Глава 28

Глава 28

— Что делать будем? — спросила я, глядя на гнома.

Он стоял и смотрел на меня стеклянными глазами, очень сильно переживая за брата. С одной стороны, если пропали дроу и гном, а их тела не найдены, то можно предположить, что они в плену у кого-то. С другой — маг может спрятать тело так, что его вообще никогда не найдут. Подозреваю, что мой жених просто испепелит любого, кто будет ему неугоден.

— Я не знаю! — повел плечами парень.

А потом еще немного постоял, и вдруг его лицо озарилось улыбкой. Он начал наступать на меня.

— Что? — не поняла его намерений, но на всякий случай вжалась в диван, на котором сидела.

— Стеф! — заискивающе произнес он.

— Что? — в том же тоне ответила я.

— Стеф! — снова произнес он.

Подозреваю, что я была главной исполнительницей его грандиозного плана.

— Да говори уже! — не выдержала.

Он сел рядом и пронзительно, пристально посмотрел.

— Я слышал, как Даршасс предлагал тебе место на его факультете!

Вот так и знала, что он предложит мне распутывать это.

— И что? — сделала вид, что совершенно не знаю, к чему он клонит.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я хочу тебя попросить! — раскрыл притворство гном.

— Ты хочешь, чтобы я попала в академию и разузнала про то, что происходит?

Гном закивал.

— Я хотела через три месяца покинуть ваш мир и вернуться к себе! — печально проговорила я.

— И ты думаешь, что Темнейший тебя отпустит? — с сомнением в голосе сказал Гай.

— Ему и дела нет до меня, ты же видишь!

Трудно признать: хотелось его извинений, внимания, но возвращаться я все равно не собиралась. А оказалось все проще: темный для себя решил, что ему не нужна такая обуза, как я, поэтому и не ищет.

— Ну да! — выдохнул гном. — Именно поэтому со вчерашнего дня вокруг нашего дома кругами ходит волк.

— Эсбер? — ахнула я.

— А это не тот, кого помиловали? — вопросом на вопрос ответил Гай.

— Его! Только не понимаю почему! — покачала я головой.

Нет, я, конечно, была рада, что из-за меня его не лишили головы, но от этого любопытство не стало меньше.

— Оборотни говорят, что его сменщика обезвредила какая-то дамочка, поэтому вину в том, что он упустил эту самую дамочку, Эберу смягчили, и теперь он на испытательном сроке!

Я вздохнула с облегчением.

— Значит, теперь они меня считают катастрофой? — виновато спросила я.

— Совет оборотней? Однозначно! Мой товарищ говорит, что Эсбер в клане стал легендой, охраняет такую взбалмошную и непредсказуемую человечку! — гном не просто засмеялся, а натурально заржал как лошадь.

— Очень смешно! — обиделась я и сложила руки на груди.

— Ладно! Пойдем! — гном встал с дивана и махнул мне рукой.

— Куда? — не поняла я.

— Сначала домой, пообедаем, а потом к лорду Даршасу! — гном был неумолим в своем стремлении найти брата, я его понимала, но не уверена, что хотела бы зависнуть в этом мире надолго.

— Не знаю… — сомнений было больше, но и желание помочь — велико. Все-таки Гай мне не отказал, когда я вчера пришла к нему в дом, зная, что тем самым может навлечь на себя гнев Темнейшего. Не каждый человек так мог бы сделать.

— Стеф! Я обещаю, что как только найду брата, при первой же возможности отправлю тебя обратно на землю.

Этим предложением он заставил меня крепко задуматься обо всем этом более тщательно.

— У тебя есть такая возможность? — с надеждой спросила я, хотя сердце находилось не на месте.

— Есть! — уверенно сказал он.

Это стало решающим словом, после которого я согласилась на авантюру. Сама для себя решила, что это отличная возможность познакомиться с этим миром, перестать смущать семейство гномов, подумать о том, что для меня важнее: гордыня или любовь.

Своими словами Зандер нанес рану, которая кровоточила. Но неужели любовь не способна ее залечить? Тогда не окажется ли, что у нас игра в одни ворота? Не получится ли так, что я пожертвую всем, даже чувством собственного достоинства, ради мужчины, который ни во что меня не ставит? Который при любом удобном случае сбежит к демонице, чтобы выпустить напряжение, что у него копится, пока он пытается удержать меня в золотой клетке за семью замками?

Теперь у меня появится возможность подумать обо всем этом, будет шанс разобраться в себе как следует.

Мы вышли на улицу и лицом к лицу столкнулись с Зандером. Гном многозначительно на меня посмотрел, но жених предостерегающе на него глянул, и Гай ретировался, встав неподалеку.

Мужчина выглядел устало, под глазами залегли темные пятна, на лице проступила небольшая растительность. А вот его темно-синий костюм был с иголочки.

— Стеф! — начал он, но по его тону я поняла, что вряд ли у нас получится конструктивный диалог. — Я хочу, чтобы ты вернулась домой.

— Зачем?

Я ждала слова любви и как нужна ему.

— Ты — моя невеста, а в городе небезопасно!

Снова захотелось заплакать.

— Ты предлагаешь мне опять сидеть в доме, общаться с твоей матерью, которая терпеть меня не может, которая сделать все, лишь бы мы не поженились? Ты предлагаешь ежедневно выслушивать твои рассуждения о том, с кем я успела переспать в твое отсутствие?!

Я видела, что от этих слов его глаза начинали темнеть, но не могла себя остановить.

— Стеф, ты перегибаешь палку! — прорычал он.

— Знаю! — уже чуть не плача проговорила я. — Но не это я хотела от тебя услышать!

— А что ты хочешь? — рявкнул он.

— Я хотела услышать о твоих чувствах! С тех пор, как мы здесь, мы только и делаем, что ссоримся! Ты со мной обращаешься, как с неразумным существом, как с комнатной собачкой! — слезы полились из глаз.

— О чувствах? Неужели об этом надо говорить? Да я умереть за тебя готов, только ты как раз ведешь себя как неразумный ребенок. Я каждую минуту боюсь услышать, что ты пропала, поранилась, убилась! Я работать не могу! Вообще ни о чем не могу думать, кроме твоей безопасности! Скоро спать перестану! — теперь орал он.

Но странное дело: никто не смотрел на нас подозрительно, неужели не слышат?

— Так избавь себя от моего присутствия! — не смогла я сдержать эмоций.

— Ты моя невеста! — рявкнул он.

— Так забери кольцо! — и с рыданиями я начала пытаться стянуть украшение.

В этот момент взревел огонь, открылся портал и Зандер исчез. Трус!

Я перестала дергать свой палец, закрыла лицо руками и разрыдалась еще сильнее.