Глава 8

Вячеслав даже на парковку заехал вместе со мной, припарковавшись рядом. Из своих машин мы с ним вышли одновременно.

– Да, до работы Вы, и правда, не доехали совсем чуть-чуть, – не дав мне открыть рта, прокомментировал он. Забрал из своего салона сумку с компьютером, закрыл автомобиль и направился на проходную. Заметив, что я так и стою, остановился и, повернувшись, спросил:

– Виктория, что происходит? Вам плохо?

Да, мне плохо, черт возьми, мне очень плохо! Кретинизмом я никогда не страдала, а потому увидев то, как уверенно он направляется к проходной, я поняла КТО передо мной. Мой новый шеф собственной персоной!

– Вячеслав Славин, Вы – новый управляющий!

Произнесла я это утверждающим тоном, ещё и направив на него указательный палец. Пусть в элегантной кожаной перчатке, но всё же…

– Прошу любить и жаловать, как говорится! – рассмеялся он.

– Ну, всё, Вячеслав, Вы попали. Пока мы с Вами тащились со скоростью 30 км в час, нас обогнала, кажется, вся дневная смена.

– Я заметил, – усмехнулся он, – и что? Вы привлекательны, я чертовски привлекателен, так зачем нам время терять?

Я рассмеялась, узнав цитату из фильма, а потому ответила другой цитатой из этого же фильма:

– А я пожалуюсь мужу, и он превратит Вас в жабу!

– А кто у нас муж?

– Волшебник.

Он явно получал удовольствие от того, что все, кто не успел ещё нас увидеть вместе на нашем рандеву, имели такую возможность сейчас.

– Вика, боюсь показаться Вам не джентльменом, но Вы мне должны.

– Да нет, Вы правы! Так что называйте Ваше условие.

– Вы согласитесь поужинать со мной. И это не вопрос, заметьте! – он стоял и улыбался, чуть склонив голову к левому плечу. И с этой своей улыбкой выглядел этот шикарный мужчина вообще как звезда Голливуда. И чего я "кобенюсь" спрашивается? Такой мужик в кавалеры набивается!

– Хорошо, уговорили. Где и когда?

– Сегодня в 7. Я заеду за Вами.

– Извините, но вот сегодня я точно не смогу. И это не отговорка. Давайте завтра в это же время.

– Хорошо, согласен. А сейчас, будьте моим гидом, покажите, где тут у вас что находится.

Ах, ты ж, чёрт! Вот это ты, Вика, попала! И так, кто у нас ещё не в курсе, что у нас новый директор, который, к тому же, клеится ко мне?

– Ну что ж, пойдемте на экскурсию, господин директор!

Надо ли говорить, что, когда мы с ним зашли в наш зал, то все повернулись к нам. У всех без исключения в глазах стоял знак вопроса. Выручил меня сам Вячеслав:

– Доброе утро всем! Меня зовут Вячеслав Славин, я ваш новый директор. Чуть позже я познакомлюсь с каждым лично, – и, повернувшись ко мне, обратился чуть тише:

– Виктория, спасибо, что любезно согласились меня проводить. Один бы я заблудился.

Как только за нашим новым шефом закрылась дверь его нового кабинета, над перегородкой, которая условно разделяла наши рабочие места, показалась головка Киры.

– Вик, ничего рассказать не хочешь?

– Кир, да что рассказывать то?

– Ну, хотя бы то, почему это ты сегодня так странно на работу добиралась? Да ещё, оказывается, в сопровождении нашего нового шефа.

Я вспомнила, что Кира была в числе тех, кто нас сегодня обгонял. Кира у нас занималась поставками сладостей: конфеты, шоколад, печенье, ну, и дальше по списку. А ещё, по совместительству, поставкой всех новостей. Особенно личного характера.

– Кир, да нечего особо рассказывать! Я на что-то наехала, проколола колесо. Стояла на "аварийках" и не знала, что мне делать. А тут вот он мимо ехал и остановился. Колесо накачал. До работы вместе со мной тащился. О том, что он наш новый директор, я уже на нашей парковке узнала.

– Вик, не знаешь, он женат?

– Не знаю, Кир, – соврала я.

Откуда, скажите на милость, у меня может быть такая информация? Из непринужденной беседы между делом, пока он, весь такой шикарно одетый, чинил моё колесо?

В этот момент открылась дверь в кабинет директора, и на пороге появился Максмакс.

– Прошу минуту внимания! Через 30 минут жду всех у себя в кабинете на летучку. Я понимаю, что работы у всех много, но это много времени не займёт.

Через 30 минут мы все потянулись в кабинет директора. Расселись за общим круглым столом, каждый на своем месте. Вот только на директорском месте сидел не Максмакс, а Вячеслав. Максмакс, как бедный родственник, притулился на подоконнике. Это неприятно резало глаз. Вячеслав же будто ничего не замечал.

Перед ним лежали распечатанные бумаги с нашими данными. Он просто зачитывал имя и фамилию с бумаги, означенное лицо поднимало руку и обозначало свой круг обязанностей. Выглядело это странно. Странно хотя бы потому, что на распечатанных листах это и так было указано. Странно, потому что вопросов он никому тоже не задавал. Просто молча слушал и кивал.

Но потом я обратила внимание, что Вячеслав делает на наших листках какие-то пометки. Точнее, я бы даже сказала точки и тире. Вот ведь! И не поймешь ведь сразу – плохо это или хорошо. Пару раз он поставил запятые. Что за странный шифр? И вообще, имя у него тоже странное: Вячеслав Славин. А по-простому как? Слава Славин, что ли? Масло масляное, честное слово! Интересно, а отчество у него есть? Уж не Вячеславович ли? Вот смеху то будет.

Я вдруг поняла, что раздражаюсь. Интересно с чего бы? И вдруг прозвучали мои имя и фамилия. Я вдруг, неожиданно для себя, встала и, стоя, глядя сверху вниз на новое начальство, отчеканила свои обязанности. Я уже собралась было сесть, как вдруг прозвучал вопрос:

– Виктория, я правильно понимаю, что сначала все скидывают свои заявки Вам, а Вы уже пересылаете их директору?

– Да, всё верно.

– А зачем? У Вас ведь и так очень широкий охват продукции.

Я растерялась. Если честно, я уже и сама не помнила, почему так пошло. Выручил меня Максмакс:

– Один раз Виктория меня замещала. Я был в больнице, она неделю работала вместо меня. Вот как-то так и закрепилось.

Теперь и я это вспомнила.

– Ясно. Если у Вас, Виктория, всё, то я никого больше не задерживаю. Всем спасибо. Всем хорошего рабочего дня!

Все недоуменно переглянулись и потянулись на выход из кабинета. Это, конечно, хорошо, что летучка действительно оказалась летучкой. Но у всех остался осадок недосказанности.

Только я плюхнулась на свое место, как из-за перегородки опять показалась кудрявая головка Киры.

– Вика, – протянула она, – я влюбилась! Какой мужчина!

– Рада за тебя, – буркнула я – Кир, давай работать, а? Вот что-то не нравятся мне эти его точки-тире-запятые.

Вот что за человек, а? Вот разве так может быть, чтобы в одном человеке уживались сразу и бескорыстная помощь, и готовность показать каждому его место.

Вот помог же мне утром. Я уверена, что окажись кто-нибудь другой на моем месте, он бы тоже остановился и не побоялся бы испачкать свои дорогие вещи.

И вот как с Максмаксом: он здесь, конечно, уже никто, уже почти уехал. Но ведь он же ещё здесь. Неужели нельзя было и ему стул выделить за общим столом? Места же хватало. Сидел там, на подоконнике, как лишний рот в большой семье.

Мысли скакали сами по себе, руки тоже сами скакали, но уже по клавиатуре. Я знала за собой такую странность: когда я злюсь, я делаю свою работу очень быстро. Даже подозрительно быстро. Вот и сегодня, время обеденное, а я уже почти всё, запланированное на сегодня, сделала.

– Кира, обедать пойдем? – позвала я коллегу.

– Ой, нет, Вик, у меня тут запара с этими праздниками. Так что не пойду.

Я встала, собираясь пойти на обед, одернула юбку-карандаш и тут увидела в нижнем правом углу мигающий белый конвертик. Наклонилась к компьютеру и щелкнула мышкой по конверту. Письмо было от Вячеслава: "Не откажите в любезности, пообедайте со мной!"

– Ого! Напористый товарищ, однако!

Я, так и оставшись стоять, наклонилась над клавиатурой и набрала ответ: "Вот как раз собираюсь обедать". И вдруг я буквально сначала спиной почувствовала, а потом и нос мой подтвердил это же, что он уже стоит рядом. Запах его одеколона я уже знала. А потому даже не удивилась, услышав:

– Виктория, покажете, где здесь у вас столовая?

– Да, конечно, без проблем! – ответила я, принимая вертикальное положение.

Мы с Вячеславом входили в столовую, а мой муж выходил из неё. Выходил, придерживая за талию и нашептывая что-то на ушко маленькой, с пышными формами и яркими рыжими волосами, девушке. Она была значительно ниже его, поэтому ему пришлось для этого очень сильно изогнуться. Девушка весело смеялась, а мой муж улыбался. "Уж не та ли эта рыба?" – мелькнула у меня догадка.

Увидев меня, они отскочили друг от друга как бильярдные шары.

– Привет! – лучезарно улыбаясь, сказала я и собралась пройти мимо.

– Добрый день, – пискнула девушка и юркнула мимо.

Сергей, окинув взглядом Вячеслава и поняв, что сравнение явно не в его пользу, решил обозначить свои права на меня:

– Так это он что ли, тебя сегодня на работу сопровождал?

– Серёж, спасибо, что интересуешься решением моей проблемы. Но, давай вечером дома поговорим, хорошо? У меня есть к тебе разговор.

– Я не знаю, во сколько мы сегодня закончим. Я согласился на переработку, – сказал и пошел так воинственно, будто ждал, что я сейчас брошусь за ним.

И ведь думал, что брошусь, я уверена в этом. Потому что именно так всегда и было. Потому что "согласиться на переработку" означало, что он останется ещё на одну полноценную смену. Только оплачиваться она будет дороже. Две смены подряд – это тяжело. Я всегда его жалела, а он с удовольствием принимал мои причитания. Я-то не могла оставаться на переработку, а значит, чувствовала всегда себя в таких случаях виноватой. И почему я не задумывалась никогда раньше, что моя зарплата и так выше, чем его, даже с учетом его переработок.

Я тяжело вздохнула и, тряхнув головой, хотела продолжить движение в сторону столовой. Но буквально напоролась на взгляд Вячеслава. Во взгляде был вопрос, точнее вопрос-укор.