Глава 6

Тишина в лифте была оглушающей. Я стояла, сжимая папку с документами, чувствуя, как его плечо почти касается моего.

– Вы... – начала я, но он резко перебил:

– Не говорите ничего.

Его лицо было каменным, я заметила, как сжалась его челюсть.

Когда двери лифта открылись, он шагнул вперёд так резко, что мне пришлось почти бежать за ним.

– Артём Валерьевич, подождите!

Он остановился так внезапно, что я едва не врезалась в него.

– Что? – он обернулся, бросил на меня короткий взгляд и тут же отвёл. Я никак не могла понять, что сделала не так.

– Я... – я проглотила комок в горле, – просто хотела сказать, что, кажется, всё прошло хорошо.

– Неплохо, – согласился он.

– Тогда почему вы недовольны?

– Вы что, не понимаете, что это было? – он шагнул ближе, заставляя меня отступить к стене. – Он не собирался показывать вам город. Он хотел показать вам спальню.

Мои щёки вспыхнули.

– Я поняла и не пошла бы с ним.

– Очень надеюсь, – он резко развернулся. – В семь. В холле. Не опаздывайте.

И снова он ушёл, оставив меня стоять с кучей вопросов.

Почему он так разозлился? Почему так резко оборвал? И почему мне так важно это знать?

Я вернулась в номер, сбросила туфли и упала на кровать. Телефон замигал – сообщение от Кости:

«Как дела? Когда вернёшься?»

«Всё хорошо. Только с переговоров вернулась. Попозже позвоню,» – быстро настрочила СМС и уставилась в потолок, вспоминая, как босс поставил чашку, когда тот таец прикоснулся ко мне.

Это была... ревность? Ну во всяком случае очень было похоже.

Я закрыла глаза, представляя, как его пальцы сжимали мою талию во время танца. Как его дыхание обжигало кожу, когда он наклонялся ближе.

В шесть я уже стояла перед зеркалом, примеряя третье платье. Чёрное – слишком официальное. Красное – слишком вызывающее. В итоге остановилась на бирюзовом – лёгком и невесомом, но с кокетливым разрезом и обнажёнными плечами.

Ровно в семь я вышла из лифта. Босс уже ждал, прислонившись к колонне, с телефоном в руке. В тёмном костюме, без галстука, с расстёгнутой верхней пуговицей.

– Вы... – он поднял глаза, и его взгляд медленно скользнул по мне, – пришли вовремя.

– Я умею учиться, – я улыбнулась.

– Похвально, – он сделал шаг вперёд. – Пойдёмте.

– Куда?

– Вы же хотели увидеть Бангкок? – его губы дрогнули. – Я покажу вам город.

Чёрный Mercedes плавно остановился у причала. Я замерла, глядя на ослепительно-белую яхту, подсвеченную голубыми неоновыми огнями. Её корпус переливался в темноте, как драгоценный камень, а на палубе мерцали сотни маленьких огоньков.

– Мы поплывём на яхте? – мой голос прозвучал как шёпот.

Артём Валерьевич лишь кивнул, его рука легла на мою спину, направляя к трапу.

– Всё для тебя, Анюта.

Нас встретили с поклонами. Босс что-то сказал капитану на тайском, и тот рассмеялся, бросив на меня оценивающий взгляд.

Верхняя палуба оказалась роскошной – белые кожаные диваны, хрустальные бокалы на столике, лепестки роз, рассыпанные по полу. И этот вид...

Яхта плавно отошла от берега, и передо мной открылась панорама ночного Бангкока. Небоскрёбы сверкали, как драгоценности, отражаясь в тёмной воде.

– Красиво, – вырвалось у меня.

В этот момент заиграла музыка – томная, завораживающая. На палубе появились танцовщицы в традиционных костюмах. Их движения были плавными, как течение реки, а золотые украшения сверкали в свете прожекторов.

– Это... – я не могла оторвать глаз.

– Кхон. Традиционный танец, – он присел рядом, его плечо коснулось моего. – Вам нравится?

Я только кивнула. В горле пересохло.

Одна из танцовщиц вдруг протянула мне цветок лотоса. Я растерянно взяла его, чувствуя, как босс наблюдает за мной.

– В Таиланде это символ чистоты, – прошептал он. Его пальцы коснулись моих, когда он поправил цветок в моих руках.

Яхта плыла по реке, а я чувствовала, как плыву куда-то сама. В его взгляде, в этом ночном городе, в этом танце...

– Почему вы привезли меня сюда? – наконец спросила я.

Он отпил шампанское, его глаза в свете огней казались тёмными-тёмными.

– Потому что сегодня вы были храброй. И мне захотелось сделать вам приятное.

– Я сказала всего пару фраз!

– Этого хватило, – он улыбнулся. Впервые по-настоящему.

И в этот момент фейерверк осветил небо, окрасив его в миллион цветов. Я вскрикнула от восторга, а он...

Он смотрел не на фейерверк. Он смотрел на меня.

Фейерверк рассыпался по небу алмазными брызгами, но я видела только его глаза – тёмные, отражающие вспышки света. Мое сердце бешено колотилось, будто пыталось вырваться из груди.

– Вы... – я проглотила комок в горле, – часто так развлекаете своих сотрудников?

Его губы дрогнули.

– Только самых лучших.

Шампанское в бокале искрилось, как и всё вокруг. Я сделала глоток, чувствуя, как пузырьки щекочут язык.

– А Катю вы тоже возили на яхту? – сорвалось у меня, прежде чем я успела подумать.

Он медленно поднял бровь.

– Ревнуете?

– Просто любопытно, – я покраснела и быстро отхлебнула шампанского.

– Катя никогда не задерживалась в моей компании дольше необходимого, – он откинулся на спинку дивана, его рука небрежно легла за моей спиной. – В отличие от вас.

Яхта плавно повернула, и вдруг перед нами открылся новый вид – храм Ват Арун, подсвеченный золотом, будто парящий над водой.

– Боже... – я невольно встала, опираясь о перила.

Он встал рядом. Ближе, чем нужно. Его рука чуть коснулась моей талии – будто страхуя, будто просто потому, что могла.

– Нравится?

Я только кивнула. Слова застряли в горле, когда его пальцы слегка сжали мой бок.

Танцовщицы давно ушли. Экипаж словно растворился. Мы остались одни под звёздами и огнями города, и весь мир сузился до этого момента – до его дыхания у моего виска, до расстояния в пару сантиметров между нашими телами.

– Артём... – прошептала я, сама не зная, что хочу сказать.

Он наклонился. Его губы почти коснулись моего уха:

– Да?

В этот момент яхта слегка качнулась, и я потеряла равновесие. Его руки схватили меня, прижали к себе. Я чувствовала каждый мускул его тела через тонкую ткань платья.

– Неуклюжесть – это уже ваша визитная карточка, – прошептал он, но не отпускал.

Я подняла глаза. Его губы были так близко...