Глава 20. Несдержанность

Не дожидаясь моего ответа, Ларс движется во мне снова. Резко и глубоко. Идеально правильно. Так, как нужно мне. Как мне жизненно необходимо.

Очередная волна удовольствия накатывает на меня неотвратимо.

Ларс уже не целует. Размеренно, уверенно, неутомимо вторгается в меня, неотрывно глядя в моё лицо.

Эрд тоже смотрит.

А я вдруг перестаю смущаться их взглядов.

Наоборот. Они лишь ещё больше распаляют меня.

Мне нравится, нравится, нравится! Как же мне это нравится!

Отпускаю себя наконец-то.

Уже ничего не изменить.

Всё уже случилось.

Мне никогда в жизни не было так хорошо.

Поднимаю глаза на загадочно мерцающие лианы и волны розоватых искр на тёмно-синем мху.

Их становится всё больше. Они окутывают всю комнату, и даже поднимаются на край кровати.

— Ларс, — в голосе Эрда напряжение.

— Вижу.

Ларс целует меня в губы, смотрит в глаза.

— Ничего не бойся, малышка, — серьёзно говорит мне он.

Верю ему сразу. Бояться мне нечего.

Слабо киваю. Он снова целует, и начинает чертить дорожку поцелуев ниже по моему телу.

Шея, ключицы. Сминает обеими ладонями грудь, лизнув по-очереди соски, заставляя меня охнуть и выгнуться от удовольствия.

Пока Ларс ласкает мою грудь, моими губами овладевает Эрд. Жёстко, властно, заставляя отвечать на ласки его языка, трогать его языком в ответ, получая от его требовательного напора ещё больше удовольствия.

Ларс спускается ниже, осыпая поцелуями живот. Сжимает мои бёдра, раскрывает их широко, и целует половые губы, надавливая языком, дразня вибрацией, втягивая клитор умелым ртом.

У меня вырывается стон за стоном, приглушённые поцелуем Эрда.

Я вцепляюсь пальцами в простынь, и практически сразу содрогаюсь всем телом, выгибаюсь дугой от острого, яркого наслаждения.

— Умница, — одобряет Эрд, поглаживая мои подрагивающие губы своими жёсткими губами. — Тебя кто-нибудь целовал так, как тебя целует Ларс?

Я краснею и мотаю головой.

— Тебе нравится? — в голосе Эрда явное довольство.

Киваю, не в силах сказать и слова.

— Мужчинам тоже нравятся откровенные поцелуи, девочка моя, — заговорщицки подмигивает мне Эрд. — Тебе очень хорошо. Это очевидно. Я хочу, чтобы ты мне тоже сделала хорошо.

Пока я непонимающе смотрю на него, Ларс снова целует моё пульсирующее лоно, проводит нежно языком по складочкам, и у меня вырывается громкий стон удовольствия.

В этот момент Эрд придвигается ближе, заставляя меня замереть от восторга — как же легко и красиво напрягается его мощное совершенное тело, прорисовывая крышесносный рельеф гармонично развитых мускулов.

Поднимаю взгляд на его красивое открытое лицо: сейчас он не хмурится, смотрит на меня, любуясь, откровенно наслаждаясь происходящим.

Мне передаётся его настроение — лёгкое, с полным погружением в происходящее.

В этот момент Ларс целует мои половые губы сильнее, втягивает твёрдыми губами клитор и гладит его кончиком языка. Ох… как я жива ещё от такого потока удовольствия, не представляю.

Но мужчины и не думают останавливаться. Наоборот. Они намерены продолжать и продолжать.

Ректор придвигается ко мне ближе. Приподнимает мою голову широкой ладонью, зарываясь пальцами в волосы. Берёт свой крупный напряжённый член другой рукой и подносит крупную красивую головку к моим губам.

— Попробуй, — приказывает Эрд, в ответ на мой ошеломлённый взгляд. — Ларс тебя целует, тебе нравится. Сделай так, чтобы твой поцелуй мне тоже понравился.

Я краснею, но… не могу отрицать, что мне любопытно и хочется его попробовать.

Осторожно вдыхаю его чистый мужской запах, и возбуждаюсь от этого ещё сильней.

Даже не знаю, что меня больше возбуждает.

То, как жадно, с предвкушением смотрит на меня ректор, или то, что Ларс оторвался от моих половых губ, гладит их сейчас пальцами, а сам смотрит на меня.

— Целуй его, Маша, — приказывает Ларс, — мы оба хотим на это посмотреть.

От приказа министра меня просто кроет… От порочности происходящего накатывает стыд, но он тут же смывается жаркой волной желания.

Меня выгибает от новых действий Ларса — он гладит пальцами между складок, проникает двумя пальцами внутрь меня и гладит большим пальцем клитор. Другой рукой он гладит мой живот. Его руки бугрятся гармонично-красивым рисунком мускулов. На его красивом лице жадное предвкушение.

Я решаюсь. Открываю рот, высовываю язык и осторожно касаюсь кончиком языка подрагивающую крупную головку. Вкусный, чуть солоноватый. Оказывается, это совсем не страшно.

Рука Эрда в моих волосах сжимается, стискивая волосы на затылке, запрокидывая мою голову, вынуждая поднять на него глаза.

Ох… ну и зрелище. Огромный, красивый, рельефный. С жадным, горящим, восхищённым взглядом.

— Как же ты смотришься, Маша, — вдруг выдыхает он. — В жизни ничего красивее не видел. Давай, малышка, возьми его в рот.

Ободрённая жгучим, жадным взглядом Ларса и словами Эрда, я открываю рот пошире и обхватываю головку губами.

Больше просто не помещается. Эрду это не мешет. Ему, похоже, сам факт был нужен. Посмотреть на меня при этом.

Пальцы Ларса тем временем творят с моим телом внизу необычайное. Ощущения новые, но столь же острые. Он двигает пальцами внутри меня настолько идеально возбуждающе, что я забываю обо всём.

Эрд сам двигает рукой по своему члену, глядя, как я держу его головку во рту, поглаживает мои волосы.

— Вот так, умница. Языком ещё лизни. О да… Вот так. Как же ты смотришься, милая. Ещё пососи. Да, так. Да…

Ларс вдруг делает что-то со мной пальцами такое, от чего меня выгибает дугой, и я выпускаю член Эрда.

Мужчинам приходится меня держать вдвоём, потому что меня трясёт, я буквально вою от ослепляющего удовольствия, как мне всё это вынести?

Легко мне это вынести, потому что даже этого мне мало.

Я вдруг отчётливо понимаю, что вот оно. Вот сейчас всё просходит.

— Ещё, — вдруг выстанываю я. — Я хочу ещё!

Мои мужчины смеются, и в четыре руки разворачивают меня. Ставят на колени и локти, попкой к Эрду, и теперь уже Ларс подносит свой крупный красивый член, перевитый венами, к моим губам.

— Поцелуешь меня, Маша? — поднимая меня за подбородок властным жестом, спрашивает он.

Я даже замираю от звука его низкого хриплого голоса, от его полупросьбы-полуприказа, от восхищённого горящего взгляда.

Эрд не торопится вторгаться внутрь меня, гладит, мнёт мои ягодицы сильными руками, целует мою спину, вырисовывая на ставшей сверх-чувствительной коже затейливый узор губами и языком.

А я, подняв голову, смотрю на Ларса, на его мощное идеальное тело, любуюсь крышесносным рельефом идеального рисунка мускулов, чувствуя себя особенно открытой, когда он приподнимает под подбородок моё лицо, с азартным предвкушением рассматривая меня.

Вместо ответа, я перевожу взгляд на его пах и облизываю губы. Ларс понимает и подносит свой внушительный член к моим губам.

Он длиннее, чем у Эрда, и немного тоньше, но всё равно здоровенный и очень красивый. Да и весь Ларс красивый. Мужественной, жёсткой мужской красотой.

Открываю рот, позволяя Ларсу проникнуть в мой рот. Улыбаюсь, услышав его хриплый протяжный стон.

И в следующий момент стону уже я, от того, как Эрд, позади меня, гладит головкой своего члена по половым губам и уверенным сильным движением, вторгается в меня.

Ларс теперь держит мою голову обеими руками, за затылок и за шею, поворачивая меня так, что я могу ещё шире открыться ему. Странно, такой крупный, но он помещается у меня во рту весь, начинает двигаться, неотрывно глядя на меня.

— Да, девочка моя, да, возьми Ларса глубже, — хрипит Эрд, вклолачиваясь в меня сильно и глубоко, вырывая у меня приглушённые Ларсом стоны. — Ты же можешь глубже. Какая горячая. Как же ты поддаёшься, умница, да… о да…

От их взглядов, слов, действий, ощущений, меня просто сносит.

Голова наконец-то полностью отключается. Остаётся одно длинное, нескончаемое, совершенно безумное по накалу наслаждения.

Мне нравится вкус и запах Ларса, мне нравится ощущать его сильные и нежные руки в своих волосах и на шее.

Особенно мне нравится то, что они оба наконец-то перестают сдерживаться. Вторгаются в меня с двух сторон. Грубо и несдержанно. И при этом бережно, точно зная, до какого предела они могут всё это делать со мной.

Ни малейшего дискомфорта. Только концентрированное удовольствие.

Их властные умелые руки, собственническое присваивание, резкие и сильные движения.

Полное осознание своего права брать меня так, как им хочется. Так, как совершенно точно максимально понравится мне.

Совершенно теряю ощущение времени. Полностью отпускаю себя. Взрываюсь наслаждением снова и снова. Позволяю им обоим полностью распоряжаться собой.

Становлюсь разогретым воском, всё более послушной и отзывчивой в их сильных и опытных руках.

Похоже, именно эта моя отзывчивость на их ласки окончательно срывает их обоих с тормозов.

Они меняют позиции, вторгаясь в меня с двух сторон. Осыпая поцелуями, ласками, тысячами восхищённых и одобряющих слов.

Растворяюсь в блаженстве. Полностью отдаю себя им.

Концентрированное, вселенское наслаждение. Быть — их. Принадлежать — им.

Не знаю, сколько длилось наше безумие.

Просто в какой-то момент понимаю, что лежу между ними, укутанная их довольными и восхищённым шёпотом, совершенно без сил, в облаке непрерывного наслаждения от непрерывно гладящих меня сильных и нежных рук.

— Маша, ты просто сокровище, я бы точно не останавливался, но тебе пора отдыхать.

— Девочка моя, хватит уже тебе, потом ещё продолжим. Спи.

Засыпаю с улыбкой на губах.

И снится мне красивая тёмно-фиолетовая планета. Она мне запомнилась смутно.

После сна остаётся ощущение тепла, спокойствия и уюта. Сама жизнь, в её максимальной концентрации, мною очень довольна и полностью одобряет меня.

Просыпаюсь от того, что хочется пить. Оглядываюсь: обычная комната с дорогой обстановкой, ни следа растительности. Едва я пошевелилась, мужчины по бокам от меня тут же проснулись.

Вспоминая и осознавая всё произошедшее, краснею и натягиваю на себя простыню повыше.

— Будешь жалеть? — цепко всматриваясь в моё лицо, спрашивает Эрд.