Глава 52. Максимус

Максимус эль Кортерра

Раздражаюсь. Глаза загораются ярким бирюзовым цветом.

— У меня на руках наша девочка! — цежу сквозь стиснутые зубы, чтобы не разбудить её.

Алекс оборачивается с ехидной ухмылкой на лице. Что его так веселит?!

— Они починили всё, — шепчет довольно.

Перевожу свой взгляд и замечаю, что от оставленного разгрома не осталось и следа.

— Нам меньше забот, — отвечаю и мысленно вычёркиваю самый муторный пункт из своих планов на ближайшие дни. — Не нужно заниматься ремонтом.

Заходим в квартиру и направляемся в гостевую комнату на второй этаж. Укладываю малышку на середину кровати. Она так крепко спит, что даже не просыпается, лишь удобно устраивается и продолжает видеть свои сладкие сны.

— Я останусь здесь, — говорю тоном, не терпящим возражений.

— Я тоже, — побратим пожимает плечами, как будто это решение само собой разумеющееся.

Теперь моя очередь усмехаться, но я его прекрасно понимаю, мы слишком долго ждали. И сил держаться на расстоянии больше не осталось — они все растрачены.

Принимаю душ в ванной, примыкающей к гостевой, Альварез же уходит в какую-то другую.

В комнату возвращаемся практически одновременно, хмыкаем, оглядев друг друга, и направляемся к кровати. Укладываемся по обе стороны от Марии...

Стоит только лечь рядом с любимой, моё тело тут же охватывает жар, будто кто-то поджёг кровать и я плавлюсь на ней... мозг напрочь отключается. Разум проваливается куда-то в бездну.

Прижимаюсь к малышке, положив ладонь на живот и слегка притянув её к себе. Она сонно реагирует на прикосновение и перекладывается ко мне на предплечье, поворачиваясь боком и утыкаясь сопящим носом в грудь. Обнимаю её и прикрываю глаза.

Наконец-то всё правильно.

Слышу, как Алекс копошится, но не открываю глаз, чтобы не смущать его. Хотя такого, как он вряд ли можно смутить взглядом или чем-то другим... Иной раз мне кажется, что он непрошибаемый. Побратим обнимает Марию сзади, прижимаясь со спины. Чувствую это, потому что он немного сдвигает её, потянув в свою сторону.

Позволяю, не удерживаю. Нам необходимо научиться сосуществовать вместе. На одной территории. Быть одной семьёй. По-моему, какие-то сдвиги в направлении дружеского сближения мы уже делаем.

Я не испытываю к Алексу негатива. Он нормальный мужик, правда, со своими сарсурами в голове.

Но кто без них?!

Ревность тоже не испытываю... то, что было в пустыне — недоразумение. Ведь я был рад за него и за них... однако страх, что малышка откажется от меня, выбрав только Альвареза, отключил мне здравый рассудок.

Сейчас всё. Нас трое. Для меня иметь такую семью — нормально, в порядке вещей. Надеюсь, побратим тоже готов к этому и не испытывает внутренних терзаний, что не останется единственным. Обычно люди тяжело принимают такой расклад, но верю, что он не из таких.

Когда мы оба устраиваемся поудобнее, сон начинает затягивать в свои сети. Усталость камнем давит на плечи, а тело никак не может расслабиться, находясь в режиме боевой готовности... во всех смыслах.

Прежде чем погрузиться в сновидение, думаю о том, что совсем скоро все мои тайные желания и фантазии воплотятся в жизнь...

***

Мария, вся раскрасневшаяся, с горящими от нескончаемых поцелуев губами лежит подо мной. Обнажённая, полностью открытая.

Моя... Для меня.

Возвышаюсь над ней. Одной рукой опираюсь на кровать, другой ласкаю её большую, упругую грудь с возвышающимися пиками. Смотрю в любимые глаза, горящие фиолетовым пламенем возбуждения и ищу... согласия. На отказ уже не готов. Я на грани... ещё чуть-чуть и превращусь в дикого, но ласкового зверя. С ней я хочу быть именно таким. Нежным. Ласковым. Преданным.

— Макс, хочу тебя... пожалуйста, любимый. — она елозит, стонет и хнычет. — Не могу больше. Хочу ощущать тебя, принадлежать. Быть твоей, — говорит медленно, вклинивая слова между стонами.

Отрываюсь от груди. Веду дорожку невесомых касаний по животу и спускаюсь ниже. Она вся дрожит, мурашки покрывают тело с головы до ног. Прикасаюсь к складочкам, раздвигаю их и в полной мере ощущаю степень её возбуждения. Мокрая, готовая принять меня.

Ласкаю пальцами клитор, периодически спускаясь к входу... довожу её до исступления. До грани, которую не позволяю перейти. Она напряжена, натянута до предела и вот-вот готова выстрелить, но ещё рано.

Направляю член и медленно начинаю входить в любимую, растягивая изнутри...

— Пиздец, — ругаюсь мысленно. — Так сладко, так тесно...

Вхожу только наполовину, малышка уже начинает дрожать от поступающего оргазма. Толкаюсь вперёд, с силой впиваясь пальцами в талию, и заполняю её полностью...