Глава 11. Она особенная

В нос ударил резкий запах лекарств и больницы…

Тело нещадно ломило, шею жгло так, что хотелось выцарапать себе горло. Будто пчела всадила жало, которое невозможно было вытащить. По крайней мере из-за того, что я не могла двигаться. Руки и ноги стали неподъемными, даже веки отказывались подчиняться.

Радовало лишь то, что я лежала. Вроде как, даже одетая…

Сквозь пелену тумана были слышны торопливые шорохи и воркующие девушки. Я прислушалась.

— Зачем мистер Зальман с ней возиться? — женский голос недовольно бухтел прямо над головой.

Она так… близко?! Сильно же меня шандарахнуло, раз я не сразу оклемалась и даже не с первого раза услышала речь.

— Зарина, наше дело молчать выполнять приказы, а не осуждать действия командующего, — осуждающе протянула другая. — Ты же и сама знаешь, что перед ними лежит важный образец. Первая девушка с Земли, которая смогла жить дальше с геном волчицы.

— Раз это такой важный образец, то Арнольду не стоило втыкать…

Арнольд… рослый гад. Надеюсь, у меня получится выйти из этого злополучного места и вырвать ему… что-нибудь совершенно ненужное, из-за чего он, слава богам, перестанет размножаться.

— Видишь, какие крепки Альфы попались, — с уважением произнесла, — не захотели измываться над девушкой. Говорят, что в постели они… точно звери! Распластают на столе, возьмут и как начнут вдалбливаться с бешеной скоростью, что звезды из глаз полетят!

Если бы мое тело могло окоченеть от страха, то я бы уже стала всецелым айсбергом. Силища оборотней и правда пугала. Я никогда не смогу выкинуть из головы картину о прогрызенной стене в камере.

— Слюну подбери. Наверное, сама бы уже ноги раздвинула, — хмыкнула Зарина. — Меня поражает твое рвение, Акирия. Под ними даже волчица может коньки отбросить, а ты всего лишь наррэна.

— Помечтать уже нельзя… я отдала ногу на отсечение, лишь бы мне вкололи то, что этой… идиотке, — с презрением выплюнула последнее слово она.

По спине пробежал холодок. Все-таки этот паразит мне что-то вколол.

— Ага, аппарат скоро войдет в полную мощь и тогда уже наши пушистые друзья не смогут сопротивляться, — хихикнула Зарина.

Не смогут? О, боги. Мы собрались спасать собственные шкуры, а тут приду я с прощальным подарком… план может сорваться. Гадство!

— Мистеру Зальману очень важно получить наследника именно от нее. Это странно, не находишь, Акирия?

Вот это уже интересно…

— Чего это? — удивленно буркнула она.

— Была же у нас парочка волчиц, которых сбагрили на аукцион коллекционерам. Могли вполне выносить наследника. Они же рожденные зверьми! А тут… эта… как бы не померла при беременности. Хиленькая она какая-то…

Посмотрела бы я на тебя, если бы тебя кормили один раз в сутки, так еще и крови выкачивали столько, словно ораву вампирят откармливали. Мысленно фыркнула. Однако вопросы задавала она правильные. С чего бы Зальману в голову стрельнуло именно меня подложить волкам?

— Одному богу известно, Зарина, — Акирия тяжело вздохнула. — Хотя… знаешь…

— Что?

— Я недавно послушала разговор с нашим начальством, — она понизила голос до шепота, — там сказали, что девка-то эта обладает какими-то специфическими особенностями. Что-то есть в ее крови неординарное.

Сердце испуганно забилось в горле. Специфические особенности… даже не припомню таких. Я никогда и нигде не была лучшей.

— Да? Не могу поверить… что особенного в землянке?

— Черт ее знает, но Зальман и хочет проверить, что у такой особенной уродиться. Нам-то выгодно Альф пол контроль взять, да и мальца научить править так, как удобно нам! Хватит уже прогибаться под оборотнями. Чужая раса, а столько прав… тьфу!

Они хотят заполучить наследника, рожденного в этих стенах, чтобы растить себе удобного правителя? Дела… войну, получается, затеяли наррэны? Хм… что-то тут нечисто. Сражения продолжаются и по сей день, как говорил мистер Зальман. Возможно, они и стали зачинщиками, но как-то слишком спокойно здесь. И зачем им маленький Альфа, если они могут щелчком пальцев убить тех, что есть, и оборотни попросту перестанут сражаться? Надо обязательно ребенка дрессировать? Зачем?...

— И не говори… ну, ладно. Капельницу мы ей поставили, организм подлатается. Пойдем от сюда, обед уже.

— Может и себе вколоть чего-то, да пойти…

Пойди… пойди… и мистера Зальмана с собой прихвати. Пусть развеется… Поверить не могу, что девушки в здравом уме станут рассуждать о таком. Ужас! Совсем уже мозги отказали!

— Совсем ты ополоумела! — шикнула на нее Зарина. — Булку в рот и дальше работать… развратница старая.

Шорохи. Топот ног и дверь со стуком закрылась. Я облегченно выдохнула и открыла глаза. Веки были тяжелыми, словно налитыми свинцом, но сил поднакопилось значительно больше. Не зря поставили капельницу.

Перед глазами был серый потолок. Я повернула голову вправо, и шея характерно хрустнула. Боги, какое приятное ощущение. По позвоночнику поползла сладостная дрожь. Тело постепенно начинало слушаться и подкидывало едва ощутимые вспышки боли.

Справа было расположено окно и дверь. Первое было достаточно широким, длинной до середины стены и упиралось аж в потолок. Стремное дизайнерское решение, как по мне. Второе же было металлическим. Здесь ничего нового.

Я удивленно распахнула глаза и даже приподнялась с кушетки. В окне показался мистер Зальман, ведущий сгорбленную блондинку. На ней было надето короткое больничное платье по колено и ошейник. Она сцепила руки в замок и держала их около груди, нервно дрожа от каждого слова.

И было в ней что-то знакомое…

Неловкие движения, длинна и цвет волос… медленная походка… нервное наматывание прядей на указательный палец…

Она повернулась, почувствовав мой взгляд.

Горло пересохло, а глаза отказывались воспринимать увиденное…

Это была Света. Моя сестра.