Глава 26

Новость, что Эйш беременна, несказанно обрадовала меня. Но совесть грызёт меня. Пока она ко мне всей душой и телом, я продолжаю ставить какие-то условия. Мне нужно дать ей паспорт, гражданство и забыть, в конце концов, что она рабыня. Нет, она моя женщина, моя желанная, любимая женщина. Я настолько ей очарован, что не могу думать о ней, как о своей собственности.

Мне хочется нормальных отношений, чтобы Эйш любила меня. Но что-то меня удерживает от искренности. Не могу ей прямо сказать о своей любви, даже для меня эти чувства стали неожиданностью. Я не рассчитывал, что так скоро и вообще полюблю эту женщину, особенно после смерти жены.

Через месяц мне жениться, но в душе, этого не хочу. Не тянет меня на брак. У меня есть сын, и пусть от Эйш, пусть только она рожает мне детей, я всех признаю законнорождёнными, моими детьми и плевать, что подумают и скажут другие. И всё же, я сказал своё слово, согласился, отказываться в последний момент глупо. Эйш наверняка расстроится, надо бы её ещё раз куда-нибудь свозить, показать мир, подарить ей уверенность, что я всегда буду рядом несмотря ни на что. И нужно это сделать до свадьбы, а отец, невесты жаждет громкую и пышную свадьбу для своей любимой дочурки. Я не жадный, да и по сути, всё равно, но стыдно скорее перед Эйш.

На следующей неделе я вручаю Эйш свидетельство о рождении. Чтобы его получить, пришлось искать её мать и отца. Оказалось, оба родителя ещё живы и здоровы. Мужчина ни в какую не хотел признавать Эйш дочерью, но мои люди быстро уладили эту маленькую проблему. И оно того стоило. Радости Эйш не было конца, она бросилась меня обнимать, целовать, затянула в постель, соблазнила. Не перестаю ей восхищаться. Надо было именно с этого начинать, а не с угроз, запугиваний и жестоких наказаний. Но тогда я не питал к ней других чувств, кроме похоти, а сейчас болен ей душой и телом. Эта женщина вскружила мне голову. Я снова начал писать стихи, хотя не делал этого семь или восемь лет и признаться, очень рад этому. Написание стихов отвлекает меня от других вопросов, что причиняют головную боль. После смерти отца никак не могу справиться со всей той кучей дел, что взвалили на меня. Но стараюсь не отставать от графика.

Благо ответственные секретари знают своё дело Сложно ещё доверять всему моему окружению, но я стараюсь. Ещё в раннем детстве я столкнулся со лживостью со стороны покойной матери, друзей, в школьном возрасте, затем в университете. Как часто я слышал то, что не является правдой, меня вечно окружали подхалимы, лживые сплетники, болтливые люди, да и сейчас их полно. Все кто пытается и старается помочь и выглядеть в моих глазах ангелом, все двуличные ублюдки. Они ищут помощи, но я не тот, кто готов решать чужие проблемы, если это не моя семья. И я считаю, что каждый должен сам разрешать свои проблемы, зачем просить кого-то, когда сам во всём виноват?

Нахожу Эйш играющей с Тамиром в комнате. Она потребовала выставить Салиму, так как ей не правилось, как женщина на неё смотрела и заставляла её ревновать к сыну. С минуту наблюдаю за тем, как ползает Тамир, а Эйш всегда рядом, чтобы ему помочь. Она так сильно любит сына, что перебралась с книгами в эту комнату и пока он спит, занимается. Мирела тоже временами приходит вечерком и играет с ребёнком. Про Мирелу слышу только хорошие новости. Девочка растёт умной, ответственной, внимательной и понимающей. Думаю, что с ней проблем никогда не будет.

Подхожу ближе и опускаюсь на подушку. Эйш улыбается мне. Тамир ползёт в мою сторону, беру его на руки и целую в пухлые щёчки.

- Как насчёт того, чтобы нам втроём слетать в Сингапур?

Я только за. Когда летим? - Эйш подсаживается рядом. Сажаю Тамира на подушку, он тут же опускается на четвереньки, берёт мячик и с визгом бросает его. Оглядываю ковёр с игрушками. Не слишком ли их много, прямо минное поле.

- Завтра я лечу по делам в Сингапур, на сутки могу там задержаться, прогуляемся, посмотрим город.

- Вы решили перед свадьбой побыть со мной, пока есть время?

Стреляю глазами в Эйш, она смотрит смело, даже дерзко.

Считаешь, что женившись я не найду на тебя время?Именно так и думаю. Молодая, невинная супруга лучше какой-то рабыни.

- Ты не рабыня, а моя наложница.

- Не вижу разницы.

Прищуриваюсь.

- Бунт на корабле?

Эйш смеётся.

Нет, мой господин, лишь легкая ревность.

- Я понимаю, - притягиваю Эйш к себе и целую в лоб. - И хочу, чтобы ты тоже всё правильно понимала. Мой брак никак не повлияет на наши с тобой отношения.

- Вы в этом уверены? Она будет жить здесь? Она станет хозяйкой и если что-то ей не понравится, отрежет мне волосы, выльет на меня кипяток или сделает больно моим детям.

Только пусть посмеет, - повышаю голос. - Но ты тоже не лезь на рожон.

- Я когда-нибудь лезла?Было дело.

- Всё от недостатка вашего внимания, - смотрит на меня лукаво.

- Я это запомню. Собери небольшую сумку вещей, будь готова вылететь до рассвета.

- Хорошо, мой господин.

Целую Эйш в губы, беру на руки сына и зацеловываю его, такой сладкий пухляш, мой маленький красавчик. Ещё четыре месяца и начнёт ходить. Всё никак не могу поверить и почувствовать себя отцом, вроде так оно и есть, но всё равно нет полного осознания и ощущения. И всё же я очень рад, что у меня есть сын. Но Самир даже в этом нашёл издёвку: «Если я купил такую рабыню, я ей в первый же день заделал ребёнка». Я в этом не сомневаюсь. Герой.

Эйш?

- Да.

- Ты чувствуешь себя матерью?

Она задумывается.

- Сложно объяснить. Поначалу нет, не чувствовала, а когда Мирела начала меня называть мамой и искать защиты и ласки, тогда я поняла, это чувство. Я понимаю вас господин, всё придёт со временем.

Я киваю и вручаю Тамира Эйш.

- Увидимся утром, красавица.

Я понимаю ревность Эйш, сам её ревную и боюсь потерять. Я к ней привык, мне всё в ней нравится, её мне никто не заменит, никогда. И зачем мне другая? Но я обещал отцу, да и если сейчас откажусь, пойдут сплетни, что молодой эмир за месяц до свадьбы отказывается от брака, наверное, испугался. Мне вашу мать такие разговорчики даром не нужны. Поэтому придётся, скрипя зубами жениться, спать с нелюбимой женщиной. Благо Эйш всегда рядом, всегда, о Аллах я на это уповаю.

Утром мы вылетаем в Сингапур. Держу на руках спящего сына и бросаю взгляд на Эйш, читающей вслух книгу с короткими английскими текстами.

Ты уже всё понимаешь, что читаешь?

- Да, господин, всё.

Невольно улыбаюсь. Она молодец, учиться любит. Интересно, если она продолжит и в будущем получит профессию, смогла бы самостоятельно построить своё будущее? Я думаю, что смогла. Такие, как она женщины многого добиваются, если поставят себе цель. Она уже раз доказала мне, что если чего-то хочет, то получит это любым способом. Но я также знаю, что она любящая и заботливая мать, своих детей она не бросит, а теперь, когда у нас есть сын и мы ждём второго ребёнка, куда Эйш от меня бежать, да и зачем? К тому же она ещё не знает о моей любви.

Но я многое бы отдал ради её любви. Как же тяжело скрывать свои чувства. А почему я не могу ей признаться? Скорее всего, боюсь получить в ответ равнодушие. На меня Эйш ещё ни разу не посмотрела с нежностью. Либо не питает ко мне чувства либо тщательно их скрывает.

В Сингапуре после нашей посадки на острове разыгралась стихия, ливень с градом и ветром, даже из окон гостиничного номера выглядит устрашающе. Эйш жмётся ко мне в страхе.

Рахим, что это такое?

- Просто сильный дождь с ветром. Благо успели вовремя прилететь, - обнимаю Эйш и привлекаю к груди. - Скоро он закончится, а завтра после обеда совершим прогулку, - целую её в макушку, она запрокидывает голову и тянется ко мне, обвивая руками шею. Губы сливаются в неистовом поцелуе. Подвожу её к стене и задираю платье, она помогает мне справиться с одеждой.

Подхватываю её под бёдра, она с тяжёлым дыханием повисает на мне. Одним толчком врезаюсь в неё и перевожу дыхание. Эйш откидывает голову и протяжно стонет, приоткрыв пухлые губы, точно прося моих поцелуев.

Рахим, я хочу сильнее.

- Не могу детка, боюсь сделать тебе и ребёнку больно.

- Но я хочу... ещё, пожалуйста, сильнее.

Поднимаю её ноги выше, крепче жму к стене и двигаюсь быстрыми, сильными толчками, вынуждая кричать Эйш от наслаждения. Она требует ещё и ещё, её глаза блестят от слёз, щёки покраснели, я читаю по её лицу, что ей всё нравится и она на грани. Никогда не забуду, как прекрасна и сексуальна она в минуты страстного слияния. Не хочу останавливаться, но жар тел и напряжение перехватывает дыхание. Я опускаюсь с ней на пол и приваливаюсь к стене.

Я давно не испытывал ничего подобного.

- Правда? Моему господину понравилось? - Эйш покрывает поцелуями моё лицо.

- Мне всегда нравится заниматься сексом с тобой.

Она внимательно смотрит на меня и улыбается.

- Мне тоже. Вы научили меня наслаждаться. Оказывается, я не фригидная.

Я смеюсь и целую её в губы.

- Нет, конечно. Ты у меня самая страстная и горячая.

На следующий день мы выходим на прогулку по городу. Солнце ярко светит в зените, но не обжигает и не вынуждает прятаться в тени, но влажность настолько высокая, что мы начинаем чувствовать себя как в сауне. Прогулка по набережной Марина-Бэй порадовала нас живописными видами, включающими в себя знакомые достопримечательности Марина-Бэй-Сэндс, сингапурский флаер и садами у залива. Мне нравится, что в городе очень чисто, ухоженно, много пешеходов, велосипедистов. Я и раньше был в Сингапуре, но не гулял по городу. Единственное во всём этом невыносимое препятствие - это журналисты и папарацци. Мои люди постарались сделать всё, чтобы мой визит стал тайной для них, но они всё равно пронюхали. Поэтому уже через два часа, нам приходится сесть в автомобиль и продолжить осмотр города, сидя в машине. Но это и к лучшему, так как дождь застал всех пешеходов врасплох. Налетела небольшая тучка, а льёт водяной стеной.

Ну как тебе Сингапур? Конечно, мы не всё увидели...

- Мне понравился этот город, - отзывается Эйш, держа под руки Тамира, пружинящего на ножках. - Но Швейцария мне понравилось больше.

- Ты видела лишь малость. Однажды я покажу тебе весь мир, ну хотя бы те страны, где безопасно. Давай мне его сюда, вижу, он тебе скоро руки оторвёт, - беру на руки Тамира.

Да, он стал таким тяжёлым, - Эйш откидывается на спинку сиденья. Наблюдаю за ней крайним зрением, удерживая неуёмного прыгуна.

- Эйш... как ты думаешь, я могу тебе доверять, после всего, что было?

Она внимательно глядит мне в глаза.

- Я думаю, вам надо не спрашивать, а проверять. Почему же вы не доверяете людям? Что-то случилось в прошлом?

- Меня часто и много обманывали. Долгое время, считали, что я ничего не слышу, не вижу и, по сути, мне плевать. Но я всё видел, замечал и копил в себе недоверие и обиды.

Поэтому вы меня просили не врать вам.

- Да. Я не уважаю лживых людей и стараюсь держать их от себя на расстоянии и ограничивать с ними общение. Но если ты всегда будешь со мной искренней, то получишь гораздо больше, чем просто доверие.

- Например, вашу любовь?

Киваю и, не выдержав её пристального, горящего взгляда, отвожу глаза и наблюдаю за сыном.

Она неглупая и сразу всё поняла. Получу ли я взаимность?