41. Лев

Никогда не думал, что смогу открыться женщине. Причём рассказать всё как есть, без утайки. Но, начав исповедоваться Надежде, уже не смог остановиться.

Я рассказал ей о детстве, о матери и розах, об отце Феодоре, обо всём, что, казалось бы, не нужно знать никому постороннему. Ни одному человеку. Ведь это было моей слабостью и могло использоваться против меня. Но Надежды я почему-то совсем не боялся. Подспудно чувствовал, что могу ей доверять. Что ж, надеюсь, она не предаст это доверие.

После исповеди мне стало намного легче. Словно скинул тяжёлый камень, который нёс на своих плечах много лет. Давно уже я не испытывал такого душевного подъёма. Впрочем, я вообще раньше никакого душевного подъёма не испытывал. Это чувство было мне внове. И пришлось весьма по вкусу.

Одеваясь, я чуть ли не насвистывал какой-то незатейливый мотивчик. А обнаружив это, удивился. Раньше не замечал за собой подобной склонности.

Надя тоже оделась, и, увидев её при свете утра во вчерашнем красном платье, я подумал, что она неплохо бы смотрелась в одной из моих рубашек. Пора ехать домой и везти туда свою девушку. Мне нравилось думать так о Надежде. Думаю, надеюсь, всё у нас получится. По крайней мере, я приложу к этому все силы.

Мы спустились вниз и сели в машину. Надежда вдруг увидела забытую вчера сумочку. Похоже, вечером не я один потерял голову и забыл обо всём на свете.

Она просмотрела сообщения и нахмурилась.

– Лев, мне нужно домой, – произнесла кисло.

– Сообщить подруге, что ты жива? – наверняка та волновалась, если Надежда не предупредила, что останется ночевать со мной.

Да и как она могла предупредить? Для нас обоих это было более чем спонтанно. И как я раньше мог впадать в панику от каждой неожиданности? Оказывается, они могут быть очень и очень приятными.

– Ага, – подтвердила она мою догадку.

– А почему не хочешь позвонить и сказать? – уж слишком не терпелось мне привезти Надю к себе домой, где я смогу чувствовать себя уверенней и полностью расслабиться. Снова заняться с ней жарким сексом…

– Лучше сразу вживую, всё равно ведь заставит приехать, это ж Танька… – Надины аргументы были сильнее.

– Хорошо, – был вынужден согласиться.

А что я мог сделать? Ну придётся потерпеть лишние полчаса. Выдержу. Я, вообще, за последние дни стал очень спокоен и терпелив. Эдакая аллегория терпения и спокойствия.

Повернул руль, и машина плавно выехала с парковки. Обычно у меня более резкая манера вождения. Я езжу быстро, чтобы терять меньше времени на передвижение. Но сейчас рядом со мной сидела Надежда. А её мне не хотелось подвергать излишнему риску.

Чтобы добраться до Надиного дома понадобилось чуть больше десяти минут. Я остановил автомобиль и выключил двигатель, приготовившись ждать.

– А ты разве не пойдёшь со мной? – девушка нерешительно замерла, уже держась за открытую дверцу. Она смотрела на меня широко распахнутыми от удивления глазами, в которых мелькнуло разочарование, а затем испуг.

Она что, думает, я собираюсь уехать один? Ну уж нет, малышка, не дождёшься. Я тебя уж точно не брошу!

– Подожду тебя здесь. Иди.

Надежда с сомнением улыбнулась, но всё же вышла из машины и направилась к подъезду. Я смотрел на неё сквозь пассажирское окно.

Вот она остановилась у двери, нашла в сумочке ключ, уже почти поднесла его к устройству домофона, но вдруг замерла. Обернулась. И решительно зашагала обратно.

Что ещё случилось? Внутри начал медленно нарастать страх, который постепенно становился всё сильнее, заставляя холодеть конечности.

Неужели Надежда передумала ехать со мной? Я, конечно, не слишком разбирался в женщинах, но что-то слышал об их непостоянстве. Вдруг она решила, что ей не нужен такой больной ублюдок, как я?

Ужас сковал мне горло, не давая вдохнуть. Паника радостно раскрыла свои объятья. Всё то время, что девушка двигалась к машине, я практически не дышал

Когда Надежда опустилась на переднее сиденье рядом со мной, меня уже ощутимо потряхивало. Сильнее сжал руль, чтобы скрыть дрожь в пальцах.

Пару секунд она смотрела в окно перед собой, а потом резко повернулась ко мне и сказала:

– Пошли со мной.

Фу-ух. Облегчение было столь велико, что мне даже не пришло в голову спорить и отнекиваться. Ну разумеется. Она не бросает меня. Она хочет, чтобы я пошёл вместе в ней.

– Конечно, – я вытащил ключи зажигания и вышел из машины.

Если бы мне ещё несколько дней назад сказали, что я радостно помчусь к девушке в гости… Я бы даже не смеялся, просто покрутил пальцем у виска. А сейчас чувствовал только облегчение и небывалый душевный подъём. Она хочет, чтобы я пошёл с ней.

– Думаю, при тебе Танька будет сдержаннее, а к завтрашнему дню вообще остынет и не будет меня ругать, – размышляла Надежда, пока мы поднимались по лестнице. – Заодно и переоденусь во что-нибудь более удобное.

Я шёл следом за ней и следил за тем, как струящаяся ткань платья облегает её ягодицы. Так хотелось прижаться к ним бёдрами, ощутив упругую мягкость женской попки.

Может, задержаться на несколько минут? Я осмотрел лестничный пролёт и бросил взгляд выше. Нет, не сейчас. Не стоит делать это здесь. Сумею потерпеть до дома.

Как же легко быть спокойным, когда точно знаешь, что вскоре будешь обладать своей женщиной. Не в этом ли заключалась причина, по которой люди вступают в брак?

Хм, в каком причудливом направлении двигаются мои мысли. Я даже усмехнулся про себя.

Надежда остановилась у двери в квартиру, и я, задумавшись, врезался в девушку. Вместо того чтобы отпрянуть в испуге, замер, вжимаясь в её тело мгновенно отреагировавшим на прикосновение младшим другом.

Она тоже замерла, откинулась назад, слегка двигая бёдрами вверх и вниз. Лишь одного движения оказалось достаточно, чтобы чресла обожгло пламенем.

– Если ты сейчас же не откроешь эту чёртову дверь, твоих соседей ждёт большой сюрприз, – хрипло рыкнул ей в ухо. И я не шутил. Моё тело так остро реагировало на эту женщину, что вырабатываемый годами самоконтроль был совершенно бессилен справиться со столь сильным влечением. – Я трахну тебя прямо здесь.

Так и не повернувшись ко мне, Надя сглотнула. Пару секунд она стояла недвижимо, словно сомневаясь – открыть дверь или позволить мне осуществить свою угрозу. Но затем здравый смысл всё же восторжествовал над гормонами, и девушка открыла дверь.