора на хороший сон я не знала, даже не представляла существует ли он. Но я подозревала, кто мог так назвать обычные добрые слова. На следующий день после стычки на занятии по управлению воскрешенными ко мне пришла девушка, которая обещала поговорить с другими. Ее звали Адана и она, нервничая и оглядываясь, попросила меня сделать то же самое, что я сделала в зале, когда поймала ее за руку. Оказалось, впервые за долгое время она хорошо спала и отчего-то была уверена, что помогли в этом мои обычные добрые слова. Мне не жалко, я еще раз пошептала, и сегодня после занятий она опять поймала меня, и я опять говорила добрые слова.

— Боевики очень странные, — наконец я ответила Дану. — Как дело касается свиданий или помощи, так ведьмы лучшие на всем белом свете. А как ответных услуг или просто уважительного отношения, так все говорят «фи».

— Я знал, ты будешь не в восторге. Поэтому назначил вполне уважительную цену в три ри. Не продешевил, красавица? — совершенно спокойно уточнил Дан, я внимательно на него посмотрела и усмехнулась.

Если бы боевики пришли сразу ко мне, я бы им много слов сказала, возможно, добрых на первый взгляд, но они бы точно ушли. Сейчас же я сокрушенно покачала головой, понимая, что не откажусь, в конце концов, мне всё еще нужны деньги.

— Да, и от первого заказа я взял половину стоимости себе. Как посредник. Ну а дальше ты уж сама, без моей помощи, — закончил Дан и подмигнул.

— Я прошу прощения, — к нам подошел граф, держащий тетрадку и карандаш. — Дан, в этом ритуале боевик всегда стоит так близко к ведьмам? Я уточняю, потому что по просьбе профессора Астера временно исполняю обязанности его секретаря и буду фиксировать все стадии ритуала.

Дан просто ответил «нет» и опустил руку, тут же отходя на несколько шагов. Все это сделал так, как будто не понял намека.

— Арейна, — Фицуильям перевел на меня тяжелый взгляд. — Даже в кругу знакомых и приятелей не стоит позволять боевикам таких вольностей.

— Не хочу вгонять тебя в краску, но скорее всего ты сегодня увидишь и более очевидные вольности. И я заранее прошу тебя сохранять холоднокровие, — в тон ответила ему я. — Мы с Лил и Ильимом обычно обнимаемся после успешных ритуалов. И иногда прыгаем.

Фицуильям сжал губы и сразу отошел от меня. Старый добрый граф вернулся.

Лил помалкивала, хотя посмотрела на меня с укоризной. До этого она делала вид, что ее нет, да и сейчас говорить не собиралась, но долго не отводила неодобрительного взгляда. По ее мнению я слишком часто незаслуженно обижала такого милого графа.

— Думаю, пора раскладывать ингредиенты, — обратился к нам Студегорн. Оба профессора с удобством расположились на стульях, примерно в двадцати

шагах от нашей спирали, и наблюдали за приготовлениями. Седая борода Студегорна уже мирно лежала у него на плече, что было верным признаком хорошего настроения. Доподлинно неизвестно, что связывало его настроение и бороду, но положение последней всегда выдавало Студегорна. Возможно, благодушие профессора было связано вовсе не с бородой, а с фляжкой, которую гораздо удобнее доставать из внутреннего кармана, когда ей ничто не мешает. А вот по Астеру, к сожалению, ничего понять было нельзя. Его везде сопровождала совершенно одинаковая борода и хмурость.

— Вуд, на моем лице появился список ингредиентов? Или другие необходимые вам в работе подсказки? — спросил Астер, которого я бессовестно рассматривала добрых две минуты и даже не заметила, как меня дергала Лил.

Я отвернулась, пряча порозовевшие щеки, и присоединилась к подготовке. Хотя украдкой, я теперь часто смотрела на Астера. Слухи о нашей якобы связи появились незаметно и пока мне ничем не грозили. Но так как Том все чаще крутился вокруг меня, некоторые видели в этом намек на любовные отношения. Стало любопытно, как люди пришли к таким выводам и, мне казалось, я это пойму, если рассмотрю профессора получше. Взрослый, уверенный в себе мужчина, исполинского роста, у которого предположительно есть красивая, знающая себе цену ведьма и вдруг заинтересовался обычной маленькой второкурсницей, которая его до недавнего времени боялась. Вероятно, слухи не смогли за прошедшие два дня обрести четкость, исключительно потому что многие понимали их несостоятельность.

Размышляя, я прошла к спирали и взяла ингредиенты. Каждому полагалась коробка с отдельными перьями и листиками. Чтобы быстрее все распределить, мы пошли по спирали друг за другом, равномерно покрывая толстую линию смесью из трав и птичьего пуха. Без дела пока стоял только эльф.

— Я убежден — они пьют, — печально сказал Салгант, прислушиваясь.

— Во фляжке может быть что угодно, — заметила осторожная Лил.

— Только что профессор Астер восхитился выдержкой напитка и его крепостью, — эльф грустно вздохнул.

— Я думаю это тоже часть ритуала, — заметила я. — В прошлый раз мы пили самогон Ильима, в этот раз они пьют самогон Студегорна. Логично?

— Обидно, — вздохнул эльф и помог мне с тонкими веточками, взмахом руки распределяя их по спирали, потом и вовсе забрал у меня коробок.

— Если полностью соблюдать тот ритуал, пить тоже должны мы, — вдруг довольно громко поддержал эльфа Ильим.

— Тише, — одернула Лил. — Услышат, и нас заставят еще самогон им делать. Нет уж, хватит и одного экспериментального зелья.

— Серьезно? Пили самогон перед таким ритуалом? — поразился Дан.

— А ты думал, как бы мы смогли по-другому убедить эльфа отдать нам кровь? — улыбнулась я. — Только напоить.

— Я не был пьян, — искренне возмутился Салгант.

— Тогда у тебя нет оправдания. Спросят тебя на родине, как же ты отдал кровь? А ты даже пьян не был, — покачала я головой.

— Возможно, я отдал кровь за взгляд прекрасных глаз, — с еле заметной улыбкой ответил почему-то осмелевший Салгант. Я тоже улыбнулась, вспоминая, с каким страхом мы смотрели на эльфа, когда он узнал, что нужна его кровь и с какой решительной кровожадностью его разглядывал Карл. Определенно дело в прекрасных глазах.

— Помните слова заговора и заклинание? — вдруг вторгся в наш мир голос Астера, и мы синхронно кивнули.

Желание разделаться с зельем как можно быстрее подстегнуло действовать без раздумий. Как только мы распределили все ингредиенты, тут же встали по местам и зашептали.

Ильим был ведущим, я просто вторила его словам, а Лил страховала. Только мы закончили, Дан резко прочел заклинание, выкачивая попутно из нас часть силы и запуская спираль. Все завертелось с сумасшедшей скоростью. Даже в глазах зарябило, но буквально сразу с хлопком спираль исчезла, а в руки Ильиму спланировало уже готовое зелье. Очень быстро, казалось, в прошлый раз мы делали все дольше.

— А недурно, — послышался голос Студегорна. — Пожалуй, правда, тянет на зачет, но на выпускную работу вряд ли.

Я заморгала и махнула рукой перед носом, отгоняя остатки дыма. Студегорн теперь сидел на стуле, вытянув ноги и сложив руки на животе, борода все еще покоилась на плече.

— Думаю, можно сразу и опробовать. Как считаете, профессор? — обратился он к Астеру, пока мы приходили в себя.

После того, как я лишилась сил, из меня еще ни разу так не выкачивали магию. Силы определенно остались и немалые, но при ритуалах частенько маги выкачивают ее скачками, после чего еще пару минут в голове звенит. И сейчас я как-то плохо соображала. Половина слов прошло мимо меня. И то, что рядом появился Том, а в руку мне любезно сунули пузырек с зельем, я восприняла отстранение

— Приступайте, — опять сказал Студегорн, доставая фляжку.

Я нахмурилась, рассматривая пузырек и, наконец сообразила, чего от меня хотят. Зелье и кисточка в руках, а Том у ног. Кажется, они действительно намерены повторить наш опыт в точности.

Под взглядами профессоров я присела перед Томом и почесала его за ушами. В этот раз я, конечно, была смелее и не боялась угробить такого саблезуба, вреда от этого зелья точно не будет. Тем более его шерсть и впрямь выглядела ужасно. С одного бока свисал целый клок, а на животе просматривались рваные раны, которые стали бы смертельными для любого живого зверя. Поэтому и начала я вымазывать зелье, похожее на клей, на его брюхо. Сначала была тишина, потом между собой заговорили профессора. Но их я почти не слышала. На самом деле уже хотелось спать и любое монотонное дело, даже такое как склеивание шерсти у воскрешенного, вызывало сонливость.

— Так и должно быть? — рядом со мной присел граф, указывая на те места, где я уже прошлась кисточкой.

Прямо на наших глазах на белой шерсти медленно проступали пятна. Очень милые, как у снежных барсов. Разница в том, что у нашего Тома они проступали на животе. Одно, другое… они игриво пробежали до самого подбородка и замерли. И чем больше проходило времени, тем ярче они становились. Мы с графом сидели рядом и просто смотрели на это странное пятнистое представление. Сам саблезуб как и в прошлый раз медленно уплывал в нирвану. И я не бралась сказать, как он отреагирует, когда заметит, что весь покрылся пятнышками. Возможно, его опять поглотит тоска, как когда-то по ушедшим полосочкам.

— Любопытный эффект, — рядом с нами возник Студегорн. — Не зря мы с вами решили, будто от ведьм многое зависит. Вероятно, играет роль поколение.

— Простите, вы хотите сказать, что он пошел пятнами из-за моего седьмого поколения? — спросила я и тут же добавила. — В прошлый раз он ими не покрывался.

— Я хочу сказать, что зелье начало действовать. Почему такой эффект, мы обязательно выясним, — с ласковой улыбкой прожженного экспериментатора пояснил Студегорн. — До этого мы приглашали разных ассистентов, но ничего не выходило, совсем. Вероятно сочетание десятого, седьмого и четвертого поколений, что-то дает.

— Полагаю, необходимо провести ритуал еще раз, но уже, исключая поочередно то одну, то другую ведьму и, пробуя сочетания. Сначала можно просто убрать страхующую, оставить только двух, — вступил в разговор Астер и обратился ко мне. — Как себя чувствуете?

— Нормально, вроде бы, — с запинкой ответила я.

— Тогда оставляйте Тома адепту Риверсу и пока еще на небе луна, попробуем этот же заговор без адептки Келли.

Мы обреченно переглянулись с ребятами, понимая, что ночь длинная, а луна сегодня светит слишком ярко. Том сладко чмокнул губами, и я с завистью посмотрела на него, но все равно послушно поплелась к месту спирали.

— Логично было бы теперь и нам предоставить фляжку, — тихо сказал мне Салгант.

— Не думала, что ты такой любитель выпить, — улыбнулась эльфу, который своим замечанием отвлек от мрачных мыслей о перспективе провести еще несколько ритуалов.

— Только в хорошей компании и для поддержания духа. Думаю, из нас никто бы не отказался, нам еще целую ночь работать, — ответил он. — В моем Лесу нам бы обязательно принесли эля. У вас, у людей, никто не знает, что такое работа в удовольствие. Никакого веселья.

Сложно было не согласиться, особенно рассматривая довольных профессоров с фляжкой. Они, кажется, постигли суть работы в удовольствие.

Мы же работали просто так, точнее, за зачет. Хотя после двух попыток, которые закончились ничем, Студегорн все же решил засчитать Салганту и Дану это зелье за выпускную работу, если те смогут внятно объяснить, почему заговоры без страхующей ведьмы не действовали.

После четвертого ритуала профессора сжалились и отпустили. Как они объяснили, им стал понятен принцип, и дело было, действительно, в сочетании наших поколений, поэтому эксперимент признали успешным. Хотя мне казалось, они свернули работу только потому, что во фляжке уже ничего не осталось.