Глава 27

Год спустя…

– Сереж, а ты когда домой? – Лерка грустно вздыхала. Проект набирал обороты и муж сутками пропадал на работе. А у нее яблоки кончились. И идти лень. Пока оденется, пока спустится, да и накупит в порыве вдохновения опять всякой несъедобной ерунды.

– Через час дома буду. Говори уже, что опять купить, – в голосе Сергея была улыбка. – Только постарайся не выдать список на сто пунктов.

– Яблоки хочу, – Лерка почесала нос. – Только какие, я не знаю.

– Будут тебе яблоки. Что-то еще?

– Можно персики… и мороженое… О, и виноград! – затараторила Лера.

– Я понял, – засмеялся Сергей. – Скоро буду. Целую.

– И я тебя, – едва положив трубку, Лера заплакала. Ну какой же замечательный у нее муж! Не кричит, что она замучила его своими требованиями, только посмеивается и успокаивает.

Она погладила приличный живот. Ребенок родится крупным, если УЗИ не врет. Два месяца осталось всего до родов. Как ни старалась держать себя в руках, гормоны брали своё. Такое поведение раздражало ее в первую очередь, ведь ну вообще же не такая! Она же спокойная, веселая, а не вот эта плаксивая истеричка с непонятными вкусовыми предпочтениями.

– Так, радость моя, нужно взять себя в руки, – Лерка снова вздохнула, – папа много работает. Он у нас дома строит. Давай не будем ему нервы мотать, а? Ему на стройке этого хватает.

Через месяц у них первая годовщина свадьбы. Гуляли весело, Лера до сих пор вспоминает этот цирк с легким содроганием. Это было поистине незабываемым! Ну и пусть было всего двадцать человек, зато отпраздновали очень тепло, душевно. Так вымотались, что первую брачную ночь просто проспали. Наверстывали потом.

А в Питер так и не съездили. Сергея поглотила работа, и даже пару дней выкроить не удалось. Так что свадебное путешествие только в планах, отодвинутое на неопределенное время. За это время Сергей отремонтировал свою квартиру и сдал ее. Жить так и остались у Леры. И машину свою мужу отдала, потому что такая рассеянная стала, что лучше такси вызвать. Да и вообще в последнее время все свалила на Сергея, а сама только лазила по сайтам и магазинам детской одежды или смотрела всякую ерунду, хотя раньше телевизор ее не интересовал.

Муж, как и обещал, приехал через час.

– Сережка, обожаю тебя, – довольная Лерка, быстро поцеловав мужа, сунула нос в пакеты. Ее интересовали яблоки, и чтобы жена не погнала его снова в магазин, Сергей купил разных: кислых, сладких, кисло-сладких, зеленых, даже на вид дубовых, темно-красных, почти бордовых, ароматных желтых. – Мамочки, какое же первым выбрать?

Сергей только посмеивался над Лерой. Такая забавная стала. А еще ему очень нравилось, что в некоторых местах она поправилась.

– Не вздумай поднимать пакеты, сейчас все на кухню отнесу.

– Я сегодня лазанью готовила от нечего делать. Так ровно шампиньоны я еще никогда не нарезала, – Лерка наконец-то выбрала одно яблоко – бордовое. С ним и пошла на кухню.

– Я скоро в дверь проходить перестану, – Сергей двинулся следом, прихватив покупки. – Ты невозможно вкусно готовишь.

– Серёж, шутишь, да? – Лера с недоумением посмотрела на мужа. – Да тебя скоро ветром сносить будет! Столько бегать по этой стройке.

– Ты хочешь, чтобы я ушел? – Сергей был спокоен.

– Дурак, что ли? – Лера покрутила пальцем у виска. – Тебе же нравится. Да и Ястребов этот теперь с тебя не слезет. А Востровский пусть локти кусает! – воинственно закончила она. – Иди уже переодевайся, что-то я кушать хочу.

Пока муж переодевался в шорты и футболку, Лерка накрыла на стол. За мужем нужно хоть иногда ухаживать. После Сергей, как всегда, устроился на диване с ноутбуком, важный такой, что просто слов нет. А она, запихнув подушку под спину, приютилась к нему под бок.

Чертежи навевали скуку, и Лера, включив телевизор, принялась бездумно щелкать по каналам, не задерживаясь нигде больше, чем на секунду. Шел выпуск новостей, и взгляд зацепился за знакомое название небольшой гостиницы.

– Серёж, – позвала она мужа, – Серёжа!

– Что? – вынырнул он из своих мыслей.

– Гостиница “Изумрудная” – это же проект Востровского?

– Да, – а сам уже пристально вглядывался в экран телевизора. Отобрав у жены пульт, сделал звук погромче.

– … часов тушат огонь. На место стянуты все силы пожарных частей номер восемь, семнадцать и пятой центральной, – говорила журналистка, за спиной которой из окон недостроенной гостиницы вырывались черные клубы дыма. – Буквально час назад пожар удалось локализовать. Часть гостиницы внутри обрушилась. Пострадали трое пожарных. Сейчас они находятся в реанимации ожогового центра в крайне тяжелом состоянии.

– Пятая центральная… – голос Леру не слушался. Кадры пожара приводили в ужас.

– Данька, – Сергей тут же схватил телефон, но абонент не брал трубку. – На смене.

– А узнать, кто именно, можно как-то? – она глазами, полными слез, смотрела на мужа. – Ну не пойдет же он в огонь с сотовым?

– Наверное, должны сообщить родным. Я когда в город ехал, видел столб дыма, но мой объект в другой стороне, – он вздрогнул от завибрировавшего в руке сотового. – Да. Да, мы смотрим новости. Алла, блин!

– Данька в реанимации, – сообщила Алла и всхлип перешел в какое-то жуткое завывание.

– Это точно? – паника сдавила горло, стало трудно сделать вдох. Лера смотрела на него огромными глазами, полными страха, закрыв рот ладонью.

– Точно, – подтвердила Алла. – Родителям уже тоже сообщили.

– Я еду, – Сергей поднялся с дивана.

– Я с тобой, – Лера тоже вскочила.

– Только Лерки с пузом там и не хватало, – сквозь всхлипы проговорила рыжая. – Мира тоже рвется, но… – она высморкалась и продолжила, – пустят только родителей и Еву. Они уже там. Серёж, я приеду? – робко спросила она.

– Конечно, Алусь, приезжай, – Лера тоже активно закивала, по ее щекам тихо текли слезы. Что сейчас чувствует Ева, даже представить страшно. – Тут Денис ломится. Ждем. Да, – резко бросил, переключившись на звонок брата.

– В курсе? – сухо спросил Денис. – Мы к вам выезжаем. Детей Миркиным родителям только закинем. Потом я в ожоговый.

– Алка же сказала, что туда не пустят всех, – ответил Сергей. – Она тоже едет к нам.

– Я только узнать, нужно ли что, – голос Дениса был мрачен, где-то на заднем фоне Мира прикрикнула на детей, чтобы быстрее собирались. – И сразу обратно. Мелкий засранец, – в сердцах выпалил он. – Давай, мы выезжаем.

– Сейчас еще Денис с Мирой приедут, – сообщил Сергей жене.

– Да-да, Сереж, конечно, – отмерла Лера. – Я на… туда… – она махнула рукой в сторону кухни, – ч-чай успокаивающий заварю. Да. Точно. Всем нужен успокаивающий час, – бормотала она, выходя из гостиной. – Боже, – из коридора донесся всхлип.

Нервное хождение Сергея по комнате прервал звонок домофона. Приехала Алла. Едва он распахнул дверь, как сестра кинулась ему на шею и зарыдала в голос.

– Тише-тише, – он поглаживал рыжую по спине, пытаясь успокоить. – Данька выкарабкается, иначе Евка его прибьет, – попытался пошутить он.

Все знали, что любимым Алкиным братом был Серега, но на Даньке она предпочитала оттачивать сарказм и обожала ходить с ним развлекаться. Братья порой приводили ее в бешенство, но это не повод умирать! Это же как потерять кусок сердца.

– Пойдем на кухню, – Сергей потянул за собой совершенно расстроенную Аллу. – Лера там успокоительное приготовила.

– Это он, – зло сверкнула глазами рыжая. – Это все из-за него! – прокричала на всю квартиру.

– Из-за кого? – Лерка испуганно замерла с чайником в руках посреди кухни.

– Из-за папаши твоего, – рявкнула Алла. – Скотина жадная! – она яростно сверкала глазами и сжимала руки в кулаки. – Тварь! И ведь выкрутится же, – снова всхлипнув, вытерла нос рукой.

– Выкладывай, – Сергей усадил сестру на стул, Лера налила чай. – Рыжая, ..ть!

– Серёга, тут сейчас такие дела завертелись, – Алла выдохнула, отхлебнув чай. – Константинов адвокатов нанял, но его в любом случае не посадят. Там главный прокурор города почти родственник. А жаль! Но, скотина, выкрутится, всё на Востровского свесят.

– Откуда. Ты. Знаешь? – отчеканил Сергей. Лерка села на стул и крепко вцепилась в свою кружку.

– Тихонов рассказал. Там сейчас пыль столбом идет. Мой шеф та еще акула. И хотя адвокат же как священник, должен хранить тайну, но не наша фирма его защищает, а потому разглашением это не является, – Алка, немного успокоившись, продолжила: – Там Подгорский подключился. Этот участок Константинов у него каким-то образом увел, и теперь Подгорский будет топить фирму Константинова. А у него возможностей поболее. И хотя тогда, по словам моего шефа, Подгорский ситуацию спустил на тормозах, но подставу запомнил и сейчас будет валить конкурента. Посадить не посадят, найдут кого попроще, но разорить вплоть до потери лицензии может. В общем, там сейчас разборки будут на том уровне, куда я еще не доросла.

Лера смотрела в одну точку не мигая. На нее напал ступор. Она не понимала ничего в этой ситуации, единственное, что билось в мозгу – ее отец довел людей до гибели.

– Там вроде как нашли целую кучу нарушений, – снова заговорила Алла после небольшой паузы. – Черт его знает, в чьей зоне ответственности все это, я в этом ноль. Но Подгорский замять не даст, у него личные счеты. Но Даньке от этого не легчееее, – опять разревелась она.

Сергей не знал, кого утешать первой. Истерящую Аллу или тихо всхлипывающую Леру, которой сейчас совершенно не нужны такие волнения. Приехавшие Денис и Мира сильно помогли. Мира тут же взяла на себя Леру, тогда как Алка рыдала на груди Сергея.

– Так, я поехал, – Денис, окинув строгим взглядом кухню, пошел на выход. На крепко стиснутой челюсти ходили желваки. Он узнал о Дане как раз когда держал в руке стакан с соком. Осколки раздавленного стакана только чудом не повредили руку, лишь парочка мелких порезов. – Как будут новости, сразу сообщу.

Самой вменяемой сейчас была Мира, ей и пришлось за всеми присматривать, готовясь если вдруг что, вызвать скорую. Звонок ждали в гнетущей тишине. Минуты тянулись бесконечно. Казалось, что прошел год, хотя минул всего час.

– Данька и еще двое в реанимации, – наконец-то позвонил Денис. – Ожоги, сотрясение мозга, отравление дымом. Блин, у них же там амуниция и кислородные баллоны! – он злился от бессилия. – Родителям и Еве вкололи успокоительное. Евке еще и снотворное, что ли, у нее истерика случилась, сейчас спит в палате. Врачи дают осторожно-оптимистичный прогноз. Говорят, что организм крепкий, молодой, справится. Просили тут столпотворение не устраивать. В палату не пустили. Я поговорил с лечащим врачом, оставил визитку. Еву потом родители заберут, присмотрят. Черт… – выдохнул он. – Так и оторвал бы этим двум господам головы. Сволочи.

– Денис, – отреагировала Алла, телефон Сергея был на громкой связи, – мы там ничего сделать не сможем. Тихонов настоятельно рекомендовал не лезть. Там будут покровителями меряться. Серьезные разборки грядут.

– Простите меня, – прошептала Лера.

– А тебя за что? – удивилась Мира.

– Ну, Востровский мой отец, – Лерка опустила взгляд. Сергей тут же отошел от Аллы и обнял жену, крепко прижимая к себе.

– Мало ли кто кому отец, – он поцеловал Леру в висок. – Ты-то не виновата в случившемся. Не ты здание проектировала и возводила. А у Даньки работа такая. Страшная, но очень нужная.

– Лерка, прекрати! – рявкнула на нее Алла. – Тебе еще мою племянницу рожать. Соберись, нам только преждевременных родов тут не хватает для полного счастья. Данька выкарабкается, иначе Ева его сама прибьет.

*****

– Паша, долго мне еще тут сидеть? – раздраженно спросил Востровский. – И так уже два месяца прошло. Вытаскивай меня или сам рядом садись рядом.

– Леш, я не могу, ты что, – Константинов ехидно улыбнулся. – Почти сват прокурора в СИЗО, ты что? Тем более это ты дизайн делал, наэкономил вот. И материалы были горючие. Ай-ай, Леша.

– Паш, ты из меня козла отпущения-то не делай, – напрягся Востровский. – Ты тут тоже руку приложил.

– Да я бы уже тебя вытащил, но чертов Подгорский наседает, – тяжело вздохнул Павел. – Я из-за него по миру пойду. Требует себе участок и закрытия моей фирмы. Адвокаты его там суетятся. Мстительный оказался, гад.

Павел думал о том, что как бы и ему не оказаться рядом с Востровским. Прокурор города крыша, конечно, хорошая, но у этого олигарха связи покруче, а настроен он решительно.

– Ладно, Леш, пойду я, – Константинов поднялся, – адвоката твоего я оплачу, неудобства компенсирую. Полгодика и выйдешь. Я тут по совету адвоката выплатил пострадавшим нехилую такую компенсацию, так что претензий иметь не должны.

– Претензии будут. В пожаре пострадал родной брат Леркиного мужа.

– То-то я смотрю, что фамилия вроде как знакомая. Все, я пошел, пока ты тут отдыхаешь, я там отбиваюсь.

Но дело по факту нарушения многочисленных строительных норм все-таки дошло до суда. Прокурор решил не ссориться с серьезными людьми, и дочка была срочно отправлена в Европу. Константинова признали виновным и посадили на пять лет с конфискацией.

Востровский сел на полтора года за подлог, но был выпущен через год, в сроке учли нахождение в СИЗО. Vostrovsky Design прекратила существовать – никто не пожелал ее выкупить. Дочка с ним никаких контактов не поддерживала, в единственной краткой встрече объяснив, что если еще раз приблизится к ней или внучке – она найдет способ испортить ему жизнь еще больше. Пришлось уехать из города, в котором никто не хотел иметь с ним дела. Повезло, что его имущество не конфисковали.