ЭПИЛОГ,

Прошло пять лет.

– Андрюш, я вся в смятении, – осторожно начала Мария, присматриваясь к мужу: как он воспримет её сентенции.

– А, что случилось, родная?

– Как что?! – не выдержала ровного тона Маша. – Ладно Данила собрался жениться на ведьме, это ещё куда ни шло. Да и Ялика хорошая девочка и нам прекрасно известна. Даже хорошо, что поженятся уже осенью. Я как раз собиралась в новый дом переходить, а в этом их оставим, а то всем тесно уже. Но Тошка-то совсем мал ещё! Ребёнку пять лет, а ему уже обручение предстоит! И с кем?! С дочкой верховного шамана орков! Мама дорогая! Не знаю, как к этому относиться, но я против! И, вообще! Мы на Земле, они на Литерре. Смысл?!

– Ничего не поделаешь, Машуня, – вздохнул Андрей. – Договор не перепишешь. Да и что за трагедия тебе привиделась?! Обручение в раннем детстве – это традиция нашего мира. Особенно для аристократов. У нас по части выбора супругов нет такой вольницы, как на Земле. И браки по договору среди высшего сословия – обычное явление. Тогда пять лет назад у меня не было возможности отказаться от предложения орков. Слишком напряжённая ситуация была.

– Я понимаю, Андрей, – согласно покивала Маша, – но пять лет назад, когда ты привёз этот договор, мне казалось, что мы обязательно что-нибудь придумаем, или что-нибудь произойдёт, что позволит избежать этой навязанной помолвки. Как у них, вообще ума хватило связывать новорождённого ребёнка и десятилетнюю девочку?!

– У них тоже выбора не было, Машуня, – примирительно сказал Андрей. – У них только эта девочка ещё не была сговорена. А ты же знаешь теперь, что все договора с орками обязательно скрепляются браками из детей знати. Мне или Данилу надо было подставлять или Антошку. Других детей у меня нет, – развёл он руками. – Но Данила уже был с Яливентой, как я мог разрушить их отношения. А Антошка только родился, и я, честно говоря, как и ты, подумал, что до свадьбы ещё многое может произойти. Не переживай, родная. В конце концов, это только ещё обручение. Девочке уже пятнадцать лет. Может быть, к тому времени ей подберут подходящего мужа. Для степи она уже достаточно взрослая, а к двадцати годам будет считаться старой. Тем более, к двадцати пяти, когда им с Антоном предстоит пожениться. Не переживай, – повторил глава рода и отец малолетнего жениха. – Мы обязательно что-нибудь придумаем.

– Ох, не знаю, что и думать, – покачала головой Мария. – Это надо же?! В пять лет – обручение! Ужас какой-то! – сокрушалась землянка и по совместительству магесса и преподаватель академии.

Но затем ей стало смешно от этой ситуации. Она присела на кроватку младшего сына и, погладив рукой, разложенные на ней парадные одежды малолетнего жениха, истерично всхлипнула коротким смешком. «Боже, мой! Антошка – жених!» – и слёзы неудержимым потоком полились из её глаз.

– Маш! Ну, Маш, что ты?! – уговаривал, подскочивший муж. – Всё будет хорошо, вот увидишь. Пойдём, сейчас сына приведут одеваться, а нам с тобой ещё надо с шаманом встретиться. Рег там уже по потолку, наверное, бегает. Не любит он орков.

– Пойдём, – Мария приложила платок к глазам и вышла из детской вслед за мужем, понимая, что её присутствие будет только мешать воспитателям сына.

Она всё понимала и всё осознавала, но материнское сердце всё равно желало своему ребёнку лучшей доли. Хотя, что такое десять лет в мире магии?! Ничто! А после взросления маги не изменяются внешне всю свою жизнь, а она у них до-олгая.

В кабинете, действительно, нервничал Реган. А шаман – нет, нисколько не нервничал. Он и его люди были на Земле впервые и всё здесь вызывало у них неподдельный интерес.

– Ну, наконец-то! – воскликнул Реган, увидев брата и его жену. – Мы им там арку для обручения соорудили в саду. Надеюсь, соседи не будут нас разглядывать?

– Не будут, – успокоил его Андрей. – Мы уже давно оба соседних участка выкупили. На одном для нас новый дом стоят, а в этом решили Даню оставить.

– Это правильно, – согласился Реган. – Мы с Сами будем приезжать к вам, а их друзья – к ним. А то в доме уже не протолкнуться от постоянного нашествия, – ворчливо заключил он.

Маша невольно рассмеялась: кто тут ещё «нашествует». Рег с женой практически живут у них, выбираясь на Литерру только по делам. Что интересно, Самия после замужества стала гораздо смелее и разговорчивее. Иногда даже покрикивала на Регана, но очень слегка и с любовью. А ведь вначале казалось, что у них ничего не выйдет.

Рег, как будто специально не обращал на девчонку никакого внимания. А между тем Долине нужен был маг-женщина для проведения обрядов плодородия, для освещения и поддержания традиций, для повышения рождаемости и процветания земель. Это на Земле давно уже забыли такие обряды, хотя и были они в здешней истории. А в магическом мире без них никак нельзя. Потому и должны быть все теры к определённому времени женаты. Добровольно или по договору, это уж как карта ляжет.

Реган никак не мог определиться с невестой и дошло до того, что Андариан обязал его жениться своим указом главы рода. И если в определённый срок он не представит невесту, то Андариан назначит ему пару сам. Реган не отнёсся к угрозе серьёзно. Посчитал, что брат просто припугивает и на очередной родовой сбор пришёл опять один. Всё! Терпение Андрея закончилось. Указ его был резок и короток:

{Я, глава рода Гимметвин, повелеваю: моему брату и родичу, теру Регану Гимметвину, жениться в срок до пятнадцатого августа на леди Самии Стерг, если родственники таковой не будут против.}

Честно говоря, Андариан к этому времени уже прекрасно знал и о чувствах Самии к Регану, и о чувствах и мыслях Регана к Самии (тут Маша помогла), и с родителями девушки разговор давно провёл, как глава клана. Оставалось только этот брак осуществить.

А вот для Регана приказ главы рода был камнем с неба. Не ожидал. И в первый момент решил взбунтоваться. Но хорошо, что в своём кабинете в Долине он в тот момент был один, потому что Рег вдруг ярко представил перед собой Самию: кроткую, нежную, любящую… И понял, что сопротивляться совсем не хочет. И Андариан прав: ему пора жениться. Давно пора!

С этого момента и понеслось: визиты, знакомства всех будущих родственников со всеми, подготовка поместья, подготовка нарядов, подготовка невесты. Невеста, кстати, ошеломлена была не меньше жениха. Но кто будет спорить с главой рода?! В общем, к означенному сроку свадьба состоялась. А сейчас счастливые родители имели двух сыновей погодков, которые вместе с ними освоили земной коттедж Гимметвинов и, похоже, считали его родным домом. Ну, а как, если они здесь жили больше, чем в Долине?

Вот и сейчас Реган, оставив шамана на попечение хозяев умчался к своей обожаемой Самии и не менее обожаемым деткам. Второй этаж коттеджа почти полностью принадлежал им, но обе семьи настолько сдружились, что разделять собственность было бы смешно. Потому что старшие Гимметвины так же свободно и по-свойски чувствовали себя в Зелёной Долине, родовом поместье Регана, имея там постоянные апартаменты в любое время года.

Пока Маша отвлеклась на все эти размышления, муж уже начал разговор с будущим родственником.

– Уважаемый Урагаш, как вам понравилась Земля? Город? – решил быть вежливым Андрей.

– Всё необычно, но очень интересно, – немедленно откликнулся шаман. – Синеге тоже очень понравилось. – одобрительно заметил он.

– Кстати, – решил воспользоваться моментом Андрей. – А как сама девушка относится к предстоящему действию? Может…

– Нет! – не дав ему договорить резко ответил шаман. – Мне говорили духи: это правильный шаг. А Синега – правильная дочь Нагорья. Она подождёт, когда её жених вырастет.

– Но, – осторожно вступила Мария, – когда девочке будет двадцать пять нашему сыну исполнится только пятнадцать. Не рановато ли для брака?

– Он мужчина, – невозмутимо ответил орк. – У нас в степи мужчины в пятнадцать лет ходят на брегов (подвид медведя) с одним ножом и могут жениться.

Обе стороны примолкли. Маша и Андрей, поражённые новыми сведениями и позицией шамана. А шаман, наверное, потому, что всё сказал.

Но Мария не была бы Марией, если бы не попыталась переломить ситуацию, хотя бы чуть-чуть в свою пользу.

– Нет! – через небольшую паузу резко высказалась Маша. – Я всё же категорически против! Если вам, Нагорью, так нужен этот брак вы подождёте до момента нашего совершеннолетия. Оно наступает в двадцать лет. Вот тогда – брак.

– Нет! – жёстко ответил шаман.

– Да! – не менее жёстко, глядя мужчине в глаза, отзеркалила Маша.

– Женщина! У тебя есть мужчина для решения важных вопросов, – обозлился шаман. – А он согласился. Договор подписан.

– Я мать. Мы с мужчиной равны в правах. Договор можно уточнить, – не сдавалась Мария.

– Что ты предлагаешь? – раздражённо уступил орк.

– Брак только по достижении сыном совершеннолетия. Если ваша дочь может ждать десять лет, значит, подождёт и пятнадцать. Это раз. Второе, если за время ожидания острая необходимость брака отпадёт, то вы отзовёте договор.

– Нет, – упрямо откликнулся орк. – Этот брак – подтверждение мирного договора. Он не может быть отменён. Дочь будет ждать жениха. Она уже считается вашей. Степь не примет её обратно и другого жениха у неё не будет. Я тоже жертвую своей кровью для этого договора, – угрюмо заметил орк. Дочь у меня одна, и я отрываю её от сердца, отдавая в руки магов.

Маша прикусила губу, понимая, что они с орком равно оказались заложниками ситуации. Но орк принял решение быстрее. Он достал свой экземпляр договора и быстро вписал несколько строк.

– Смотри, женщина. Твоё условие принято. Брак состоится, когда жених достигнет совершеннолетия. На этом – всё.

Маша молча кивнула, боясь поверить успеху. Она внимательно проследила, как муж вписывает уточнение в их экземпляр договора и только после этого подняла глаза на орка.

– Спасибо! – с чувством сказала она, и тот улыбнулся ей в ответ.

В этот момент в кабинет вернулся Реган с известием готовности обряда. Все встали и направились в сад. У Маши защемило сердце, когда она увидела своего младшего сына такого серьёзного, такого важного рядом со стройной высокой девушкой, ещё угловатой, но обещающей стать яркой красавицей. Да и Антошка для своих пяти лет был не мал. «Что же ему предстоит? – горевала про себя Маша, по-бабьи жалея загубленную судьбу сына, но даже не пытаясь обвинять мужа. Она прекрасно знала, что будь малейшая возможность другого развития событий и Андрей не упустил бы её. Но…

А сам Антошка, похоже, проникся важностью момента и вёл себя на удивление по-взрослому. Конечно, и Маша, и Андрей объясняли ему смысл обряда, готовили к нему. Но учитывали, что ребёнок может и взбрыкнуть. Однако, сын просто радовал своим поведением.

Шаман тем временем встал перед детьми. В руках его появилась красная шерстяная нить, скрученная в тугой жгут. Он разрезал её пополам и, прочитав короткий наговор, повязал эти отрезки детям на запястья. Узелки на жгутиках моментально исчезли, и жгутики превратились в сплошные цветные браслетики, какие часто носят цыганки, но были совсем непохожи на помолвочные браслеты магов.

– Всё? – недоверчиво спросила Мария, и они с Андреем недоуменно посмотрели на шамана.

– Всё, – подтвердил тот. – А что ещё надо? Всё самое главное – потом, – и неожиданно открыто и заразительно улыбнулся.

И Маша почему-то ясно осознала, что с этим орком, так или иначе, они будут связаны всю жизнь.

* * *

У Маши на глазах опять появились слёзы. Надо же! Всю жизнь прожила на Земле и сколько раз плакала по пальцам одной руки пересчитать легко. Железная психика была. А тут уже в который раз слёзки на колёсках: то Антошку обручали с орчанкой, то вот Данила женится.

Данила женится! У Маши в голове не укладывалось, что сыну уже под тридцать, и он вполне самостоятельный мужчина, маг и помощник главы департамента дознания. Обалдеть!

А вот и его начальник – Александр. Тоже до сих пор не женат. Но здесь сложный случай: однолюб Саша, оказывается. До сих пор не может забыть свою первую невесту, которая предпочла ему королевского племянника. Саша и вида не подал, что расстроен, но на первом месте с тех пор только работа. Но Маша не оставляла надежду, что земные красавицы перебьют старую память. Тем более, что Александр зачастил на Землю, якобы к Даниле по работе. Потому что Данила был не просто его заместителем, но и осуществлял связь магического дознания с земными спецслужбами. Ну, раз уж они с Яликой выбрали для постоянного проживания Землю, надо же из этого извлекать пользу.

Однако, свадьбу и, вообще, все торжества семья проводила в Зелёной Долине. Тут и места больше, и друзей-магов можно приглашать без счёта, и магические фейерверки запускать без оглядки на землян. Короче, праздники – только в Долине. И это не обсуждалось, а предполагалось изначально. И уж тем более – свадьба Данилы. Тут вся прислуга горевала бы, если бы их «сынок», «внучок», «братишка» и ещё много кто, женился бы где-то в другом месте, не похвалившись своей парой.

Хотя Ялику тут тоже любили, как свою. Красивая и добрая пара получилась, вынуждена была признать Мария. Самый сложный момент был – инициация Ялики, как ведьмы. Его старшие ведьмаки проводят, но если у ведьмочки есть жених, то доверяют обряд ему. Вначале Данила только посмеивался по этому поводу, но, когда старшие ведьмы разъяснили ему все особенности обряда, он, честно говоря, немного струхнул.

Надо было не просто лишить ведьмочку девственности (само собой бережно, а не грубо), но и во время обряда помочь ей максимально раскрыть свои магические каналы, чтобы сила ведьмы текла свободно, и чтобы она могла принимать наибольшее количество внешней магии. Ведь, в отличие от магов, ведьмы не имеют собственной силы. Они берут её из окружающего мира. И, чем сильнее ведьма, тем больше она может взять, и тем действеннее будут её заклинания.

Давно идёт этот спор: кто сильнее – маги или ведьмы. Маша считала, что он беспредметный. Это, как сравнивать горячее и твёрдое, сладкое и летающее – несравнимые вещи. Маги надеются на свой резерв. Он у каждого из них свой. Без резерва маг ничего не сделает. А если резерв выгорит до дна, он уже и не маг. У Данилы резерв был огромен. Два раза в своей жизни он его уже исчерпывал максимально, но оба раза восстанавливался, не иначе благодаря чуду.

У Ялики потенциально были мощные каналы приёма магии. Если бы ей для инициации попался более слабый маг, он просто выкачал бы силу, которая проходит через ведьму во время ритуала и всё. Сам бы он стал намного сильнее, но ведьма не получила бы отдачи и осталась бы слабой, а то и вовсе дар приёма магии из мира пропал бы.

После таких лекций Данила посерьезнел, и когда Ялика закончила четвёртый курс, они уехали в Долину, на дальние купальни, где не бывает туристов и там у них всё и произошло. Естественно по любви. Может, это был дополнительный бонус, но после обряда и Данила, и Ялика стали намного сильнее.

Что больше всего удивляло Машу, так это стремление молодых сохранить свою независимость после единения. Земные парень и девушка начали бы жить вместе после такого случая, тем более, когда никто не против. А Данила и Ялика продолжали сохранять романтические отношения, допуская близость очень редко, хотя было видно, как трудно даётся Даниле эта сдержанность.

И только после того, как ведьмочка закончила академию и вошла в полную силу, молодые начали жить вместе и, наконец-то, Маша дождалась их свадьбы. Удивительно, но на свадьбе особенно настаивал Данила, а Ялика отговаривалась тем, что ведьмы и без брака своих мужчин никому не отдадут. Однако, Данила победил. Свадьба состоялась.

Маша оглядела гостей и улыбнулась. Здесь сейчас были все те, кто был им дорог, кто встретил и помог в новом мире, поддержал и научил, ободрил и приветил. Друзья и приятели, члены рода близкие и дальние, богатые и не очень. Все слуги Долины сегодня не работали, а были гостями свадьбы. Не было только Илории, воспитанницы Регана, бывшей племянницы прежнего хозяина Долины, которая когда-то намеревалась стать новой хозяйкой поместья «Зелёная Долина», да не вышло.

Земные спецслужбы всё же нашли Перелогову Дину Павловну и передали её под юрисдикцию Литерры. Нашли, благодаря Александру. Это он проанализировал и понял, кто сливал информацию о Гимметвинах контрабандистам, несмотря на то, что Илория сумела полностью заблокировать память Вадима о себе. Ну, а земным спецслужбам не составило труда отследить превращение иномирянки Илории Гимметвин в землянку Перелогову Дину Павловну.

На Литерре Илорию судили за использование магии против немагических разумных. Ей заблокировали силы на срок до пятнадцати лет, и теперь бывшая подопечная Регана трудится в отдалённой обители для таких же оступившихся. Печально, но справедливо. Маша повернулась к мужу.

– Андрюш, не проводишь меня в комнату?

– Что-то случилось, родная? – забеспокоился муж, который о этого о чём-то самозабвенно спорил с орком.

– Я устала, – Маша неодобрительно покосилась на шамана: всё же она никак не могла смириться с их будущим родством, хотя и выиграла немалую битву для Антошки.

«Ничего-ничего! Время всё покажет!», – успокаивала она себя. Мужу же сейчас она хотела сказать главное: у них снова ожидается прибавление семейства. Но на это раз это будет дочка. Сколько можно?! Одни мужики в доме. Так что – только девочка: косички, бантики, платьица…

* * *

Прошло ещё пятнадцать лет.

Антон любил Нагорье. Часто бывал здесь, любовался этой горной степью весной, когда на сопках цвёл местный вид багульника, летом, когда высокие травы скрывали лощины и овраги, а табуны коней проносились по ним, как по зелёному морю, зимой, когда степь скуднела, жухла и желтела, но оставалась притягательной прозрачными струйками ручейков и речек, выступающими на вид древними письменами на скалах… Степь красива всегда. Здесь ощущается воля и простор.

Скоро степь станет его домом. Антон не думал об этом. Ничего не изменилось за много лет. Он по-прежнему обручён и брак неизбежен. Свою невесту Антон не видел с самого обручения. А было ему тогда пять лет. Конечно он её не помнил. Сейчас ей было уже тридцать лет. С одной стороны, много. Но, с другой стороны, маги взрослеют долго и выглядят молодо всегда. А живут до трёхсот – трёхсот пятидесяти лет. Но… Антон хотел любви. Такой, как у матери с отцом, такой, как у Данилы с Яликой, такой, как у Регана с Самией… Все его родные жили в браке по любви. И только ему выпала доля договорного брака. Бывает…

Антон вздохнул, глянул вниз на реку, заманчиво поблёскивающую под жарким солнцем, и подскочив рванул вниз, на ходу сбрасывая одежду. А кого стесняться?! Он здесь один и это – его любимое место недалеко от границы с поместьем дяди. После заключения договора жители Долины могли ходить в степь свободно. Но только жители Долины и только на глубину не более двадцати километров. Правда сам Антон мог бывать в степи где угодно. Но он не бывал нигде. Успеется, думал он про себя. А вот это место: узкую речную долинку меж двух древних утёсов, покрытых редким лесом и густым кустарником – очень любил.

Разбежавшись, он ласточкой нырнул в реку, взметая вверх тучи брызг. Холодная вода освежала и бодрила. Антон увлёкся и не заметил, как быстрое течение снесло его за утёс. Здесь русло стало таким узким, что некоторые деревья смыкали свои ветки над ним. Антон подтянулся и запрыгнул на толстую ветку, которая могла даже служить мостком между берегами. Встряхнулся, огляделся и… встретил внимательный взгляд чёрных глаз.

Взгляд без страха, без опасения. Изучающий такой взгляд. А девушка, которая его так откровенно рассматривала была вызывающе красивой, высокой стройной, но при этом физически развитой, о чём говорили тугие комочки мышц на руках и ногах, подтянутый тугой пресс и, крепко зажатый в руках короткий лук. Орчанка.

Девушка тоже видела перед собой не слабака. Боевой факультет академии, отец – боевой маг, брат – боевой маг не давали Антону и шанса остаться нетренированным. Поэтому к своим двадцати годам он владел почти всеми видами оружия, а его мускулатура вызывала заслуженную зависть мужчин и восхищение женщин. Кроме того, отец всегда считал, что степь не потерпит слабых, а Антону в степи жить, поэтому он даже начал заниматься национальной борьбой орков, чтобы, так сказать, быть в теме.

Парень и девушка продолжали молча разглядывать друг друга, не смущаясь своим полуодетым видом. «Она, конечно, не молода, – сделал вывод Антон, – но хороша, чертовка». «Не настолько он и молод» -почти такими же словами, но с другим смыслом заметила для себя девушка. Оба поняли, кто находится рядом. Но оба пока делали вид, что не догадались.

«А, может, всё не так страшно?» – подумал парень. «А, может, я выиграла этот приз у судьбы?» – подумала девушка.