Глава 15. Вопросы

Смотрю на мисс Гнорг и жду продолжения, но она снова молчит.

– Были? – уточняю несмело.

– Это очень древние расы. Их представителей осталось ничтожно мало, чтобы говорить, что они есть. Хемеи, химеры, мимикроморфы, метаморфы – последние из известных во вселенной рас, которые обладали внешними признаками землян. Это только навскидку. Были еще. Но назвать их землянами все равно нельзя. Быть и быть похожим – это разное.

– А я могу где-то найти информацию по этому вопросу? – поторапливаю зависшую инопланетянку, потому что скоро у меня начнется очередная лекция и мне совершенно не хочется вновь опаздывать.

– Не думаю, что в обычной библиотеке ты найдешь такую информацию. Если только научные работы и исследования. Но, чаще всего, они доступны только с определенного уровня. Ты ещё не имеешь ученого звания и нужного доступа для изучения протоколов. Большинство информации ранее было засекречено. Многие расы враждовали между собой и истреблялись из-за угроз межгалактическим отношениям.

– Я хотела бы в будущем изучать виды, похожие на свой. Возможность их смешения, скрещивания, воспроизведения. – болтаю все, что приходит на ум, лишь бы выудить ещё какую-то информацию. – Но, если их совсем не осталось, значит, они были… не нужны?

– Скорее, опасны или галактически не выгодны в то время, когда космос стал открыт для исследований. Та же раса хемеев – воинов, которые могли бы за счёт своих способностей захватывать другие планеты, – опасна была просто потенциально. Слишком независимы и свободолюбивы оказались. Не шли на уступки. А их планета была рогом изобилия по необходимым для гиперзвуковых прыжков металлам. И их истребили.

– А что умели все эти хемеи и мими… – меня прерывает звонок.

Мисс Гнорг плавно ведёт длинной тонкой рукой в сторону выхода из аудитории.

– Нам пора, студентка Дрэйд, – вздыхает она и плавно двигается к выходу, – у меня лекции для второго курса, но я с удовольствием поговорю с тобой об этом завтра, после занятий.

Разочарованно вздыхаю и иду следом за ней. Поблагодарив, бегу на другой этаж. Опоздала, но хоть что-то узнала. По крайней мере, я знаю, в какую сторону теперь копать. Может, тот самый незнакомец, от которого у меня мутится рассудок, относится к какому-то из тех видов? Но что он делает в Академии? Если бы он здесь работал, его бы обязательно заметили.

Перепрыгивая через ступеньку, заворачиваю за угол и со всего размаху врезаюсь во что-то твердое.

Удар такой силы, что я отскакиваю, как мячик, и падаю, нелепо взмахнув руками.

– Дрэйд, – слышится вздох над головой и я вся сжимаюсь от ужаса, – почему я не удивлен?

Поднимаю глаза на ректора и вижу его руку. Он протягивает ее мне, чтобы помочь подняться.

– Простите, маршал Рэдфилд, – краснею, вспоминая то, что между нами произошло в его секторе, но несмело вкладываю пальцы в его ладонь.

Сжав их крепче, ректор в один рывок поднимает меня на ноги.

– Скажи, пожалуйста, – он склоняет голову на бок и пристально смотрит на меня, – какие такие важные у тебя дела здесь, что ты то и дело опаздывает на занятия?

– Я просто задержалась после занятий по генетике. У меня возникли вопросы по теме к мисс Гнорг. – смущённо опускаю глаза в пол. – И я не уследила за временем.

Маршал молчит, а я боюсь, что он сейчас снова придумывает какое-нибудь наказание.

– Ты очень очаровательно краснеешь, когда врешь, Дрэйд, – вздрагиваю от его насмешливого тона и, конечно же, краснею.

– Я не вру, – смотрю ректору в глаза. И опять краснею. Начинаю нервничать из-за своей дебильной неуверенности в себе и странной реакции на взгляд маршала.

– Хорошо, иди, – коротко улыбается он и я, не сдержав облегченного выдоха, бросаюсь к дверям аудитории.

– Дрэйд, – окликает меня ректор и я оборачиваюсь, – после столовой зайди в мой кабинет. У меня появились к тебе дополнительные вопросы.

О, нет, пожалуйста. Я не выдержу. У меня и так ноги дрожат от одного его взгляда.