Глава 8. Градиент

Плотный, переливающийся всеми оттенками алого, синего и аквамарина кокон из мужских шлейфов, казалось, почти полностью поглотил моё тело. Они обвили меня так плотно, что я теперь самой себе напомнила гусеницу, готовящуюся к окукливанию.

Они не столько сковывали, сколько окутывали в кокон — сплетение было настолько плотным и хаотичным, что лишь частично прикрывало мою наготу, оставляя просветы и создавая причудливый, сюрреалистичный рисунок на коже.

Невероятно, но я чувствовала прохладу синих струй Нокс-Тара, живое тепло медных лент Треес-Ола и вибрацию сложных узоров Рекс-Тара.

И все это продолжало шевелиться, переплетаться еще больше и заворачивать меня плотнее. Точно куколка… Только вот бабочкой мне точно не стать.

— В рубку, срочно! — резко скомандовал Нокс-Тар.

А затем стало происходить что-то совсем уж невероятное.

Алые шлейфы Треес-Ола окончательно и бесповоротно притянули меня к его груди, лишив возможности даже пошевелиться.

Один широкий шлейф плавно лег мне на рот, мягко, но недвусмысленно намекая: мне следует молчать. В его бордовых глазах горела предельная концентрация и расчёт.

Ясно. Смотреть и не мешать. Это я могу.

И я смотрела… Наблюдала верх эффективности, на которую только способны разумные существа.

Корабль нещадно трясло, пространство внутри него теряло ориентацию, но эти трое, несмотря на дикое переплетение шлейфов, двигались как единый организм.

Они неслись по коридорам, выбрасывая новые шлейфы и используя их как дополнительные конечности, с силой отталкиваясь от стен, потолка, дверных косяков, чтобы преодолеть бушующий хаос коридора.

Мы так и влетели в рубку единым спутанным клубком.

Маршалы, зацепившись шлейфами за командирские кресла и интерфейсы, отрывисто переговаривались, их голоса чётко и спокойно, перекрывая грохот незакреплённых вещей в флаере и тревожных сирен.

— Градиент необъяснимо сорвало в гипер-прыжок прямо на стоянке.

— Мы в открытом космосе.

— Навигация мертва. Выбросило из гиперпотока в неизвестный сектор.

— Гравитационная аномалия в десяти кликах. Показатели… Чёрная дыра. Карликовая, но очень голодная.

— Тянет к себе. Стабилизаторы на пределе. Импульсных двигателей не хватит, чтобы вырваться.

— Градиент не отвечает на прямые команды. Связь с бортовым ИИ обрывочная.

Рекс-Тар усмехнулся:

— Первый раз вижу, чтобы ты, Нокс, со своим Градиентом не мог справиться.

— Первый раз вижу, чтобы всё настолько пошло вразнос, — огрызнулся Нокс-Тар, терзая интерфейсы стремительно мелькающими длинными пальцами.

— Выводи все данные, что есть, — отрезал Треес-Ол, — выкрутимся. Не впервой.

Они продолжали стремительно переговариваться, их руки и шлейфы мелькали.

А я внезапно с растущим ужасом осознала сразу две вещи.

Первое: это не просто большой флаер. У него есть собственное имя, и маршалы называли его Градиентом.

Такой же знаменитый, как и сам Нокс-Тар. Я слышала о нем. Это корабль-разведчик, способный к маскировке под любые объекты, вон он и принял форму большого флаера.

Второе: моя паника, наконец, схлынула, вытесненная холодным и резким расчётом.

Позже разберёмся со сцепкой, с императором, с позором, но сейчас…

Судя по разговорам маршалов, сейчас, по неизвестной причине, нас выкинуло с безопасной планеты куда-то в космос. В неизвестный сектор. Да ещё и рядом с чёрной дырой, которая нас туда затягивает.

Это прямая угроза жизни — моей и трёх столпов Альянса.

А виной всему этому… я.

Гибель маршалов из-за землянки-неудачницы станет для Земли не дипломатическим скандалом, а приговором. На этом фоне наша сцепка вообще сущая ерунда, о которой и волноваться не стоит.

В конце концов у меня уже была сцепка, с одногруппником, в самый первый мой год в академии. Он тогда отказался от меня. Категорично и сразу. Хорошо, что свидетелей не было. Никто так ничего не узнал. И я похоронила эту тайну глубоко внутри.

Странно, что теперь вспомнила.

Да, мне было больно тогда. Безжалостно разбитая едва родившаяся надежда всего парой резких фраз. Тот парень мне нравился, но нашу сцепку он посчитал ошибкой. Сказал, что таким неумехам и страшилам, как я, вообще нельзя было каф выдавать, и велел держать рот на замке.

Было ужасно горько и обидно. Но я справилась. Вырвала его слова из сердца. И стала лучшей среди землян. Даже страшилой меня никто больше никогда не назовёт. Только красавицей теперь называют…

Не важно! Справилась тогда. Сейчас тоже справлюсь.

Останусь лучшей. И моя паника здесь точно не помощник.

Всё. Успокоилась. Вспоминай, чему учили!

Я впилась глазами в бешено мелькающие данные на главном голографическом экране, цепляясь за знакомые символы, формулы гравитационного манёвра.

Четыре года академии, сотни часов симуляций не прошли даром.

Я увидела слабину в смертоносном танце гравитационных полей — предвестник узкого коридора для рывка, который скоро откроется.

Мне нужно было сказать! Но алый шлейф Треес-Ола на моих губах был непреодолимой преградой.

Чистая, обжигающая злость вспыхнула во мне и придала дополнительных сил. Я обязана им сказать!

Мой каф, видимо, понял, что с хозяйкой — то есть со мной — сейчас шутки плохи, и перестал сбоить. Послушался.

Повинуясь мысленной команде, мой собственный, ещё дико спутанный шлейф дернулся. Поднырнул под чужой шлейф под ухом, и резким движением оттянул его вниз, освобождая мне рот.

Треес-Ол тут же бросил на меня быстрый, изумлённый взгляд. Но мне было уже не до его удивления.

Мой голос прозвучал хрипло, но чётко, перекрывая грохот и голоса маршалов.

— Через четыре минуты откроется коридор! Нам надо направить Градиент туда, и…

Под тяжелеющими взглядами маршалов, я выдавала расклад, чётко, не падая в подробности, но и не упуская промежуточные этапы, которые привели меня к таким выводам.

— Градиент, записал? — резко спросил Нокс-Тар, едва я перевела дух.

— Да, Нокс, — наполнил рубку мягкий вкрадчивый мужской голос. — Очень нестандартно. Ошибок много. Но ход мыслей уловил. Запустил расчёты. Десять единиц...

Маршалы не сводили с меня глаз. Ждали. И я ждала, стараясь не впадать в панику от тяжёлой мужской руки, придавившей моё бедро и поправившей моё положение — я всё ещё была притянута к высокому мощному телу Треес-Ола.

— Вывожу расчёты, — довольно заявил Градиент спустя где-то десять секунд, хотя мне они показались вечностью.

Интерфейсы наполнились водопадами новых данных.