Глава 25
- Эй, неженка, чего разлеглась? - вырывает меня из медикаментозного сна злой шепот.
Часто моргаю и в сумраке медблока узнаю присевшую перед моей медкапсулой Игорию.
Что? Приподнимаюсь на локте и вижу позади нее частично раскуроченную нервно моргающую подсветкой медкапсулу.
Что-то мне подсказывает, что Пателл такому повороту не обрадуется.
Вчера он быстро активировал лекарственный туман и я вырубилась почти мгновенно, не успела ничего спросить у него про мой цикл.
А сейчас мы с Игорий вдвоем. Судя по всему на корабле отбой. И девушка настроенная решительно.
- Вставай, - дергает она меня. - Пора валить отсюда...
Я подчиняюсь.
Это уже на уровне рефлексов.
Спрыгиваю на холодный пол и морщусь.
В полумраке, разгоняемом только подсветкой наших капсул и бледным световым лучом у ступенек перед самой дверью, я различаю ее гибкий, полностью обнаженный силуэт.
Она словно дикая кошка в естественной среде перетекает на полусогнутых, замирает, прислушивается, поведя головой и снова грациозно движется к цели.
Игория хорошо ориентируется в темноте, вскрывает пару ящиков и наощупь исследует их содержимое.
- Вот дерьмо! - рычит она сквозь зубы.
- Что?
- Ничего! - она изящным движением бедра задвигает очередной ящик. - Пусто. Этот швакр все попрятал! Пойдем так...
- Так? - я замираю и развожу руки в стороны. Словно она может видеть меня голой и удивленной.
- Будем импровизировать...
- Мы на военном корабле черных гончих Золы, - с моих губ срывается истерический смешок. - А ты предлагаешь вывалиться голыми в коридор, с пустыми руками и что?
Она замирает.
- Знаешь, неженка, ты права! - она резко разворачивается. - Одежда нужна!
Она без стеснения вскрывает еще пару шкафов с медицинским оборудованием и издаёт победный рык.
- Надевай! Живо!
В руки мне летит нечто тонкое и длинное.
- Шварковы золы! - шипит Игория и натягивает на себя украденный комбинезон.
Не отстаю от нее.
С трудом могу поместить свои бедра и грудь в это нечто!
- Для кого эти комбинезоны? - словно читает мои мысли Игория. - Для детей?
Учитывая габариты золов ее замечание звучит точно.
Утягиваю застежки на талии и только после этого с трудом застегиваю все замки.
Эластичный комбинезон обтягивает меня словно вторая кожа, тонкая, но удивительно прочная ткань приподнимает мою небольшую грудь до безобразия. Про задницу я вообще молчу.
- Обуви нет, - пожимает плечами Игория и подходит в своей изуродованной капсуле.
Легко запрыгивает на крышку.
- Новый план!
Поднявшийсь на носочки, Игория дотягивается до решетки под самым потолком, дергает ее на себя, хватается за край образовавшейся дыры и подтягивается.
- Идеально! - шипит она откуда-то из короба. - Неженка, за мной!
- Ты с ума сошла! - шиплю я в ответ, а сама передёргиваю плечами от страха.
- Я сказала, лезь за мной! У меня есть план, как свалить с этой помойки...
Помойкой корабль золов точно не назовешь, но вот сами золы...
Огромные, мощные, пугающие до дрожи. И эти их странные повадки.
Вспоминаю, как накануне мужчины жадно принюхивались ко мне и внутри все сжимается от страха.
Яркой вспышкой проносится жаркий секс с лордом командующим в капсуле. Он перекрывает все остальное.
Смелые прикосновения, власть и подчинение сплетённые с нежностью и жаждой.
Воспоминания встают перед моими глазами так ярко, что низ живота стремительно наливается раскаленным желанием...
- Тебя долго ждать? - зло шипит Игория.
И я отгоняю от себя непрошенные воспоминания.
В одном Игория права. Нам надо уходить. Как я поняла из разговоров, золы не собираются передавать нас правительству объединенных систем.
С одной стороны хорошо, что меня не дезинтегрируют за преступление, которого я не совершала.
Но с другой стороны я должна предупредить Таню и папу.
Я не могу их бросить вот так. Со знанием, что их дочь и сестра беглая или убитая преступница, осужденная за покушение на убийство высокопоставленных чиновников.
В отсутствии прямого виновника, отвечать придётся близким родственникам. Аксиома Объединенных систем, что окружение влияет на становление личности. За преступление детей несут ответственность родители.
А этого я не могу допустить.
Папа болен. Он не переживет отлета с Луны. Ему постоянно нужна его гравикамера.
А Таня... слезы наворачиваются на глаза.
Сестра с детства грезила наукой. Мечтала работать с мамой и бабушкой.
И после их трагической гибели ее одержимость наукой только возросла.
Вот уж кто точно не переживет полета на рудники так это моя педантичная и увлеченная своей работой сестра.
Я Таню кроме как в лабораторном халате и представить никак не могу. Она в нем на работе, на конференциях, через комм и даже в домашней лаборатории.
Киваю принятому решению и забираюсь на крышку поврежденной медкапсулы следом за Игорией.
Подпрыгиваю и подтягиваюсь.
- А теперь вперед и ни звука! - командует штрафница.
И мы быстро ползем по воздуховоду, обдаваемые легкой ионизацией.
Девушка впереди замирает на каждой развилке, прислушивается, принюхивается и резко поворачивает то в одну, то в другую сторону.
Не знаю, куда она нас ведет, но хочется верить, что она «знает» дорогу.
Чем дальше мы движемся, тем сильнее я ощущаю дискомфорт.
Мое тело покрывается испариной.
Лицо пылает.
- Игория! - шиплю я.
- Отставить разговоры, - бросает она мне через плечо.
Сердце тревожно бьется в груди, а напряженный пульс лупит по вискам до головной боли.
- Что-то не так... - я замираю.
Приваливаюсь спиной к черной полированной стенке и тут же сжимаюсь от прошивающего меня нового приступа боли.
Низ живота словно кто-то пронзает плазменным резаком.
- Ууу, - закусываю губу и сжимаюсь в тугой комок из оголенных нервов.
- Твою... - шипит Игория. - Осталось немного...
- Иди, - выдыхаю я и заваливаюсь на бок в тесном пространстве вентиляционной шахты.
Боль обручем сковывает мою голову. Зажмуриваю глаза и дышу рваными глотками.
Подтягиваю колени к подбородку и...
Ощущаю на своем лицо ледяную ладошку.
- Ты горишь, неженка! Да что эти шварки с тобой сделали? - выплевывает она ругательства.
- Это... не...они... - хрипло выдыхаю и снова корчусь от нестерпимой боли.
На этот раз она накатывает яростными волнами и почти не дает времени на передышку.
Мне больно даже дышать.
- Уходи... одна...- рычу сквозь сжатые от боли зубы.
На что получаю яростный ответ.
- Ни за что, неженка!
Последнее, что я вижу это яростный взгляд Игории, полный решимочти и уверенности.